Пушкин-лайт
В одно прекрасное утро надоело не совсем ещё старику ловить неводом ветер, и решил он ловить неводом море. Пошёл не совсем ещё старик к синему морю, закинул невод и вытащил золотую рыбку системы «вуалехвост». Не знаю, как в твоём море, читатель, а в их самом синем море золотые рыбки системы «вуалехвост» говорили человеческим голосом. Вот рыбка и говорит:
— Отпустил бы ты меня, отец. На что я тебе такая — несовершеннолетняя и тощая? А я бы за это тебе какой-нибудь дефицит достала. Могу кроссовки «Адидас», могу джинсы фирменные, могу палку копчёной колбасы. Много чего могу.
— Э-э-э, милая, кроссовки, джинсы и колбаса нынче, как его... не аттрактивны, — вспомнил не совсем ещё старик нужное слово. — А вот простое человеческое счастье устроить смогёшь?
— Нет, отец, такому не обучена, — покачала головой рыбка, разводя плавниками. — Мой максимум — это царские палаты с печным отоплением. Так что, отец, режь меня на куски, жарь меня с маслом...
— Да что я, зверь какой? — сказал не совсем ещё старик. — Ступай себе в синее море, гуляй там себе на просторе.
Сказал и отпустил рыбку. Просто так. Впрочем, в сказках ещё и не такое бывает.
Свидетельство о публикации №218070100969
"Слушай сюда и внимательно.
«Жил старик со своею старухой
У самого синего моря;
Они жили в ветхой землянке
Ровно тридцать лет и три года.
Старик ловил неводом рыбу,
Старуха пряла свою пряжу».
- Что скажешь об этом?
Доша мысленно пожал плечами.
- А если подумать? – не отстал голос.
- Причём тут старики? – спросил Доша.
- Тупой ты, Ловец, и поделом тебе проблемы твои! – не выдержал голос, - Пошевелить мозгами совсем не желаешь!
- Да мне Дора вынесла мозг сегодня, нечем шевелить…
- Не будь твоего чувства юмора, - снизил тон Аристарх, - вообще бы с тобой дела не имел. Ну, напрягись! Ясно же, что эти строки имеют к вам с Дорой отношение.
Доша задумался и неуверенно произнёс, размышляя:
- Жили у моря… в ветхой землянке… Ни хрена себе! Тридцать три года женаты, а он ей даже избу не поставил. В землянке зимой, старикам…
- Вот! Ты не безнадёжен, как сначала показалось. Идём дальше.
«…
В третий раз закинул он невод, —
Пришел невод с одною рыбкой,
С непростою рыбкой, — золотою.
Как взмолится золотая рыбка!
Голосом молвит человечьим:
«Отпусти ты, старче, меня в море,
Дорогой за себя дам откуп:
Откуплюсь чем только пожелаешь».
Удивился старик, испугался:
Он рыбачил тридцать лет и три года
И не слыхивал, чтоб рыба говорила.
Отпустил он рыбку золотую
И сказал ей ласковое слово:
«Бог с тобою, золотая рыбка!
Твоего мне откупа не надо;
Ступай себе в синее море,
Гуляй там себе на просторе».
- Что теперь скажешь? Учитывая предыдущее, подмеченное тобой.
- Ну… дурак старик. Сам упустил шанс.
- Мало того, что упустил, так и о жене не подумал.
- А ведь верно…
- Слушай, что было дальше.
«Старика старуха забранила:
«Дурачина ты, простофиля!
Не умел ты взять выкупа с рыбки!
Хоть бы взял ты с нее корыто,
Наше-то совсем раскололось».
Голос замолчал, ожидая дошиной реакции.
- И старуха дура!
- Тут не соглашусь. Забитая, нищая женщина, вышедшая за неудачника, не построившего ей дом, не давшего детей, загубившего жизнь, она поначалу даже больше нового корыта помечтать не смогла.
- Всё так, - вынужден был признать Доша, - а мне и в голову это не пришло.
- Идём дальше. Старик пошёл просить у рыбки корыто. Получил. Но тут…
«Воротился старик ко старухе,
У старухи новое корыто.
Еще пуще старуха бранится:
«Дурачина ты, простофиля!
Выпросил, дурачина, корыто!
В корыте много ль корысти?
Воротись, дурачина, ты к рыбке;
Поклонись ей, выпроси уж избу».
- Аппетит приходит во время еды? – предположил Доша.
- Избу, дурачина, про которую ты сам говорил!
Доша опустил голову. Дурак я, правда твоя, Аристарх.
- И неплохую избу: «…изба со светелкой,
С кирпичною, беленою трубою,
С дубовыми, тесовыми воротами».
- Вот тут уже старуха, уставшая от своей тяжёлой жизни, поняла, что, имея шанс, придётся жить по-прежнему столь же трудно и бедно придётся и в новой избе… психанула:
«Выпросил, простофиля, избу!
Воротись, поклонися рыбке:
Не хочу быть черной крестьянкой,
Хочу быть столбовою дворянкой».
- Что теперь скажешь?
- Старуха поумнее старика.
- Верно. Но когда сбылось и это, то пожелала ему отмстить за погубленные годы, отослав служить на конюшне.
- Это ещё гуманно… - сказал Доша.
- А вот дальше её занесло… в результате чего потеряла всё.
- Занесло?
- Власть и деньги сводят с ума и не таких, как она.
- И как это случилось?
- Возжелала стать царицей – стала. Тут уже старика вытолкали взашей, чуть топорами не зарубили. Но после, когда придворные льстецы напели ей, что достойна большего и слабая голова закружилась совсем, послала старика требовать от рыбки, чтоб та ей служила на посылках, выполняя все желания. И потеряла всё. Как ты говоришь, крыша у неё поехала или башня отъехала капитально. Так?
- Даа… - протянул Доша, - а всё имела.
- Именно. Это нередкая участь правителей.
- Да, но к чему эта история?
- Простофиля ты, дурачина, выражаясь словами сказки, или ловко прикидываешься им. Я дал тебе первый урок женской психологии, и взгляда на вещи с их стороны. Выводы делай сам. На сегодня с тебя хватит. Не допетришь, как ты выражаешься, сделаю женщиной.
- Только не это! – в ужасе замахал руками Доша.
Старец захохотал.
- Правду молвишь, Ловец! Есть мужская молитва-благодарность за то, что не родился женщиной, есть! Думай, Доша, думай…
И пропал".
"Привет, Данте!"
Ааабэлла 24.04.2026 13:09 Заявить о нарушении