Любовь

-Ты счастлив?

Вопрос повис в воздухе. Комнату наполнял льющийся из колонок голос Лиама Галлахера из группы Oasis. “...because maybe you're gonna be the one that saves me...”, что переводилось примерно как: «поскольку, возможно, ты именно та, кто сможет спасти меня». В этот момент я символично посмотрел на Полину. Знал, что нужно ответить, какого ответа она от меня ждёт, но в горле пересохло, я словно онемел и не мог вымолвить ни слова.

-Конечно, - в конце концов ответил я и поцеловал её в лоб. И сам не понимал, почему мне так тяжело было это сказать.

Я обнял её и прижал к себе. Чувствовал запах её волос, её тела. Вот она, лежит со мной, мы одни в квартире, завтра не нужно никуда идти, играет приятная музыка, и я, кажется, правда, счастлив.

Счастлив?..

«...Поскольку, возможно, ты именно та, кто сможет спасти меня...». Сможет спасти меня?..

-Чем завтра займемся? - спросила она.
-Не знаю, давай проснемся и решим. Можем дома посидеть, посмотреть что-нибудь, можем сходить куда-нибудь. Хочешь куда-нибудь?
-Можно погулять вечером немного, если погода хорошая будет.
-Да, давай.

Кажется, это именно то, чего я хотел. Такого домашнего уюта, спокойствия, жизнь уже не так сжимает горло, любимая девушка рядом, и мы с ней идём, крепко держась за руки, по извилистой, ухабистой жизненной тропе к пресловутому хэппи-энду. Ведь, кажется, я этого хотел. Этого хотел?..

-Я люблю тебя, - сказал и тут же осёкся, сам не понимая, почему. Словно не произнёс фразу, а просто бросил, выплюнул её.

Она посмотрела на меня и нежно прильнула к моим губам.

-И я тебя.
-Очень сильно люблю... - сказал я ещё раз, но тут же появилось ощущение, словно не делюсь с ней своими чувствами, а сам себя пытаюсь убедить в этом; убедить себя, что, действительно, люблю её.

Она посильнее прижалась ко мне.

-Спать не хочешь? - спросил.
-Хочу. А ты?
-Ну так, немного, - соврал я. Спать мне сейчас совершенно не хотелось.
-Давай ляжем?
-Да, давай, только сейчас покурю, подожди.
-Хорошо, давай.

Я встал, выключил музыку, выключил компьютер, взял пачку сигарет и вышел на балкон. Открыл окно, закурил и посмотрел в небо. И вдруг мне нестерпимо захотелось уйти. Дождаться, пока она уснёт, собрать вещи и уйти. Взять на вокзале ближайший билет в первый попавшийся город и уехать, навсегда. Начать там новую жизнь, с новыми людьми или вовсе без них, снять небольшую комнатушку, устроиться на работу и больше никогда не возвращаться. И я совершенно не мог понять, откуда такие мысли. Они будто в один миг выстрелили, прошлись по телу разрядом, и заполнили собой всё, не оставляя места ни для чего иного.

Сквозь балконное стекло посмотрел на неё. Видимо, она уже спала. Обхватив подушку, свернулась, как милый зверёк, и еле слышно посапывала. Думала ли она о чем-нибудь, когда засыпала? Снится ли ей сейчас что-нибудь?

Я невольно улыбнулся. Балконная дверь будто была стеной, отделяющей две жизни. По эту сторону я, стою курю и думаю навсегда покинуть и её, и этот город и всё связанное с ним. По ту сторону она, тёплая, дремлет и, наверное, сквозь сон ждёт, когда я лягу рядом и обниму её. И мне вдруг стало тошно от себя. Тошно от того, что, вообще, на миг задумался вот так бросить всё. С другой стороны, может, это нормально? Может, каждого в какие-то моменты посещают такие мысли, и её тоже? Минутная слабость, не более, а завтра всё встанет на свои места? Но почему, вообще, ко мне в голову могли прийти подобные идеи? Я не мог ведь просто взять их из ниоткуда. У всего ведь должна быть причина.

Должна быть причина?..

Вдруг в голове всплыла цитата из песни. «...And after all you're my wonderwall...”. “Ведь, в конечном итоге, ты — само чудо, и преграда на пути к нему».

Она — моё чудо?..

Я не мог ответить себе на этот вопрос. Сейчас не мог. Но ещё год назад уверенно бы сказал, что, да, она — моё чудо. Она — самое лучшее, что у меня есть. Самое лучшее, что мог найти. Что изменилось? Она, вроде бы, та же; я, вроде бы, тот же. Что не так? В какой момент всё подкосилось? И подкосилось ли? Раньше с нетерпением ждал встречи с ней, постоянно смотрел на её фотографии, и нестерпимо скучал, если не удавалось встретиться хотя бы пару раз в неделю. Просыпался с мыслями о ней, засыпал с мыслями о ней. Что изменилось? Может, со временем так и должно было произойти, и это абсолютно нормально?

Как-то читал статью, что у отношений между мужчиной и женщиной есть несколько стадий. Первая — влюбленность, последняя — любовь. А между ними пропасть с натянутой тонкой верёвкой, пройти по которой удаётся единицам. Влюбленность, как говорят, обусловлена исключительно «химией», гормонами, из-за которых мы и чувствуем к человеку то, что чувствуем. Быть может, мы с Полиной просто прошли эту стадию и перешли на новую? Но думает ли она также, как я? Чувствует ли она то же самое? Мне казалось, что нет. Она, действительно, любит меня, а я, как последний урод, начинаю сомневаться в своих чувствах. Хочу сдать назад, сжечь все мосты, начать всё с чистого листа. Пока она сладко спит и ни о чём не подозревает.

Я с остервенением швырнул окурок с окна и закурил ещё одну сигарету.

Может, я в принципе не могу быть счастлив? Может, так и обречён вечно сомневаться в себе, в своих мыслях, чувствах, в жизни, во всём окружающем? Либо же это пройдет? Но когда? Когда наступит этот момент? Может, стоит сигануть с балкона прямо сейчас — и всё? Может, так будет честнее и для себя, и для окружающих?

Я снова посмотрел на Полину. Нет, не могу так. Не могу просто так взять и оставить её одну. Не позволю себе. Хотя бы в этом пойду до конца. Посплю, забью эти мысли в тёмный уголок сознания и постараюсь больше никогда к ним не возвращаться.

Представил, как проснусь и увижу её улыбку. И невольно улыбнулся сам. Мы обязательно будем счастливы. Обязательно. Будем. Счастливы.

«...because maybe you're gonna be the one that saves me...”.

Докурил, зашёл в комнату, разделся, выключил свет и лёг рядом с ней. Поцеловал её в спину. Она сквозь сон развернулась и обняла меня.

-Я люблю тебя, - прошептал я, и слова растворились в ночной темноте.