Потому что ты ждёшь меня... 24

Девица продолжала сыпать оскорблениями, и степень её злобы и ненависти поражала. Драгоценные секунды, нужные для моего спасения, таяли на глазах. Что делать, не знала. Впервые в жизни не могла придумать, как спастись. Раньше всё казалось проще, я отвечала сама за себя и никому не была нужна.
 "Ты больше, чем мечта, моя девочка... Ты выше всех звёзд… Только с тобой узнал… Моя любовь к тебе больше неба, и никакая жизнь без тебя мне не нужна…"
Очередное похабное слово привело меня в чувство, и я попыталась...

- Стоять! - взвизгнула Алина. Её лицо подёргивалось, кроваво-красные губы застыли в гримасе, в глазах было одно только безумие. Она сумасшедшая, мелькнула у меня мысль, а такие способны на всё. Звуки остановившегося лифта и приближающихся шагов привели в смятение. Дверь в квартиру оставалась открытой. Никто не должен пострадать, пусть она расправится только со мной. Если сумеет. Я буду биться до последнего!
- Ты захотела украсть чужого мужчину, и ответишь за это, дрянь! Родинка у неё, и много раз тебе её целовали? Не будет у тебя свадьбы через неделю, не будет!

Железная дверь с размаху ударилась о стену, и это отвлекло Алину.  Она повернулась и кинулась на входящего мужчину. Удар, глухой стук, и сначала я не поняла, что произошло. Виктор вскрикнул, закрываясь руками, и сполз спиной по двери, как в замедленной киносъёмке. Опомнившись,  я нанесла удар Алине в челюсть, вложив в него всё, что только смогла найти в себе. Теперь мы были на равных, в руках преступница больше ничего не держала. Ударившись головой о стену, она попыталась встать и кинуться на меня. Нет, милая, этому я научилась с пяти лет, а потом ещё целых пятнадцать училась спасаться и спасать…Виктор глухо стонал, но крови нигде не было видно, и я не знала, что с ним. Большой букет роз и красивый торт с длинной надписью валялись на полу. "Любимой" - бросилось в глаза первое слово на торте, и я, сорвав с коробки крышку, изо всех сил припечатала килограмма полтора бисквита Алине на лицо.
- Сука! - взвизгнула она, - сука!

Подхватив с пола сумочку, Алина побежала вниз, а я чуть не споткнулась о маленькую валявшуюся баночку, в которой виднелись остатки маслянистой бесцветной жидкости. Запаха не ощущалось. Страшная догадка поразила меня... На руках Виктора появилось много белых пятен, а вскоре они, наверное, начнут приобретать бурый цвет. Я схватила телефон и набрала 112.
- Вызов принят, ожидайте, - спокойный голос диспетчера произвёл обратное воздействие - меня затрясло, и я с трудом вызвала Игоря.
- Марина, что случилось, не кричи! - он не мог ничего понять, кроме моего истерического: "Игорь, помоги!"
Задав несколько вопросов, он приказал поставить телефон на громкую связь.
- Марина, девочка моя, ты же медик! Возьми себя в руки, надо спасать Виктора. Как он? - голос Игоря вибрировал, и я, всхлипывая, ответила, что Виктор потерял сознание.

Игорь отдавал команды чётко, как во время операций: надо найти в шкафчике на кухне аптечку, сделать пять миллиграмм эсонила* внутривенно.
- У него сердце слабое, я знаю это, возьми в холодильнике ампулы, кропотон*, десять миллиграмм. Вены нет? На запястье всегда есть, моя девочка, давай,  быстро!  Вот так, молодец. Осторожно попытайся снять одежду…
- Знаю, как оказывать первую помощь при ожогах серной кислотой, - всхлипнула я, - и всё сделаю.

(названия лекарств - вымысел автора, описания серной кислоты и первой помощи при поражении - подлинное. Примеч.автора)

Не переставая плакать, смывала проклятую кислоту с рук Виктора, радуясь, что ему на лицо ничего не попало. Смывать нужно большим количеством воды, и минут тридцать, иначе это только усилит повреждение. Затем нужен мыльный раствор или раствор пищевой соды - 1 чайная ложка порошка на пол-литра воды, чтобы обработать раны.
- Молодец, Марина, умница. Все правильно, держись, моя хорошая, и будь предельно осторожна! Я уже близко.

Игорь отключился, а я продолжала обрабатывать раны Виктора. Почему он всё ещё без сознания? Вскоре раздались громкий топот бригады "скорой помощи", вопросы, комментарии:
- Молодец, милая барышня, всё абсолютно точно, лучше и не придумать, - сказал пожилой врач, подбирая с пола ампулы, - Вы знаете пострадавшего?
Я не успела ответить - в квартиру вошёл Игорь и сделал это за меня. Мужчины понесли носилки в машину, а я без сил опустилась на пол в гостиной. Слёз не было, меня просто трясло, как при очень высокой температуре. Послышался вой сирены "скорой". Только бы Виктору помогли, только бы помогли, шептала я, раскачиваясь, как маятник. Вернувшийся Игорь со словами "в третью городскую повезли, в ожоговый" рывком поднял меня с пола и всмотрелся в мои глаза. Затем он как-то ловко стащил с меня одежду, включая и трусики, и бросил на пол. Что он делал, чего хотел, я не знала, да мне и было это безразлично.
- Так, хорошо, - бормотал Игорь, осматривая меня со всех сторон, - на тебя ничего не попало. Марина, оденься, пожалуйста.

Игорь быстро сделал несколько звонков и, вернувшись, нашёл меня всё в том же положении - голую на диване. Меня трясло чуть меньше, я громко всхлипывала без слёз. Они кончились, наверное.
- Господи ты Боже мой, - Игорь взял меня на руки и отнёс в спальню. Там он во что-то одел меня и уложил на кровать, а вернулся с большим шприцем в руках.
- Ты хорошо делаешь внутривенные, - сказала я машинально.
- Угу, - отозвался Игорь, - стараюсь понемногу. А ещё операции делаю, иногда. Говорят, неплохо получается.

Я судорожно засмеялась. Игорь держал меня за руку.
- Марина, постарайся заснуть. Если сможешь, конечно. Как только я узнаю о состоянии Виктора, сразу тебе сообщу, хорошо? Я отъеду ненадолго, очень надо. Никому дверь не открывай.
- Она не вернётся? - я схватила Игоря за руки.
- Её вот-вот задержат. Не бойся, моя девочка, всё уже позади. Самое страшное прошло. Конечно, такое потрясение пережила, моя хорошая. Сам опомниться не могу до сих пор.

Я вцепилась в Игоря, не желая отпускать его от себя. Я целовала его, как полубезумная, я прижималась к нему и говорила, что никогда никому его не отдам. Я уже купила ему серебряный браслет и как раз сегодня хотела подарить. 
- Вечером, хорошо?- улыбнулся, наконец, Игорь. - Я тебя сам никому не отдам. Это потрясение - последнее, обещаю тебе, моя любимая девочка. Отдохни немного, а то скоро полиция приедет, следователи и так далее. Я ненадолго.

Игорь поцеловал меня и быстро вышел, а я лежала, разглядывая потолок, и понимала, что заснуть мне не удастся. Мой любимый человек был прав во всём. Кроме одного - самое большое потрясение ждало меня впереди.

   ( окончание следует

http://proza.ru/2019/04/02/1628