Кошачья мама 2, или история кота по имени Серик

Серый котёнок прибился к нашему дому и, как повелось, я взяла над ним шефство, устроив ему постель в коробке и подкармливая его. Он был яркой, не совсем обычной окраски. По гладкой серой шерсти шли чёткие, тёмные полосы. Этакий тигрёнок, только серого цвета. Он признал во мне свою "маму" и всегда, после прогулок, возвращался спать в коробку, стоявшую под лестницей недалеко от двери в мою квартиру. Но однажды утром я не нашла его на месте и, отправившись на поиски, обнаружила в кустах возле подъезда. Он плакал от боли. У него была сломана передняя лапка. Не знаю, кто поиздевался над беззащитным котёнком. Я плакала вместе с ним. Со слезами принесла его в дом. Мама не могла видеть ни моих слёз, ни страдания животного. Она наложила картонную «шину» на сломанную лапку и разрешила оставить котёнка дома, пока он не поправится. Лапка со временем срослась, да так удачно, что котик даже не хромал. Но отправить его на улицу  ни у кого не было сил. За эти несколько месяцев он прижился и стал нашим домашним котом по имени Серик. И очень благодарным , даже благородным котом. Он был необыкновенно тактичным и ненавязчивым, возможно помня своё трудное детство и ценя новую, домашнюю жизнь.


 Как-то он серьёзно заболел. Видимо тогда ходила какая-то то инфекция, потому что одновременно, с такими же симптомами, похожими на отравление, оказался болен котик моей подруги по соседнему подъеду. Её кот так и не выжил, но нашего удалось спасти. Он не мог есть и мы поили его бульонами из пипетки. Помню, какое было счастье, когда он наконец сам подошёл к водичке и стал её лакать. Очень мы к нему привязались к тому времени, полюбили нашего умницу Серку.

 Мы были уверены, что он у нас необычный и талантливый, что его можно было бы обучить разным цирковым трюкам, если бы было кому этим заняться. Он, например, обладал редким для кота даром- умел, как собачка, стоять на задних лапках, поджав передние, ожидая награду. Коты, будучи очень своевольными, обычно  не поддаются дрессировке, но наш Серик был послушным и терпеливым.


Улицу, помня её опасности, он недолюбливал, но, повзрослев, стал уходить на ночные прогулки, неизменно возращаясь под утро и ожидая под дверью, когда её откроют и впустят его домой. Только вот в одно грустное утро не оказалось его на привычном месте. Мы с сестрой забили тревогу и отправились на поиски. Мы продолжали ходить по соседним дворам неделю, но безрезультатно. Наш кот пропал.

Слёз было пролито огромное количество. Мне тогда  было лет тринадцать и это была моя первая потеря. Память о нём осталась навсегда, не столько событиями, сколько  теплом в сердце. Жизнь его была недолгой  и весьма драматичной, но, веря в закономерность и связь событий, я сейчас думаю, что и ему и нам был подарен этот шанс короткого счастья.