Цена свободы

-Существует свобода! - истерично кричала рыбка, пуская в воду пузыри. 
-Да какая свобода? Здесь кормят, безопасно, есть, где поплавать. Чем тебе это не свобода? 
-Ага, вечно плавать между четырех стенок и смотреть на этих людей! Тоже мне свобода!  
-Ты бредишь, Фред. Кроме этого, другого мира не существует. Не существует твоего “огромного водного пространства, где множество других рыб”. Не су-щест-ву-ет. С чего ты вообще так решил? Кроме тебя, у нас никто о таком никогда не думал.  
-Да потому что не может такого быть! Не может быть, чтобы не существовало других рыб, а этот мир был единственный на свете! По-любому где-то есть место, не ограниченное этими четырьмя стенками! И там много рыб! И все они плавают, сколько хотят и куда хотят!  
-Хватит, - отец Фреда раздраженно раздул жабры. – Время кормежки.  
Все рыбы ринулись поедать падающие кусочки пищи. Лишь Фред отплыл подальше ото всех и отрешенно сидел в водном замке.  
“Да что они знают?” - думал он. “Рабы своих привычек. Рабы этого никчемного мира. Рабы этих людей. Только и могут, что жрать и плавать туда-сюда сутками. Никто из них и не думает о чём-то большем. Жалкие, тупые рыбины. Нет, я не буду таким. Я не буду таким, как мои родители. Я пойду дальше. Я вырвусь отсюда, чего бы это мне не стоило”. 
-А ты чего не ешь? – радостно виляя плавниками, спросил брат Фреда.  
-Не хочу. А ты чего такой радостный? Нравится быть рабом? Плыви, давай, да жди следующей жрачки. В этом же смысл твоей жизни? 
-Да пошёл ты… 
Вода булькнула. Её тонкую гладь разрезал вылавливающий что-то сачок. Заметив это, Фред вышел из прострации и подплыл поближе к остальным рыбам.  
-Что там случилось? – спросил он у отца.  
-Майк умер. Ни с того ни с сего просто всплыл брюхом вверх и всё. Человек его вылавливает.  
Фред призадумался.  
-А что с ним сделают, когда выловят? 
Отец испытующе посмотрел на сына.  
-Знаешь, ты задаешь слишком много вопросов. Не знаю я, что с ним будет. Это уже никого не волнует, успокойся.  
Фред напряженно наблюдал за мертвой рыбой, за копошащимся в воде сачком, за человеческой рукой. Всем остальным до этого не было дела: кто-то плавал, кто-то спал, удобно расположившись на камнях, кто-то вылавливал тонущие кусочки пищи.  
“А, действительно, куда девают мертвых рыб? Вылавливают сачком, достают из нашего мира, а потом? Куда их относят?” 
Размышления Фреда прервал Джим. 
-Эй, Фред, ты чё там один сидишь?! Будешь в догонялки играть? 
-Нет, не сейчас. Слушай, а ты не знаешь, куда девают мертвых рыб?  
-Куда девают мертвых рыб? - удивленно переспросил Джим. – Нет, не знаю. Ну, может, относят куда-нибудь… 
-А куда конкретно? 
-Не знаю. А почему тебя это волнует? 
-Да так, просто… 
-Нет, извини, брат, я не знаю. Так будешь в догонялки играть?  
-А как думаешь, люди могут как-нибудь проверить, умерла рыба или нет? Или они просто сразу относят их куда-то?  
Джим недоумевающе посмотрел на брата.   
-Никогда не думал об этом.   
Джим не стал в третий раз предлагать поиграть в догонялки и продолжил плавать кругами, а Фред остался сидеть в водном замке.  
“А если люди не знают, как проверить, умерла ли рыба, и сразу их относят? Но куда относят? А, может, туда, где живут рыбы-хищники, на корм? А, может, там, куда сливают мертвых рыб, и есть та свобода? Но ведь можно попросту притвориться. Всплыть брюхом вверх и ждать, пока тебя выловят, в чем проблема? Правда, в мире людей рыбы долго жить не могут. Хотя, какая разница? Возможно, это единственный способ выбраться из этого мира. И, если ничего не выйдет, то лучше уж умереть, чем жить в неволе”.  
Размышления Фреда прервал ребенок, стучащий по стеклу аквариума. Все рыбки мигом поплыли на звук.  
“Какие они всё-таки жалкие. Неужели не понимают, что они лишь украшения мира людей, а не свободные рыбы? Их судьба уже давно предрешена Человеком, а им абсолютно всё равно. Они даже довольны. А, к чёрту! Решено! Сейчас же притворюсь мёртвым, и будет, что будет”. 
Фред несколько раз с усилием раздул жабры, перевернулся на спину и всплыл на поверхность. Отец заметил это и подплыл к нему. 
-Ты что творишь?! А ну хватит этих фокусов! Переворачивайся обратно! 
-Отвали. Мне надоело с вами. Я хочу свободы.  
-Фред, дурак, угомонись! – отец начал бить сына плавниками, но тот дал сдачи и снова всплыл кверху брюхом.   
-На отца плавник поднял?! Да кто ты после этого?!  
Фред молчал. Он ждал, пока кто-нибудь из людей заметит его.  
Спустя несколько часов работник кафе принялся вылавливать рыбку сачком. Остальные сородичи испуганно наблюдали.  
-Ну и придурок. Хотя, он всегда был таким. Я даже не удивлен, - говорил один житель аквариума другому.  
-Да уж.  
Хоть рыбы и осуждали поступок Фреда и считали его безрассудным, в глубине своей рыбной души каждой из них так же было интересно: а что же, действительно, произойдет с ним дальше? Что с ним сделают люди? У каждого вдруг засело сомнение: “а если он, действительно, был прав, и наш мир не единственный, и существует некая Свобода?”. Но проверить это, как решил сделать Фред, никто не осмеливался: страх одолевал любопытство.  
Наконец работник выловил рыбу.  
“Так, сейчас, главное, сильно не барахтаться. Нельзя тратить энергию. Нужно продержаться”. 
Мужчина понёс Фреда в туалет. Он бросил его в унитаз и нажал кнопку смыва. 
“Вода, вода! Ну, наконец-то. Можно вздохнуть. Значит, я был прав! Значит, существует миры, помимо того, в котором жил я! Надо плыть. Надо найти других рыб”. 
Фред, подгоняемый сильным течением, быстро плыл по трубе.  
“Вот это скорость! Вот это я понимаю! Не то, что плавать от стенки до стенки!”. 
От накатившей радости он стал ещё усерднее вилять плавниками. Затем из трубы попал в водопад, впадающий в небольшое озеро.   
“Конец! Вот она! Свобода! Нужно срочно найти рыб! Рассказать им про себя!” 
Фред хотел было поплыть дальше, но вдруг понял, что двигаться и дышать стало намного тяжелее.  
“Что за..? Что с этой водой? Почему мне тяжело дышать? Она слишком мутная, здесь много грязи, я ничего не вижу. Эй! Кто-нибудь есть здесь?! ЭЙ!”. 
Он начал в панике открывать и закрывать рот, пытаясь вздохнуть, но ничего не выходило. Затем Фред попытался нырнуть поглубже, но понял, что не может двинуться, а сознание медленно покидает его.  
“Вот и всё. Доигрался. Получил долгожданную свободу? Доволен? Нравится? Наверное, всё-таки не стоило покидать тот мир. Там кормили регулярно, воду чистили. Хорошо поплавать, конечно, места маловато, но размять плавники - хватает. Хотя, я знал, на что иду. И мог догадаться, что примерно так всё и кончится. Но всё-таки решился и попытался, а это, думаю, всё же лучше бездействия. Да какая уже разница? Интересно, что сейчас делают родители…”. 
Он уже не пытался вздохнуть: плавники расслабились, глаза помутнели, и Фред повис в мутной воде, подталкиваемый лишь небольшим течением.