(изображение взято из интернета)
На тот момент мне было около 10-11 лет, жили мы с семьей в селе Рыбалово. Был прекрасный осенний вечер. Я сидел дома и скучал в одиночестве, отец был на работе, сестра где-то носилась с подругами, а мама разговаривала у крыльца, на лавочке с подругой, точнее с коллегой по работе. В общем, все были при делах, один я болтался как карандаш в стакане, с мыслями занять себя хоть чем-нибудь, поскольку это длилось уже продолжительный период времени, хотелось чего-нибудь ЭТАКОГО.
Озарение пришло внезапно, когда я нашел в одном из своих тайников пугач. Он представлял собой медную трубку, с загнутым концом, резинкой, срезанной с велосипедной шины и гвоздем. Почему пугач до сих пор не был обнаружен родителями и выброшен? Да потому что он был изготовлен с нарушениями всех мальчишеских норм стандартов пугача (трубка была слишком толстой), но таким мне его подарил соседский мальчишка приехавший погостить к соседу по коттеджу, по совместительству директору нашей средней Рыбаловской школы.
Попробовав зарядить его тремя спичечными головками и выстрелить в форточку (из дома мне нельзя было выходить по какой-то причине), эффектом оказалось простой шипящий звук, даже без намека на выстрел, стало обидно. Пришлось увеличить заряд до 10 спичек, с третей попытки выстрел удался на славу, грохот стоял жуткий, на душе стало легче, через минуту мама зашла за водой для коллеги и сказала: «Что за придурок завелся, до охотничьего сезона еще 2 недели, а они уже из ружей палят в лесу». Я промолчал, конечно, но выводы сделал быстро, что через две недели смогу спокойно стрелять в форточку, при условии, что не попадусь соседям. Ну и естественно, душа просила продолжения производства звуковых помех, но уже что бы с изюминкой. Мысль о том, что бы выстрелить в квартире пришла внезапно, но была настолько мила и незатейлива, что глаза сменили свой блеск на сияние. Заряд нужно было сделать побольше, так как стрелять я собирался только один раз. Пугач был снаряжен 18 спичечными головками, но вот проблема, если в форточку стрелять уже стало нельзя. До охотничьего сезона две недели терпеть? Ну уж нет, и тут я вспомнил байки о том, что подушка гасит выстрел пистолета практически до нуля, ну естественно мой взгляд переместился на постель, на родительскую рука не поднималась, а вот моя свежезастеленная стояла прямо передо мной. В подушку я стрелять и в мыслях не собирался, у меня в кровати было мощное пуховое толстенное одеяло, я и решил, что этого будет вполне достаточно. Я отодвинул одеяло, просунул руку и нажал спуск. Выстрел действительно заглушило, но при этом обжег руку, шутка ли такой заряд впервые был испытан на нашей улице. Бросив пугач под одеялом, и отдернув руку, я сходил в ванную, охладив кисть под струей воды, вернулся и решил посмотреть на очаговую зону выстрела.
Картина предстала передо мной печальная - спальное место было уничтожено, нет, ну не совсем конечно все было убито, но ранено конкретно. В толстом пуховом (практически новом) одеяле, зияла сквозная дыра, простынь была покрыта пятном густой копоти и имела сквозное ранение. Первый вопрос, возникший в белобрысой голове звучал так: «Что делать?» Ответ пришел моментально – «Скрывай содеянное, иначе влетит». Необходимо было избавиться от копоти на простыне, это проще простого, метнувшись на кухню за тряпкой, которой моют посуду я с неистовством стал втирать копоть в простынь, в этом превзошел сам себя, я ее втер намертво, теперь она была там на века. Ладно, с копотью, что делать с рваными ранами на тканях моей постели? Пришла мысль зашить и… память сделала свое дело, я вспомнил мамин рассказ. Мама, вернувшись накануне из города, показала мне несколько ампул, внутри которых были хирургические нитки. «Вот смотри сынок до чего наука дошла, после того как ими сошьют ткани (имелись ввиду живые ткани человека) и они срастутся, нитки сами по себе рассасываются не нанося человеку никакого вреда» - сказала тогда мама. Мамочка, мне нельзя было этого говорить. Но сказано – значит сделано. Взяв одну из ампул, я извлек из нее хирургическую нить, из швейной машинки взял иглу с большим ушком и стал на время портным. Крупными стежками поверх, как мне показалось, ювелирно произвел операцию по сшиванию тканей. Сел и стал ждать, когда они срастутся. Сомнения в содеянном у меня возникли минут через 20 после завершения операции, я заглянул под одеяло, и мне показалось, что пациент скорее мертв, чем жив. Начиналась атака совести на мозг моего детского неокрепшего организма. Минут через пять вернулась мама и встретилась со мной взглядом…
Слезы, сопли, угол, но, ни крика, ни звука не было проронено мной при наказании. До назначения меня на должность сапера, оставалось каких-то 12 лет.
2 декабря 2013 года Томск
Выстрел под одеялом
© Copyright: Александр Левинэль, 2016
Свидетельство о публикации №216113000320
Свидетельство о публикации №216113000320
Рецензии
Это мемуарная миниатюра, и построена она на честном взгляде назад: взрослый человек вспоминает себя десятилетним и не приукрашивает ни себя, ни последствия. Композиция линейна — скука, находка пугача, проба заряда, выстрел в форточку, мамин комментарий про «придурка», решение стрелять в квартире, выстрел под одеяло, обожжённая рука, уничтоженная постель, попытка скрыть, хирургическая нить, ожидание, мамин взгляд. Арка держится на нарастании: каждая попытка требует большего заряда, и финал оказывается не выстрелом, а взглядом матери.
Самое сильное — интонация. Вы рассказываете это без нажима, с юмором, который идёт от самого героя: «болтался как карандаш в стакане», «душа просила продолжения производства звуковых помех, но уже чтобы с изюминкой». И то, что пугач был сделан «с нарушениями всех мальчишеских норм стандартов», а потому и уцелел, — точная деталь: мир детства держится на этих нарушениях.
Отдельная удача — мамин рассказ про хирургические нитки. Вы вставили его не для красоты: он объясняет, почему мальчик решил, что постель можно «сшить» и она срастётся. И когда через двадцать минут он заглядывает под одеяло и понимает, что «пациент скорее мёртв, чем жив», — это и смешно, и по-детски честно. Здесь нет ни капли осуждения, только узнавание.
А самое доброе в тексте — то, как вы держите взрослых. Мама заходит за водой и говорит про «придурка» в лесу, не подозревая, что он рядом. Мама возвращается, встречается взглядом — и дальше «слёзы, сопли, угол, но ни крика, ни звука не было проронено мной при наказании». В этой фразе больше любви, чем в иных признаниях: наказание было, а крика не было, и мальчик это запомнил на всю жизнь.
И финал — «До назначения меня на должность сапёра оставалось каких-то 12 лет» — тихий и точный. Он не объясняет, что детская тяга к взрывам стала профессией, а просто ставит рядом два факта, и читатель сам слышит, как одно связано с другим.
По языку: интонация устная, с вставками вроде «шутка ли такой заряд впервые был испытан на нашей улице», «мамочка, мне нельзя было этого говорить». Есть места, где перечисление чуть длинновато, но это вписано в манеру рассказчика.
Что можно было бы усилить: сцена с мамой в финале — самая сильная, но ей не хватает одной детали, которая показала бы, что она поняла больше, чем сказала. Сейчас есть взгляд — и сразу слёзы и угол. Одна пауза, одно её слово или жест — и сцена стала бы ещё теплее, не потеряв строгости.
Главное, что текст доносит: детство — это когда мир ещё не делится на опасное и безопасное, а последствия измеряются не травмой, а маминым взглядом. И ещё: тяга к взрывам, которая в детстве была шалостью, потом стала профессией, и в этом есть что-то доброе — жизнь сама нашла применение тому, что казалось просто баловством.
В целом — тёплая, смешная и очень человеческая миниатюра. Она читается легко, а запоминается надолго.
Лилу Калашникова 18.10.2026 22:01 • Заявить о нарушении
Самое сильное — интонация. Вы рассказываете это без нажима, с юмором, который идёт от самого героя: «болтался как карандаш в стакане», «душа просила продолжения производства звуковых помех, но уже чтобы с изюминкой». И то, что пугач был сделан «с нарушениями всех мальчишеских норм стандартов», а потому и уцелел, — точная деталь: мир детства держится на этих нарушениях.
Отдельная удача — мамин рассказ про хирургические нитки. Вы вставили его не для красоты: он объясняет, почему мальчик решил, что постель можно «сшить» и она срастётся. И когда через двадцать минут он заглядывает под одеяло и понимает, что «пациент скорее мёртв, чем жив», — это и смешно, и по-детски честно. Здесь нет ни капли осуждения, только узнавание.
А самое доброе в тексте — то, как вы держите взрослых. Мама заходит за водой и говорит про «придурка» в лесу, не подозревая, что он рядом. Мама возвращается, встречается взглядом — и дальше «слёзы, сопли, угол, но ни крика, ни звука не было проронено мной при наказании». В этой фразе больше любви, чем в иных признаниях: наказание было, а крика не было, и мальчик это запомнил на всю жизнь.
И финал — «До назначения меня на должность сапёра оставалось каких-то 12 лет» — тихий и точный. Он не объясняет, что детская тяга к взрывам стала профессией, а просто ставит рядом два факта, и читатель сам слышит, как одно связано с другим.
По языку: интонация устная, с вставками вроде «шутка ли такой заряд впервые был испытан на нашей улице», «мамочка, мне нельзя было этого говорить». Есть места, где перечисление чуть длинновато, но это вписано в манеру рассказчика.
Что можно было бы усилить: сцена с мамой в финале — самая сильная, но ей не хватает одной детали, которая показала бы, что она поняла больше, чем сказала. Сейчас есть взгляд — и сразу слёзы и угол. Одна пауза, одно её слово или жест — и сцена стала бы ещё теплее, не потеряв строгости.
Главное, что текст доносит: детство — это когда мир ещё не делится на опасное и безопасное, а последствия измеряются не травмой, а маминым взглядом. И ещё: тяга к взрывам, которая в детстве была шалостью, потом стала профессией, и в этом есть что-то доброе — жизнь сама нашла применение тому, что казалось просто баловством.
В целом — тёплая, смешная и очень человеческая миниатюра. Она читается легко, а запоминается надолго.
Лилу Калашникова 18.10.2026 22:01 • Заявить о нарушении
Спасибо Вам за поддержку и понимание. Признаться рос я шолопаем, хотя всегда с уважением относился к родителям.
Благодарю за рецензию, Александр.
Александр Левинэль 23.10.2026 12:57 Заявить о нарушении
Благодарю за рецензию, Александр.
Александр Левинэль 23.10.2026 12:57 Заявить о нарушении
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.