Приёмная дочь

    
     С Е М Ь Я

     На низенькой скамеечке детской площадки в городском парке сидела очень худенькая женщина и с грустной улыбкой наблюдала за игрой маленьких детей. Особенно ей понравилась одна девочка с рыжими кудряшками и в простеньком сарафанчике. «Может это Лидочка? – спрашивала себя женщина? - Но почему к ней никто не подходит?». И действительно, со всеми детками на площадке постоянно общались родители: то вытирали им носы, то стряхивали песочек со штанишек, то поили водичкой, а к девочке с рыжими кудряшками никто не подходил. Тогда незнакомка не выдержала, подозвала её и спросила:

     - Хочешь пить?
     - Хочу, - не отказался ребёнок.
     - Пойдём, я тебя напою, - предложила странная тётенька и взяла за руку чужую девочку
     - Пойдём! – опять не отказался ребёнок.
     - У тебя есть мама? – по пути к киоску с водой и сладостями спрашивала женщина.
     - Есть.
     - А как её зовут.
     - Ждана.
     - И где же она? – женщина напряглась.
     - Она здесь. Пирожки печёт в кафе.
     - А папа где?
     - Папа Марат в тюрьме.
     - Всё-таки посадили… Я же не заявляла, – с тоской прошептала женщина. Чувствовалось, что она сильно испугалась. Купив для ребёнка маленькую бутылочку воды и леденец на палочке, неизвестная дамочка отвела девочку на прежнее место, а сама, не оглядываясь, выбежала из парка...

***

     - Какие у ребят имена необычные: Ждана и Марат! – удивлялась дородная мадам в кабинете заведующей детского дома, - как детки сюда попали, здоровы ли и кто их родители? – спрашивала она хозяйку учреждения.
     - Ребята здоровые, все документы на них в порядке, а родители… Ну, что тут скажешь! Ничего необычного, - директорша пожала плечами, - у Жданы мамаша пьяница, родительских прав лишена, от кого родила дочь – не знает. У нас девочка проживает с четырёх лет и маму свою плохо помнит. Марат поступил большой. Отец и мать неизвестно где. Ребёнок сидел дома один чуть не целую неделю, потом сам пошёл в милицию, а оттуда его привели к нам.
     - И зачем рожали? – продолжала удивляться гостья.
     - Так у нас в основном все детки от таких мамаш. Редкий случай, когда родители погибли, а других родственников для них не нашлось.
     - Чтобы здесь работать нужно большое и доброе сердце, - угодливо сыпала комплиментами посетительница.
     - Спасибо за понимание! Думаю, что вам наши ребятки понравятся.
     - Главное, чтобы были крепенькие и здоровенькие!
     - Конечно, - согласилась заведующая.
    
     Дама сунула в карман белого халата директорши конверт с купюрами и, мило улыбнувшись, отправилась рулить своим немалым хозяйством.

***
 
     - Марат, помнишь ту толстую тётеньку? Нас отдадут ей! – искренне радовалась симпатичная черноволосая девочка. И было чему: наконец-то у неё будет семья, в школе перестанут задирать и обзывать, а городские мальчишки не будут приставать с глупостями.
     - Чего блажишь? Нашла от чего млеть! – иногда Марат мог любую ситуацию вывернуть наизнанку, радость превратить в несчастье, а торжество в базар.
     - Почему? Ты же хотел уйти отсюда! – Ждана чуть не плакала, - или уже передумал?
     - Не передумал. Но к этой помещице в батраки идти не хочется.
     - В батраки? Разве? – слёзки на глазах у девчонки тут же высохли.
     - Мне наш сторож о ней рассказал. Она богатая фермерша, берёт из детдомов ребят и заставляет пахать на себя. Ей это выгодно: и платить за работу не надо, и руки рабочие законные. Не придерёшься! А всем вокруг лапшу на уши вешает, будто таким образом детей к труду приучает.
     - Пусть! Всё равно лучше, чем здесь, - Ждана разозлилась! Этому Марату не угодишь! То спал и видел, как слинять из детдома, а возможность появилась, так сразу пошёл на попятную. Ей же очень хотелось иметь семью. Пусть даже приёмную. Девочка, конечно, замечала, что не у всех домашних детей райская жизнь. Некоторых ребят из класса родители били, денег на обеды не давали, плохо одевали. Зато в школе их не обзывали, в каждом неприятном случае не подозревали в воровстве и не считали зачинщиками любой драки.
     - Как хочешь! Раз уж тебе детдом невмоготу, пойдём жить к толстухе. Если что, назад сбежим, - согласился Марат, - обещал не бросить, значит, не брошу. Ты же мне как сестрёнка!
     - Да? А я-то думала, - опять чуть не заплакала Ждана, - тогда больше не приставай ко мне с поцелуями. Понял?
     - Да ладно! Я пошутил. Ты моя девушка, - улыбнулся паренёк, приобняв подружку.

***

     Марат появился в детдоме несколько лет назад тихо и даже незаметно. Никто его как новенького не представлял, было впечатление, будто посторонний мальчик случайно зашёл на чужое футбольное поле, незаметно слился в игре с местными ребятишками, потом с ними же оказался в столовой, затем в спальне, а на следующее утро пошёл вместе со всеми в школу.

     Единственным человеком, который сразу заметил нового товарища, была Ждана, и он ей очень понравился. В классе девочка сидела за партой одна, одноклассники считали зазорным делить скамейку с детдомовкой. Ждана сразу указала новенькому на свободное место рядом с собой, и тот не отказался.

     - Как здесь? – спросил Марат черноглазую незнакомку.
     - По-всякому, - неопределённо ответила та.
     - Обижают? – продолжал вопрошать мальчик.
     - Бывает, - боясь откровенничать, сказала девочка.
     - Теперь не будут, - уверенно ответил сосед по парте.

     Именно с этого момента началась их дружба. Марат не стеснялся ходить рядом с девчонкой в школу и из школы, он вообще не стеснялся никого и ничего. Запросто общался со всеми ребятами, не чувствовал себя ущемлённым из-за статуса детдомовца, учился хорошо, пел и плясал на праздниках, короче, жил в удовольствие, а о своём прошлом будто забыл. Что творилось в душе мальчика, знала только Ждана, услышав однажды его страшный рассказ о себе:

     - Знаешь, когда мать бросила меня одного в доме, закрыв дверь на замок, я сначала ничего не понял и очень её ждал. Еды не было, воду я выпил за два дня, потом стал реветь. Зима, холодно, печка нетопленая, есть нечего, а я жду… Чего жду – сам не знаю. Стал кричать, люди не услышали. Думал, думал и придумал: если выживу, её не прощу! Потом чувствую, что от голода уже на ногах не стою. Тогда оделся теплее, вылез в окно и пошёл в милицию. А мать так и не нашли. С тех пор я ничего не боюсь и всегда знаю, что делать. Понимаешь, главное, не ждать ни от кого помощи. Никогда! Помогай себе сам. Тогда выживешь. Поняла?
     - Поняла. Только я бы не догадалась выйти в окно. Я бы умерла в том доме.
     - А ты помнишь свою мать?
     - Чуточку. Помню пьяную тётеньку и свою квартиру на первом этаже без пола.
     - Почему без пола?
     - Заведующая сказала, что моя мама все наши вещи и доски соседям продала.
     - Тварь какая! Если у меня когда-то будут дети, я никогда их не брошу и построю дом с тёплым полом, — эту фразу Марата Ждана запомнила на всю жизнь.

***

     У фермерши ребятам понравилось. Кормили хорошо, в школу возили на микроавтобусе, дома разрешалось смотреть телевизор и играть в компьютерные игры. В семье было семеро приёмных детей: от десяти до шестнадцати лет. Особого веселья в новом коллективе Марат не заметил, а младшие мальчишки так вообще выглядели слегка зашуганными. Паренька такая ситуация немного насторожила, но за себя он не боялся, а вот за свою подружку переживал. Им исполнилось по четырнадцать лет, и мальчик стал замечать перемену во внешнем облике девчонки. Откуда-то взялась грудка, тонкая талия, длинные ноги… Вроде ещё вчера была маленькой, а сегодня уже девушка, на которую заглядываются взрослые парни. Он не ревновал, Ждана повода не давала, но всё-таки старался держать её в поле зрения. Мало ли…

     Старшую приёмную дочь в семье мамы Симы звали Мария. Она же ходила у неё в помощницах. Следила за порядком, распределяла работу по дому, вникала в конфликты между братьями и решала их на своё усмотрение. Провинившихся молодая надзирательница не стеснялась наградить щелбаном или крепким тумаком, а поскольку девушкой она была не хрупкого телосложения, то попадать ей под раздачу ребятам резону не было. Огрызаться и спорить с Марией считалось занятием бесполезным, ибо мать всегда держала её сторону. Потому мальчишки, которые попроще и похитрее, старались ей угодить и выпросить лишний часок игры на компьютере. А за огненный цвет волос, братья прозвали сестру Рыжей.

     И уж так случилось, что эта властолюбивая Мария сразу невзлюбила Ждану, почувствовав в ней явную соперницу в амурных делах. Зато Марату поначалу решила не отказывать в любой просьбе, стараясь сделать его своим наушником, чтобы знать все разговоры и тайны детей.

     Как-то она оставила Ждану на кухне готовить ужин,  а Марата позвала в девичью комнату. До сих пор она занимала эту комнату одна, но с появлением сестры, ей пришлось потесниться. Марию напрягало не только наличие второй кровати в спальне, но и появление очень симпатичной девочки в их большом доме, которая явно была лишняя, и от которой хотелось избавиться.

     - Маратик, хочу переставить мебель в своей комнате. Поможешь? – очень ласково попросила паренька Мария, оставив приказные нотки для другого раза.
     - Не вопрос, - спокойно ответил тот.
     - Идём на женскую половину, - и девушка взяла Марата за руку, будто маленького.
     - Идём, - он попытался выдернуть руку, но не тут-то было: его держали крепко.

     Вдвоём они поднялись на второй этаж, Мария открыла дверь спальни и тут же, копируя кадры из взрослого фильма, повисла на груди парня. Марат сначала растерялся, а потом резко отбросил «артистку» в сторону, и она распласталась на своей кровати.

     - Ну, ты и дура, - опомнившись от смущения, сказал он.
     - Это ты дурак. Само в руки плывёт… Пожалеешь! Со мной нужно дружить, чтобы небо с овчинку не показалось.
     - Тебе сколько лет?
     - Семнадцатый.
     - А мне только четырнадцать. Не боишься?
     - Чего?
     - Малолетнего совращаешь, - Марат усмехнулся.
     - Я сейчас так заору, что это ты за совращение сядешь.
     - Понятно. Мебель сама двигай, я пошёл картошку чистить.
     - Вот иди и чисти! Набрали - не пойми кого, - и молоденькая шалопутка впилась в телефон…

     Марат через ступеньку понёсся вниз по лестнице, а навстречу ему уже поднимался Виктор – взрослый парень, дальний родственник мамы Симы. Он жил в её доме, выполняя разные поручения, и водил микроавтобус с детьми в школу. Вот он-то и  направлялся прямиком к Марии: видимо мебель в комнате без мужской помощи всё-таки не передвигалась...

     С ним Марат уже познакомился: тихий, с виду безответный, делал, что скажут, ни с кем не спорил. Глаза его загорались, когда садился вечером за компьютер. Столько динамики и эмоций не было ни у кого из окружающих, он выигрывал любую самую новую и сложную игру.

     В этот день за ужином Марат старался не встречаться взглядом с Марией, но она вела себя обычно, покрикивая и раздавая щелбаны младшим. Убирая за собой посуду, он нечаянно толкнул локтем Виктора, тут же извинился, но тот не преминул тихонько заметить:

     - Слушай, девственник, ты аккуратней с Машкой! Будешь вёдра с навозом таскать под клубнику с утра до ночи. Это её привилегия распределять работу между вами.
     - Не понял! У нашей фермерши с техникой напряжёнка?
     - С техникой всё замечательно, а вот характер у девчонки склочный. Она тут одного парнишку до психушки довела, теперь лечится…
     - А мама Сима куда смотрит?
     - Похоже, она сама старшенькую боится. Та исподтишка кляузы в опеку строчит. Из-за них проверки постоянные. А приёмной матушке они ни к чему. Вот и терпит Машку! Ещё два года терпеть до её совершеннолетия… И вам всем тоже!
     - А папаша наш где? Что-то не видно, — поинтересовался Марат, — я его встретил один раз, когда нас сюда оформляли.
     - По командировкам разъезжает. Этому лишь бы дома не сидеть. То за семенами, то за саженцами, то за телятами мотается! Так что готовься к труду и обороне. Сейчас небольшое затишье, а как весна начнётся - не до отдыха будет. Тебя с одноклассницей потому теперь и взяли. Кстати, а она ничего… Симпатичная! Только Рыжей конкуренция. Как бы чего не вышло…
     - Разберёмся, — по-взрослому ответил Марат, чем немало удивил Виктора.
     - Так вы вместе? — догадался он.
     - Мы вместе, — не стал врать друг Жданы.

***

     В приёмной семье мамы Симы самым младшим из братьев считался Егорка – шустрый и приятный мальчонка. Он сразу приглянулся новой сестрёнке. Ему тоже девочка понравилась – не то, что Машка – только орёт да по голове стучит, хоть на глаза не попадайся!

     По вечерам Ждана не торопилась в свою комнату, а предпочитала проводить время в гостиной перед телевизором или с книжкой. Егорка частенько составлял ей компанию.

     - Слушай, а у мамы Симы свои дети есть? – как-то спросила она мальчика.
     - А как же! Есть сын, он уже взрослый. Живёт и учится в Англии. Мать ему деньги постоянно туда высылает. А ты думаешь, зачем мы ей?
     - Слышала, что для работы по хозяйству.
     - Вот ради сына и держит своё хозяйство. Самой-то ей много не надо. Машка говорила, будто у неё даже украшений нет, да и одевается так себе. Легковушка для дела, техника тоже, дом для нас, а сыну новый собирается строить.
     - А я мечтала семью здесь найти.
     - Я тоже…
     - А муж у мамы Симы хороший?
     - Заурчик? Хороший и нежадный! Всегда мороженым и мандаринами угощает. Он у неё второй. А первый помер. Сын-то от первого.
     - Даже так…
     - Заур красивый и молодой. Похож на пирата Джека Воробья. Она его очень любит. Только Рыжая тоже к нему липнет. Так что смотри! Не заглядывайся на "папочку", как приедет. А то мама Сима с сеструхой сразу возненавидят.
     - У меня есть на кого заглядываться. Не переживай!
     - Я заметил!
     - Что заметил?
     - Как вы с Маратом по углам жмётесь.
     - Да ну тебя! Просто мы давно вместе.
     - Тогда ладно. Лучше с одним, чем со всеми подряд.
     - Ну, ты даёшь! Вроде маленький, а рассуждаешь по-взрослому.
     - А я глазастый!
     - Поняла. Только будь осторожен, глазастый, и не каждому рассказывай обо всём, что видишь.
     - Я только тебе…

***

     Приезд Заура вылился в большой семейный праздник. Мама Сима вызвала из города повара, в помощники которому определили Ждану и Марата. Ребята очень этому обрадовались, ещё по детдому усвоив солдатскую заповедь: лучше быть ближе к кухне и подальше от начальства. Девочка, помня разговор с Егоркой, решила держаться в тени и реже попадаться на глаза «папочке»: не было отца и этот непонятно кто...

     Фуру, которую пригнал Заур, разгружали полдня. Чего только в ней не было! И мебель для гостиной, и бытовая техника, и пакеты с одеждой, и ящики с мандаринами. Братья радовались, зная, что Заур ничего прятать в закрома не будет и сразу наградит каждого воспитанника подарком.

     Мама Сима и Мария тоже были в приподнятом настроении. Обе фланировали перед молодым хозяином в красивых китайских халатах и с вечерним макияжем. А тот шлёпал то одну, то другую по мягкому месту и довольно ухмылялся…

     После ужина семья угомонилась, расслабилась, и пришло время торжества Заура, когда он на правах доброго волшебника взялся раздавать презенты. Каждый из детей получил по планшету. За это нужно было сказать простую фразу: «Спасибо, папа!» У Жданы отблагодарить «родственника» не получилось. Она лишь смогла прохрипеть: «спасибо», а на слове «папа» расплакалась.

     - Не плачь, девочка. Тебя здесь никто не обидит. А если такой найдётся, будет иметь дело лично со мной, — неожиданно Заур повысил голос.
     - Да кому она нужна, — психанула Мария.
     - Тогда всем отдыхать! Забирайте подарки и по комнатам. Что-то я устал сегодня, — и Заур первый вышел из гостиной, за ним молча засеменила жена.

     Мария с сожалением посмотрела вслед воспитателям, затем, подхватив пакет с новой одеждой, отправилась в девичью комнату примерять обновки. Мальчишки с планшетами в руках тоже разбрелись по своим спальням, в зале остались Ждана и Марат.

     - Чего ты разревелась? — спросил паренёк подружку, легонько дотронувшись её руки.
     - Не знаю. Первый раз в жизни попыталась произнести слово «папа» и не получилось.
     - Ничего, привыкнешь… Странно! Но Рыжей твои слёзы очень не понравились.
     - Разговоры промеж братьев ходят, будто она к Зауру льнёт. Как так можно, Марат? Пусть он и приёмный, но отец!
     - Помалкивай! Влипли мы тут, похоже… Семейка Аддамс!
     - А мне нравится. Лучше, чем в детдоме! Мама Сима хорошая, не обижает, Заур добрый. Если бы не Машка…
     - Ладно. Посмотрим, как пойдёт! Уйти всегда успеем
     - Вот именно, - успокоилась Ждана, - пора спать. Что-то голова у меня разболелась! Переволновалась, наверное…

     Она пошла к себе на второй этаж, но проходя мимо комнаты родителей, услыхала разговор, который заставил девочку остановиться:

     - Заур, не слишком ли много денег тратишь на подарки? Каждому по планшету – не жирно ли? – выговаривала мама Сима мужу.
     - Жирно? Да они пашут как подорванные. И всё для того, чтобы ты своему сыночку переводы регулярно отправляла.
     - Не ревнуй! Ему одному непросто. Да и учёба дорого стоит.
     - Мог бы и здесь выучиться.
     - Хочу, чтобы сын в Англии остался. Нашёл там работу, женился и жил, как человек.
     - Правильно! Он человек, а мы кто? Зачем столько детей набрала? Они у тебя света белого не видят!
     - Так уж и не видят! Пусть к труду приучаются. Будут знать, что каждая вещь денег стоит.
     - Они-то узнают! А вот твой иностранец о подобном даже не догадывается.
     - Ну, хватит уже! Чего завёлся. Ты тоже не в накладе! Лучше обними меня покрепче, а то я соскучилась по твоим ласкам…

***

     Жизнь в семье мамы Симы действительно была очень насыщенной. Приёмные родители трудились сами и не давали бездельничать детям. Утром ребят отвозили в школу, а после обеда у каждого из них были свои обязанности: ухаживали за телятами, кормили домашнюю птицу, работали в огороде и в саду, а ещё уборка комнат, готовка обеда, стирка и глажка, да и школьные задания никто не отменял. И только вечером перед самым сном у них появлялась возможность на часок уединиться с планшетом или у компа.

     Как-то уже весной в масленицу после приезда из очередной поездки Заур застал Ждану на кухне одну. Девочка занималась приготовлением ужина и его не увидела. А тот долго наблюдал, как она ловко наливает тесто половником сразу на две сковородки, потом переворачивает лопаткой блины на другую сторону, затем так же ловко снимает их и кладёт испечённые блинчики в стопочку.

     - Здорово у тебя получается, - похвалил Заур дочку.
     - Ой, - Ждана вздрогнула, - я вас не заметила.
     - Как тебе здесь живётся? – не уходил он.
     - Хорошо. Спасибо!
     - Не устаёшь?
     - Иногда…
     - Скажу матери, чтобы поберегла тебя. Пусть парни больше работают.
     - Они итак всегда заняты.
     - Заступаешься? Добрая, - Заур подошёл к Ждане и попытался погладить её по голове.
     - Не надо! Увидят…
     - Пусть видят. Никого не бойся! Кто тронет, убью любого, - прошептал он.

     И, конечно, за этой сценой их застала Мария. По-другому и быть не могло! Она, будто преследовала отца, когда тот бывал дома.

     - Не помешала? – съязвила тут же.

     Заур молча вышел из кухни, а Ждана сделала вид, что не услышала ехидной реплики сестры, но та не успокаивалась и продолжала язвить:

     - У папочки новое увлечение?
     - Не знаю. Не заметила, - ответила Ждана.
     - Советую тебе не играть во взрослые игры. Мама Сима этого не любит.
     - Я тоже этого не люблю.
     - Тогда оставь мужика в покое.
     - По себе не суди, - не выдержала Ждана трёпа старшенькой.
     - Что? Ты обо мне? С чего взяла? – взвизгнула Мария.

     Ждана не стала отвечать на истеричные выхлопы злюки, взяла тарелку с горячими блинами и понесла в столовую…

   
     П О Д С Т А В А
   
     Два года проживания в приёмной семье для Марата и Жданы даром не прошли. В отличие от детдомовских детей, которые выходя во взрослую жизнь, порой не знали, как заварить чай или пожарить картошку, ребята умели многое. Марат научился водить легковушку и микроавтобус, мог управлять трактором, ухаживать за домашними животными, с помощью Виктора разобрался в компьютерной технике. А Ждана пекла такие пироги и торты, что посещавшие семью дамы из опеки восторгались кулинарным способностям девочки, пророча ей работу в лучших ресторанах города. Ребята по-прежнему тепло общались между собой, ссориться им особо было некогда: наработавшись за день, они засыпали без грёз и сновидений.

     Совершеннолетие Марии мама Сима решила отпраздновать с помпой, дабы показать опеке и общественности, что детям лучше жить и трудиться в большой приёмной семье, чем скучать от безделья в детском доме. Скоро девушка могла покинуть место, где прожила несколько лет, и родители обещали похлопотать для неё насчёт собственной комнаты, а в дальнейшем квартиры. Только уходить из семьи Марии не хотелось. Такой интересной жизни у неё бы уже не было. Сама мама Сима отказать взрослой девушке от дома не торопилась, тем более что та с ролью управляющей прекрасно справлялась. А девица всё больше и больше продолжала вредить людям, с которыми жила рядом, пытаясь на полном серьёзе соблазнить Заура и занять место матери. Это стало для неё навязчивой идеей…

     На праздник пригласили журналистку местного телеканала, которая подходила к каждому ребёнку и спрашивала: любят ли они старшую сестру? Но ребята отвечали уклончиво, стараясь быстрее сбежать от надоедливой тётеньки. И лишь один Егорка не постеснялся охарактеризовать Марию честно:

     - Кого? Рыжую? Да кто её любит! Маньячка! Пока не угробит – не успокоится.

     И мальчик был прав! Мария не раз выставляла его перед мамой Симой как ленивого и недисциплинированного воспитанника, а потому он частенько лишался воскресного похода в кино или пропускал своё время игры на компьютере. У Егора была обязанность закрывать вечером и открывать утром птичник и телятник. Однажды Маша, уже после того как он на ночь закрыл птичник, открыла его, а ключи положила на место, будто не брала. А утром доложила маме Симе, что куры разбрелись по двору и огороду. Егор не мог взять в толк, каким образом такое чудо могло произойти, пока девица ему прямо не пояснила: дескать, нужно ей поддакивать или помалкивать, когда она кого-то пытается оговорить, короче, меньше принципиальничать, тогда и куры не сбегут…

     После праздничного обеда и провода гостей сытая и довольная Мария, захватив подарки, отправилась в свою комнату, дабы переодеться в новое платье привезённое Зауром из последней поездки. В завершение торжества родители обещали всех старших детей вечером отвезти на дискотеку, а младшим предоставлялась возможность покатать шары в боулинге.

     На правах именинницы Мария в этот день ничего не делала, а только занималась собой. Платье из розового атласа сидело на ней замечательно, плотно облегая крепкую статную фигуру, и девице хотелось поскорее показаться в нём папочке. Не зря же он старался, выбирал его и не пожалел немалых денег. А ещё хотелось, чтобы именно он своими руками застегнул молнию на спине. Но самой позвать Заура в спальню, когда вся семья в сборе, ей показалось неловким, потому что во все времена тёмные делишки совершаются по-тихому. И тогда она позвала сестру и попросила, чтобы та передала отцу её просьбу.

     - Так давай я сама тебе молнию застегну, - предложила Ждана.
     - Нет! Ты сломаешь. Платье немного тесное…

     Ждана пожала плечами и пошла за Зауром. Она сразу услышала его голос, который раздавался из гостиной. Там на удобном диванчике отец с Виктором, вальяжно расположившись, покуривали кальян и о чём-то беседовали. Девочке стало неприятно, что застала мужчин за неблаговидным занятием, и она решила незаметно уйти, но глава семейства уже её увидел:

     - Дочка, ты что-то хотела? Скоро приедет автобус и увезёт вас на дискотеку, - сказал он.
     - Марии нужна ваша помощь, - Ждана засмущалась, поскольку не рассчитывала увидеть рядом с отцом Виктора. И она, и братья давно знали, что тот порой наведывался в комнату сестры.
     - Именинницы отказывать грех, - усмехнулся Виктор и отвёл глаза в сторону…
     - Как учишься? – спросил Заур, вставая и не обращая внимания на реплику Виктора.
     - Нормально. Я пойду! Скажу ребятам, чтобы собирались, - ей хотелось быстрее покинуть гостиную.
     - Иди… Моя любимая девочка! И ни о чём не думай. Всё будет хорошо.

     «Фу! К чему это он? – подумала Ждана, - обкурился, наверное! Мне только Заурчика для полного счастья не хватало!»

     Она решила найти Марата, сообразив, что в девичью пока идти не стоит. Но уже в следующую минуту увидела отца, возвращающимся от Марии, который не преминул нарочно громко сообщить:   

     - Ох и капризная у нас Рыженькая стала! Похоже, девушке замуж пора.

     «Не повезло имениннице сегодня», – усмехнулась Ждана.

     А Виктор, тоже услышав слова хозяина, спокойно и очень серьёзно ответил:

     - Я бы с радостью женился на Маше, но она мечтает о другом муже.
     - О каком же?
     - О богатом! Она тут у вас изрядно избаловалась. И такой как я для неё вроде «запаски».
     - Надо будет с ней поговорить, — пообещал Заур, улыбнувшись.

     Но разговора отца со старшей воспитанницей по этому поводу не случилось…

***

     На другой день, проснувшись утром, Ждана застала Марию, сидящей у своих ног. Она вздрогнула от взгляда, которым та её одарила. Столько ненависти и злобы молоденькая девушка ещё ни от кого не ощущала.

     - Значит для Заура ты любимая девочка? И с каких пор? — цедила сквозь зубы Мария, — мне Витя всё рассказал.
     - Маша, клянусь, для меня Заур просто приёмный отец. У меня никогда не было папы, потому я рада, что он относится ко мне как к дочери.
     - Врёшь! Ты очень хитрая! Ты втёрлась в доверие к нашим воспитателям и теперь пользуешься их расположением. Так вот… Я никогда не забываю своих врагов. Знай, при первом удобном случае тебе и Марату мало не покажется. Все давно знают о ваших отношениях. Жди, — но Мария не договорила последней фразы...

     Неожиданно она закрыла рот рукой и побежала к унитазу (детские спальни в доме имели все удобства).   

     - Ты, видимо, отравилась, — с участием проговорила Ждана, — может, тебе врач нужен?
     - Нет, это другое, — Мария обтёрла рот, села на кровать и задумалась…

     Только неприятности в этот день для неё не закончились, потому что случилось страшное…

     Дети долго ждали микроавтобус после занятий и, не дождавшись, уехали домой на городском транспорте. А там узнали, что Виктор, возвращаясь, после того как утром отвёз их в школу, попал в аварию и разбился... Насмерть! Это было горем для всей семьи. Ребята любили Виктора: с его помощью они научились разбираться в работе компьютера, он никогда не кричал, не чурался самой грязной работы, был тихим, незаметным, но очень нужным... Для всех!

***

  Поняв, что беременна, Мария очень растерялась. Ей исполнилось восемнадцать лет, она стала совершеннолетней и приёмные родители имели право отказать ей от дома. А тут ещё погиб отец её будущего ребёнка! Как сделать так, чтобы остаться на плаву, а не мыкаться по жизни, которая ещё только начиналась? Как сообщить о своих проблемах семье и не оскандалиться? Такие неоднозначные мысли обуревали юную девицу. И тогда она вспомнила о Марате и Ждане - ей помогут те, кто ненавистен и всегда мешал. Именно теперь можно от этой парочки избавиться. А она останется в доме, опять будет в чести и в фаворе, будет по-прежнему верховодить над младшими, серьёзно займётся Зауром — мамаша-то уже не молоденькая и толстеет день ото дня… С такими мыслями через пару недель после похорон Виктора старшенькая направилась к хозяйке.

     - Мамуленька, помоги! Что мне делать? – всерьёз расплакалась Мария, присела на пол и упёрлась головой в коленки мамы Симы.
     - Господи, Машенька, что случилось! Говори, не бойся! – женщина даже немного испугалась. Она в первый раз видела Марию плачущей.
     - Мамочка, я беременная.
     - От кого?
     - От Марата. Он меня изнасиловал.
     - С ума сошла! Марат? Изнасиловал? Не может быть. Он же Ждану любит.
     - Любит Ждану, а изнасиловал меня, - уже с высохшими глазами продолжала врать девица.
     - Так позови его! Будем разбираться.
     - Да что там разбираться! Такого не забудешь.
     - Подожди! А как же Виктор? Дети говорили, будто он к тебе в комнату захаживал. Вы оба взрослые, потому я не вмешивалась, надеясь на обоюдное чувство и благоприятный исход.
     - При чём тут Витя! Он иногда помогал мне переставить в комнате вещи или кран в ванной починить.
     - Маша, обвинить человека в изнасиловании - дело подсудное. Ты хочешь написать заявление в полицию?
     - Нет, нет! Я не хочу никакой полиции. Просто… Пусть он уйдёт вместе со Жданой из нашего дома.
     - Из нашего? – внезапно мама Сима напряглась, - но это их дом тоже. Знаешь, Маша, надо посоветоваться с Зауром. Я сама твои проблемы решать не могу. Всё так неожиданно! Ты пока помалкивай, а я подумаю, как нам быть.
     - А ребёнок?
     - Тебе решать, - женщина замолчала, но через мгновение махнула рукой, - рожай! Дом  большой. Пока поживёшь у нас, но вообще-то тебя, как сироту, государство должно собственным жильём обеспечить.

     Мама Сима была уверена в лукавстве Марии. Но зная её склочный характер, понимала: та от задуманной версии не отступит и пока дело дойдёт до проверки ДНК, Рыжая успеет испортить жизнь многим. А ещё… Это же явный скандал! А скандала хозяйке не хотелось. И тогда она вызвала «на ковёр» Марата.

     - Сынок! Тут такое дело… Я даже не знаю, как тебе сказать, - очень неуверенно начала она неприятный разговор.
     - Надо что-то срочно смастерить или у телят не убрано? Так я сейчас…
     - Нет, Марат! В общем… Маша сказала, будто она от тебя беременна.
     - Машка? От меня? Да на фига она сдалась! Я её терпеть не могу и сотой дорогой стараюсь обходить.
     - Но она утверждает, будто ты её изнасиловал.
     - Она дура! Совсем сбрендила от злобы. Я знаю от кого ребёнок…
     - От кого?
     - От Виктора. Он хороший парень. Жаль, погиб! И Машку любил по-настоящему. А она им просто пользовалась.
     - Ладно, Марат! Ты пока иди. Решим, что с тобой делать…
     - Да почему со мной-то? – парень расстроился окончательно.
     - Всё! Иди, - мама Сима не знала, как быть в данной ситуации и ругала себя, что не уговорила Марию к наступлению совершеннолетия поселиться отдельно.

     Заур, услышав от жены о беременности Марии, конечно, не поверил в злой умысел Марата, но зная характер старшенькой, решил, что вернее будет убрать парня из семьи. Дескать, лучше устроить его на учёбу в машиностроительный колледж, при котором есть неплохое общежитие. А для жизни деньги у приёмного сына имелись. Ведь на детей до совершеннолетия родители получали приличное пособие, которое частично откладывали на сберкнижку каждого воспитанника.

     Но была одна немаленькая проблема: как уговорить Ждану, чтобы та не ушла вместе с Маратом? И Зауру, и самой маме Симе этого очень не хотелось. Потому что лучше Жданы никто не справлялся с работой на кухне. В силу мягкого и доброго характера её любили младшие дети, они с удовольствием выполняли поручения и просьбы девушки. Почистить картошку, вымыть овощи и накрыть стол к обеду никакого труда для них не составляло. К тому же с уходом Жданы пришлось бы брать повариху, которой нужно платить зарплату. А денег лишних не бывает — постулат старый! Потому Заур очень расстроился. К тому же... Ему давно нравилась эта девочка, у него даже настроение улучшалось, когда он её видел.

***

     - Марат, забери меня с собой! Я не хочу здесь оставаться без тебя, - умоляла Ждана друга, пока тот собирал свои вещи.
     - Давай  подождём! Мы обязательно будем вместе, но сейчас тебе лучше остаться у мамы Симы. Я выйду «на волю», осмотрюсь: как там? Ведь нам даже переночевать негде, - объяснял Марат девушке, - а в детдом мне не хочется.
     - На вокзале переночуем.
     - Ага! Чтобы менты забрали? Им не объяснишь…
     - Машка гадина! Мама Сима ещё натерпится с ней!
     - Это её проблемы! Нам бы со своими разобраться.
     - Но мы же будем видеться?
     - Конечно! Ты моя подружка. Поняла? И не думай о плохом, думай о наших встречах, и всё будет хорошо, - продолжал уговаривать Марат Ждану.

     На другой день он ушёл из приёмной семьи навсегда. Занимаясь бизнесом, Зауру приходилось частенько встречаться с людьми из Администрации города. Вот они-то и посодействовали парню, его приняли в колледж и дали место в общежитии. Часто встречаться со Жданой у Марата не получалось, но по выходным девушка убегала из дома, и в городском парке для них нашлась беседка, которая стала парочке любимым местом встреч.

***

     Не желая разборок и скандала, хозяйка большой семьи на неопределённое время оставила Марию у себя, обязав Заура хлопотать о комнате для будущей мамочки. А та, чувствуя, что отношение к ней поменялось не в лучшую сторону, затаилась, стараясь, лишний раз не попадаться на глаза воспитателям. Но однажды с несчастным и обиженным видом всё-таки решилась обратиться к маме Симе с просьбой.

     - Мамуленька, чем бы мне заняться, чтобы не быть для вас лишним ртом?
     - Да что ты, Машенька! Мы тебя ни в чём не упрекаем. Живи, как и раньше, — женщина через силу улыбнулась.
     - Со мной никто не разговаривает. Братья возненавидели, Ждана тоже кроме «да» и «нет» ничего не говорит.
     - Здесь я тебе не помощница. Мальчики уважали Марата. А ведь на его месте мог оказаться любой из них. Не так ли, Маша?
     - Ой, да перестаньте! Давно забыть пора. Ушёл и ладно. Ему же лучше. И специальность получит, и со Жданкой на нейтральной территории встречаться будет. Вам же спокойнее, — и девушка с видом победительницы посмотрела на маму Симу.
     - Возможно ты и права. И о каком занятии просишь?
     - Хочу быть полезной семье.
     - Хорошо! Тогда возьми на себя уход за домашней птицей. И на воздухе будешь, а тебе сейчас на воздухе быть очень полезно. Заодно понаблюдаешь, как куры и гуси о своих птенцах заботятся. Тоже кстати... Согласна?
     - Согласна, — безрадостно ответила Мария. Она-то надеялась, что должность командирши над младшими мальчишками останется при ней.
     - Вот прямо сегодня и начинай работать.
     - Ладно.
     - Всё, Машенька, иди! У меня разговор по скайпу с сыном предстоит…

     «Ничего-ничего! Придёт время, сама за своими курами будешь ухаживать», — тихонько проворчала когда-то любимая доченька.

***

     Родила Мария девочку, такую же рыженькую как сама. Никакой нежности и любви она к ребёнку не испытывала и хотела только одного: быстрее начать самостоятельную жизнь. Ей надоел птичник, надоела приёмная семья, она мечтала остаться в собственной комнате, которую выхлопотал Заур. Он же принёс в роддом сберкнижку с приличной суммой, которой при умеренной трате могло хватить надолго. А ещё обещал купить приданое для малышки и обстановку в комнату. Мария приняла дары, молча, даже не поблагодарив.

     - Какой мужчина классный, — восхитилась внешностью бывшего воспитателя её соседка по палате, — наверное, богатый?
     - Не очень, — скривилась Мария. Подкаблучник! Живёт со старухой.
     - А с виду самостоятельный, — удивилась женщина.
     - Самостоятельный? Ребёнок от него, вот и откупается деньгами, — соврала Мария.
     - Жена знает?
     - Конечно! Пускай-пускай! Я им скоро такой подарочек сделаю — ахнут!
     - Не пойму я что-то! Тебе и комнату на блюдечке с золотой каёмочкой преподнесли, и денег кучу подарили, а ты с такой злобой о благодетелях говоришь!
     - Я пахала на этих благодетелей пять лет! Они мне больше должны, а комната так вообще от государства. Оно у нас доброе и о сиротах заботится.
     - Знаешь, а у меня нет отдельной комнаты! И на сберкнижке денег тоже нет.
     - Зато у тебя есть родители и любящий муж.
     - Ты права! А ещё у меня родился долгожданный сын, — соседка по палате счастливо вздохнула.
     - Вот и радуйся! - Мария окончательно разозлилась и отвернулась к стене.

***

     Ждане оставался год до совершеннолетия. Она давно решила, что станет учиться на кондитера. Потом они с Маратом поженятся, получат жильё и заживут счастливо. Но в последнее время девушке становилось жаль покидать приёмную семью. Марии не было, она с новорожденной дочкой жила отдельно. Мама Сима иногда их навещала, но возвращалась расстроенная. Говорила, что у старшенькой в комнате жуткий беспорядок, ребёнок почему-то постоянно кричит, видимо от голода, Машка вечно злая и недовольная, дескать, не на что жить, хотя кроме денег от Заура ещё и на ребёнка, как мать-одиночка, выплаты получала.

     И в один из осенних дней, приехав из школы, Ждана с братьями увидели у ворот дома прямо на травке большой конверт из розового атласа, а в нём таращила глаза на свет божий малютка с рыжими волосиками. Девушка подняла конверт и понесла в дом. Она даже не удивилась находке. Правда, ждала, что мать где-то недалеко гуляет и скоро явится. Но напрасно! Когда развернули одеяльце, то прямо на девочке лежали свидетельство о рождении, отказ от ребёнка за подписью мамаши и записка с просьбой принять Лидочку в приёмную семью, а сделать это должны бывшие воспитатели Марии. Сама она выходит замуж за египтянина и уезжает к нему на родину. Ещё просила её не искать и по возможности простить.

     - Что будет с Лидочкой? — спросила Ждана маму Симу.
     - Будем воспитывать, - ответила та, - Заур детей любит, думаю: возражать не станет.
     - Но девочка ещё маленькая. За ней нужен постоянный уход.
     - Ничего. Возьмём няню. Да и ты поможешь.
     - Конечно, — согласилась Ждана.
     - Главное, чтобы здоровья хватило на вас на всех, — мама Сима вздохнула, — что-то сердечко у меня стало пошаливать.
     - Может быть вам нужно отдохнуть? Езжайте в санаторий, подлечитесь.
     - Жданочка! Какой отдых! Ты, наверное, не знаешь... Заур родным помогает, они в Абхазии живут. Вот и мотается туда-сюда! Мы же всю выручку от продажи бычков, птицы и клубники пополам делим. Одну часть я сыну в Англию отправляю, другую - Заур забирает. Наши зарплаты воспитателей мы тратим на одежду для вас, платим шофёру, няня тоже без жалованья работать не будет. Оставшуюся часть детских пособий вам на сберкнижки кладём.

     В первый раз Ждана услышала от приёмной матери признание о доходах семьи и задумалась: она-то считала родителей богачами, а оказывается…

     Вот и вышло, что последний год в доме мамы Симы для молодой девушки оказался ещё более насыщенным и непростым, чем прежде.


     И З М Е Н А
         
     - Нииик, что же ты не предупредил, мы бы тебя встретили, — с радостным удивлением кричала хозяйка большого дома, неожиданно увидев у ворот родного сына.
     - Мам, расплатись за такси! У меня ваших денег нет, - крикнул тот в ответ.

     Женщина побежала ребёнку навстречу, попыталась его обнять, но сынок отстранился, будто чужой, пробурчав:

     - Потом-потом…
     - Что-то случилось, дорогой? — продолжала она вопрошать, расплатившись с таксистом.
     - Ничего особенного, просто соскучился.
     - Слава богу! Сейчас ужинать будем. Иди в свою комнату, умывайся и за стол. Вещи после разложишь.
     - Мам, откуда здесь чужие пацаны? Что они делают в нашем доме? — спросил тихонько Ник, увидев вышедших навстречу ему подростков. Живя в Англии, парень не знал ни о новом муже матери, ни о воспитанниках, работающих по хозяйству в доме. Он вообще ничего не знал! А зачем? Главное, чтобы деньги на жизнь и учёбу вовремя поступали.
     - Это наши дети. Не переживай! Не усыновлённые, а приёмные. Они ни на что не претендуют. Вырастут – уйдут! А пока тебе нужно с ними познакомиться.
     - Дети? Ничего себе!
     - Я всё расскажу после ужина.
     - Знаешь, а принеси-ка мне поесть в мою комнату. Не хочу сегодня видеть чужие лица, тем более с кем-то знакомиться.
     - Ник, тебя не было много лет! То частная школа, то университет, и вот ты приезжаешь, а посидеть с матерью за одним столом брезгуешь. Странно, правда?
     - Мам, я просто устал.
     - От чего? — мама Сима завелась. Она почувствовала: неожиданный приезд сына не к добру. Нервы её не выдержали и вместо того, чтобы дать парню прийти в себя с дороги, а уже после спокойно поговорить о делах, она продолжала кричать, не обращая внимания на ребят, с удивлением наблюдающих за неприятной семейной сценой, — почему такая внезапность? Скажи, что произошло? Тебя выгнали?
     - Да. Меня выгнали. Я попал в нехорошую историю. Денег, чтобы откупиться, у меня не было. Да и законы там другие...
     - Так я и знала! Жизнь  вдали от родных до добра не доводит. Правильно Заур говорил, надо было поступать в университет в родном городе. Уже бы выучился и работу приличную нашёл.
     - Кто такой Заур?
     - Заур - мой новый муж. Мы живём вместе пять лет. Он очень хороший! Считай, что весь наш бизнес держится на нём.
     - Муж, дети - кошмар какой-то! Почему молчала?
     - Да! Муж и приёмные дети. Они все работают на семью. А молчала, потому что тебе всё равно.
     - Смотрю, ты помещицей заделалась, — сын усмехнулся.
     - Всё ради тебя, сынок. Хотела, чтобы ты нашёл своё место под солнцем.
     - Тогда моё место будет дома. Чёрт с вами! Работайте! Только меня не трогайте. Хочу отдохнуть в тишине, а там посмотрим… Не понравится - назад вернусь, — и сын захлопнул перед носом матери дверь своей комнаты.

     С этого момента более-менее спокойная и размеренная жизнь в доме закончилась. Ник игнорировал и Заура, и ребят. Вёл себя так, будто их не было вовсе. Ни с кем не здоровался, ни с кем не разговаривал. Спал до обеда, ел в своей комнате, а вечером ехал тусоваться в ночные клубы. Приезжал под утро пьяный, и следующий день для него ничем не отличался от предыдущего. Мама Сима ходила сама не своя и всё чаще хваталась за сердце. Не такой жизни единственному ребёнку она желала, не о такой встрече мечтала. Порой ей казалось, что любовь к сыну прошла, он стал совершенно чужой. Лучше бы не приезжал вовсе! И с каждым днём много ближе и роднее становились для неё приёмные дети...

     Через пару недель после приезда отпрыска женщина занемогла так, что не вышла к завтраку. Лежала, стонала, но врача не вызывала, боясь хаоса в доме, который мог наступить в её отсутствие.

     В этот день, вернувшись из школы, Ждана сразу занялась приготовлением обеда. Мясо она сварила загодя, осталось опустить в бульон овощи и можно кормить семью наваристым борщом. Из глубины дома девушка услышала стоны, поняла: с мамой Симой не всё в порядке и сразу пошла к ней.

     - Жданочка, миленькая, покорми Ника, пожалуйста. Отнеси ему в комнату кофе и омлет. Мне сегодня очень тяжело, грудь ломит.
     - Давайте врача вызовем, — предложила Ждана. Если бы ей знать, что матери осталось жить всего ничего, она бы и спрашивать не стала, сама бы позвонила в скорую помощь. Но у девочки было столько забот по дому, что настоять на одном телефонном звонке у неё просто не хватило разумения.
     - Не надо! Корми сына! Да и ребятам с Зауром обедать пора. И о Лидочке не забудь, как там она? Я сегодня малышку ещё не видела.
     - Хорошо, мама Сима! Всё сделаю. Отдыхайте! — и Ждана побежала выполнять поручения хозяйки.

     Она сварила кофе, сделала омлет, поставила еду на поднос и понесла в комнату Ника, в которой ещё ни разу не была. Мать сама прибирала жилище дитятки, кормила и обихаживала его.

     Ждана постучала в дверь, никто не ответил, тогда толкнула её ногой. Взору девушке предстал молодой человек, лежащий на кровати неприкрытым. Он уже проснулся и с восторгом уставился на юную красавицу.

     - Ты кто, симпапуля? Горничная?
     - Нет. Я приёмная дочь вашей мамы, — девушка поставила поднос на столик рядом с кроватью и собралась уходить.
     - Постой! Давай знакомиться. Как тебя зовут?
     - Ждана.
     - Ого! Так ты цыганочка?
     - Почему?
     - Чёрненькая. Подойди! Дай я пожму твою лапку, — и парень, не вставая с постели, протянул руку незнакомке. Ох, уж эти уловки!
     - Пожмите, — не подозревая дурного, она подала ему свою.
     - Вот и попалась, — заурчал Ник, с силой притянул Ждану к себе и тут же принялся покрывать её лицо поцелуями.
     - Не надо, не надо, мама, мама, отец! — закричала она, пытаясь вырваться из объятий охальника.

     И будто ожидая её крика о помощи, в комнату ворвался Заур. Он освободил девочку из плена, а потом ударом кулака пригвоздил пасынка к подушке, хотел удар повторить, но испуганный взгляд парня его остановил.

     - Хоть пальцем тронешь ребёнка, убью. Понял? – сказал новый муж матери.
     - Понял, — ответил Ник.
     - А теперь вставай и иди есть в столовую. Здесь для тебя слуг нет, — Заур вышел, хлопнув дверью, и тут же увидел жену, — зачем встала? — крикнул он, — иди, ложись! Я врача вызвал.

     Мама Сима догадалась: произошло то, чего она боялась больше всего - драка сына с мужем. И неважно, по какой причине! Это могло случиться в любую минуту и по любому поводу.

     Приехавшая скорая помощь тут же увезла женщину в больницу. Заур поехал вместе с ней. Весь этот день и всю ночь он просидел на лавочке в коридоре перед реанимацией, а утром ему сообщили о смерти жены от обширного инфаркта. Мужчина понял: это крах его надежд, он потерял всё…

     Так и случилось! После похорон хозяйки нотариус зачитал наследникам завещание, в котором говорилось: имущество, земля и дом теперь принадлежат Нику.

     Заур корил себя, что не обговорил с женой обычных жизненных ситуаций, которые часто случаются неожиданно. Например, дети… Теперь их придётся возвратить в детдом. Жилья нет, матери тоже, а приехавшему "иностранцу" никто не нужен. Жаль ребят! Они действительно стали родными. А Ждана? Хорошо, что оканчивает школу и может дальше поступать, как пожелает. С комнатой он ей поможет, но перед этим поговорит об одном очень важном деле…

***

     Мальчики собирали вещи, готовясь покинуть дом приёмных родителей. Плохо ли, хорошо ли, но несколько лет они прожили под одной крышей с мамой Симой и Зауром. Да, порой им приходилось не по-детски вкалывать, но ребята всегда чувствовали заботу взрослых: и заболевшими, и в дни рождения, и в праздники. Не забывался никто! Одежду, подарки, развлечения получали все. А Ждана для них стала настоящей сестрой. И вот теперь они расставались, возможно, навсегда. Девушка помогала братьям складывать одежду, когда в комнату вошёл Заур.

     - Вот что! Забирайте всё! Куртки, игрушки, ракетки, мячи, велосипеды, планшеты, компьютер тоже берите. Это ваши личные вещи. Микроавтобус и легковушка – мои. Доставим ваше имущество в лучшем виде. Ждана, ты тоже! Сумки есть? Если нужно, купим ещё, — на первый взгляд человек, потерявший жену и бизнес, выглядел спокойным, - не грустите, я помню о каждом из вас. И обязательно буду навещать, — он пошёл к двери, но перед выходом обернулся и попросил девушку выйти в гостиную.
     - Ну, сестрёнка, держись! Заур будет тебе предложение делать, — вполне серьёзно высказался Егорка.
     - У меня есть жених. И ты его знаешь, — отмахнулась Ждана.
     - А я бы подумал, — улыбнулся младший братец.
     - Научился у Машки провокациям?
     - Куда мне! Как умела подставлять Рыжая, больше не подставит никто, — развёл руками Егорка.

     Семья есть семья, и в ней что-либо скрыть невозможно. А уж отношения между её членами тем более. Мальчик был прав: все симпатии и антипатии даже в большом обществе всегда на виду.

     В гостиной Заур усадил Ждану в кресло, сам сел напротив и по-деловому объяснился ей в любви.

     - Девочка моя! Выслушай меня спокойно! Не торопись перечить. Ты мне понравилась сразу, как я тебя увидел. Только тогда мне пришлось гасить своё чувство. Я же был тебе приёмным отцом. Да и Симу всегда уважал и старался не обижать. Теперь другое дело… Я свободен, а ты почти совершеннолетняя. Понимаю, разговор между нами слишком прямой. Но я должен знать, стоит ли мне надеяться? Насколько сильно ты любишь Марата? Если сомневаешься, то стань мне женой. Конечно, не сию минуту… Мы уедем на мою родину, там тебя никто не обидит, потому что я в своей семье старший и любимый сын. Подумай… Не тороплю.
     - А как быть с Лидочкой? — спросила Ждана.
     - В данной ситуации ребёнка придётся вернуть в дом малютки.
     - Даже так? Как только мы с Маратом поженимся и получим жильё, то сразу её удочерим.
     - Значит, с всё-таки с Маратом?
     - Да. С Маратом.
     - Ладно… Иди… Собирайся! Я рад, что ты о Лидочке помнишь.

***

     В городском парке на детской площадке в песочнице играла маленькая девочка с рыженькими кудряшками. Казалось, она никого вокруг не видит, но, почувствовав приближение молодой красивой женщины, сразу выпрямилась во весь рост и бросилась навстречу…

     - Мамочка, ты уже наработалась? Мы пойдём домой?
     - Да, уже наработалась. Можно идти ужинать.
     - Я хорошо себя вела и даже не испачкалась.
     - И никуда не уходила?
     - Нет, не уходила, - девочка задумалась.
     - А почему у тебя рот липкий? Ты что-то ела?
     - Да, ела. Меня тётенька угостила водичкой и леденцом на палочке.
     - Что за тётенька?
     - Не знаю. У неё волосы оранжевые, как у меня.
     - И что она тебе говорила? – Ждана, а это была она, напряглась.
     - Ничего. Просто купила воды и всё.
     - И куда она делась? - не успокаивалась мать ребёнка.
     - Убежала.
     - И всё?
     - Да. Всё!

     Женщина взяла дочку за руку и направилась по дорожке парка к выходу. «Странно, — думала она, — неужели Маша вернулась? Отчего не дождалась? Теперь думай, что она вознамериться делать?»

     - Лидочка, я тебя очень прошу: в следующий раз не подходи к чужим тётенькам и дяденькам. Хорошо? Я в окошко из кафе за тобой постоянно наблюдаю.
     - Хорошо! Я поняла, мне же уже четыре годика.
     - Ты всегда обещаешь, а потом забываешь, — выговаривала мать.

     Последние пару лет Ждана с дочкой жили вдвоём – уж так сложилась… Нет, нет! Замуж за Марата она вышла. Получив жильё, они сразу удочерили Лидочку. На кондитера она тоже выучилась, как и мечтала, а владелец кафе в городском парке с удовольствием принял на работу молодого талантливого специалиста. Можно сказать: на сегодняшний день у неё всё было хорошо, ведь даже любимый муж возвращался из заключения…

     - Мамочка, мамочка, дядя Заур идёт! Видишь, видишь? — неожиданно закричала девочка и бросилась навстречу симпатичному мужчине, — это мне, это мне? — продолжала она радоваться, забирая из его рук коробочку с куклой.
     - Привет, Ждана! — поздоровался тот, целуя мать ребёнка в щёчку.
     - Привет, Заур! Балуете вы нашу Лидочку.
     - Лидочка и моя тоже.
     - Конечно… Знаете, сегодня к ней подходила какая-то женщина. Похоже, Мария. Больше не буду ребёнка одного на площадке оставлять. Моё кафе хотя и рядом, а всё равно я переживаю...
     - Если Лидочка поправилась, пусть идёт в садик. А насчёт Маши… Я именно из-за неё к тебе шёл.
     - Что случилось? - Ждана напряглась.
     - Сегодня прямо перед выходом из парка большущий джип сбил женщину с рыжими волосами. Говорят, она очень быстро бежала.
     - Может это была не Мария?
     - Она. Я как раз на ваш рынок фуру вёл.
     - Ужас! И как теперь быть?
     - Похороним рядом с Виктором. Всё уже обговорено, - мягко, но по-деловому заявил Заур.
     - Надо же! Оба погибли в автокатастрофе.
     - Это судьба!
     - А где муж Марии? - поинтересовалась Ждана.
     - Да какой муж! Выпроводили её из Египта… Вся больная…
     - Откуда знаете?
     - В её сумочке бумаги оказались… Чем только она там не занималась! Ну да, бог с ней. Пусть теперь с небес на свою дочку любуется.
     - Пока жили у мамы Симы — всяко бывало, только всё равно жалко сестру, - дрогнувшим голосом проговорил Ждана.
     - Конечно, жалко. Но может оно к лучшему?
     - В церковь схожу. Свечку поставлю…
     - Правильно, - согласился Заур.
     - Завтра Марат возвращается, — всё ещё думая о Марии, Ждана перевела разговор на более приятную тему.
     - Наконец-то! Легковушка в его распоряжении. Пусть таксует, хватит в детство впадать. Вроде умный парень…
     - Так вышло! Я же рассказывала… Он в той драке вообще не участвовал. Но когда все разбежались, оказался рядом с избитым парнем. Его родители настояли на следствии. Вот и наказали… Самого виновного...
     - Чего уж теперь! Рад за тебя: дождалась!
     - А я за вас и вашу жену рада! Поздравляю с рождением сына! - Ждана улыбнулась.
     - Спасибо! Эх… Не захотела со мной уехать, сейчас бы как сыр в масле каталась.
     - Мне и здесь хорошо.
     - Так странно! Живу с одними, а думаю о других: о тебе и Лидочке. Почему — не понимаю, - загрустил Заур.
     - Я тоже ничего не понимаю! Мне уже двадцать один год, а я всё жду и жду, когда же жизнь у меня начнётся нормальная?
     - Ждана! Доброе у тебя имя! Только хватит ждать, просто живи и всё, — он легонько щёлкнул по носу свою «грёзу», - кстати, тебе привет от Егора, мы с ним по телефону недавно общались. Хороший парнишка!
     - Да, хороший и очень чуткий. Человека видит насквозь с первого взгляда.
     - Любит он тебя.
     - Почему же сам не позвонил или номер забыл? - ей было приятно вспомнить Егора.
     - По-моему стесняется. Он уже взрослый.
     - Мамочка, вы всё разговариваете и разговариваете, а я кушать хочу, — напомнила о себе Лидочка.
     - Действительно! Вот она реальная жизнь! Идём домой, доченька! Будем шарлотку печь к приезду нашего папочки. Пока, Заур!
     - Пока, моя заноза!  — попрощался мужчина и тихонько добавил, - повезло Маратику...

***

     Из почтового ящика Ждана вытащила кучу рекламок, платёжку и чистый конверт. Увидев его, она очень удивилась: переписка-то сейчас ведётся по электронной почте, рукописный эпистолярный жанр почти умер. От кого же послание? От мужа? Но она ждёт его с минуты на минуту. Обратного адреса на письме не было. Странно… Может это какая-то ошибка? Женщина пожала плечами и решила не торопиться вскрывать конверт. Дома она накормила дочку ужином, закончила дела на кухне, и только потом взялась читать письмо, постепенно меняясь в лице... Оно было от Марата. Он писал:

     «Ждана, хочу сразу попросить у тебя прощения! Надо было мне не молчать, а давно признаться. Я люблю другую девушку, ты её немного знаешь. Это мой адвокат. Она помогла мне выйти из тюрьмы по УДО, но полюбил я её не за это, а даже не знаю за что. Ты мне была сестрёнкой, верным другом и моим первым увлечением, а Марина… Сердце замирает, когда думаю о ней или вижу её. Она беременная и этот ребёнок мой. Да, тебе будет больно, но очень хочется, чтобы ты отнеслась к данной ситуации с пониманием, а не с проклятием. Конечно, честнее не прятаться за письмо, а объясниться при встрече. Но, увидев твои глаза, я бы этого сделать не смог! Лидочке постараюсь помогать. Прости, прости, прости! И найди свою большую любовь тоже. Марат».

     Прочитав послание, Ждана отрешённо уставилась в одну точку.

     - Мамочка, почему ты такая скучная? Кто-нибудь умер? — спросила Лидочка, почувствовав перемену в настроении матери.
     - Лучше бы умер, — еле слышно проговорила та, посадила дочь на колени и крепко её обняла.
     - Ты плачешь? — заволновалась девочка, — у меня волосы мокрые.
     - Больше не буду, — успокоила её мать.
     - Никогда-никогда?
     - Никогда-никогда.
     - А шарлотку печь будем?
     - Шарлотку? – сдерживая слёзы, переспросила Ждана, - будем… Обязательно.
     - Прямо сейчас?
     - Конечно, моя любимая доченька! Прямо сейчас и начнём.