Отрешонность

               

Центральная усадьба в недалёком прошлом колхоза миллионера, от усадьбы осталась одна улица, на ней проживают те которые рвали жилы, теряли здоровье на колхозном поприще, были ещё и параллельные застройки для молодых специалистов, сейчас они зияют пустыми проёмами окон и дверей. Село не стало призраком лишь по причине нежелания покидать малую родину стариков пенсионеров. История сотен тысяч деревень на бескрайних просторах России. И умирают они все одинаково, закрываются фермы машино- тракторный парк, садик школа дом культуры, последними уходят в небытие правление и библиотека, остаётся лишь магазин райпо худо- бедно снабжающий пенсионеров товарами повседневного сброса. Жители встали на тропинку выживания, обозначенную как самозанятость и стали даже неплохо жить, у кого хватало сил держали скотину. Пусть не крупно- рогатый скот, упор делали на маленькие рожки, тоесть самое вредное по складу своего характера животное , в народе коза- дереза, однако молочком она могла снабдить семью, при минимальных усилиях со стороны хозяев. И остальные условия для существования были на лицо, пруд под боком, обойди его по плотине, лес ягоды грибы, почва под лесами ухоженная удобренная, раньше пшеница, рожь, овес росли поэтому волнушки прут дуром, ягода земленика тоже. Постоял буквой зю лето на огороде, в зиму овощи банки с солениями поимеешь, лежи зиму кверху пузом телевизор посматривай у кого есть да деток из города поджидай за продуктами, на больших машинах приезжают, и даже иногда спасибо говорят. У Елены Борисовны детей не было, как и мужа родственников, поэтому жила она в своё удовольствие, с утра зимой и летом  пылила снежила в валенках до магазина, прикупить что на душу ляжет, могла себе позволить, на селе она считалась самой богатой бабулькой. Пенсию платили исправно, что основательное покупать не надо было, деньги хранила в банке»жестяной», в долг последние годы старалась не давать по причине забывчивости, теряла даже писюльки на которых чиркала кто и сколько должен. В свои семьдесят с копейками она неплохо выглядела, высокая с копкой седеющих волос, вся такая естественная крепкая, из лекарств предпочитала баню с вспрыском на каменку настоя трав и конусную на тонкой ножке стопку самогона после баньки и в конце этого удовольствия парочка гранённых стаканчиков опять же травянистого чая. После таких процедур неделю можно и огород копать и картоху сажать, представьте себе одной в таком возрасте обработать шесть соток, это только по телевизору феям легко удаётся. Слегка уставшая, вечерами Борисовна перелистывала подшивки старых газет, в них как в летописи отслеживалось становление страны, именно на эти годы строительства развитого социализма, приходилось и становление Елены от простой школьницы до орденоноски, орден трудового красного знамени хранился в невзрачной шкатулке в посудном шкафу. Лучше любых бриллиантов смотрелся он на старом пиджаке, когда хозяйка прикрепляла его , чтобы в тишине отметить какой- нибудь советский праздник, почему в тишине, наверно просто хотелось вспомнить те годы жизни, когда она была пусть не в первых рядах, но очень близко к тем ревностным служителям идеи всеобщего коммунизма. Окончив на отлично школу Елена могла с лёгкостью поступить в любое высшее заведение, но основное что требовала страна в      тот период, трудом крепить завоевания социализма, а учиться не когда не поздно. С удовольствием встретили на ферме молодую сильную, красивую девушку, к тому же оказавшейся трудолюбивой и смышленой. Потянулись годы трудовой деятельности, Елену отметили почти сразу, не за красоту, за усердие. Шла гонка за удоями перешагнуть пятитысячный рубеж мало кому удавалось, но она сделала это, как итог орден, вручал его лично первый секретарь в кремле со всеми почестями, с затяжным троекратным поцелуем, доярка потом две недели не мыла лицо, чтобы каждая складка губ впитала прикосновение великого человека. С тех пор Елена Борисовна стала ярой сторонницей всех дел и начинаний советского правительства во главе с его вдохновителем, за глаза её даже величали Лёня Борисовна, в общем сделалась она публичным человеком. Слёты съезды, симпозиумы, старалась везде успеть, все понять, не забывала и о работе, в промежутках навещала подопечных которые были разбросаны по другим дояркам надои конечно упали, пришлось к звену прикрепить ещё одну корову нелегалку, именно она и стала той делительной чертой, когда всё хорошее остаётся там, а тут не знаешь что и как. В один из дней пришла Елена на вечернюю дойку, измотанная приёмом делегации по обмену опытом из соседнего района, устанавливая доильный аппарат она словно провалилась куда-то, очнулась в районной больнице с перевязанной головой, оказывается нелегалка копытом ударила её в голову, кроме гемотомы врачи диагностировали сотресение мозга. Шло время, которое лечит всё, но не в данном случае, из больницы пациентка вышла с диагнозом, невосприятие текущего момента. Всё что было заложено в голову Елены раньше сохранилось, а вот втолковать ей что-то новое, натыкалось на пустоту в глазах и признаков какого либо понимания, как у двоечника гляжу в книгу вижу фигу. Как бы то не было на работу Лена вышла, не для достижения рекордов, а так было надо, кто не работает тот не ест, от общественной жизни отстранилась, все стало далеко и непонятно. Жила всё также с родителями, отец и мать мечтавшие на старости лет понянчиться с внуками, смирились с отсутствием продолжателей рода. После вручения генсеком ордена, Елена на мужиков совсем перестала обращать внимание, ну разве кто мог сравниться с её кумиром, родители уловили этот момент и ждали найдется может какой зацепит, до тридцати с лишним лет надеялись, и после случившегося всё тепло сберегаемое для малышей отдали дочери, временами казавшейся маленькой  и беззащитной. Отец занимался пасекой, мать по- хозяйству, которое не по- деревенски было крепкое да ухоженное. Дело было в том, отец Елены, Борис Фомич, прошёл всю войну от звонка до звонка, несколько раз был ранен, имел орден и несколько медалей, много чего видел пережил, дошел до Будапешта где останавливались смотрел как люди живут, хозяйство ведут, удивлялся до чего всё продуманно да основательно сделано. Добравшись до малой родины, увидел огромную разницу, какое-то время проработал в колхозе, подвернулась возможность уехал на прииск, хотя в то время это не очень приветствовалось. Вернулся через пол года не один с крепкой статной женщиной Людмилой, расписались, остались в родных краях, построили новый дом, старый накренился на бок и в любой момент мог завалиться. В колхоз Фомич не пошел, занялся пчеловодством, родилась Елена, началась размеренная жизнь, колхозу в помощи не отказывали, просили что помогали. После несчастья семья сплотилась ещё сильнее рука об руку с неподдельной заботой коротали они дни месяцы, годы. Лечащий врач в своё время сказал- постарайтесь доводить минимум новой  информации до дочери, это может плохо сказаться на её психике. В доме не было телевизора, местное радио со временем перестало вещать, когда всё рушилось Борис Фомич принёс из библиотеки два мешка книг и подшивки газет времён мирового строительства коммунизма. В пятьдесят лет Елену отправили на пенсию по инвалидности, через десять лет ушли из жизни родители, сначала загрипповал отец, мать отпаивала его травами, в больницу в район не наездишься, да и жизненный опыт располагал к самолечению, так или иначе через две недели отца не стало, мать как-то сразу осунулась потеряла интерес к жизни, через год ушла в мир иной. Оставшись одна в огромном пятистенном доме Борисовна сначала замкнулась, отстранилась от дел домашних, с утра уходила в лес собирала грибы ягоды, слушала пение птиц, благо было лето, потихоньку смирилась со своим положением. К осени взяла в дом друга в виде пушистого игривого котёнка, вдвоём было веселее вести хозяйство, от былого контингента прижились только куры. Днём с путанкой находили разной работы, вечерами читала книги газеты, особенно любил Василий»кот» слушать какие вопросы поднимались на пленумах и как притворялись в жизнь. В реальном времени на Руси становилось все с ног на голову, опять как в 17 рвали делили, кто был некем, но сильно работал локтями, гребли под себя. И вот представьте на этом фоне, живёт человек по- своему счастливо радуется новому дню, коту хулигану, овощам что прут в огороде, заботам политбюро. Когда к соседям из города приезжают дети на блестящих машинах, Елена Борисовна долго провожает их взглядом, потом радуется, как хорошо жить стали, Лёня сказал и сделал некто вроде не работает, а всё у людей есть, сбываются мечты народа каждому по потребностям. Даже у Елены техника была, купила велосипед, в лес съездить привести чего, вот так из года в год жила колхозница всё лучше и лучше, некому не завидовала, а чего дичеть-то , раз всего на всех вдоволь. Как мало оказывается человеку для счастья надо, чтоб кто-то сходил на скотобойню взял коровью ногу с копытом и всем настучал по правому полушарию, чтобы жизнь сказкой казалась, или все же сделать её такой более радикальными методами.