Интуиция

    Женька ехала домой. Так удачно купила билет на поезд в закрытом купе. Повезло. Попутчиков пока не было.  Её командировки совсем уж стали отрывать её от реальности. Вот отец с матерью её огорошили своим разводом. И это через двадцать два года брака! Как теперь жить то? Из-за чего расходятся? Они же даже не ругались никогда! Ну по крайней мере при ней. Всегда были образцовыми родителями. На родительские собрания постоянно вдвоём приходили. А теперь что делать то?

       Дверь в её купе открылась и туда бесцеремонно ввалилась огромная и недовольная, как туча попутчица.

- Здрасти! Меня к вам переселили. Я там с солдатами не могу. Они уже вторые сутки то похмеляются, то пьют. А у вас тут свободно! –  безапелляционно заявила тётка лет сорока пяти.

- Да, пожалуйста. Место есть.  – равнодушно отозвалась девушка и отвернулась к окну.

     Ей всё равно через три часа сходить. Можно сказать, повезло, что её никто не трогал всё это время. В тишине ехала. Дверь в купе опять открылась и обе попутчицы увидели парня лет двадцати пяти.

- Добрый день! Очень нужна зарядка для мобильного? Я свою где-то посеял.

- Вот. Подойдёт? - Женька достала ему свою из рюкзака.

- Отлично. Я через часик верну, ладно?

- Ладно.

     Дверь вновь закрылась. Женька продолжал смотреть в окно. Думала, как помирить родителей? Они уже на развод подали. Перед её отъездом скандалили так, что у неё каждое обидное слово в ушах звенит до сих пор. Раздел имущества начали! Вещи по коробкам складывают, каждую вещь подписывают. Надо же! Сколько лет сдерживались, а тут вдруг, столько всего выплеснули друг на друга. Оказывается, папенька никогда не любил пирожки, а ему приходилось их пачками есть почти каждые выходные! Есть и нахваливать! Нахваливать и есть! А маменька, оказывается, всю жизнь только притворялась, что он хороший хозяин. А сама постоянно мастеров вызывала, которые всю работу по дому за отцом переделывали. Оказывается, и кран не может починить, прочее, прочее, прочее…

      Чтобы хоть чем-нибудь себя занять, достала книгу из сумки и начала читать.

- Золото. Мамин-Сибиряк. – громко прочитала тётка. – И охота тебе эту ерунду читать? В школе этим мозги парили. Замучили.

- Мне интересно. – пожала плечами Женька.

- И что, прямо вот про золото всё пишут? – не унималась попутчица.

- Да.  – односложно ответила девушка.

- Ну, читай – читай! А я чайком себя побалую.

      Она достала пакет со сдобой и огромный термос. Начала поглощать всё, что доставала из ароматного пакета, смачно чавкая и, как Женьке показалось, нарочито громко отхлёбывала чай из кружки, чтобы вызвать зависть у своей попутчицы. Что поделаешь, такая вот человеческая натура. Одни скромничают, вторые всё напоказ выставляют, а третьи, как Окся из повести «Золото», готовы терпеть и побои, и унижения, и слова никогда не скажут поперёк.

        Женька так увлеклась чтением, что чавканье тётки отошло на второй план. Однако через полчаса такой идиллии, где одна поедала плюшки, а вторая  насыщалась духовно, в купе бесцеремонно, без стука, вошёл развязной походкой бравый солдат в состоянии тяжёлого алкогольного опьянения. Он плюхнулся почему-то на полку к тётке и заявил:

- А я хожу тебя ищу. Чего ты убежала. Кто мне пожрать теперь даст?

- Так бери, ешь! – тётка с опаской подвинула ему остатки сдобы в своём пакете и отодвинулась от солдатского амбре, как можно дальше.

- Слышь, девушка, а телефончик свой мне дашь? – жуя булку с маком, спросил солдатик.

- Могу сразу дать номер телефона своего жениха. Устроит? – спокойно глядя на поглощающего сдобу парня, спросила девушка.

- А давай! Я у него спрошу, что это он такую красотку одну на поезд посадил! Придурок что ли! Диктуй!

        Тут Женька растерялась. Обычно после первой фразы всё заканчивалось мирно. А тут. Пьяный, да ещё и наглый!

- А зачем диктовать, Жень? Вот он я! – раздался голос того самого парня, который стоял с её зарядкой в дверях и спокойно смотрел на шального гостя. Тётка, которая за всё это время не проронила ни слова, удивлённо спросила:

- Так вы вместе едете? А мне сказали. Что ты в купе одна!

- Правильно. Потому что я храплю. Вот и дал возможность своей невесте выспаться. – скрестив руки на груди парировал парень. – Сами видите, места в вагоне есть. Так что, боец, нужен тебе ещё мой номер телефона? Или пойдёшь поищешь другой номер?

- Обойдусь! – буркнул недовольный ловелас и, держась за стенку вышел из купе.

       Уже когда он отошёл на безопасное расстояние, все трое услышали резюме:

- Там уже занято, пацаны! Без вариантов!

      Незнакомец и Женька посмотрели друг на друга и одновременно рассмеялись.

- Выспалась… - его взгляд скользнул по названию книги, - …Золотко?

- Да, спасибо, что избавил меня от своего храпа. Спала, как младенец!

- Вот и хорошо! Держи зарядку!

Тётка подскочила и побежала в сторону туалета. По её виду было понятно, что она еле сдерживает свой мочевой пузырь.

- А имя то откуда моё знаете?

- Так на зарядке же написано «Женя»!

- Ой! Это мама. Она воспитателем в детском саду работает. Привыкла проводить маркировку вещей.

- Маркировку?

- Ну да. Подписывать личные вещи. Так положено у неё на работе.

- Отличная привычка. А я  - Денис. Правда, имени на своих вещах я нигде не подписал. Придётся вам поверить мне на слово.

- Очень приятно, Денис.

- На «ты»? Мы же всё-таки в романтическом образе!

- Ради образа, конечно, нужно перейти на «ты». Я согласна.

      Через два часа они вышли на конечной станции. Женьку встречали её родители. И, судя по тому, как отец держал маму за руку, девушка поняла, что развод отменяется (по крайней мере на сегодня). Отец удивлённо смотрел на парня, который нёс сумку его дочери.

-  Кравцов! А я смотрю, вы зря времени не теряете! Не успели перевестись к нам в часть, а уже знаете, чью сумку нужно нести! И мы вас только через неделю ждали.

- Добрый день, товарищ полковник!  - улыбнулся Денис и, как полагается по Уставу, встал по стойке смирно и выполнил воинское приветствие. - Так точно! Сработала интуиция. Подумал, лучше приехать пораньше, а то вдруг что-то важное пропущу... в жизни.