ОСЫ

Полдень переходил в вечер, но солнце всё ещё жарило. Руслан Степанов сидел на скамейке в сквере, в тени магнолии. Он неторопливо ел мороженое и не очень присматривался к прохожим.
— Эй, закурить есть?
— Я не курю, — ответил Степанов.
— Молодец, да?
Руслан внимательно взглянул на худого, небритого и слегка подвыпившего пожилого мужчину. «Да это же Володька Ткаченко!» — узнал он его.
Степанов сочувственно посмотрел вслед знакомого с детства соседу, который жил когда-то на Средне-Слободской улице.
Вдруг прилетела оса и стала назойливо кружить над пломбиром. Степанов отмахивался от неё свёрнутой в трубочку газетой. Ткаченко ушёл, а Руслана накрыло воспоминание.


Руслан возвращался с моря домой. На Верхне-Слободской улице он увидел Вовку Ткаченко и Серёжу Шипилина. В руках у Ткаченко была длинная ветка.
— А вот и Рыжий объявился! — произнёс Ткаченко.
— Сколько раз тебе говорить: я не рыжий! — ответил Руслан. — Ещё раз обзовёшь, получишь!
— От тебя ли?!
— Вот увидишь!
— Смелый такой? Сейчас проверим.
Руслан не настроен был драться. Он ещё и подзагорел на пляже так, что всю ночь не мог уснуть от жгучей боли. Хотя сегодня он старался всё время находиться под зонтом.
— Вот тебе «рапира». Пошуруди ею вот в этой дырке, а то я не достаю, — сказал Володька, протянув Руслану прут — очищенную ветку — и показывая на тёмное отверстие между крышей и стеной сарая.
Руслан вопросительно взглянул на низкорослого Серёжу, но тот лишь пожал плечами: мол, не знаю, зачем это.
— Запросто, — согласился Руслан.
Он подошёл к стенке. Легко попал концом «рапиры» в цель и хорошенько её «пошурудил». В тот же миг он услышал крик Володьки:
— А теперь бежим!
— Вы чего?! — удивился Руслан, глядя вслед убегающим ребятам.
Когда же повернулся к сараю, то замер, с ужасом глядя на ос, вылетающих из-под крыши и уже густо окруживших его голову. Бежать было поздно. Одна оса вонзила жало в верхнее веко. Руслана стал отчаянно отмахиваться от них. Без майки, в одних шортах и сандалиях, он был вмиг искусан!
Тело местами распухло, чесалось и болело. Да ещё глаз заплыл!
Всю ночь Руслану снились осы, слышалось их жужжание. Руслан злился на Володьку и Сергея: «Ну, я вам! Теперь только попадитесь мне!»
Руслан увидел Володьку возле своего двора.
— Да мы просто подшутили, да? — стал оправдываться Ткаченко. — Мы и Костю так разыграли. Но он успел убежать. Его не покусали. Он классно бегает, да?
— А я, значит, бегаю плохо?!
— Выходит, что так, да?
Руслан сжал кулаки.
— Тебе ещё повезло, что это были только осы, — смеялся Володька. Я вот прошлым летом подтягивался, ухватившись за карниз балкона, а из-под него вылетел огромный мохнатый шмель и залетел мне прямо в рукав. Знаешь, сколько было укусов?! И каждый укус, как сразу от всех пчёл.
— При чём тут твой шмель?! — Руслан еле сдерживался.
— А вон идёт твой папаня-алкоголик, — перевёл разговор Володька на другую тему. — Во, как шатается, да?
В конце улицы действительно появился отец Руслана.
— И никакой он не алкоголик! — вступился Руслан за отца.
— Настоящий пьяница, да? Алкаш твой отец!
У отца Руслана был отличный слух.
— Ах ты, гадёныш! — крикнул он и яростно кинулся на Ткаченко. — Я, вот, тебе!..
Володька бросился бежать. Отец Руслана — за ним. И упал.
— Повезло ему, что я споткнулся. Иначе я бы его! Я бы ему!..
Это некрасивое, позорное падение отца Руслан простить Володьке не мог.
«Теперь ему не бывать на моей улице!» — решил Руслан.
Он стал дежурить у проулка с каменной лестницей, по которой можно спуститься на Средне-Слободскую улицу.
Вскоре появился Володька.
— Тебе на моей улице играть нельзя! — заявил Руслан
— Ишь ты! А то, что будет?!
— Получишь тумака.
— Это не твоя только улица, да?
— Я предупредил.
Ткаченко попытался пройти дальше, но Руслан так оттолкнул его, что тот чуть было не покатился кубарем в проулок.
— Ты так?! Да? Ладно-ладно! — обиженно произнёс Ткаченко и пригрозил: — Тогда ты тоже не суйся на нашу улицу. Понял, да?
Чтобы попасть на свою улицу, Руслан должен был подниматься по Слободской улице, соединяющей все три улицы, начиная с Нижне-Слободской. Ткаченко подговорил всех своих дружков не давать Руслану прохода.
Теперь Руслан с боем пробивался на свою улицу. Мальчишки, как осы, налетали на него. Он был весь в синяках и ссадинах. Так продолжалось до конца лета. Когда ребята пошли в школу, о мальчишечьих неурядицах уже никто не вспоминал. Но с тех пор Володька на Верхне-Слободской улице ни разу не появился.


Опять прилетела оса. За ней появились другие. Руслан Степанов положил на краешек скамьи остаток пломбира в вафельном стаканчике и пошёл домой. Уже у выхода из сквера он увидел Володьку Ткаченко, лежащего на газоне. Приостановился, чтобы убедиться, что тот жив.