Детство моего дневника. Глава 23

Тир и нарды

На Настин День Рождения мы ходили в тир. Дело в том, что у неё был брат-двойняшка Андрей, и он тоже учился в нашем классе. Я смутно помню, кто тогда с нами был. Написала сначала Аня, но потом засомневалась. Аню бы не отпустили, скорее всего, про Дашу тоже в моих дневниках ничего не сказано. Написано, что были друзья Андрея. Наверное, только я и приходила из Настиных друзей.

Было необыкновенное радостное волнение от встречи с чем-то неизвестным и почти взрослым. Я стреляла из винтовки, пистолета, арбалета и лука, пару раз кинула сюрикен и, наверное, один раз попробовала метнуть нож. Больше всего мне понравилась винтовка. Сейчас я уже не смогу объяснить, почему. Может, выглядела внушительнее, чем всё остальное? Не помню, попадала ли я там куда-то вообще хоть раз, но главное было другое. У оружия определённо есть какой-то странный магнетизм. Это больше, чем ощущение власти. Всё уходит куда-то более глубоко, возможно, в какие-то потаённые тёмные уголки нашей души.

После стрельбы нам всем достались сюрпризы. Мне позволили выбрать из фонарика и ещё чего-то. Конечно, я выбрала фонарик. Маленький брелок в виде настоящего фонарика на батарейках. Моему счастью не было предела. Это Настя тогда запомнила, что я хочу свой фонарик и сказала об этом родителям, когда они покупали для нас сюрпризы. Это было волшебно, неожиданно и прекрасно.

Потом мы приехали к ним домой и до вечера во что-то играли, в конкурсах участвовали. Настин папа научил меня играть в нарды, и это тоже было необыкновенно. Нарды у меня ассоциируются с чем-то восточным. Музыка с переливами ми бемоль и фа диез, запах жжёных листьев в трубке кальяна и ещё что-то такое до звука песчинок между зубами восточное.

В феврале мы ходили с крёстной в картинную галерею. У мамы откуда-то появились билеты, а у крёстной неожиданным образом оказалось свободное время. Мы не просто ходили между стенами из зала в зал, нет, она пыталась научить меня рассматривать картины, читать их. Одного взгляда тут недостаточно, даже если у тебя фотографическая память, а уж если и её нет, то лучше обойти всё медленнее, но хоть что-то. Она показала мне, что могут выражать разные линии, как бывает построена композиция. Некоторые картины ей даже удавалось озвучить, то есть передать, что изображённые на них люди могут друг другу говорить. Подобная практика если и не приближает тебя к замыслу художника, то уж, во всяком случае, помогает увидеть в работах что-то своё.

http://www.proza.ru/2019/02/20/1370