Карма

Жалкая черная змейка,  как веревка тощая после зимы,  выискивала таких же тощих лягушат в сухой траве заброшенного сада.  Внезапно, шумя травой,  в верхнем, голубом, ослепительном мире промчалась громадная белая собака, потом, грохоча, пришли резиновые сапоги – и, взвизгнув: «Гадюка!» - замерли. Змейка тоже замерла. Если повезет, ее прикончат в седьмой раз, и тогда она наконец-то вырвется из этого жалкого ползучего тела и станет… Ох, вот бы стать белой громадной собакой, веселой, с горячим языком, которым она норовит лизать добрые руки, с теплой шелковистой…
Сияющее лезвие ржавой лопаты раскромсало тощий черный шнурок на куски, потом – только тьма, и она осознала себя молодой, корявой яблонькой-дичком, расправляющей ветки в голубом солнечном мире…
Со спеющими на солнышке, наливающимися ядом яблочками.


Рецензии

С 3 по 5 июля состоится Литературный фестиваль в Этномире. В программе – семинары известных поэтов и писателей, поэтический конкурс, посвященный Году единства народов России, книжная выставкая-ярмарка. Приглашаем принять участие →