Мои воспоминания. 5 глава

     Очень хочу Вам поведать об одном уникальном человеке, это наша дорогая Зоя Михайловна, учительница по ритмике. Она учила нас танцам, таким, как менуэт, мазурка, вальс, полька и гопак. Так вот, наша Зоя Михайловна была незаурядной женщиной и никто не знал, сколько ей лет. Высокая, стройная, она всегда носила цветные брюки-трубочки и яркие кофты. Губы она красила яркой помадой морковного цвета, с рыжими волосами, в то время она была, как взрыв бомбы, ни на кого не похожая, весёлая и подвижная. Мы её любили, она заставляла нас делать всем учителям реверансы при встрече и мы принимали это, как должное. Так же, у неё был отдельный танцевальный кружок, но в нём занимались только избранные. Из нашего класса её любимицами были Надюша, Ирочка, Гузаль и Галочка. Меня в этом списке не было и я всегда им завидовала, когда они надевали ярко-красные сарафаны и красные сапожки и на концертах танцевали "топотушки".
     Начало шестидесятых, наверное, это были самые любимые годы моей жизни, проведённые в школе-интернате имени Глиэра. Мои любимые одноклассники... тогда мы не задумывались, кто какой национальности, только в нашем классе учились немка Наташенька, нежная, белокожая, со светлыми волосами, польская еврейка Галочка, Галчонок, как мы её ласково называли, такого мягкого характера больше ни у кого не было. Часто приходила её мама и даже оставалась ночевать, помогая Таисии Андреевне. Делала с нами уроки и в свободные от учёбы часы, учила всяким поделкам. Был хохол, Саша, к сожалению, рано ушедший из жизни. Так же был каракалпак Махкамбай, наш дорогой Макаша, с которым мы до сих пор дружим. Сейчас он ведущий музыкант камерного оркестра Узбекистана в Ташкентской Государственной Консерватории. Мы, узбеки: я, Мухамеджан, Давран и Сакина. Армен, Армик, Армушка, как мы его называли, был армянином, впоследствии мы с ним встретимся, едва узнав друг друга. Конечно, были и русские дети, их было большинство. Вот так мы жили большой, дружной семьёй и как я потом жалела, что после шестого класса опять перевелась в школу имени Успенского. А как мы скучали друг по другу за время летних каникул и первого сентября, когда приходили в школу, искренне обнимались и целовались, как родные. Эти ощущения забыть невозможно. Даже переведясь в другую школу, я часто приезжала в интернат, чтобы увидеться с поистине родными мне людьми. И сейчас, когда очень многие разъехались в разные концы света, мы переписываемся на сайте одноклассников.
     Уже будучи замужем, я решила собрать тех, кто остался в Ташкенте. Поговорила с мужем, благо дело, он у меня гостеприимный и добрый, он сразу меня поддержал. Тогда мы ещё жили на четвёртом этаже панельного дома. Мы с мужем накрыли большой стол, муж обязался приготовить нам плов, а делает он это просто отменно. Обзвонив всех ребят, я пригласила их в гости и они один за другим приехали ко мне. Через много лет, смеясь и шутя, мы узнавали друг друга. Это была незабываемая встреча, пришла даже Ирочка Кузнецова, хотя в класс она пришла уже после моего ухода из интерната. Не поверите, вот уже три года, как я с ней общаюсь на сайте и родней человека, нет. Вдруг появилась наша шумная Надюша, со своими кудряшками, не знавшими краски, но седина ей очень даже шла. Её привёз сын, которому она нас представила. Дословно передать не могу, но это было ещё то представление!  Как пава, вошла наша красавица Гузаль, она только что прилетела из Америки,  неё была масса впечатлений. А Жанночка, ооо... она была действительно красавицей, мраморная кожа, стройная и гордая. Пришли ребята, высокие красавцы, скрипачи. Мы от души делились новостями из своей жизни, но казалось, все говорили разом, шутили, смеялись и даже пели. Угощались моими фирменными эклерами, салатами и разными вкусностями. Муж в конце трапезы подал в лягане плов. Радости не было предела. Расходились уже затемно, обещая, что обязательно встретимся опять. Да, мы встречались ещё несколько раз, пока не разъехались и остальные. Нас в Ташкенте осталось всего четыре человека, а как не хватает того беззаботного детства...
    Но это будет потом, а пока... лето, жара. Но дети её не чувствуют, каникулы, вот что главное. Многие уезжают в пионерские лагеря: Акташ, Чимган, Сумча, Сукок, нас мама не отпускает, боится, то ли воды, то ли гор, то ли ещё чего. После потери малыша, моего братишки, а ему и годика не было, он умер от диспепсии, мама долго не могла прийти в себя. Наверное, сейчас его бы вылечили, но в далёкие пятидесятые, вероятно это было нелегко. Мама как-будто что-то потеряла. Я часто видела её в летней кухне, зажигая свечку, она часами молилась и плакала. Мы не спрашивали, будто понимая, что будет ещё больнее.
     У нас жила подруга моей старшей сестры, они вместе учились в музыкальном училище имени Хамзы. Света приехала из другого города и мама разрешила ей жить у нас. Света была красивой и весёлой и часто устраивала концерты. Брала в руки веник, и играя на нём, как на гитаре, пританцовывая, пела. Мы хлопали в ладоши и бегали вокруг неё. По субботам и воскресеньям в наш дом культуры привозили детские фильмы и сказки, мы с детворой ходили на дневной сеанс.
     Однажды привезли фильм " Брак по-итальянски" и внизу афиши было написано: " Детям до шестнадцати лет смотреть запрещается", а так хотелось узнать, что же это нам запрещается? Я была рослой девочкой и Света решила взять меня с собой на этот фильм, на вечерний сеанс или я тогда её упросила, теперь уже и не помню. Они с моей сестрой стали делать из меня взрослую, для начала, накрутив мои волосы на маленькие бумажки, это называлось шестимесячной завивкой, затем накрасили мне глаза карандашом "Живопись", карандаш действительно оказался живописным, он сделал мои глаза ещё больше. Потом Света накрасила мне губы и распустив мои волосы, воскликнула:
     - Ой, как ты похожа на Анджелу Дэвис!
     Я не знала, кто такая Анджела Дэвис, но часто слышала это имя. Затем на меня надели нарядное платье и сестра даже не пожалела свои туфли на каблучках, видно, вошла в азарт. Туфли были мне большеватыми и в носок была засунута вата. Так мы отправились в кино, в дом культуры, на меня все оглядывались, но искусство требует жертв. И я терпела, искушение посмотреть запретный фильм, было сильнее. Только в кино меня не пропустили, билетёрша сказала, что даже взрослые так не красятся и расстроенная, я побрела домой, где меня дожидалась мама, в руках она держала ремень. Но она только помахала ремнём перед моим носом и отправила меня умываться. Мама никогда не поднимала на своих детей руку, а их было у неё семеро, ограничивалась тем, что ругала словесно. Зато Свете и сестре досталось. Она их два часа отчитывала.
     С соседскими девочками, мы собирали фантики от конфет и собирали их в коробку из-под обуви, ценились фантики от шоколадных конфет "Мишка на севере", "Ну-ка отними," "Каракум". Мы тщательно разглаживали их ладошкой и менялись ими, при этом спорили, как на настоящем аукционе, по-взрослому. А ещё, мы собирали разные открытки и фото любимых актёров. Не поверите, эти карточки я сохранила до сих пор. Вот так весело мы проводили время.