Колодец времени. Глава 23

Глава 23. В которой пойдёт речь о пользе "грения ушей" в общественных местах.



- А что я вам всем говорил!.. Никто не верил!.. А я говорил!.. Вот вам всем!.. Вот!.. - Петрович швырнул на пол Отделения Милиции парашют, снятый им с дерева: Полюбуйтесь и выкусите теперь!..

- Что здесь происходит?.. Петрович, зачем ты притащил драное одеяло сюда, у тебя в вытрезвителе именная койка, туда и тащи своё барахло... - Дежурный капитан, в до блеска начищенных сапогах, брезгливо попинал парашют. Он с таким же удовольствием попинал бы и самого Петровича, известного в округе алкаша, работавшего слесарем в местном ЖЕКе.

- Не барахло это вовсе... Совсем не барахло это... Это дело государственной тайны!.. И не пью я уже... неделю... Почти уже...

- Видел я, как ты не пьёшь!.. Позавчера кто забор пытался обнять, я что ли?..

- А чего он... Стоит... - Петрович снял кепку и вытер, сразу же пересохшие, при упоминании о позавчера, губы: Товарищ капитан, я ведь только помочь хочу... Вот... - И начал шёпотом, наклонившись к самому уху капитана: Диверсант оставил... Дядя Витя из Чебоксаров...

Капитан с такой силой отдёрнул ухо от Петровича, что волосы сами собой зачесались назад:

- Ты чего мелешь?!. Какой диверсант?!. Ты что, хочешь чтобы я тебе пятнадцать суток впаял за ложную дезинформацию?!. Ты партийный?..

- Не-ет... - И Петрович чуть было не добавил:"Вот те крест!.."

- Считай, повезло... А-то бы из партии сейчас со свистом вперёд ногами вылетел за паникёрство!..

В это время, из кабинета вышел утренний сержант, допрашивавший вместе с Петровичем "дядю Витю из Чебоксаров".

У сержанта до сих пор перед глазами стояли огромные, сочные куриные ноги, пожираемые плотоядной девочкой. Опустив глаза и поминутно вздыхая, сержант брёл из одного кабинета в другой.

Равнодушно посмотрел на парашют, на посетителей, на Петровича, на капитана и, только при взгляде на портрет Ленина, стало немного теплее на душе и он перешёл на понуро-строевой шаг. Хитро прищурившийся Ильич, пристально наблюдал за всем происходящим, давая понять присутствующим, что он и теперь "Живее всех живых!"

Петрович бросился чуть ли не в ноги сержанту, ухватился за рукав и начал тянуть в сторону капитана:

- Вот, вот свидетель!..

Капитан обнял обоих за плечи и притянул к себе железной хваткой, из которой до сих пор не смог вырваться ни один самый скользкий тип:

- Слушайте вы, оба... Берите тихонечко парашют и танцующей походкой ко мне в кабинет.. И чтобы ни одна живая душа!.. Поняли?!. Оба?.. Раскудахтались тут... - Хотя сержант только вздыхал и с утра не проронил ещё ни одного слова.

Смиренно сидевшая на лавочке старушка, пришедшая за справкой и на всякий случай "гревшая ухо", тихонечко сползла с насиженного места и бочком начала движение к двери, ускоряя шаг, по мере приближения к цели, плечом шибанула по ней и выпорхнула на волю, неся в массы правду-матку.

"Понесла родная!.. - С завистью подумал дед, читавший "Гудок": А ведь на её месте должен был быть я!.." - И тоже рванул в сторону двери.

Иллюстрация создана ИИ чатом GigaChat специально для этого произведения.


Глава 24. http://www.proza.ru/2016/12/24/375