Та самая шапка

Та самая шапка.

Мы расходились как раскалывающийся айсберг, чтобы через непоправимую трещину, хлынула вода и уже никогда бы не сделала целым ледяной кусок.
 Больше не хотелось жить в вечном страхе предательства и постоянно причиняемой друг другу боли. Причем, это были как  невинные щипки души, но до синяков на коже, так и направленные удары, кто сильнее. В результате мы год приходили в себя сидя в квартирах, как в норах, забивая тоску и убивая привычку, ставшую необходимой причиной совместного бытия.
И, наверное, только ради чувства покоя, через год я вышла замуж. И он тоже женился.
Я по- прежнему понимала, что страсти будет не хватать, но смирилась.
Я могла компенсировать свою тоску заботами о детях. И они родились. Муж любил меня. Сначала совершенно без вопросов, потом его любовь разделилась между мною и детьми и чем их больше становилось, тем меньше любви оставалось мне, словно это была не любовь, а чертов апельсин в том мультфильме...
 Через три года нашей розной, и, казалось, новой жизни, меня нашла Его новая жена. Она спрашивала что ей делать, как заставить Его забыть Меня. Я заглянула в ее аккаунт. Там висели мои песни, мои стихи, мои фильмы, мои мэмы, мои картинки.
 Он наделил ее всем этим и заставил любить то, что так любил он, когда жил со мною.
Он даже заставил ее выкрасить волосы в мой рыжий цвет.
 Что же я могла ей сказать, кроме того, что он такой, да, либо ты принимаешь его с этим, либо не сдержишь. Ни себя, ни его.
 - Ты говоришь это с такой страстью, словно вы только вчера расстались,- сказала Его новая жена.
 Да, наверное, она включила мое сердце назад.
 Прошло ещё несколько лет. Колея семейной жизни каменна. Она цементируется страхом, детьми, суетой, которую ты принимаешь на себя полностью.
В колее ты не наберёшь скорость и не выпрыгнешь без вреда для других, идущих по тротуарам твоей жизни.
 И я вспоминала.
Мой новый муж ни о чем не спрашивал меня, он был моей третьей рукой, ногой, да чем угодно, прирос и пророс, как родное второе тело.
 Но я вспоминала другое.
Ту жизнь. Его, свадьбу в лесу, когда нам подарили каменные чаши и брачную ночь в снежном городке, когда ничего не случилось на расстеленных шубах, а мы просто пили пиво из подаренного полированного оникса, курили и болтали.
 Мне хотелось увидеть его, но останавливал страх.
 Как я появлюсь перед ним такой? Прошло лет восемь...возраст изменил меня.
Но эти годы ничего не поменяли в моей памяти, там по - прежнему был наш первый поцелуй на дороге, ссоры и слезы, соленый чай, след от удара ножом по изголовью кровати, когда  Он узнал, что я больше никогда не буду Его.
 И я полезла в паблик ВК.
Пусть все решится, может, я и разочаруюсь, пора бы уже!
Сколько можно вспоминать, а отпустить я не могу.
Я не умею сделать так, чтобы Он навсегда ушел от меня.
А ещё меня мучали сны.
Он приходил ко мне во сне, я чувствовала все, как будто он живой, рядом. И невозможность быть вместе тоже и от отчаяния мне ещё больше хотелось увидиться. Просыпалась и гладила волосы мужа, они были такого же цвета, как у Него.
 Я написала ему.
" Привет, у меня лежат наши каменные чаши, они мне мешают. Я хочу отдать их тебе. Давай встретимся. Я просто хочу увидеть тебя. Ничего больше,,
 Он не отвечал, наверное, неделю, а потом, будто выстрел:
- на Кропоткинской в девять, послезавтра. ЦЗ.
 Я кормила ужином детей.
Пила чай с печеньем, улыбалась мужу и спрашивала, как у него на работе.
 Как?
Но щеки мои горели.
Как красные гвоздики и уши тоже.
Я смотрела на себя, заперевшись в ванной. Ещё ничего, не страшно. Да, не так страшно, как могло бы быть.
 Успокойся, только не жги.
И послезавтра наступило.
Я спустилась в метро. Щекотало по позвоночнику.  Сейчас я увижу, через восемь лет полной невозможности Его в моей жизни.
Мы выйдем из метро, пойдем к Храму Христа Спасителя.
Сядем там на скамейку и я положу голову на его плечо. Возможно, заплачу. Вдохну его запах, камышовый и табачный, запах горькой коры ободранного ясеня, бензина и дыма.
 Щекой царапнусь о его щеку, небритую и впалую, мою, зацелованную, напрасно забываемую столько лет.
 А потом...вот уже и он, стоит у белой остроугольной колонны, под белыми сводами. Он в той самой шапке... Да, он в той шапке, которую я ему связала в первый год нашей жизни.
 Я спряталась за арку.
Потом...а что потом...
Каменные чаши постукивали друг о друга боками и издавали тревожный звук.
 Он почти не изменился.
 И вот что потом.
Я все брошу, конечно.
Всех.
Конечно,  и он тоже.
И мы снова будем жить. И сначала будет классно...
Как всегда бывает сначала.
О,Боже, он надел мою шапку, мою шапку!
Значит и я где то есть в нем. Он помнит. Все помнит.
А я? Я выйду из тени и помнить перестану.
Я села на деревянную лавку и достала коробочку с чашами. Нашу синюю коробочку с надписью ручкой : Слава богу, вы женились!
Это написал наш общий друг, Тёмыч. Где он сейчас...
Коробочку поставила рядом и встала, пропустив три или четыре поезда.
Я собралась уходить, как мне крикнули:
- Девушка, вы забыли!
- Это не мое! - крикнула я испуганно и сама испугавшись своего голоса, нырнула за угол.
 Он все ещё стоял в центре зала и читал какую то книгу в оранжевой обложке.
 В моей шапке стоял.
 Сердце билось неприятно - быстро.
Оно хотело выйти, наверное.
И я не дала ему выйти.
Я поехала домой, чтобы вспоминать, вспоминать, вспоминать дальше.