Кто ты?

В детстве я очень сильно боялась темноты. Боялась дальних углов в комнате, боялась пространства под кроватью, боялась больших шкафов. Ночами у меня часто случались истерики, я просыпалась ни с того ни сего и начинала громко кричать. Сначала родители жалели и успокаивали меня, но когда я пошла в школу, все изменилось: мне стали говорить, что я уже не маленькая, чтобы боятся темноты. Я старалась перебороть в себе страх к неизвестности, таившийся в местах отсутствия света. Несколько раз я пробовала одна дойти ночью до туалета, но у меня никогда не выходило. Приходилось терпеть до утра. Я часто не высыпалась. Четыре месяца я была один на один со своими кошмарами, лезущими ко мне длинными и сильными лапами из недр кровожадной ночи. Я думала, что так будет продолжаться до конца моих дней, но все изменилось, когда на новогодние каникулы родители отвезли меня в деревню к бабушке. Когда мы приехали, у меня началась страшнейшая паника: практически полное отсутствие фонарей, старый и мрачный хвойный лес, атмосфера отдаленности от мира. Все это до жути пугало меня, особенно, если вспомнить, что зимой рано темнеет. Я не надеялась пережить здесь и ночи, но все изменилось тем же вечером, как я приехала.

В девять часов бабушка отправила меня спать, а сама села смотреть новости в соседней комнате. Минут десять я лежала в постели и всматривалась в черную густоту, обволакивающую всю комнату и меня. Потом, поняв, что больше терпеть не могу, я собрала всю волю в кулак и побежала в комнату к бабушке. Я подбежала к ней, уткнулась ей в колени и разревелась. Она погладила меня по голове и ласково спросила:

– Что случилось, внученька?

– Бабушка, бабушка, только не ругайся. Пожалуйста, только не ругайся, – говорила я сквозь слезы.

– Тише, тише. Обещаю, я не буду ругаться.

– Честно-честно? – я подняла на нее заплаканные глаза.

– Честно-честно, – ответила она.

– Я… я очень боюсь… темноты, – я вжалась в ее колени.

– Ну, что ты, что ты. Успокойся, – она гладила меня по голове.

– Не говори маме и папе, пожалуйста. Они очень сильно ругаются за это.

– Я не расскажу им, обещаю, – бабушка посадила меня рядом на кресло. – Я расскажу тебе, как можно перестать бояться темноты.

– Это невозможно…

– Возможно. Послушай меня, – она выключила телевизор. – Ты боишься потому, что в темноте прячутся демоны. А знаешь, почему они в темноте, а не на свету?
– Почему?

– Они сами боятся тебя. Демоны пугают людей, чтобы забыть, как они боятся нас.
– И что мне делать?

– Когда тебе станет страшно, посмотри пристально в темноту, вглядись в нее, увидь этого демона и спроси у него, – «кто ты?», – бабушка замолчала.

Я заерзала на кресле от нетерпения.

– И что дальше?

– Он исчезнет. Он не сможет ответить тебе.

– А почему? – я чувствовала, как мне становится спокойнее.

– Потому что он боится тебя. Демоны трусливы, – бабушка гладила меня по голове.

– А если он соврет мне? – я посмотрела на морщинистое лицо бабули.

– Не соврет. Это единственный вопрос, на который демон не может ответить неправду, а свое имя он не скажет ни за что. Ты поняла меня?

– Да, бабуль, – я обняла бабушку, вздохнула и пошла в спальню. – Спокойной ночи, бабушка.

– Спокойной ночи, внученька.

***

Этот разговор с бабушкой заставил меня перестать бояться темноты. Вооружившись каверзным вопросом, который вводил все мои страхи в ступор, я начала свою войну с демонами.

Вернувшись домой, я порядком удивила своих родителей тем, что перестала включать свет у себя в комнате по ночам, перестала закатывать истерики каждый раз, когда нужно было укладываться спать. Однажды мама услышала, как я ночью иду в туалет. Она вышла в коридор, обняла меня и сказала:

– Ты у меня уже такая взрослая.

Я ничего не ответила, а лишь вглядывалась в дальний конец коридора и нашептывала себе под нос бабушкино заклинание.

Уже во втором классе я поразила всех своим бесстрашием, когда зашла в темный подвал нашей школы. До третьего класса мы учились в маленьком филиале, поэтому все там были моими ровесниками и, как и полагается детям в их возрасте, они боялись темноты. Подвал, постоянно закрытый на тяжелый навесной замок, всегда манил нас своей загадочностью и неприступностью. Но вот однажды сторож забыл закрыть его, после того, как спускался в подвал за веником, чтобы подмести крыльцо. Вокруг слегка приоткрытой двери, которая символизировала в наших умах страшные и недоступные тайны, столпилось много детей. Кто посмелее стоял у самой щелки, стараясь разглядеть, что же находиться внутри, другие же старались держаться подальше от мрачного и жуткого места. Были и те, кто на ходу сочинял небылицы про то, как однажды в этом подвале случайно закрыли четырех детей, которые из любопытства пролезли в школьную обитель тьмы. На следующий день вся школа стояла на ушах, организовали поиски, но в подвал догадались заглянуть только через неделю. Тогда они нашли там не четверых, а одного ребенка. Он съел своих друзей, а сам превратился в оборотня. Его закрыли в подвале, а вот сейчас, мол, он выбрался оттуда, чтобы отомстить тем, кто его там оставил.

Я точно знала, что никакого оборотня не существует. Возможно, в подвале обитали демоны, но у меня было оружие против них. Я поспорила с несколькими ребятами на конфеты, что зайду в подвал и простою там до конца перемены. Мне никто не верил, а зря, для меня не составляло это никакого труда. Я подошла к двери, открыла ее пошире и спустилась в холодную тьму.

Правда, до конца перемены мне простоять не удалось, столпотворение ребят заметила учительница. Они рассказали ей, что я спустилась в подвал. Всех разогнали, а мне влетело от классной руководительницы и от родителей. Но свои законные конфеты я получила.

***

Повзрослев, я перестала верить в демонов, но все равно часто пользовалась советом моей, тогда уже покойной, бабушки. Это переросло в игру. Я составила у себя в голове множество образов жутких и мерзких тварей, придумала им язвительные прозвища и уже сама искала их в темноте. «Кто ты» – стало лекарством от скуки. Возвращаясь поздно с прогулки, или идя мрачным зимним утром на учебу, я искала своих демонов с одной единственной целью – уничтожить их. Бабушкина фраза превращала склизких монстров в пепел, в дым, в лужи слизи. Меня это безумно забавляло.

В конце концов, я стала побеждать все свои страхи этой простой фразой. Она придавала мне сил и уверенности. Даже опасности далекие от мифических демонов я одолевала этими двумя словами. Недружелюбные собаки, зачет по математике, ожог на руке от строптивого чайника. Я даже забыла смысл этих слов, просто «кто ты» и все…

Однажды я шла домой с учебы и в соседнем от моей школы дворе увидела старую бабушку. Она подозвала меня к себе.

– Девочка, помоги бабушке подняться. Я на четвертом этаже живу, трудно мне.

– Конечно, – ответила я и взяла старушку под руку.

Она открыла дверь в подъезд, я придержала ее, позволяя бабушке пройти внутрь. Потом мы долго поднимались по грязной лестнице, старушка охала и держалась за больную ногу. Через минут пятнадцать я дотащила ее до квартиры.

– Спасибо тебе, девочка, – усталым голосом произнесла пожилая женщина. – А у меня еще маленькая просьба будет. Ты ведь все равно вниз пойдешь, мусор мой не захватишь, а то так трудно ходить.

Я улыбнулась и слегка снисходительно ответила:

– Конечно, вынесу, Вам отдыхать нужно.

– Вот спасибо, девочка, – она открыла дверь. – Спасибо, помогла бабушке. Ты пока пройди, а я сейчас, сейчас.

Она пошла вглубь квартиры, а я почувствовала сильную боль в затылке и упала на пол.

Я очнулась на холодном и мокром бетонном полу. Мое запястье было пристегнуто к какой-то трубе наручниками. Я огляделась. Много труб, едкая сырость, рвущая ноздри, звук капающей воды где-то далеко. А может и не воды? Голова болела, будто ее сдавливал в своей руке гигант из древних сказок. Я потерла затылок. Волосы склеила уже запекшая кровь. Я вспомнила то почти ушедшее в прошлое чувство, которое люди зовут страхом. Я вжалась в стену, мое сердце билось с гулом тысячи заводов, с силой ядерной бомбы. Я вглядывалась в темноту и увидела фигуру, почти сливающуюся с общей чернотой. Фигура стояла неподвижно, она наблюдала за мной.

– Кто ты? – первый раз вслух спросила я.

– Я демон, – ответила фигура.