Игры нашего детства

   Вот и лето!.. Здравствуй, лето – жаркое, большое, долгожданное, с долгими яркими днями, с буйной, радующей глаз зеленью, с нежными полевыми цветами и ароматными ягодами, с жужжанием пчёл и стремительным полётом стрекоз, с голосом кукушки в прохладе леса, с весёлыми криками у сверкающей реки… Лето!.. Можно целый день до самой темноты бегать на улице с подружками и играть в разные игры, качаться на качелях. Только… где же девчонки и мальчишки? Неужели сидят дома? Я обвожу взглядом пустые дворы с одиноко стоящими качелями и вспоминаю своё детство…

     …Летом в нашем дворе с утра и до позднего вечера слышались весёлые голоса ребятни. Не было ни телевизоров, ни компьютеров, и мы бегали перед домом,  общаясь друг с другом.
     Наверное, самой любимой игрой у девчонок были «классики». Весной, как только просыхала дорожка перед домом, откуда ни возьмись, на асфальте появлялись нарисованные мелом пронумерованные квадраты, по которым мы без устали прыгали весь день. Условия игры были разные, и «классики» никогда не надоедали.
     Обязательно нужна была чеколяшка. Это круглая баночка из-под крема для обуви. Хорошую чеколяшку подобрать было непросто. Она должна быть и не тяжёлая, и не лёгкая, крепкая и не разлетающаяся при броске на асфальт. Устоять перед «классиками» не могла ни одна девчонка, и даже серьёзные старшеклассницы по привычке прыгали на ходу по разрисованным квадратам.
     Ещё любили скакалки – у каждой девчонки была скакалка.  Просто прыгать – долго или быстро-быстро было недостаточно. Особым шиком считалось умение в прыжке скрещивать руки со скакалкой, и тем более – крутить её назад, тоже скрещивая руки. Каких только способов мы не демонстрировали друг другу! Но интереснее было, когда кто-нибудь выносил длинную скакалку. Тогда два человека, стоя на расстоянии друг от друга, мерно раскручивали её, и начиналась игра «без опоздал». Играющие вставали в очередь, и нужно было  вскочить в круг, попрыгать и выбежать, не запутавшись в скакалке, а потом успеть запрыгнуть в круг с другой стороны. Это было весело и увлекательно, особенно когда скакалку начинали крутить всё быстрее и быстрее.
     Когда кто-нибудь выносил мяч, играли в «вышибалы». Два человека вставали на значительном расстоянии друг от друга и мячом старались попасть в третьего, бегающего между ними. Если игрока задевали мячом, он вставал на место выбившего его, а если ловил мяч – это был «запасной лов», который выручал в будущем или позволял войти в круг выбывшему товарищу, если бегали двое.
     На большом зелёном газоне перед домом играли в «штандер». Ведущий высоко подбрасывал мяч, кричал «штандер!» и называл имя игрока. Все бросались врассыпную, а названный должен был поймать мяч и крикнуть «штандер!». Тогда все замирали на месте, а он делал три шага к ближайшему игроку и бросал в него мячом. Участники игры сбегались обратно в круг, и игра начиналась сначала.
На этом же большом газоне мы играли в «цепи кованы». Играющие, разделившись на две команды и взявшись за руки, вставали в линию на значительном расстоянии друг от друга. С одной стороны кричали:
     – Цепи-цепи кованы, раскуйте нас!
     – Кто из нас? – спрашивали из другой команды.
     Посовещавшись, игроки называли имя, и этот человек должен был с разбегу прорвать их цепь. Тогда он забирал одного противника и с победой возвращался в свою команду. Если же он повисал на крепко сцепленных руках, то сам оставался в плену, пополняя численность соперников. Игра была шумной, весёлой, азартной. В одну цепочку вставали и девчонки, и мальчишки, бурно обсуждая – в какой последовательности встать в одну линию, чтобы не оставить слабых мест, кого выбрать из команды соперников для налёта, чтобы удержать его на своей стороне.
Ещё играли в «лягушки». Играющие по очереди бросали мяч в стену дома и потом перепрыгивали через отскочивший мяч. В эту игру играли только девочки. Правда, всё равно иногда мяч, конечно же случайно, попадал в окно на первом этаже. Тогда нужно было разбегаться или оправдываться, опустив глаза. Нас то и дело отгоняли от этой стены. Сердитую соседку с первого этажа мы боялись, но игра была такой интересной, что  всё равно мы часто прыгали возле окна.
     Машин раньше было мало, и на асфальтовой дорожке перед домом можно было спокойно играть в бадминтон. Если в воланчик положить немного пластилина, он становится тяжелее и не боится ветра. Подачи становятся высокими и длинными. Можно встать на большом расстоянии друг от друга и успевать достать любые подачи.
     Перед нашим домом был лесок из невысоких сосёнок, и там стоял стол для тенниса. Но в эту игру удавалось поиграть нечасто, так как она была только у одного-двух старшеклассников. И обычно мы стояли рядом, завидуя и ожидая, когда старшие наиграются и дадут немного поиграть и нам – младшим.
     В жару девчонки выносили игрушки и, сидя в тени кустов на траве, играли в дочки-матери. Если у кого-то появлялся красивый фантик, то искали вокруг кусочек стекла, чтобы сделать в песке «секрет», о котором, впрочем, быстро забывали. А иногда натягивали между деревьями верёвку, вешали занавеску и устраивали концерт, в котором сами были и выступающими, и зрителями.
     Изредка вместе с мальчишками мы играли в «казаки-разбойники». Опять нужен был мел, чтобы на асфальте указывать свой путь команде соперников, пытаясь ввести их в заблуждение и не дать себя обнаружить. Снова начиналось бурное обсуждение и споры в выборе  стратегии и тактики игры.
     Часто, собравшись стайкой, ходили на озеро. Оно было недалеко, нужно было только пройти по лесу. Озеро было большое, окружённое лесом, и называлось «Лесное». В выходные дни там собиралось много людей, и весёлые крики были слышны задолго до подхода к воде. Там же была лодочная станция. Став постарше, мы брали лодку напрокат и купались в середине озера, спрыгивая в чистую, тихую воду. А пока играли в догонялки или соревновались – кто проплывёт под водой дальше.
     И, конечно же, день-деньской катались на качелях – простых верёвочных, на деревянных «лошадках», «гигантских шагах», на «промокашке» – стоявших на детской площадке или рядом с ней.
     Там же стояла деревянная горка с перилами и высокими узкими ступеньками, ведущими на широкую площадку, с которой было два спуска – большой и маленький. Летом у горки никого не было, а вот зимой мы облепляли её, как муравьи. Горка покрывалась льдом и скатываться с неё было одно удовольствие. Приветствовалось умение прокатиться стоя. Мы без устали и несчётное количество раз поднимались и спускались – то на картонке, то на санках, а то и просто на шубе. После нового года со всей округи собирали уже ненужные новогодние ёлки и приносили к горке с тем, чтобы, затащив наверх, набиться в неё кучей малой и с шумом и радостными визгами спуститься по длинному ледяному пути.
     Особый интерес вызывала игра «царь горы». Играющие разделялись на две команды. Одна стояла наверху на площадке, а другая – внизу и должна была забраться на горку, сбросив с неё противника. Это было непросто – площадка стояла высоко, а хозяева положения были бдительными и сбрасывали игроков, которые старались влезть с любой стороны. Но это только усиливало азарт, и до позднего вечера в темноте у горки стояли весёлые крики и смех.
     Покататься на санках с большой горы мы ходили в лес, который начинался сразу за домом. А ещё катались там на лыжах, выбирая горки с «трамплином».
Недалеко от нашего дома был стадион с большим хорошим катком. Став постарше, мы каждый вечер в любую погоду ходили кататься на коньках. Заплатив десять копеек за вход и переобувшись в тёплой раздевалке, можно было пробежаться или проехать не спеша по большому кругу под песни Валерия Ободзинского. А сначала, пока мы были маленькими, катались на  катке, который заливали на газоне перед домом наши родители.
     Когда выпадало много снега, ходили «мерить сугробы» – натягивали на валенки шаровары и лазили по высоким пышным сугробам. Там, где снег оставался ещё нетронутым, ложились на него, делая отпечаток – «бабочку». Иногда девчонки лепили снежных баб, а мальчишки строили крепости и играли в снежки. А ещё мы лазили под сосёнками, стоящими перед домом. Покрываясь толстым слоем снега, их лапы опускались совсем низко. Если дёрнуть за такую лапу,  обрушится целый сугроб, накрывая с головой.
     Наигравшись, мы, наконец, шли домой. В подъезде снимали пальто и шапки, вешали их на перила и сбивали налипший снег и сосульки. После нас на полу оставались целые лужи растаявшего снега. Придя домой с румяными щеками и подбородками, уставшие, но довольные, мы набрасывались на вкусные, ещё неостывшие мамины пироги.