Про мальчика Вову

Родился однажды в Ленинграде мальчик Вова и сразу стал ко всем приставать: «Дайте мне еды, простой, но полезной: чтобы каша была на цельных зернах, а не промолотых, чтобы морковка была оранжевая и ровная, а не кривая и грязная». Приходилось родителям Вовы мыть морковку и чистить ее так, чтобы она выглядела, как образцовая, хотя и не говорили они вздорному мальчишке, что морковка та самая, обычная, с глинистого огорода.  Скоро надоел этот супостат отцу, тот плюнул и ушел из семьи, а Вова, видя слезы матери, вдогонку кричал: « Уходишь? Ну и ладно, видали мы таких предателей!»
Пришло время, и пошел мальчик Вова в школу, но и там он остался прежним: всем давал советы по делу и без дела, зазывал всех на субботники, а сам не являлся, предлагал поехать в поход, а сам заболевал. И так во всех начинаниях – начнет и пускает все на самотек. Все ему сходило с рук.  Сначала помогала его несчастная  мать, которая, как грозная армия, прибегала в школу на выручку сыну, а потом студенческий профком в институте, после чего стал еще развязнее. Если в школе он только и заставлял, что давать ему списывать, то, являясь старостой, обложил и без того бедных студентов поборами: то на городские соревнования по бегу, то на помощь детям Руанды. Поборы никому не нравились, но никто не спорил, потому что был он на первых позициях у руководства института. Тем нравилась активность студента, и никто даже не пытался проверить, на что шли собранные средства, действительно на цели сбора или на день рождения очередного  члена студенческого профсоюза. Было не до того. Были, конечно, смельчаки, которые хотели даже поколотить Вову, но он всегда убегал, и только сдалека грозил «показать всем Искандеру». Никто не знал, что это, но ругали всё громче, до конца всей его учебы. После института вступил он в партию Коммунистов и подумал: « Вот где раздолье. Вот где наведу я порядок!» И принялся то, что умел он лучше всего: давать указания, делегировать обязанности, обкладывать поборами и запугивать других членов партии. В партии это не нравилось никому, и его сначала хотели исключить из нее, а потом ознакомились с биографией и отправили в Германию к немцам. «Вот они, немцы, его точно приучат к порядку. Они-то в этом понимают толк. А выгнать мы всегда успеем» -  сказал председатель исполкома. Все зааплодировали и сказали Вове собираться. Тот сначала возразил, но ему показали фильм про Штирлица, и он сразу передумал, решив, что на него возлагается особая миссия.
Долго прожил мальчик Вова в Германии и, прямо-таки, влюбился в эту страну: ходил в библиотеки, по музеям, изучал немецкий язык и историю, особенно нравились ему книги времен правления Гитлера. Все ему казалось там слаженно и четко: все работают, пока не пришел приказ, потом бац, и все уже полицейские, бац - и солдаты. Одно ему не понравилось – это то, как обошелся Гитлер с евреями. «Зачем он их в лагеря отправлял?!» - размышлял он - «Ведь можно было отправить их работать на заводы за маленькую зарплату, чтобы не смогли никуда уехать».
И зажглась в глазах мальчика Вовы искра, появилась в его голове  мечта - построить новый мир с новым порядком. Поразмыслил он и вернулся домой.