— ...в главном мы, в общем-то, ничем не отличаемся. Мы все живём, все шевелимся. И не важно, движение это от веры в Бога к вере в себя или от пристрастия к пиву до пристрастия к чему-то серьёзнее. — Она широко зевнула, прикрывая ладошкой аккуратный ротик. — Но ты должен доказать своё право на шевеление. Своё ты, увы, упустил.
Она прокрутила на пальце спусковой крючок потёртого глока, навела на меня. Ровно в центре поля зрения появилось чёрное дуло, из которого выглядывала космическая пустота.
Руки, точнее те культи, что от них остались, уже почти не саднили. Я немного пошевелил телом напоследок — настолько, насколько позволяли верёвки и полоски скотча, намертво прилепившие меня к стене.
Она хотела сделать арт-объект из моей мёртвой, прикреплённой к стене тушки. Вот и нашёлся смысл моей никчёмной жизни. Искусство.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.