2 гл Скандал в продуктовом магазине

1 Роман. В поисках артефактов               

Скандал в продуктовом магазине

После работы я затарился в продуктовом магазине двумя пакетами кефира и взял полкило пряников, которые для изысканности поджаривал на сковородке.
Но поесть их с кефиром мне не удалось. Едва только я отпил из стакана, как меня тут же стошнило на стол. Кефир оказался протухшим, о чём я, придя в магазин, и рассказал продавцу. На мою претензию она нагло ответила, что кефир у них с утра свежий, а меня она видит впервые.
— Ну ладно, дело ваше, как скажете, — сказал я и, вскрыв пакет, стал выливать на прилавок кефир.
Продавщица заверещала, что позовёт милицию.
— Ну что, как запашок? — спросил я её.
— Что за безобразие! — завопила её подружка из другого отдела.
— Директора сюда! — заорал я громовым голосом. — Я вам покажу, как кормить!
Началась паника, народ встал на мою сторону. Продавщицы сгрудились в кучу, как пираты на корабле, и верещали на весь магазин, словно их режут. Но меня на этой мякине провести было трудно: я успел уже поработать в общественном питании и знал, что от такого крика нормальный покупатель просто сбежит. Но я был не тот тихий покупатель, к которому многие продавцы привыкли, — я требовал незамедлительной расправы над всей этой шайкой.
— На рею их всех, повесить! — кричал я мысленно.
Наконец выползла, полная от обжорства, директриса Лариса с огромной «метёлкой» светлых волос на голове и стала масляно уговаривать меня прекратить буянить.
— Вы кого обманываете? Я тоже брала у вас кефир, и он тоже оказался прокисшим, позорники! — вопила древняя старушка.
— Ах, тебе нужен чек? Держи! — и с этими словами я бухнул ей под ноги второй непочатый пакет с кефиром.
Пакет от направленного удара разнесло, и ноги директрисы обдало белой массой.
— Твою же мать! — закричала Лариса. — Ты, ****ь, на кой хрен мне всё платье залил?
— А мне что, вас тут всех уговаривать вернуть деньги? Да идите вы все в задницу!
— Зашёл бы ко мне, попросил — я бы обменяла.
— Здравствуйте! А продавец на что? — опешил я.
— А я ему говорила, что можно обменять, — пошла продавец на попятную.
— Чего? — проревел я. — Ах ты тварь, ты ещё и издеваешься? А ну, дай сюда жалобную книгу!
Но продавщица выхватила из органического стекла настенного футляра книжку и засунула её в свои пышные груди.
— Ах ты, бесстыжая! — бросила ей стоявшая возле прилавка женщина с сумками.
— Да пошла ты на ***, крыса! — сказала ей продавщица.
— Галя, прекрати! — крикнула ей Лариса.
— А чего она обзывается? — обиженно, но с наглой улыбкой сказала Галя.
— Ну, всё, я прикрою всю вашу лавочку, — пригрозил я, теряя терпение.
— Давай, давай, ослик, вези телегу в органы! — съязвила Галя.
— Чего? — проревел я ей. — Ах ты, тварь!
Спустя пару часов ко мне пришла Лариса, директор магазина, замаливать свои грехи, ведь я жил над магазином, в том же доме, на втором этаже. Она принесла два пакета с кефиром.
— Рыбками одаришь? — спросила она.
— А может, тебе ещё впердолить? — спросил я.
К тому времени я уже остыл и был вменяемым, но с некоторой обидной горячностью отреагировал на произошедшее.
— А есть чем, — ответила Лариса с нагловатой улыбкой.
Она с усилием втиснулась между мной и косяком двери, со значением надавив на меня своей гипергрудью.
Усмехнувшись, она отдала мне два пакета с кефиром и отправилась осматривать моё аквариумное хозяйство, остервенело работая бёдрами.
— А ты мне дашь рыбок? — спросила она.
— Ну, показывай, какие рыбки тебе нравятся, — сказал я.
— Эти нравятся, — Лариса указала на синих рыбок.
Я налил в двухлитровую банку воды из аквариума и отловил молодых рыбок.
— А зачем брать стареньких рыбок? Вот здесь молодые — они легче у тебя приживутся, — сказал я ей.
Потом я положил в пакет немного разных растений и маленькую коряжку для полного комплекта. А напоследок дал ей почитать брошюрку о содержании аквариума.
— Ну, Серёга, ты и устроил побоище, мы потом хохотали до упаду.
— Ни фига себе, им смешно, а я тут наблевал, блин, на столе из-за вашего тухлого кефира!
— Это Галина забыла, как оказалось, кефир положить с вечера в холодильник.
— Какой холодильник? Он же у вас сгорел два дня назад, мне ваши грузчики уже сказали.
Я помню, когда мне было лет десять, со мной приключилось нечто подобное. Купил я молока три литра, а оно оказалось прокисшим. Ну, лечу я в магазин, он тогда назывался «Бакалея-Гастрономия».
— Я знаю, — кивнула Лариса.
— Ну, так вот, пришёл я к тогдашнему директору, налил молока в его стакан и попросил его выпить, — сказав, что нынче жарковато.
— А он?
— «Спасибо, Серёжа», — говорит, принимая у меня стакан.
Я ему говорю, что не за что, а сам смотрю, что дальше будет.
— Ух ты, какое молоко холодненькое, — говорит он, сжимая в руке холодный стакан.
— А что, разве тогда директор мужиком был? — спросила Лариса.
— Да, он берёт стакан, благодарит, что тёплого не принёс — он меня очень хорошо знал, когда я ещё под стол пешком ходил. И выпивает, как на духу, пару глотков, потом глаза его округляются, и он выпитое молоко с брызгами выплёвывает на стол, где у него лежали какие-то бумаги. Но мне и этого было мало: я бросаю ему на стол бидончик с молоком и убегаю. Что потом было: директор заскакивает к нам, кричит, грозит милицией. Я спрятался под маминой кроватью и слышу, как он говорит, мол, он всё понимает, продавец, мол, не досмотрела, что молоко скисло на такой жаре. Но зачем же бидон на стол кидать!
— А мама твоя? — спросила Лариса, а сама от смеха чуть не плачет.
— Пошла к ним смотреть на беспорядок, что я учинил. Пришла обратно со свежим молоком и с двумя её знакомыми тётками; они потом хохотали до слёз.
— Погоди, а как молоко оказалось холодным, если ты его тёплым купил? — спросила Лариса.
— Ну так я же его сначала в холодильник поставил, а до этого у тётки на Восточной суп ел. Куда мне ещё молоко заливать? Лопну!
— Так ты уже тогда был бандит, как мальчишка из фильма «Вождь краснокожих», — засмеялась Лариса над моей выходкой.
— Ну что, это было ещё начало моих приключений. Вот помню...
— Погоди, потом расскажешь, пойду Галке под зад напинаю! — сказала она мне на прощание, подмигнув. — Ну, я ещё зайду, хулиган!

*
Редактирование. Текст не требует существенных стилистических правок, так как авторский стиль выдержан в рамках разговорного повествования. 20.10.2026 г.