Если не Костя, то кто,?

В майских сумерках, мы с тобой пошли в наш Дом Культуры на концерт Никольского.
В середине шоу, когда отставив гитару, Костя отдыхал от проникновенного исполнения  "Музыканта" (или был старик сегодня пьян?) и непринуждённо перебрасывался с зажатым, перестроечным залом, лёгкими, ничего не значащими фразами, ему на голову,  откуда-то сверху, свалился увесистый кусок дервянного бруса. Я видел, будто во сне, как деревянная болванка медленно пикирует вниз, на седую, тщательно отмытую и ухоженную, Костину шевелюру...
(В ленинской комнате Таманской дивизии, точно так, падала на голову Мишке Шахову, здоровенная доска с панели политпросвещения. Я  то всё видел, но так и не успел ничего для Мишки сделать, только глаза вытаращил и замычал нечленораздельно. А Мишка оторвавшись от Устава Постовой Службы, посмотрел на меня непонимающе и вот тут, балка ударила его прямо в темя.
В этой дурацкой, ленинской комнате, в память о вожде, было принято снимать мягкие, цигейковые треухи с кокардами и потому, Мишку, сразу вырубило на пару бесконечных и тревожных минут).
Костя же на сцене, лишь потряс седой своей башкой и диковато поглядывая на лежащий посреди сцены деревянный  обломок,  натужно улыбаясь в зал, произнёс: "Тяжела жизнь эстрадного артиста".
На что я, сидя в темноте зрительного зала, видя одновременно Костю и Мишку, немедленно возмутился: "Кассеты, Костя! Электроника 313! Вечер в казарме с гитарами, Костя! Какие эстрадные артисты?"
Костя же, только поводил плечами в концертном, розовом пиджаке и помедлив продолжил, незаметно кивнув ударнику и картинно ударив по струнам: "... всё дальше ведёт исковерканный путь, от места достойных побед ..."