17 гл Запутанные острова

               
Запутанные острова

Мы проходим последние речные повороты и незначительной величины острова, между ними торчат из-под воды кочки и утонувшие вешки промеров глубин. В этой дельте можно запутаться, если не знать, куда плыть. Есть там длинные слепые рукава, закрученные кренделем, вроде реки, а на самом деле — тупик. И вот катаешься, пока не выберешься в нужный проход из этого болотного ануса.
Скоро перед нами справа показывается самый ближний остров, поросший соснами и берёзой. Он напоминает по своей форме селёдочницу. От материкового берега рыбаки построили к нему мостик, но он ненадёжен, потому что отдельные брёвна его ничем не скреплены и тонут под ногами. Глубина между островом и материковым берегом всего ничего, метра полтора.
Слева впереди виден самый большой остров с сосновым бором, он называется Боровой. Свободное пространство между ним и правым берегом стремительно зарастает, и на многих картах километровых острова уже не обозначены, хотя очень даже выделяются. По словам рыбаков, с острова на правый берег можно выйти по тропе, но даже я не могу представить, как можно идти по настоящему болоту, где нет хоть какой-нибудь мелкой глубины меньше колена. Остров почти круглой формы, западный берег имеет незначительный скальный выход в виде отдельных блоков и небольших каменных валунов на открытой возвышенности. Находятся краеведы, пишущие, что на этом острове скалы, — чушь собачья! Если не отличать нагромождение небольших камней, то да, можно придумать, что тут проходит Кавказский хребет.
В середине острова — горка с валунами. На южном берегу имеется маленькая бухточка с лежащим справа топляком, который служит неким пирсом; глубина у берега чуть выше колена, дно песчаное, но с торфом. Бухточка так и называется «У бревна». Глубина между островами в фарватере — 2,5 метра, ширина — около 80 метров, так что можно запросто сплавать на соседний остров, лучше, конечно же, в ластах.
А вот чего надо опасаться, так это змей, которых здесь предостаточно. Но, как это ни странно, гадюк я вижу редко, наверно, потому что они не ищут встреч и уходят дальше, чтобы их не беспокоили.
Однажды в районе станции Перегон я с товарищем наблюдал ужасную картину. Через дорогу в направлении от реки Решётки ползли около десятка змей разной длины, их несчастных давили проезжающие машины, а когда мой товарищ попытался перебросить одну из них подальше от дороги, то она бросилась на него, пролетев около метра. Мы так перепугались, что бросились бежать прочь.
А змеи тогда погибли все, но больше я никогда не был свидетелем того, чтобы гадюка так бросалась на человека, да и не слышал, чтобы гадюки прыгали.
Моего кобеля Конжака кусала чёрная гадюка, отчего тот сначала ходил как пьяный; я тогда немало поволновался за него. На другой день он чувствовал себя превосходно и носился по двору как угорелый, словно ничего не случилось.
Кроме змей в этих местах встречаются земляные осы, а в дуплах прячутся здоровущие шершни, и с ними лучше не встречаться, а в исключительных случаях — просто бежать сломя голову.
На самом большом острове нет дров, и их следует завезти с собой; можно насобирать сучьев, но это лишь на вспышку, не более того. А для хорошего костра требуются достаточно крупные брёвна, которые везут с материнского берега.
Кроме острова Борового, есть ещё остров Крайний — слева, он находится в заболоченной дельте Чёрной, и добраться до него очень сложно, разве только по льду зимой. У меня возникала идея дойти до острова Крайний с помощью двух резиновых лодок, переползая из одной в другую, но там много коряг, проколов не избежать.
Мы идём на самый большой остров, где у нас будет лагерь, идём левым берегом, где меньше кочек и глубже. Заросшая сплавина между берегом и островом кажется проходимой, но это обманчивый взгляд: часто встречающиеся бездонные окна, затянутые ряской, иногда выглядят вполне заманчивой полянкой, на которую так и хочется прилечь.
Такие полянки обманчивы: стоит только ступить на них, и вас схватят цепкие пальцы болотного чудища. Кричи — не докричишься, зови — не дозовёшься. Стоит только провалиться, и вот уже тёмная жижа затягивает ваши плечи, связывая вас по рукам и ногам жилами тёмной тины. Страшись, человечище, осталось всего недолго барахтаться на белом свете; хватит коптить и без того загаженное небо, сейчас чёрный свет застелет глаза, вот уж лешие да кикиморы посмеются.

*
Редактирование. Текст не требует существенных стилистических правок, так как авторский стиль выдержан в рамках разговорного повествования. 26.10.2026 г.