Без вести пропавший

Эпиграф:

Укрытый не саваном - глиной,
Под слоем земли и песка,
Я вам не известен по имени,
Я вами не найден пока.

Меня и осталось немножко,
Лишь кости, одёжки гнильё,
Да гнутая черная ложка,
Где значится имя моё.

Хранил медальончик в кармане,
Да пулей пробило карман…
Я  долго лежу безымянный,
А имя мне было – Иван... ( Отрывок из стиха "Имя" поэта Юрия Хохолкова)


В одном большом промышленном городе жила-была обычная советская семья. Мама, папа и две дочки. Родители работали на заводе-гиганте, который когда-то назывался "почтовый ящик". В годы Великой Отечественной войны этот завод эвакуировался из Ленинграда. А после войны - так и остался на прежнем месте. Старшая дочка - студентка известного на всю Сибирь технического вуза. Младшая - школьница. О младшей и пойдет речь.
В этом доме все любили читать. В советские времена, если кто помнит, население было "поголовно" читающим. Хорошие книги расхватывались "в драку", за подписными изданиями всегда стояли километровые очереди, люди читали в автобусах, трамваях, электричках, метро. Некоторые читали даже на ходу, совсем как в кинокомедии "Операция Ы..." А, кроме того, каждая семья выписывала журналы. Для детей - "Пионер" и "Юность". Для взрослых - "Октябрь", "Звезда", "Роман-газета", "Новый мир".
Девочка из этой обычной советской семьи тоже очень любила читать. Квартира была заставлена книжными стеллажами от потолка до пола. Библиотека богатейшая. Чего в ней только не было. Вся мировая классика - русская, советская, зарубежная. Плюс - энциклопедии. Их тоже было очень интересно листать. "Детская советская энциклопедия" оранжевого цвета в 6-ти томах. Энциклопедия "Великая Отечественная война". Медицинская. Энциклопедии по балету и цирку. Великолепная "Библиотека Пионера". А еще Девочка любила, забравшись с ногами на диван, часами рассматривать альбом "Шедевры мировой живописи". И еще - огромный, толстенный, иллюстрированный том "День мира".
Но была в этой семье книжка особенная. Старинная. На толстом коричневом переплете выгравирована фигура красавца-витязя, который героически боролся с тигром. И название: "Шота Руставели. Витязь в тигровой шкуре". Москва, Детгиз, 1937 год. Если открыть книжку - в левом верхнем углу надпись - "Победителю всероссийского шахматного конкурса, организованного журналом "Смена", ученику 8 класса...такому-то".
Фамилия была такая же, как у Девочки. А имя она знала тоже. Хотя носителя этого имени никогда не видела. Он погиб задолго до ее рождения.
Перевод поэмы Руставели - в "исполнении" Н. Заболоцкого. А рисунки - чудесные, ни на что не похожие, от которых веет стариной и незнакомой волшебной красотой - Серго Кобуладзе. Девочка читала эту, всемирно известную сказку, с восхищением и вместо строчек и букв перед ее взором разворачивались картины, как в цветном кино. Картины великой любви, истинной дружбы, мужества и невообразимых приключений.

...Жил в Аравии счастливой
Царь могучий Ростеван,
Повелитель правоверных,
Покоритель многих стран.
Справедливый, милосердный,
Долго правил он страною,
Лишь под старость повелитель
Весь покрылся сединою...(с)

Сюжет бессмертной поэмы Руставели пересказывать не нужно, все помнят из детства. Девочка перечитывала эту книжку опять и опять. Потому что книжка таила непонятную прелесть, загадку и тайну, которых не было в современных рассказах и повестях.
Девочка знала, что эту книжку подарили брату ее папы. Папин брат пропал без вести в начале войны. Много лет вся семья оплакивала его. Ни родители, ни брат с сестрой, ни дети брата и сестры - выросшие племянники и племянницы погибшего - не смогли разыскать его следов.
Между тем, этот, пропавший на войне родственник Девочки, был весьма неординарной личностью.
Родившийся в обыкновенной, рабочей, скромной семье, мальчик с детства проявлял замечательные способности к математике и физике. Учителя не могли на него нарадоваться. Еще он обожал шахматы, составлял этюды, участвовал в шахматных конкурсах. Его шахматные композиции публиковались в центральных газетах и журналах. Он был лучшим учеником своей школы, и довоенные газеты писали об этом мальчике.
Сразу после школы, в 1939 году, он поступил в Томский университет, на мехмат. Папа Девочки рассказывал, что преподаватель математики на вступительных экзаменах, был изумлен познаниями юного абитуриента и пригласил его домой.
Он успел проучиться, кажется, меньше года, в феврале 1940 г. был призван Томским ГВК в действующую армию и направлен в военное училище.
 В семье сохранились треугольники его писем. Девочка читала их. Веселые, короткие весточки о службе, которые отправлял домой 18-тилетний пацан. С неизменной нежностью к маме, беспокойством о ее здоровье, расспросами о житье-бытье младших брата и сестры...просьба прислать лезвия для бритвы...просьба прислать шахматные этюды. Письма были идеально грамотные, жизнерадостные и даже в чем-то увлекательные и смешные. Когда он рассказывал о лыжном кроссе или еще о каких-то армейских событиях. Последнее письмо, полученное семьей, датировалось маем 1941 г.
 Что случилось с ним дальше - Девочка нашла уже сама на сайте "Подвиг народа". Через много-много лет. Когда не было в живых - ни мамы, всю жизнь тоскующей по своему первенцу, ни папы, ни брата с сестрой. Могилы которых остались на далекой северной Родине.
Девочка ввела в поисковик фамилию, имя, отчество, год рождения, место призыва, воинское звание. Нажала на "Поиск". Начала читать. И заплакала. Прошлое вернулось к ней сухими строчками из документа.

"...Воевал на Юго-Западном фронте. В июле – начале августа 1941 г. войска фронта попали в окружение под Уманью и Киевом и понесли тяжелые потери. Погиб в бою в августе 1941 г. Воинское звание младший сержант..."

Потом Девочка нашла альбом с фотографиями, привезенными из родных мест. Фотография мальчика в буденновке, улыбчивого, счастливого, не подозревающего о грядущих событиях.
Он не дожил до 20-ти лет. И сколько таких мальчиков было в каждой семье бывшего СССР - наверное, не знает никто. Миллионы и миллионы.


А сейчас послесловие. Читатель, конечно, сразу догадался, что Девочка - это я. А пропавший без вести - это мой дядя. Меня бесконечно мучает и угнетает мысль, что миллионы вот таких, беззвестно ушедших, погибших за Родину, до сих пор лежат не погребенными в лесах и болотах. Без могил, памятников и имен.
 
Вот что я прочитала недавно у Евгения Кабалина, историка, в прошлом - офицера Генштаба ВС СССР : "...по данным ЦАМО на настоящее время числятся пропавшими без вести более двух миллионов человек. Какая-то часть находится, но это капля в море. Можете представить себе такое количество людей между небом и землёй? Я не могу...
Прошло без малого восемь десятков лет с той точки отсчёта, и абсолютное большинство фронтовиков уже давно в иных мирах. Потихоньку гаснет накал той эпохи, выросло уже два новых поколения, для которых Великая Отечественная является лишь страницами учебника истории в школе и фотографиями фамильных альбомов дедов и прадедов, которые хранят ещё пока живые дети фронтовиков".