Май крымский - это рай!

                Светлане Смоленцевой

 Пион лесной, сосна,
 прижался ландыш к туе,
 весною не до сна,
 весна сердца волнует.

 И я лесной тропой
 шагаю к Кизил-Ташу.
 Захочется – так пой!
 Про Светочку, про Машу.

 А хочешь – посвисти,
 хоть на ходу, хоть стоя;
 тропа должна вести
 на озеро лесное.

 Май крымский – это рай!
 Везти начнёт – и крупно!
 Что хочешь – выбирай,
 что хочешь – всё доступно.

 И я раскладу рад,
 а белочке – подавно,
 и птицы все подряд
 подсвистывают славно.

 А в небе облака
 стоят, как на экране,
 и далеко пока
 до разочарований…

 МАЙСКИЕ ЛАНДЫШИ

 Майские ландыши,
 мох, словно мех,
 долго экран души
 был без помех.

 Юности эхо ли,
 зрелости ль вздох;
 рядом проехали
 шашни эпох.

 Створки оконные
 настежь! Владей! –
 Ночи бессонные,
 бестолочь дней.

 Не погремушки ли
 нам, говорю, –
 памятник Пушкину
 и – Кобзарю?

 Славно над Ялтою
 чайки парят;
 в нежности я таю
 лирики яд.

 Хочешь – нарзан глуши,
 хочешь – «Агдам»;
 майские ландыши
 бьют по мозгам.

 МАЙСКИЕ ГЛИЦИНИИ

 О майских глициний
 воспетый стократ
 лиановый, синий,
 летящий десант.
 Да кто не опешит
 от ливней небес?
 Пасуют и леший,
 и молох, и бес!
 В цветах васильковых
 возвышенных чувств
 я снова и снова
 тону и плещусь!
 Метелью весёлой
 нас вмиг замели
 все звонкие пчёлы,
 стрекозы, шмели.
 В разливе глициний,
 в потоке (окстись!)
 ни скептик, ни циник
 не могут спастись!
 Мчат ласточки в небе;
 куражлив и мил,
 глицинии стебель
 луч солнца обвил!..

 МОЙ МАЙ

 О, поверить в любовь помоги мне,
 много было разлук и утрат.
 Хор пернатых в ликующем гимне
 звонко май восславляет с утра.

 В людях я разбираюсь не шибко,
 попадал в их коварную сеть,
 но такие глаза и улыбку
 только ангелы могут иметь.

 Дворик твой полыхает сиренью,
 рвётся через ограду сирень,
 вторят дружному птичьему пенью
 пчёлы в гроздьях махровых весь день.

 Я не знаю, что стало со мною
 в этой кипени майского дня,
 ты меня подхватила волною
 и уносишь куда-то меня.

 Море в бликах от солнечных ливней,
 над верандою – грецкий орех.
 О, поверить в любовь помоги мне,
 ведь неверье в любовь – это грех.

 МИР   СОЛНЕЧНОГО  ПОЛОН  ВЕЩЕСТВА

 Нам рукоплещет тополей листва;
 поют дрозды; грачи в ветвях, как груши;
 мир солнечного полон вещества,
 которым жаждут пропитаться души.

 Цветут каштаны. Первый лёг загар.
 В траве росистой проскользила змейка.
 И если не лукав ты и не стар –
 жизнь снова, словно новая копейка.

 А над Ай-Петри груда облаков
 то замком станет, то слоном, то птицей;
 не зря из всех приморских городов
 зовётся Ялта Южною столицей.

 Нас, в полный штиль, зовёт к себе буёк!
 Мыс в мареве горбатится верблюдом!
 Кто не бывает в жизни одинок,
 тот оценить не сможет это чудо.

 Вернее, сможет, но не до конца,
 так непохожа жизнь души и тела;
 вон облачком цветочная пыльца
 с газона на газон перелетела.

 Утюжат даль морскую сейнера,
 слезится взгляд – попала в глаз ресница,
 и понимаешь, что пришла пора
 писать стихи, а повезёт – влюбиться…