3 логических заметки и шутка

заметка 1:

Ложные аналогии - если они есть, то что они такое?

1: Частенько случается слышать фразу "ложная аналогия", или "сравнение несравнимого" - и иные аналоги - едва ли не к всякому сравнению.

И весомая часть таким употреблений - невпопад.

2: Возьмём удивительный и абсурдный пример: Бобёр и топор.

а: Можем ли мы их сравнить?

Интуитивно: нет.

Зачастую можно услышать, что мы "сравниваем разные вещи". Но операция "сравнение" буквально нужна для анализа разных вещей: можно вообразить задачи, для которых нужно сравнивать одинаковые (или ожидаемо одинаковые) вещи, но в целом, сравнивают нечто не тождественное.

Слон равен слону. Слон не равен другому слону, однако слон равен себе (Во всяком случае в один и тот же момент времени).

Что нам делать с этим фактом?

б: Итак, бобёр и топор.

Можем ли мы их сравнить?

Вообще-то, да: если заявим (или заявлен) уместный критерий.

Например: Бобёр и топор - физические объекты, со всеми вытекающими: масса, непроницаемость для света, температура, плотность.

Для большинства задач, это - бесполезно, но что если перед нами такой ряд:

Бобёр, топор, любовь, коммунизм, водонепроницаемость, зелёный цвет, непротивление.

Теперь мы видим: Бобёр и топор - предметы (один - одушевлённый, другой - нет), в ряду абстрактных концепций, категорий, действий.

в: Такое сравнение тривиально сейчас, но в строгом смысле - потенциально продуктивно.

Если для Бобра И Топора выполняется критерий, можно предположить, что выполняются ещё какие-то критерии - главное делать это осторожно, и не бояться отбрасывать гипотезы. Мы уже показали ранее ряд таких свойств.

Интуитивно - бред, но зададимся вопросом: на каком таком основании мы считаем, что законы физики на планетах далёкой солнечной системы - тождественны наши, и вообще, что мы можем рассуждать о далёкой планете? Именно на том основании, что мы знаем что-то о нескольких планетах, а там - далеко, тоже - планета. Только? Нет, но все остальные соображения имеют тот же движок. При этом мы не наделяем свойствами Земли, Луны (не планета, но не нудим), Марса далёкие планеты огульно: Конкретика определится отдельными переменными: состав планеты, близость к светилу, каким-то космическим объектам и пр. Но без первичного "то планета, и это - планета", невозможны любые гипотезы.

И - к слову, если вдруг найдётся планета - в точности как марс (состав, расстояния от и до, возраст, и прочие анкетные данные) - ну да, ожидаемо он будет тождественен Марсу во всём анализе, а если нет: ну, осматриваем или данные о Марсе, или о Марсе2, или нулевую гипотезу о том, что там и на что влияет: тоже полезно, тоже дело.

г: Это называется абстракция и ассоциация.

Абстракция, абстрактное мышление, и прочее - это способность выделит общую черту, или ряд таковых: Например, наши предки не изучали каждый новый дуб, или каждого нового тигра, а отмечали, что тигр - это тигра, даже если они - разные тигры, и совершенно разно реализуют тигриность. Общие критерии характерны тем, что они транслируются в любое подходящее нечто: в тигра1, тигра2, тигра3 и даже тигра123, даже если различий между ними - больше (Один шире, другой уже. Один моложе, другой старше. Один справа, другой слева. Полоски не идеально совпали бы при наложении. Один - мальчик, другой - девочка. Один - Егор, другой - Трезор....)

Строго говоря, абстрактное мышление - это способность оперировать тигриностью, не особо локализуя её в конкретном тигре (тигриность вообще), но для этого сперва надо её выделить.

Но в целом, это то, благодаря чему впервые увидев трёхэтажный дом (а не десяти, и не пяти и не одно и не двух) мы не тупим двое суток, пытаясь понять - что это за дивные цветные пятна, а понимаем: а, ну это дом. Аналогично для стульев, жанров музыки, людей, пищи, домами разной архитектуры, и чего угодно.

Ассоциация - это как раз такой прогноз, или субпрогноз: тигр - рычит и опасен. Мы видим нечто новое: оно рычит. Вероятно, оно так же опасно (Хоть и не тигр).

Так работают и бытовые ассоциации, просто мы редко это акцентируем: Х ассоциируется с У по какой-то оси, даже если сам агент не способен уловить ось: мозг делает это в фоновом режиме, и чаще, чем мы замечаем.

д: До какой-то степени мы можем критиковать критерий как "релевантный", но это зависит от задачи.

Для большинства задач сходство Бобра и Топора - избыточно.

Мы даже можем выстроить иерархии признаков: Что критично для Бобровости, а что для Топорности.

К слову, бобёр пройдёт по большинству критериев топора (Хоть и не по всем). На этом основании мы можем заявить, что для Бобриности критично быть животным, или иметь хвост, а не быть физическим объектом, так как "физический объект" - слишком общая характеристика.

Но что если, нам и нужна неожиданная и дикая аналогия - чтобы фраппировать, или чтобы акцентировать ранее неожиданное свойство?

Типа "ни фига себе, а оказывается Бобёр-то похож... На топор тем, что оба они так-то пропускают нейтрино. Да, кроме них ещё ряд объектов более похожих на топор обладают свойством, но тогда никто и не запомнит наш факт: топор похож на околтопор, и что тут помнить?".

Мы можем условно дать вес признакам, но это всегда уязвимо: вроде бы бобру важнее быть мелокпитающим, чем физическим объектом. Но, с другой стороны - а как ты будешь мелокопиатющим, не состоявшись как успешный физический объект?  В пределе, для того чтобы быть бобром, а не-небобром (топором, а не-нетопором)вообще-то нужно обладать всеми свойствами бобра, убери один - и уже не бобёр, а какой-то недобобёр, бобёр-штрих (топор-штрих), и в какой мере он категориально уместен - обсуждаемо.

Иначе с чего бы эти свойства были - свойства бобра?  Всё-таки мы обсуждаем логическую модель, нежели реальность, понимать надо.

е: Важно следить: критерий - указан, критерий - соблюдён. Это гигиена и для актора, и для слушателя: сравнение проводится по одному (или нескольким) и только одному (нескольким) заявленным осям, а не по всем, или каким попало.

Важно различать и аналогию - претендующую на продуктивность (требует большей строгости), и аналогию-иллюстрацию (более лояльна к вольностям: атом вон тоже не планетарен даже близко, а чёрная дыра - не дыра, и ничего - живём как-то) Важно не перетекать из одного в другое, во всяком случае - проверять появившиеся гипотезы третьими способами (сдайте анализы, если у вас появились гипотезы, и сообщите партнёру: возможно вам надо пить лекарства, а может - вы счастливые родители).

ж: По хорошему, наша гипотеза должна быть основана на коррелятах: Бобёр и Топор физическое тело. Обычно бытие физическим телом ведёт к тому-то: например, к способностью быть брошенным в лицо соседу (если хватит сил). мы уже кидали в лицо соседа бобром, предположительно для этого сгодится и топор (хотя конкретика броска и последствий могут отличаться).

То есть нам нужен ряд аналогий: иначе мы не установим коррелят (А по уму, и каузацию - тоже) - бобёр уже сравнен с достаточным кол-вом физических объектов, чтобы сделать статистически значимый вывод: не гипотезу, но теорию Соседа И Бобра.

Но, если у нас дефицит знаний о бобрах и\или топорах - мы можем очень-очень осторожно действовать и без коррелятов, как бы - как раз ища корреляции: "Хм, бобром кинуть можно. Что я знаю о бобре? Он - не абстракция ,и не процесс. Хм. Топор - тоже. А что, если...." - главное найти достаточно наглого соседа, которого не жалко (потому что он начинает ремонт в 6 утра).

!
Тут мне могут возразить, что нужно нечто третье: кроме критерия-у-бобра и критерия-у-топора, их общий коррелят в мире. Например, для нашего случая это их масса, лежащая на тонком лезвии бритвы: не слишком лёгкое (пушинку в соседа особо не кинешь), не слишком тяжкая (планетой в соседа тоже не бросишь, хоть он и заслужил). Не только масса, но - как минимум - масса, которую можно приложить к соседу, славя всякие там сохраняемые импульсы.
Это верно для мира, где мы уже узнали что-де есть такая масса, но зададимся вопросом: что мы, как мыслящий вид вычленили и постигли раньше: массу или бросаемость?  Вот и получаем: что для бобра и топора мы вводим массу как понятие, когда уже узнали не менее, чем о двух (а по уму - надо намного больше материала) феноменах, и дали название одной из их осей обобщения. Теперь эту массу мы можем абстрагировано и ассоциативно изучать, не применяя к бобрам и топорам, применяя сразу и к бобрам и к топорам, или даже применяя к не-бобрам и не-топорам, минуя часть промежуточных суждений. Искать причины массы, альтернативы массы или дополнения (только ли ей определяется конкретика броска?), идти к Массированной Теории Бобра И Топора, и даже бросать ранее не бросавшиеся гигатопоры и мегабобров. Но - сперва её надо было обнаружить, втререть в обиход, и принудить объяснять нам почему бобёр - да, топор - да, пушинка - нет, планета - нет (хоть и хочется).
Со временем наше оптика может стухнуть - оказаться вовсе неверной, или частным случаем какого-то более общего принципа, или просто уступить более объясняющему объяснению, но это уже селяви (а все более успешные объяснения на уровне базового движка будут тем же: абстракция, ассоциация - возможно, выполненные более тщательно, или на более высоком витке знания. Возможно даже, достигнутого не без помощи нашей теории).

з: Аналогично это годится для сильных сравнений: Мы не просто провели паралель между Бобром и Топором, мы подчернили  - что ничего, кроме этой параллели мы не заявляем не экспелецитно и не имплицитно. Спектр задач, где это уместно крайне скуден, но отличен от нуля.

3: Так что такое "ложная аналогия"?

а: Как часто бывает в языке - смысл не равен сумме смыслов слов. Ложная аналогия - это, обычно "ложная работа с аналогией".

Например, если мы поняли, что у топора и бобра есть некоторые общие оси, и на этом основании заключаем что топор размножается половым способом, и не проверили эту гипотезу (либо не отвергли её).

Сама аналогия - верна, и уместна в вакууме (а значит, и хотя бы в каком-то мыслимом контексте), но вот работа с ней - провальна. Гипотеза выстроена несколько поспешно, но не криминальна (зависит от уровня знаний о топорах и бобрах, но можно понять и простить), но обозначена как вывод, не проверена и постулирована без достаточных оснований. Но сама гипотеза - не дурна. Просто не верна.

б: Другой вариант: Дословно - ложная аналогия.

Например: У бобра есть глаза и у топора есть глаза.

Ложно по понятной причине: у одного из них в норме нет глаз (угадайте, у кого в качестве ДЗ). То есть это просто применение операции там, куда она не натягивается.

(Зато мы можем сравнить и констатировать не сходство, но различие!)

Либо даже:

У топора есть кредит и у бобра есть кредит (Кредит - не метафора). Как минимум, я бы попросил кредитные договоры в студию, и до предоставления таковых считал бы сравнение идиотичным и прочным в самом ядре: критерий вообще в норме - не присуще ни тому ни другому.

А вот: Топор и Бобёр - слова русского языка (Либо нечто, для чего в русском языке есть слова),  или даже: Топор и Бобёр схожи тем, что упомянуты в поэме Х писателя У - громоздко, неуместно для большинства задач, но в целом - верно (если поэма Х и правда содержит эти слова).



в: Остальные случаи могут быть: неудобными, дикими, неинтуитивными. Мы можем указать, что к бобру ближе ондатр, а к топору - нож, или хотя бы пила, и нечего городить огород.

Но, пока ось сравнения заявлена и соблюдена, мы не можем объявить сравнение ничтожным, а аналогию - ложной, если остальные операции - верны. Определяют задачи конкретной аналогии.

г: И когда в следующий раз у нас зачешется язык сказать: "Вы сравнили кхмеров и гестапо, но ведь это совершенно разные вещи", нам стоит дать себе лишний миг на подумать: И правда ли мы хотим жить так, что кхмеров можно сравнить лишь с кхмерами, а гестапо - с гестапо, и какие последствия таковое будет иметь для всех нас?

А после этого изучить: Как детализирует кхмеров и гестапо спикер? (На уровне личного состава они явно различны, с точки зрения космоса - равно ничтожны, всё что между - вопрос наших задач)? В чём его тезис, иллюстрирует ли его аналогия? Критичны ли различия для конкретного тезиса?

Даже если его тезис неверен - в аналогии ли дело?

И так далее.

Это не значим, что мы должны хавать любые такие операции, вопрос в том, как мы их отторгаем.

д: Тут ещё можно покопаться в том, что есть сравнение, а что аналогия.... Но это душно даже для нас.

Базово: абстракции примерно соответствует сравнение.

Ассоциации примерно соответсвует аналогия.

Сравнение - это операция, а аналогия - способ выведения вывода.

Но это сперло в узусе, и спасать это уже нет смысла: нам близки не слова, а логические операторы.

Ну вот - мы в курсе этого, мы умные, чё.

Энивей: если у нас задача просто "можно ли сравнить бобра и топор", или "провести аналогию" - без доп.мутаторов, то ответ будет: так-то, да, можно, по целому ряду признаков.

И помним:

Различия не отменяют сходств.

Сходства не отменяют различий.

Сходства не обещают сходств.

Различия не гарантируют различий.

ПС: не знал, куда вписать - брошу в здесь.
Ещё возможно смодулировать так:
У нас есть только Топор, Бобёр и пока не вскрытое множество (В мире есть что-то ещё, но пока непонятно, что), и больше ничего.
Тогда мы можем заметить, что Бобёр (по меньшей мере) не топор, а топор (как минимум) - не бобёр. Что это значит нам пока не ясно, не хватает данных, но уже какая-то движуха есть.
И далее уже по мере вскрытия множества накручивать новые данные на эти, вплоть д о появления позитивных определений топора и бобра, или - если не их, то новых сущностей (в том числе\возможно) через них. 
Щас-то нам это кажется ерундой, а как по вашему мышление зарождалось? Вот, мы поняли, что базовая единица смысла - 2 элемента. Потому что "Топор" без ничего - это даже не звук, а... Неопределённое невесть что.
Лучше три элемента - топор\бобёр\значение для нас.
(И скорее уж одним из первых будет какое-то подобие "я" - как зоны внимания, или локализации голода\холода), но суть мы уловили: меньше 2 - не соберётся.

ППС: Ещё, короче, можно сравнивать сравнения со сравнениями, приводит в качестве аналогий для одних аналогий - другие аналогии, или сравнивать аналогии, или приводить в качестве аналогий одним сравнениям - другие сравнения, или сравнивать аналогии со сравнениями, или проводить в качестве аналогий для сравнений - аналогии, а для аналогий - сравнения.
Но это факультативно, для домашней работы.



===================

Космологический Аргумент: симметрии и тотальные категории.

Жанр: Минимализм, редукцианализм, и поиск тривиального.

Акценты: слабые тезисы.



1: Допустим, спорят верующий (В) и атеист (А). Предметом спора является космологический аргумент (КА), как способ ответа на вопрос "Почему что-то, а не ничто?", или "Откуда взялось всё?".

2: В справедливо упрекает А в том, что научные ответы не окончательны. Для удобства текста, мы остановимся на сингулярность как части модели Большого Взрыва.

В предлагает свою версию: Бог.

3: Для удобства текста, мы примем Бога как сущность, и не будем оспаривать, или конкретизировать Бога: у нас свободная страна, и Бог имеет право существовать как ему забагорассудится.

4: Заинтересуемся другим: В оценивает у А "Всё" как полное множество: материя, энергия, физические законы и константы, логические структуры, топология.

Далее мы будем называть это "Тотальность": Тотальность - это полное множества всего, чего не-нет. У тотальности нет "снаружи", и нет двух и более тотальности: При обнаружении двух тотальности, мы должны считать их одной тотальностью: это рекурсивно-поглощающее операциональное понятие.

а: Например, если мы будем говорить о множестве  параллельных миров (вселенных), то тотальность - это вся совокупность таковых миров.

б: Обоснуем громоздкую конструкцию "не-нет"\"не-не-существует".

Мы получили её простым преобразованием "есть\бытие" в тождественное по смыслу. Причиной преобразования стала необходимость как-то определить, что такое "быть". Существуют разные позиции по этому вопросу: Быть - это восприниматься, быть - это влиять (К примеру, нейтрино влияют на мир, хоть и слабо по нашим меркам), и так далее. Все они уязвимы для критики, и - до известной степени, произвольны, и зависят от принятой картины мира, или текущего уровня знаний (к примеру, что считать восприятием? Когда мы болели, но ещё не знали о вирусах - болезнь это форма восприятия вируса, или вируса не было?).

Однако, в чём  сходятся все определения, быть - противопоставлено не-быть.

Более того, вопрос В к А уже вводит такое противопоставление: "Почему что-то а не ничто" говорит о противоположности, или хотя бы - различности -  этих понятий.

Значит, мы можем сказать что "быть это не-не-быть": "Есть это не-нет".

"Нет/не быть", в отличии от "есть\быть" - не позитивное, а негативное утверждение  (отсутствие) , так что мы не обязаны его определять, более того - такое требование было бы абсурдным.

Таким образом, мы нашли простейшее, универсальное, рабочее понимание любого бытия. У бытие могут быть другие свойства, кроме не-не-быть - не исключаем, но точно у бытия не может не быть свойства не-не-быть.

в: Откуда мы знаем, что В спрашивает А именно про тотальность?

Просто: Иначе вопрос не имеет смысла, так как в качестве ответа может быть принят любой этап: Сингулярность и большой взрыв, или прошлый вторник (Ведь всё, что есть сегодня, так или иначе прошли прошлый вторник, либо порождено чем-то, что прошло прошлый вторник).

Значит вопрос именно о том, почему появилась тотальность, независимо от конкретной формулировки.

г: К тому же, В не спросил бы "Почему есть ничего", так как ничего - нет, а не есть.

По этой же причине условное "ничего" не может быть одним из анализируемых элементов в рамках КА.

Зато В уже включил в свой вопрос разные статусы бытия: физическую, концептуальную, энергии и поля, законы и логики, так как оно всё входит во множество того, что есть сейчас.

5: Предлагая Бога как ответ,  В нарушает симметрию:

Тотальность А ("Всё-А") в качестве сравнения предлагается усечённая тотальность В. Полная тотальность В включает в себя Бога, так как Бог - если мы верим в Бога, не относится к отсутствию, и обладает свойством "не-не-быть"

а: Мы не отчуждаем у Бога трансцендентальность, и понимаем что Бог существует не в том же качестве и смысле, что мы, камень, или подсолнух. Однако, Бога всё ещё не-нет, иначе разговор с самого начала не имеет смысла. Детали конкретного бытия не могут играть роли, так как это откроет А двери для множества альтернативных ответов, чего КА (по задумке) исключает.

К примеру: Сингулярность в теории Большого Взрыва - так же трансцендентальна: в ней не существует нашей физики, она не может быть описана нашими средствами, и понята нашим опытом. Она существовала в совершенно ином качестве, чем я, подсолнух и камень. Позже мы вернёмся к этой параллели. Так же: Не очевидно, что у самой сингулярности должна быть причина, в строгом смысле, этого ниоткуда не следует: А спокойно может заявить, что сингулярность "необходимая предпосылка", или "не нуждается в причине".

Однако, если бы ответ "Сингулярность+БВ" мог быть принят В, то разговор бы не состоялся.

б: В, апеллируя к КА,  нарушает симметрию: сравнивая полное "Всё-А" с неполным "Всё-В" вместо "Всё-В(Всё+Бог)".

Соответственно, либо мы соглашаемся на усечённые тотальности, и объясняем их через отдельные узлы (Тогда Бог и Сингулярность - равноправны), либо ищем первобытие.

(Обратите внимание, на мелкое - но определяющие отличие наших букв от классического аргумента против КА: Дело не в том, что мы отказались принять необходимость или уникальность Бога в казуальных цепях, а в том, что для того, как поставлен вопрос это мало чего меняе: условно - хорошо, Богу не нужна причина, но почему не нужна? Наша цель не в опровержении Бога, и даже не в опровержении КА, см. дальше.)

6: Первобытие - это безусловно первый феномен, не-не-существующий в любом смысле или качестве. Свойства первобытия: отсутствие до-состояния. Такое свойство может быть не только у первобытия (допустим), но первобытие - первое, у чего нет до-состояния.

Откуда мы знаем, что у первобытия нет до-состояния?

Из структуры вопрос: "Почему что-то а не ничто", если у первобытия есть до-состояние, то первобытием стоит считать это до-состояние.

Первобытие - это не онтологический статус, а операциональное, несамостоятельное определение, маркер, тег, ярлык. Оно может так же быть онтологическим статусом, но это вторично.

Бог и не-Бог (сингулярность) пока что - равноправные кандидаты в первобытие, посмотрим что будет дальше?

7: Фиксируем неразличимость:

Чтобы первобытие (чем бы оно не было по существу) было таковым, до него не должно быть ничего, включая (но не ограничиваясь)

- Ничто

- Небытие

- Пустота

- Хаос

- Логика

- Физика

- Пространство

- Причинность

- Время

- Потенциал

- Я, Камень, Подсолнух, В, А.

По крайней мере, автономных от первобытия.

а: То есть оно либо вечное, либо появляется не из чего.

б: Вечное и "не из чего" в данном случае - формулировки одного и того же экстремального состояния.

Вечное можно представить, как шкалу Т, у которой нет левого педела, и её всегда можно продолжить влево.

Но, неинтуитивно то, что "не из чего" обладает тем же свойством: хотя оно "появляется" в какой-то момент, в силу того, что до этого момента ничего не было, левой границы шкалы так же не существует, потому что ей некуда обрываться, нечего отделять: слева от шкалы никогда не появляется пустота,  или иной континиум. Так что шкалу Т в этом случае точно так же можно продолжать влево бесконечно: До "не из чего" не было времени, или безвремения. Замети, что это именно топологический феномен: как бы далеко мы не ушли влево по шкале Т, нам всегда есть куда двигаться, потому что левый край требует, чтобы за ним что-то да было: обрыв, пустота, стол. Но там ничего нет, не было, и быть не могло - аналогия с шкалой в этом месте существенно ломается, так что наши попытки найти эту точку лучше представить через  изолированный математический оператор "стремится к..."  - например, к нулю или минус-бесконечности: такой оператор не имеет свойства завершать операцию. Вы не поняли: несмотря на то, что в этой версии начало - есть, нет способа добраться до него, и заключить "вот точка, после которой" - что?  Путаница возникает из-за инерционной нагрузки отсутствия до-состояния (ничего не было) неким статусом, онтологией - которых, по понятным причинам - не было.

И было бы это досужим софизмом, кабы не одна деталь: У понятия "вечное" вообще нет других обязательных свойств, кроме "отсутствия до", или "левой границы Т-шкалы". Мы подчеркнём, "вечное" определяется одним, и только одним свойством (занимать весь объём времени, существовать в любой точке времени), а его-то мы только что нашли у, казалось бы, явного антагониста "вечности": "появившееся из ниоткуда" так же занимает весь континуум времени, потому что нет никакого периода "снаружи". Так что черепу неплохо бы закипать: да, различия между "вечным" и "взявшимся не из чего" грамматические, интуитивные, но не логические и онтологические: обе формулировки означают лишь то, что описанное существует во всех точках времени. Вечное это что? Это f(t) определена для всех t, и для любого t существует t' < t. . А ниоткудашное - ровно то же самое.
Я не уймусь, пока мы не поймём: у "вечное" лишь один, всего один критерий - он же определяющий. И мы нашли полное в том самом смысле, который только и имеет значение, так что это вам не просто так.
 Да-да, вот-вот, никаких отличий (Хотя у ниоткудашного и есть некая Т0), и я о том же.

 Значит, в рамках любого релевантного суждения мы вправе преобразовывать одно в другое, так как это меняет лишь формулировку.

Интуитивно может показаться, что формулировка "вечное" экономнее и лучше, но мы не согласны, так как в этом случае появляется возможность спросить "а откуда же взялась вечность, или сама возможность вечности?",  каковая возможность становится обязанностью в рамках обсуждения..

Наш выбор - "не из чего" - не путать с "из нечего": позитивные утверждения нерелевантны, только апофатические. Собственно, потому наш выбор и таков: это экономичнее, опрятнее и лучше годится на роль отправной точки.

в: Первобытие просто-напросто обязано быть беспричинным, иначе наш вопрос переадресуется к его причине. Не существенно, чем является первобытие - Богом, или чем-то физическим\протофизическим\околофизическм. Если у первобытия есть протопервобытие, то протовпервобытие - это первобытие: определение носит эстафетный характер "наибрлее\наименее" - этого, опять-таки, требует структура вопроса.

г: Вообще, любые фундаментальные вещи обязаны быть беспричинными.

8: Если нам возразят, что "не из чего не появляется что-то", мы (помимо сказанного) добавим, что - конечно, не появляется - теперь, когда никакого "ничего" - и, тем более апофатического не-состояния нигде нет: Всюду как минимум, пространство и время, а нередко ещё и излучения, воздух, свет, а то и вовсе - камень, подсолнух, я, А, В.

Однако по структуре вопроса понятно, что мы искали экстремум, где всего это ещё не было, и мы показали почему необходимо чтобы не было именно всего названного.

а: Первобытие появляется потому, что ничто не мешает.  (Тезис слабый: не "должно возникать", а "Ну, может и возникнуть, чё бы и нет?". Могло ли не возникнуть? Конечно! Почему же возникло? Нипочему! Иначе? Мы бы спрашивали про обоснование.)

Любые законы логики и физики можно без потери смысла преобразовать в запреты: Не "Скорость света в вакууме равна Х", а "Скорость света  в вакууме не равна 0,1,2,3,4...... (Х), Х+1, Х+2,Х+3....".

Причины по которым не происходит не происходящее можно так же описать системой запретов: можно формализовать, почему возле вас не появляется груда бутербродов - формализовать разными путями: Физически, логически.

Но до первобытия не было физики и логики: Они\одно из них либо являются первобытием (тогда их не было до себя), либо дочерни к первобытию, и определены первобытием. Не было запрета на появление первобытия, потребности в причине, свойства "быть следствием чего-то".

б: Мы даже можем допустить, что первобытие Например, если мы на стороне В) создало себя: Бог создаёт себя, прежде чем создать мир, создаёт не из чего (не путать с "из ничего"), потому что ему - Богу, ничего не мешает создать себя даже в ситуации, когда его - Бога - ещё не существует.

Несмотря на некоторую громоздкость, это более удачный вариант, чем "Бог существует, потому что он - необходимая первопричина\предпосылка": Наша версия содержит парадокс, но этот парадокс существует в экстремуме. В то же время "Бог существует, потому что он - необходимая первопричина" - либо (в слабой форме_ - версия слабого антропного "потому что, если бы Бога не было, то не было бы и нас и этой беседы" (экстраполяция Бог из настоящего), либо (в сильной форме) и вовсе временной парадокс: наше существование сейчас создало Бога в прошлом, во всяком случае такое преобразование напрашивается.

(Этот хронологический аргумент от парадокса - сам по себе не криминален: В экстремальном сценарии, почему бы нам из будущего через необходимость не создавать Бога, чтобы он создал нас - мы же и обсуждаем экстремум, чего ж удивляться парадоксам. Но в таком случае первобытие это или мы, или возможность настоящего влиять на прошлое, или некая наша целокупность - а уже не Бог как таковой).

Если же мы играем за А, то мы можем не строить таких конструкций.

в: В любом случае, КА не создаёт уникальных преимуществ - и не имеет уникальных изъянов. Картина мира с КА и без КА - идентичны.

Подчеркнём: Мы понимаем особый статус Бога, как Абсолюта, однако нам для  обсуждения важно лишь то, уместно ли сказать, что Бога - нет, и если Бога не-нет, мы вынуждены включить его в тотальность - не отнологически, но логически.

Остальные вопросы симметричны: Почему именно такой мир = Почему именно такой Бог, а не какой-то другой, сотворивший какой-то другой мир?

Почему именно мир, а не не-мир = почему именно Бог, а не не-Бог?

Ответы - либо слабый антропный (экстраполяция из настоящего), либо хронологически-парадоксальный (Именно такой Х нужен чтобы появился я = Я в настоящем вызвал Х в прошлом).

9: Вернёмся к ранее заявленной параллели между Богом и Сингулярностью.

Казалось бы, параллель слабая, ведь Бог в каноне обладает личностью и волей.

Однако, по канону же Бог обладает свойствами "Всемогущество", и "Всеведенье": очевидно, что личность обладающая такими свойствами сильно отличается от того, что мы называем "личностью", и понимаем под "личностью".

Аналогично с волей: Воля есть, но она - априори непостижима. Свойство "непостижимость" делает Бога тотально непрозрачным: мы либо выбираем конкретную конфессию (что всегда спорно даже в рамках одной только христианской топики, а ведь не все религии  - христианство, или хотя бы авраамические), и - эффективно, неотличимым от безличного процесса на всех уровнях, без исключений: предположительно, у Бога есть план. Предположительно, Бог берёт кого-то в рай. Предположительно, хотя бы часть писаний, хотя бы отчасти - верны.

В силу принципиальной закрытости воли,  и уникальной сущности личности Бога - мы можем так же описать гипотетические процессы в сингулярности как "волю" и "личность":  В самом деле, и "воля" и "личность" обладают некими внутренними казуальными или мета-казуальными законами, закономерностями, цепочками, процессами - вне зависимости от от носителя таковых: нейроны, психические состояния как таковые, намерения и культурные коды, ожидания и ролевые модели, когнитивные схемы, багажи опыта - в чистом остатке мы называем "волей" или "личностью" некоторые виды чёрных ящиков - который, при ближайшем рассмотрении, не так-то просто определить непроизвольно. Для большинства задач, мы относим к таковым чёрным ящикам только биологические структуры: к примеру, птиц, зверей и людей, для ряда задач - только людей. Однако Бог не является биологической структурой, но заявлен как трансцендентальная величина. Ранее мы увидели, что в строгом смысле, сингулярность так же трансцендентальна (Для различения требуются дополнительные обоснованные критерии, что не входит в КА сам по себе, а проблема именно в том, что КА используется как отправная точка), и из общих соображений понятно, что и она является для нас чёрным ящиком (Чем бы она, как и Бог не являлись для себя самих), таким образом - на этапе КА-аргументов, мы получили - на удивление -  ничем не отличающиеся картины мира, и различные их интерпретации: будь то математические модели, или откровения.

Само по себе это ни о чём не говорит: но оно и не должно: КА и не-КА идут ноздря в ноздрю.

10а: В целом, во всех отношениях - всё, что касается поля интереса КА мы не видим чтобы преимущество было у А или В.  Что нас совершенно устраивает.
 А играет от обороны, его тезис - негативный, "отсутствие" - это проще, но А не может считаться победителем ни в какой момент времени (если только не сумеет перебрать все бытии на 100%, нигде не обнаружив ничего эдакого).
 Но вообще-то, у В могут быть сильные аргументы, просто они лежали бы явно не в плоскости КА. КА - может быть аргументом третьего ряда, в свете уже доказанных или обоснованных штук, тезисов и прочего, но самостоятельной различающей ценности относительно А при достаточной детализации - не показал.

 Велик соблазн рассудить так: Что вероятнее, самозарождение безличной структуры, или сразу целого Бога - осознанного, всемогущего? Ладно, что он всеблаг (это он по определению: Если Бог есть, нам придётся задавать благо через Бога, каким бы он не был, а наша нормальность уже привязана к нему прямо или косвенно, явно или скрыто), но вот с этими двумя свойствами как?
Проницательный читатель, однако, заметит что вероятность:
а: Погано подходит для оценки единичного события, да ещё и состоявшегося (как не считай, что не обсчитывай - Бога, Сингулярность, твоё рождение, твоё чтение этого текста - будет или 1, или около 0, в зав.от метода. Вот перепроверь сам. Прошлое, простите за каламбур - невероятно).
б: Что важнее, мы сами указали на специфику первобытия. Это можно вылечить, отчуждая Бога от статуса первобытия (как во многих религиях), но в нашем КА это не применимо, не будем душнить и мы.

Пожелаем успехов В и А и двинемся дальше.

б: Если В отвечает, что Бог - это "сущность бытия", или нечто подобное, всё повторяется.
Мы в пределе. У нас не-нет только Х(Бог\Сингулярность).
Х занимает весь график бытия.
Откуда мы знаем, что Х занимает весь график?
Из того, что КА претендует на роль ответа на вопрос В к А: "Почему что-то, а не ничто", то есть вокруг ответа не может быть среды, у ответа не может быть "вне", иначе оно войдёт в "что-то", которое "не ничто".
То есть вокруг Х нет пространства, времени, пустоты, небытия, хаоса.
Соответственно, Х буквально является бытием, и бытие - в пределе - задаётся через Х: Х = быть, Не-Х = Не-быть.
Если Х = Бог, это верно, если Х не-Бог это верно. Х может быть сингулярность, кочерга, котейка, я, в любом случае Х занимает весь график.
Различия не обнаружено: Быть сущностью бытия (или типа того) - тривиальное свойство первобытия в пределе.
Чем бы не был Х, другого Х нам в предел никакого другого не будет.

11: Не стоит понимать это, как возражения против бытия Бога, и вообще суждение о его бытии\не бытии. Для нас важно, что КА не даёт уникальных преимуществ, как и наука в рамках темы не имеет таковых. Если мы играем за В, нам стоит искать аргументы другого рода, а если за А, нам не стоит считать это суждение доказательством своей правоты (тем более, что отсутствие не доказывается).

 Интереснее другое: сама глобальность такого рода вопросов диктует контринтуитивные вопросы, если восстановить симметрию, и неочевидные ответы. Для удобства продолжим обсуждать В и А, но это касается любых суждений с фундаментальными экстремумами .

Новый пример: В спрашивает о смысле жизни, не принимая от А такие ответы как "потомки", "вклад в культуру",  "вклад в науку", "последствия", "гедонизм", предлагая как альтернативу рай (Допустим для нужд текста, что В всё ещё обобщённый околохристианин).

Нарушение то же самое: если В - верит в рай, то его тотальность не может быть описана как земная жизнь, а обязана включать в себя жизнь+посмертие:ад\рай. В нашем случае - для наглядности - жизнь+рай.  Соответственно, в одном случае мы спрашиваем - "в чём смысл всего" - очевидно, что ответа не будет. В другом "В чём смысл не-всего", и лакуну, её наполнение -  используем как ответ.

Это разумно онтологически (ведь рай не является жизнь в обычном смысле), но опять же - грубо логически - ведь сравнивает тотальность и не-тотальность. К тому же, непонятно, на каком основании В выписывает из понятия "жизнь" по-смертный этап, если он дольше, и важнее (Вспомним, что вся аргументация Христа строится на приоритете загробного над мирским, и именно через эту призму он оценивает большинство человеческих переживаний как годные и негодные) - по идее, для В смерть не может иметь такого же статуса как для А, но должна быть чем-то вроде переезда. Именно это соображение вынуждает нас включить рай в понятие "всё-В".

Соответственно, парадоксально, но для сохранения симметрии стартовый вопрос необходимо адаптировать к "всё-В": - мы должны спрашивать либо "В чём смысл рая" - не "Относительно жизни - быть наградой, следствием", а "Дальнейший смысл" - попали мы в рай, и что?

(Ведь В вряд ли устроит система наград А).

Или даже так: Состоялся Страшный Суд, все кто заслужил попали в Рай, и воссоединились с Богом: Апокалипсис в христианстве - имеет позитивный смысл, и мы не против. Однако, раз вопрос задан А, то мы задаём его и В: "Все воссоединились с Богом, и какой в этом теперь смысл?".

Единственный ответ: Никакого. И это не критика религии, это единственный возможный ответ - потому что рай претендует на окончательность.

(Если мы достроим после рая нечто иное, или новую историю, или вечность в сансаре, или нирвану - см.выше. Впрочем нирвана требует отсутствия смысла, так что с нирваной попроще).

Тут заметим, что слово "смысл" требует времени, последствий: если мой смысл - здесь и сейчас, то он существует потому, что я буду воспринимать его в следующий миг. Если мой смысл - глобальнее: культура, искусство, религия - то ещё проще увидеть темпоральный слой слова. Времени или последствий - но последствия требуют времени, так что это не самостоятельно важно.

Времени: даже если мы это так не вербализуем, или мыслим в малых категориях секунд: ведь нет никакого непротяжённого "сейчас" но об этом в других текстах.

В имеет право сказать, что ситуации "Рай", или "Бытие После Страшного Суда" не требуется дальнейшее "зачем", но если мы убрали "зачем" как носитель смысла, то А просто-напросто может сказать то же о любом произвольном А-смысле их некоей совокупности.

Или вот - самое любимое: Если В говорит А, что без души Бога А - просто сумма материи, то симметрично будет сказать, что В - "просто" сумма материи и души. При том В не может быть "душой", так как "душа" не наблюдает мир глазами на белковой основе, и не хранит опыт в мозге на белковой основе . Мы согласны, что душа это как-то делает, но очевидно что столь радикально иным способом, что тождественность В и души-В - номинальна, и сухо-причинна: душа сохраняет личность, но это не личность В какой-то форме, которую осмысленно примерить на себя.
Если душа это некий В+ (Больше чем В, включая В), это опт не В лично: тут используется возражение-сравнение с растущим человеком, где В - ребёнок, а В+ - взрослый. Нам понятна логика, и она валидна для иллюстрации, однако на наш взгляд она упускает определяющие различия: душа - не физична, способ работы с информацией, наблюдения, хранения - совершенно иной. Если уж сравнивать с циклом жизни, то душа - это взрослый, но В скорее отстоит от неё сильнее, чем ребёнок - В скорее сперматозоид или яйцеклетка (В смысле сходства), так что это опять ставит вопрос: тождественен ли В душе-В в достаточной степени, или по сути - только через прямую причинность?
В этом же смысле, любой А, прижив даже самую пустую жизнь, создал множество бабочкообразных уникальных причинных цепей, которые будут порождать новые и новые: например, если мы оставили след на песке, песчинки упадут в этот след не в точности так же, как без следа, что неизбежно повлечёт иное рассеивание света (пусть и за пределами наших наблюдений или занчимостей): даже не обязательно, чтобы эти бабочко-следы в итоге обрушили гору: вселенная с ними и вселенная без них - не тождественны при наложении. Это вполне можно считать трансцендентным посмертным бытием, учитывая что личность В в душе В мы не обнаружили: хорошо, у души есть сознание, но ведь оно неизбежно иное, и иное радикально. В - это именно текущая комбинация В+душа, а не душа без В (повторимся, при этом душа может быть, и нести личность или важнейшие её элементы В: В-то это тотально В, а не какие-то части В).

Остаётся ярлык "просто материя", который ничем не обоснован: Почему материя - "просто",  а материя+душа не "просто материя+душа", почему душа - не "просто душа", что так уж сильно наделяет сакральностью душу, что лишает сакральности материю?  Стоит восстановить симметрию (Ведь В включает "душу" в понятие Я, это - его полное множество Я), как вопрос становится - как минимум, более интересным, как максимум - невероятно скучным (В зависимости от риторических и логических навыков В и А).

Опять же дело не в религиях (В просто подвернулся), а в работе с импликациями: статус материи как "просто", а души как "не просто" вброшен в беседу - либо это аксиома (тогда А может просто её не принять, и всё тут, правда и свою навязать он не в силах, но наш текст и напирает на ничью), либо вывод (Но тогда нужно суждение).



12: Забудем про В, А, КА и рай - текст не о них. КА использован как логическая конструкция, как мы не раз подчеркнули - у В могут быть отличные аргументы вне КА.

Сегодня мы поняли тривиальную (А значит, истинную) вещь: предельное - предельно, и если мы ищем предел, не стоит удивляться, что за пределом нет ничего, а если за пределом что-то есть, значит мы не нашли предела. Мы научились применять это к спорам, а так же поняли что-то про вечное и ниоткудашное. Всё обязано быть абсурдным (в том смысле, что не иметь основания), и бессмысленным (в значении - не иметь обоснования в последствиях). Не менее чем одним из этих свойств обязаны обладать и любые фундаментальные узлы. Мы выбрали слова "абсурд" и "бессмысленность" - но просим чётко обратить внимание, какими именно значениями мы их наполнили, и не покупаться на не заложенные коннотации. (Хотя мы выбрали именно их именно чтобы дать такой соблазн. Потому что мы хохмачи.)

Это нормально, более того - необходимо, и если нас не устраивают такие ответы, стоит избегать таких вопросов. Благо, в реальной ситуации до такой тотальности нам, вероятно, ещё познавать и познавть.

Мы не ввели почти ни одной сущности - наши "тотальности" и иже с ними были имплицированы вопросом, мы просто вербализировали то, что уже было в беседе имплицитно, подправили симметрию, и кое-где продолжили логики.

В целом, мы убедились что вопрос "почему именно Х, а не не-Х" неисчерпаем в силу грамматических, нежели сущностных причин: его всегда можно эффективно втиснуть в любое объяснение. На примере Бога это просто удобно иллюстрируется - Бог как гипотеза обладает уникальной объяснительной силой, с этим бессмысленно спорить (Спорить можно о качестве обоснования, но нам не интересны прямые В-А сопли), но даже Бог-как-ответ пасует перед вопросом "ну так и почему Х, а не У?": Хорошо, Бог, но почему именно Бог? Почему именно всемогущий? Что, в точности, делает Бога - всемогущим?

И мы - с неизбежностью констатируем рекурсию в пределе: это так, потому что это - так.

Если мы играем за А, нам не стоит считать это триумфом науки: почему скорость света именно такова? Почему квантовые процессы именно случайны (по меньше мере локально), и почему случайны (локально) именно квантовые процессы, а не какие-то ещё?  Если мы найдём некую теорию всего, у нас останется вопрос: хорошо, всё взаимно согласованно, а почему оно взаимно согласованно-то? И попытка отбросить "почему" как не-валидный имеет мало сущностных отличий от картины мира В.

Не любое "это так - потому что это - так" - предел, но любой предел обязан быть "это так - потому что это - так".

Или не быть вовсе.

Но вопрос "почему" - неисчерпаем, вне зависимости от осмысленности.

Ещё мы поняли, что иногда чтобы сохранить суть вопроса (в случае сравнения) его нужно менять, а не сохранят дослвно.

Нормально посидели, я считаю.



"- Так вот. Сперва не было ничего.

- Стой. А откуда оно взялось?

- Что "оно"?

- Ну. Ничего.

- Я ж говорю: Ничего - не было. Не было его.  А ты спрашиваешь "откуда взялось". А что взялось, если я говорю что "не было"?

- А что было?

- Я же говорю: Ничего не было".

ПС: К разделу о "вечном". Когда я поутих, я понял что опустил неопрятность: вечное обязано быть и в будущем. Ниоткудашное - может, а может и не.
Но для целей текста эта неопрятность не критична: текст в данном месте сфокусирован на первобытии, и тематически ограничен этим моментом.
Однако я должен сделать и эту оговорку, а то как-то коряво. Сделал.
Теперь как-то не коряво.

ППС: Строго говоря, проблема КА тривиальнее: обычно его употребляют протестанты, для которых Бог это априори аврраамический христианский Яхве, но вообще-то каждый этап требует отдельной работы: если трансцендентное начало было, точно ли это Бог, а не не-Бог или прото-Бог? Если Бог, то персонофицированный или безличный? Если персонафицированный, то насколько это похоже на нашу субъектность? Похож ли он на что-то из Библейских данных, имеет ли отношение вообще к Библии, если имеет, то в какой степени исходники отражают условные откровения, а в какой - нет, и миллионы вопросов.
Едиснственно, что я согласен что признав этап "Есть,Бог, Субъектен" мы автоматом считаем его всеблагим, независимо от - потому, что точка отсчёта уже не мы.
Но, я надеюсь - все поняли, что мы тут не с КА спорим. И не с В.


=========================

Заметка 3

План дискуссии о смертной казни.
Внимание! Логический конструкт, инофофентези. Слабонервным,  сильнонервным и нервным не читать. Читающим - читать до конца, и строго буквы и слова, которые написаны.
Жанр: этико-логический твёрк.

1: Позиция:

Я не могу назвать себя противником СК.
Комментарий: Мягко избегаем перехода на позитивное утверждение, так как это будет важно в дальнейшем. В случае чего, признаём обвинения в софистике, но замечаем что либо софистика покажет логический баг, либо вообще окажется права: софизм сам по себе - не грех.

2: Вступление:

ИРЛ СК создаёт больше проблем, чем решает: судебные ошибки и злоупотребления, использование СК как инструмента давления, невозможность консенсуса по вопросу - за что, и как казнить. 
Всё это аргументы против СК реалистично, но не концептуально:
СК по определению не может отвечать за такие случаи, как "Казнили не тех, кто проходил по критерию (ошибка\злоупотребление)", или "Не договорились о критериях", так как на уровне концептуализации её зоной действия является казнь тех, кого надо казнить согласно неким ранее принятым критериям.
Невозможно обвинить нечто в том, что оно даёт негативные эффекты при некорректном употреблении: с таким же успехом мы можем быть противниками автомобилей, на основании того, что автомобиль (если ехать не по дороге, согласно ПДД) сбивает пешеходов: автомобиль имплицитно концептуализирован только для езды по ПДД.
Комментарий: При любых атаках на аналогию, держимся: аналогия - иллюстрирующая (а не доказывающая), и иллюстрирует один и только один аспект, который сам по себе - крайне трудно атаковать.
При любых атаках по линии ИРЛ просто признаём поражение: Да, ИРЛ не надо. Я не знаю, и не могу помыслить силы, которой ИРЛ доверил бы. Согласен. По домам? Но стараемся быстрее перейти к п3.
Готовимся принять "Жгите всех - Бог узнает своих" как единственный (или почти единственный: каратели, криминальные акции устрашения - всё-таки не вполне СК) пример СК в которой ошибка концептуально не исключена: в остальных случаях нет никакого носителя идеи, что "казним кого попало, авось и кто надо попадётся". Настаиваем, что без такой оговорки свойства СК в идеале вполне имплицитны, иначе нзачем бы вообще кто-либо когда-либо создал какие-либо критерии для СК. Сам факт таких критериев красноречив: критерии нужны чтобы по ним проходить или нет: фраза "казнить тех, кто Х" уже значит, что "есть и те, кто не-Х", и как правило скорее значит что не-Х больше (иначе формулировка была бы, в прагматике - не казнить не-Х). Мы можем оспаривать Х, но сам факт Х говорит что избирательность заложена в концепцию.


3: Обоснование права на изъятие концепции СК из ИРЛ:

На первый взгляд, бессмысленно обсуждать СК как концепцию в себе. Однако, понятийный мир пронизан невыполнимыми идеалами: "жить вместе долго и счастливо" - семейный идеал (наяву любая пара хотя бы пару раз за десять-двадцать лет да поссорится), "победа над преступностью" - пока нет причин думать, что в масштабах человечества это возможно (хотя тренды очень позитивные как минимум в области насильственных преступлений), и так далее. Мы не отбрасываем их на основании невыполнимости, но используем либо как прямой маяк, либо как косвенный повод для рефлексии каких-то тем. В любом случае, абстракции - это важная область человеческого анализа.
Соответственно, пока что у нас нет причин запрещать абстрактное суждение об СК всего лишь на основании его оторванности от ИРЛ.
Комментарий: Если собеседник здесь и далее уточняет, что он подразумевал именно СК ИРЛ, и абстракции его не интересуют:, признаём валидность такой позиции, поражение, и заявляем что в таком случае - согласны с ним всецело (хоть готовы принять и не любые аргументы).

Комментарий: критерии пока не предлагаем, объясняя это тем, что если дать критерии не получив базового согласия на саму возможность СК, то оппонент легитимно скажет: "это всё хорошо, но вы забыли что СК - лажа", и будет прав.

4: Базовые ценности:

Мы не будем предлагать своих представлений о базовых ценностях, а попробуем извлечь их из реальности. На первый взгляд, существует нечто, что можно обозначить как "не убий", или "ценность жизни - универсальна".
Однако (вне зависимости от наших позиций) - это не правило, а упрощённая формулировка.
Контрпример: мы не считаем воинов, воевавших за нашу (или любую симпатичную нам) страну в войне, которую мы понимаем как освободительную (например, для меня это Великая Отечественная как этап Второй Мировой: признаю что роль СССР была сложнее, и неоднозначнее, но применительно к - как минимум - части советских солдат, это не важно: Я легко нахожу конкретного солдата не имеющего отношения к каким-либо серым или чёрным страницам этой войны, и не запачканного в военных преступлениях) убийцами, хотя очевидно, что они именно что убивали врагов (как минимум, в ряде случаев - как правило, достаточно широком). Во всяком случае, мне редко встречались такие оценки: мы можем считать роль стороны не столь однозначной, или признавать эпизоды военных преступлений даже у симпатичных нам сторон, осуждать стратегические или тактические решения и так далее, но само по себе убийство на поле боя (или его аналоге) в ходе обороны от агрессора - не считается убийством, хотя де-факто это именно оно. И, честно говоря, мы в этом правы.
Казалось бы, исключение и особый случай. Однако в этом и суть: если бы исходное правило было строгим, оно бы не допускало исключений. Если правило допускает исключения, то это не логическое правило, а условная формулировка применяемая для удобства, если количество подпадающих под неё ситуаций заметно шире, чем не-подпадающих. Однако само правило - дискредитировано (Не в значении - неверно, а в значении - не определено для любой отдельно взятой точки), и нам надлежит уточнить, какие именно исходные правила (два или более в пересечении) дают дискредитированное правило-формулировку.
К слову: в отличии от преступления (в идеале) каждый отдельно взятый комбатант может вообще не быть виновен в своём статусе: он может быть не согласным со своим текущим правительством (существуют миллиарды понятных причин не суметь избежать носильного призыва), может быть не повинным в военных преступлениях, или вовсе - не иметь к моменту своей смерти на счету ни одного боевого выстрела, или даже ровно в это время искать, как бы сдаться в плен из соображений искреннего нежелания причинять вред (не говоря о других) - то есть, если мы сдуру включим мораль, мы получим удивительный кавардак - убить субъективно менее агентного и виновного человека - приемлемо (мы тут не спорим с логикой войны, и всё понимаем), зато более агентного и активно виннового - (в пределе) - допустимо.
Тем более, что мы прибегли к ультимативному: защита в однозначно оборонительной войне (с чем будут спорить только рад-пацифисты, и редкие представители самых радикальных религиозных направлений), но есть ещё целые спектр дискутируемых тем: аборты, самооборона, эвтаназия, превентивное нападение и условия легитимности такового (степень и точность знания о готовящееся атаке).
В любом случае, мы видим, что самого по себе "жизнь - священна" - просто не хватает на аргументацию, просто потому что вне зависимости от нашей позиции - ИРЛ уже существует скорее правило "Жизнь священна, кроме случаев" - и пока не вполне понятен какой-то непроизвольный перечень исключений.

Комментарий: Не даём съехать на "война - это не то же самое". Война - это и правда не то же самое, но акт убивания человека человеком - в пределе - такой же (методы могут разниться, но сухое "был жив, стал не жив" - на месте), а ведь именно его мы проверяли на прочность.
Уточняем, что взяли самую стерильную войну - сугубо чтобы не зашумлять разговор оговорками (достаточно того, что по итогам взвешивания сторон мы считаем одну симпатичной): если оппоненту не нравится Великая Отечественная - пусть предложит свою, или вообще вообразит, так как к базовому принципу это всё отношения не имеет: солдат (может) убить (хотя бы в одной ситуации из полного множества возможных) и не считаться убийцей.
Подчеркнём, что мы не толкаем за или против солдат, и лично мы - чтим 9ая, но это вообще к делу никак.
Акцентируем: Мы не дали свою оценку, мы выявили уже существующую ИРЛ.
Акцентируем: не надо отказываться от формулировок вне этого спора: в норме "убивать нельзя" - достаточно, но для логической структуры нужна система чётких и позитивных правил, так как логическое правило - это утверждение, а не исключение или констатация отсутствия.

5: Кривая дорожка (См.раздел в Почему Я Не Мизантроп, пример с правом страны на оборону в однозначно освободительной войне).

Комментарий: Вкратце - показываем, что любое нормативное утверждение - уже является кривой дорожкой: от штрафа за переход на красный (сегодня штраф, завтра - срок, сегодня за переход, завтра за стояние рядом), до прав ребёнка, прав родителей на ребёнка, или ювенальной опеки и права государства и\или общества редактировать права ребёнка и\или родителей на ребёнка.
Происходит это от того, что из сущего не выводится должное, а значит любая система нормативных утверждения так или иначе сводится к произвольным аксиомам, а значит - может быть скорректирована или размыта.
Человек хочет жить - сущее. Для религии: Человек хочет в рай, а не ад - сущее. И даже: Бог запретил убивать, Бог есть любовь - вообще-то сущее, и без принятия "И мы согласны" или аналога - не работает.
(Пример с Богом нужен потому, что риторически Бог обычно подаётся как ультимативный гарант: разъяснить это, если собеседник атеист, или антитеист. Введение Бога нужно чтобы показать, что даже в таком пределе для перехода к нормативности нужна произвольная мера: "в аду хуже чем в раю, я хочу туда где лучше, а не хуже" - если это "я хочу" убрать, то всё ломается: вдруг мы хотим туда, где хуже, мало ли? или "Бога надо слушаться" - а то вдруг, мы считаем что Бог есть, прав, благ, рай, ад, Абсолют, а слушаться - не собираемся: мало кто там прав. Так то Бог, казалось бы - куда уж дальше.)
Моральные критерии придётся привязать ни к чему, потому что не к чему, что и делает их скользящими, и это не уникально для СК.
Успокоить, заметив, что несмотря на всем известные примеры, в целом общество отлично балансирует на этих дорожках, и именно их скользкость позволяет морали меняться, а не консервироваться. За возможным исключением Сингапура и Северной Кореи (шутка) нигде не переходят от штрафа за красный свет к казни за красный свет (Хотя, возможно, Индии бы не повредило, если верить туристам), а по ряду вопросов разные общества пробуют разные балансы свобод и давлений, постепенно их настраивая.
Однако, если любая дорожка - уже кривая, то и этот довод не может быть поставлен в вину СК уникально.

Комментарий: Если нам скажут, что мы - отрицаем объективную мораль, а потому с нами невозможно вести этический диалог, замечаем что для этического диалога как раз и нужно отрицать объективную мораль, иначе какой может быть спор: мораль объективна, надо её установить\высчитать\поймать и следовать, какой бы она не оказалась. А вот признание морали как распределённой системы взаимодействий - уже даёт нам убеждать, не соглашаться, менять и меняться, и оставляет мораль - человеку и людям, а не какой-то там объективности (мало ей, что ли, гравитации и прочих объективных штук?). См. раздел в ПочемуЯНеМизантроп,
Заметим так же, что пока мы не вводили своих мыслей, так что строить гипотезе о нашем релятивизме или нигилизме - пока рано. Может, мы такие, может ещё хуже: скоро станет ясно. Но пока мы давали анализ.

6: Границы и асимметрия отрицания.
До этого момента мы нарочно не отделяли себя от условных неосталинистов, теперь уточним.
Позиция против казни - универсальна по определению: она (без уточнений) означает: не должно быть казней в 100 из 100.
Позиция за казнь - экзистенциальна по определению: она может быть и за массовые казни, и за полумассовые, и за одну единственную казнь за всю историю, если вдруг кто-то совершит нечто, подходящее под строгие критерии.

Аналогия: я не курю - может значить, и часто значит "я не курю 100% времени 100% мирового табака".
Я курю никогда не значит "я курю 100% времени 100% табака". Может две сигареты в день, может две пачки. Но какие-то секунды я точно не курю, и вряд ли я скупил мировой запас табачных изделий.
Мы найдём спикера, считающего что надо запретить все смертные казни за всё и сразу.
Мы едва ли найдём спикера, даже среди самых отпетых неосталинистов, которые заявит что надо казнить всех и за всё. Мы даже вряд ли найдём кого-то, кто скажет что надо казнить хотя бы всех преступников и за все преступления - всегда в фокусе часть преступлений.  Даже если у спикера это 99 из 100.
Мы видим, что в позицию априори не вшита (хоть и крайне возможна, и привычна) жажда крови, хоть я и намеренно держал паузу.
Именно поэтому формулировка позиции была такой, какой была: как её представитель я не обязан соглашаться с более охотными сторонникам СК, одобрять любые периоды казней в истории. Мне достаточно считать, что возможно достаточно серьёзное преступление в принципе.
Соответственно, если за всю историю наблюдения никто так и не совершит именно такого сурового преступления - тем лучше, я не обязан настаивать на регулярной практике СК. Зато если оно всё-таки случится, у нас есть план действий.

СК априори экстремальный сценарий, средство к которому и не должно быть нужно прибегать не подумав, не взвесим и заради ничего.
Но - на мой взгляд (я надеюсь, я прояснил позицию) определяющим может служить только это: Возможно ли подобное в принципе (часто или редко, или номинально, или сплошь и рядом), и если хотя бы "номинально" - я не могу называть себя противником СК.
Впрочем, моя личная позиция чуть менее избегающая, и скучно нам не будет.

7: Базовые ценности-2: Вводим оптику.

Исторически идея о безусловной ценности жизни сыграла позитивную роль.
Однако видится в ней и лаг: приняв таковую идею, мы лишаемся причин улучшать жизнь друг другу, сокращать страдание.
Если у нас есть ребёнок без рук, ног и перспектив, мы всегда можем сказать: он хотя бы - живой, и даже не "хотя бы", ведь именно житие как таковое - ключевая ценность. Мы можем оставить его в таком состоянии, изредка давая кусочки пищи, и ребёнок будет вынужден нас благодарить. Если жизнь - ключевая ценность, то её качество - тотально вторично, и не критично.
Это важный этап в истории истории, но.
Возможный выход в переопределении : жизнь - это предпосылка для ценности. Без жизни нет ценности, но и без ценности жизнь не реализуется. Чтобы есть суп - нужна тарелка, но без супа - тарелку грызть не станешь, а если стаешь - порвёшь слизистую желудка.
Оставим в стороне кто и в какой мере может определять это: я бы сказал, что субъект за себя, но сейчас мы спорим не об эвтаназии и её аналогах.

Комментарий: строго отбиваем любые попытки сформулировать это как "всего лишь" предпосылка. Если предпосылка - это "всего лишь", то мы можем заявить что и жизнь - "всего лишь", и смерть тоже - "всего лишь". Предпосылка - это важно, это нужно, уберём ярлыки, а то "всего лишь" - ультимативно - приложил его к (Всего лишь Бог, всего лишь Душа, всего лишь дети, всего лишь мы), и вроде как что-то сказал.

Комментарий: Не проясняем, наша ли это личная оптика, или нет. Если начало суждения о побочных эффектах жизни-абсолюта принято, то такая оптика - наиболее экономичный и последовательный способ обеспечить жизнь ценностью вообще, да ещё и позволяет делать это а: рекурсивно б: отчуждаемо. (а) и (б) пока не акцентируем, держим в рукаве до срока.

8: Суть:

Пожизненное заключение (При условии корректности приговора) - это сведение человека к чистому бытию. Что было бы эмоциональной оценкой, кабы мы уже не увидели что на данный момент жизнь как таковая не определена как однозначно ценная, значит "сведение к чистому бытию" - это логический факт и фиксация ущерба (пока не указанного оппонентом, но существующего, как следует из деконструкции жизне-ценности).
Я не оспариваю право общества и государства ограничивать субъектов в правах, и заключать их в тюрьму (Я могу оспаривать критерии в каждом отдельном случае, но не само право), но меня беспокоит другое:
ПЗ - необратимо (в идеале, а я обсуждаю именно движок), значит даже если заключённый однажды искренне раскается и осознает, что был не прав, он не может конвертировать это раскаяние в реинтеграцию в общество.
Это делает ПЗ инструментом чистого наказные (а не исправления, и даже не сдерживания: не только сдерживания), что я склонен оценивать как латентный садизм:
Например, если осуждён убийца - его срок не получится конвертировать в оживление усопших. Его раскаяние - тоже. Его раскаяние в этой ситуации становится и вовсе ужасным: человек осознаёт, что в какой-то (возможно, обширный) момент жизни был тотально не прав, но не может сделать с этим ничего осмысленного.
Социально это - смерть, при том - мучительная, и бесполезная.
Единственный позитивный эффект - убив человека, мы номинально не убили его.
Иными словами - эффект - это не принятие своей роли, и ответственности за неё, подобно тому, как усыпляющий в ветеринаре больную кошку человек не осознаёт, что хотя кошка усыплена руками ветеринара, де-факто усыпляет её он, ведь без него ветеринар кошку бы не усыпил. Меж тем если кошку было надо усыплять - то полезно принять на себя долю участия, как минимум потому, что и в будущем возможны подобные решения. Если кошка усыплена ошибочно, или вовсе напрасно - тем более необходимо принятие своей ответственности. Непринятие не решает ни единой проблемы.
Резюмирую:
Осуждённый на ПЖ (в лучшем случае) однажды поймёт, что он - чмо и не прав.
Всё, что он сможет с этим сделать - знать, что он чмо и не прав изо дня в день. Если в тюрьме хорошие условия и врачи - то знать долго.
Способа сделать из этого знания что-то у него нет: он на ПЖ, мы не пустим его назад. Ну что он - заплачет, книгу напишет - а какая обратная связь, в чём принятие раскаяния с нашей стороны?
Мы с этого получаем только человека, знающего что он - чмо и не прав: Убитые им не воскресли, наши раны не зажили.
Ну зато, он знает что он - чмо и неправ заживо, очень гуманно, спасибо.
И я не говорю, что мы обязаны его выпускать (я надеюсь, что мы не просто так уж человека заперли, тоже имели причины) - я не вижу, где тут сохранённая жизнь, по-моему мучения ради мучений. Никто из участников не получил ничего, кроме номинально чистых рук (что я оспариваю). И это в лучшем случае - при раскаянии. Без этого вообще я перестаю понимать, что случилось и где мы все.
Если я верю (я - верю) что у нас есть основания часть людей ставить в это положение, и не принимать их раскаяние (Я могу спорить с конкретикой, но движок принял, и не спорю), я просто не вижу выигрыша в замене СК на ПЖ (Помним ограничения из начала текста).

Комментарий: Не даём предложить как альтернативу ПЖ длительные сроки: сроки - не ПЖ, ПЖ - существуют, они - тема тезиса. Заменили человеку ПЖ на срок - всё, человек не в теме этой беседы, но, к слову, я очень рад. Это про тех ПЖ, кому мы срок по какой-то причине дать не готовы.

9: Суд.

Соответственно, либо человек всегда должен иметь шанс на реинтеграцию, либо ПЖ создаёт больше проблем, чем решает (концептуально, см ограничения модели из ранних пунктов).
(Варианты ПЖ с правом на пересмотр не относятся к теме обсуждения, чётко держим контур: мы обсуждаем такие, и только такие ситуации, где...).
Вдобавок к названному: если уж мы решаем изолировать кого-то (допустим, что мы обдумали критерии хорошо) навечно, то СК делает это надёжнее любого метода: из смерти пока не вернулся никто. (100%). Вселенная физически не поддерживает такой сценарий.
Из заключения номинально можно сбежать всегда: самая надёжная тюрьма даст (стремление к 100%), но в силу физических и вероятностных особенностей мира - не даст 100%.
Не говоря о возможных сменах режимов: приятно, если приходит режим, кототрый выпускает хороших, годных людей (как бы лично мы их не определяли), но ничего не мешает завтра прийти к власти мне, и чисто ради рофла выпустить всех маньяков.
Сценарий комичный, но логика понятна: если наша цель - надёжная изоляция, то 100% тупо больше, чем любое не-100%, даже если это предельно близко-к-100%.

Комментарий: Не требуем полной отмены ПЗ, но настаиваем что у ПЗ по меньшей мере должны быть выполняемые условия для отмены и ре-интеграции: У заключённого должен быть шанс, и тут уже меня устроит если покаяние\не покаяние будет в его руках.
Без этого - я настаиваю - что мы уже выписали его из людей - и так как я всё ещё верю, что мы не самодуры и он сделал что-то особо циничное, не вижу выигрыша в его вечном пребывании в заточении, как я уже и сказал - для всех участников неприятной ситуации.
То есть: Если необратимость это проблема - то может мы и ПЖ поспешили? Всё-таки с точки зрения внутренней логики ПЖ (Если вот взять её за основу), то возможность выйти - это баг, это говорит что мы не всё проверили назначив ПЖ, где-то погорячились. Ну то есть концептуализирована-то ПЗ как пожизненное, понимаете? Я уж не буду лезть в трубу с этим аспектом, но я констатирую что ПЖ как и СК неплохо бы иметь как заведомо экстремальную опцию, которую не так-то и просто схлопотать.
А если уж ПЖ, то почему вдруг необратимость - проблема?

Комментарий: Автор осознаёт катастрофические последствия такого отношения к ПЗ ИРЛ, но не сдаётся.
Держим фокус: Пересмотр, снижение срока - но мы не обсуждаем ситуацию исходно незаконного ПЗ, ошибочного и так далее. Для меня это было бы даже странно, учитывая начало: В незаконном ПЗ не виновна ПЗ, это ясно. А вот чтобы так: Да, убил, да, съел. Но можешь сделать Х, и выйти. А если не можешь - то и...


10: Суд-2: Ужесточаем тезис, чтобы не казнить много (кому-то казнить, тоже куда их). Вот щас будет жара.

 И, собственно, есть категория людей, для которых (при условиях) имеет смысл СК: критерии и сумма ущерба может варьироваться, но общим правило должна служить наша готовность
а: Принять человека обратно в мир (даже если от него потребуются существенные усилия)
б: Взять на работу, выдать за дочь\сына\мать\отца
в: В общем, сделать вид, что ничего не было.
- Даже на жёстких условиях (важно чтобы они были, и были в целом - выполняемы физически)  иначе наказание становится чистым наказанием ради наказания.

Мы здесь - это текущий конвенциональный статус рассматриваемого общества: страны или любого юр. Субъекта как метасущности, способной создавать и регламентировать законы и нормы.
Категория: хронически больные маньяки, совершавшие массовые убийства и\или п.д.ф.-акты, при условии что мы не можем, и вряд ли сможем излечить их в прогнозируемом будущем при сохранении научных трендов.
Я исхожу из того, что для части таких людей их злодеяния - неотъемлемая (нередко мучительная) потребность. Вообразим, что нас содержат под стражей за то, что мы нуждаемся кушать, пить, какать или писать - хорошо ли нам?
Более того: вообразим себе сценарий исцеления такого человека с позиций субъекта: с нас спадает пелена, и вдруг (или постепенно) мы обнаруживаем, что мы не делали нечто естественное (ещё и скрывали от окружающих вынужденно) - а ИРЛ убивали или п.д.ф. Ну, такое - вряд ли я готов называть гуманным поддержание человека в одном из этих состояний. СК в данном случае нужна по простой причине:
- Мы не готовы принять их обратно, и нас можно понять.
- Однако сущерб нам уже нанесён, и неокупаем.
- Общая сумма страдания в мире нарастает за счёт их страдания.
- Морального решения нет. Если нет морального решения, надо брать хотя бы количественное (так как иначе сумма пассивно-аморальных решений косвенно растёт). Точка сборки - их мучения, мы можем хотя бы ограничить их во времени.
Обратим внимани: Существует отличное от нуля количество людей, недовольных свои статусом как заключённого тюрьмы, или спец.псих.стационара.
Не предъявлено ни одного человека, за всю историю наблюдений, который был бы недоволен собственной смертью.
И да: это стрёмная мера, а чего мы хотели. Ужасное уже случилось: маньяк совершил (удалено), выход будет ужасным тоже.

Примечание:
Нам нужно во-первых очень чётко соблюдать этот аргумент самим. Во-вторых достаточно остроумный оппонент, чтобы оценить глубины словоткания. Если мы не будем чёткими, вместо нашей мысли мы скажем баян. Если оппонент не будет хорош, вместо нашей мысли он услышит баян, и отыграть будет трудно.
Так что повторим логическую структуру:
Из смерти невозможно заявить о себе. Из этого возможно не менее двух выводов (В рамках СК-спора, эватания-спора, мед.автоээлиминация-спора и абот-спора).
Наша позиция подчёркнуто негативная: отсутствуют заявившие о недовольстве смерти. Будут свидетельства - приходите. Тут мы тривиальны, но сама ситуация спора создаёт напряжение:
Позиция оппонента позитивная: словно бы, такие данные есть. Откуда мы знаем, и почему мы приписываем такую позицию? Потому что требование сохранить жизнь имеет смысл только при допущении, что смерть - хуже.
Соответственно, если мы удержим лицо, очевидная софистичность и некоторый абсурдный глумёжь нашего аргумента становятся его сильным местом. Либо у него под рукой окажется доска Уиджа - ну, тогда вечер станет гораздо более насыщенным.
Оппонент может попробовать возразить, что жизнь - это возможность что-то делать ,хотя бы и в заключении. Тогда возвращаемся к вопросу о конвертации раскаяния в ре-интеграцию, а так же в том, что отсутствие таковой создаёт мощный анти-стимул для раскаяния (раскаявшийся оказывается в том же мире что не-раскаявшийся, но получает моральную боль от самого себя),  значит - рекурсивно пожирает себя же.

Комментарий:
Переопределение жизни в предпосылку так же легко обосновывается: мы уже показали, что жизнь как универсалия -не работает, а подлинное правило -  требует уточнения. Это уже автоматом значит, что жизнь может быть только предпосылкой - аксиоматической, или выведенной  - тупо по логическим структурам. Но! Лучше сперва дать настояться этому тезису как ярлыку - "сведение к чистому бытию", и обронить обоснование явно, но уже после того как первичный эффект усвоится.

Если будет фраза "Если смерть решает, почему вы предлагаете только казнь" - с невинным видом поясняем: Потому что тема обсуждения - казнь. Будет тема не-казнь, зовите, поговорим. Подготовлюсь, изучу, посмотрим нет ли там каких-то внешних ограничителей. Мою позицию по добровольной эвтаназии, однако вы уже поняли, а все остальные темы - надо смотреть. Тема есть тема. Но вообще-то я предложил критерию - неужели мой несчастный маньяк всецело схож с обширными категориями людей в этих критериях?

"Чем мы отличаемся от маньяка?" - мотивацией. Числом жертв. Контекстом убийства. Причиной убийства. Всего 4 пункта, а надо ли больше?

Комментарий: Стоим на своём: Мы уже отказали ему в жизни, ещё и обколли веществами. Либо он имеет способ вернуться, либо мы вообще не правы (но это не обсуждаем), либо в чём ценность его бытия (Нет, "для него" не катит - мы уже его не слушаем, вряд ли он сел добровольно)?
Так же стоим на своём: нам надо было показать не менее одного случая, мы показали. Все ли маньяки таковы? Если нет - тем лучше.
Если будут упрёки, покажем справку о нашей шизофрении: Вот-мол, мы тут вообще против себя играем. Мы - не маньяк, но на полпроцента ближе к сабжу, и нам на полпроцента виднее, что там у кого врастает в потребности.

Комментарий: колируем все апелляции к личным ценностям субъекта. Для 99 из- 100 заключённых лично и ценно было бы быть не в тюрьме. Для какой-то части этих 99 лично и ценно потрошить нас и наших детей, во всяком случае мы уже ограничили спор такими случаями. Мы уже в явной форме начали сортировать личные ценности, то есть ультимативным доводом это не является.

Комментарий: Акцентируем, что категория вины здесь малоосмысленна, более того - СК лучше понимать как траур, и некую катастрофу: вот, мол, так как-то всё организовалось, что пришлось дёрнуть стоп-кран. То ли мы недосмотрели, то ли мир таков, но радоваться в СК нечему, если нам нужен сакральный слой, то СК для нас - вина (как минимум, в ряде случаев), но заменой её на ПЖ мы (как уже показано) не очищаемся от вины, а только сохраняем чистоту рук. Зато, если в этом есть элемент нашего недосмотра - мы должны такого более не допускать: например, вовремя оказывать помощь тем, кто ещё не стал маньяком.
Шутки шутками, а реально (не номинально, а с учётом мнения соседей и пр) имеет ли человек обнаруживший в себе негасимое желаний серийно убивать обратиться за помощью, да ещё и не очень скрывать своё лечение (а то это может нервировать и де-стимулировать), пока не перешёл Рубикон, и борется с недобрым желанием в себе? Или он имеет соц.стимулы скорее решать вопрос дедовскими методами с предсказуемыми результатами?
Потом-то понятно, потом применимо всё названное выше, просто потому что ничего другого уже и не придумаешь. Но вот - до?
Опять же, это даже не про мораль, а про целесообразность. Мы не хотим чтобы он стал маньяком, он не хочет (мы обсуждаем такой случай), но в нём уже есть нечто (не буду делать вид, что знаю - откуда и как). Но мы говорим - "ну ты как-то сам не стань маньяком", или "не хотелось бы нам во время беседы слушать как ты говорил с психиатром" - наше желание валидно, и оправдано - мы правы на 100%, но стоит ли удивляться  результатам? Это не значит, что мы прямо обязаны слушать, но лучше чтобы это была неприязнь сродни неприязни любого слушанья о мед.помощи, соотв. кому-то локально может быть и интересно послушать. Всё, увяз - тут уже впору отдельную ветку суждения открывать, но суть ясна. Опять же, если мы уже отказали в таком базовом праве человека как обсудить свои проблемы и усилия (а помним, что он ещё не стал маньяком), то почему бы и не развить мысль для уже-маньяка в СК.
А если у ещё-не-маньяка не было стадии борьбы с маньячеством, то - тем более: не потрошил бы наших детей - жил бы. Напомню, что мы тут за СК в особых случаях, а не за кражу картошки. Это же (не потрошить) меньше действий, чем (потрошить). Вряд ли "не потрошить наших детей" это завышенный стандарт - всё таки подавляющее большинство человечества с ним справляется. Я не в укор первому "хорошему" маньяку, я к тому, что наше желание чтобы наших детей не потрошили, в целом, разумно, легитимно и валидно вне зависимости от даже нашего статуса.

11: Финальная речь.

Самое прекрасное: подобный подход требует вдумчивого и тщательного отношения к СК и ПЗ, и принятия ответственности. И это даже не моё требование:
Если мы будем вырабатывать плохие критерии - мы проигрываем обществам, чьи критерии лучше наших.
В целом, наше пожелании: как можно меньше СК, вплоть до существования чисто номинального свода папок в ведомствах на случай появления особо кровожадного кого-то.
И да: суровая (но вообще-то не суровая) правда в том, что мораль - это мы. Почему мы считаем кражу - преступлением? По факту изъятия имущества у кого-то? Нет, и сегодня есть общества где это не проблема. По заповеди? А если мы атеист, язычник, шаман, синтоист? Ответ проще - мы считаем потому что мы так считаем - мы не как субъекты (наученные и интерпретирующие) а как распределённый социум.
Мы и правда произвольно выписываем из людей друг друга - не в смысле "кого попало", а в значении "без конечных логических обоснований, без логической необходимости в пределе". Мы это делали вчера, сегодня и сделаем завтра: невозможно логически обосновать, что маньяк - не прав, что убил тебя. Какой эксперимент это покажет, как это доказать инопланетянину, где общезначмость этого без наблюдателя? Нам просто не нравится, когда нас или наших детей, или даже неприятных нам шумных детей (удалено) маньяк. В сухом остатке маньяк виновен в том, что он не нравится нам. И наша ответственность это увидеть, и принять меры.
И это хорошо: объективная мораль отнимет мир у нас.
Это оставляет дверь открытой для зверств - но, просите, мы не в состоянии не идти в дверь? Или обернуться на полпути? Между "открыта дверь" и "мы зашли" эта ваша скользкая дорожка, а скольжение - оно обоюдно, и зависит от скользящих хотя бы в какой-то мере. В отличии от объективности, которой филоетово.
При этом мы часто забываем, что общество как метаорганизм - умнее, чем мы привыкли думать, и способно и иметь форс-план, и работать над приведением себя в такое состояние, чтобы план не пригодился: Образно говоря, мы способны и держать пожарную службу, и работать над снижением пожароопасности одновременно, и вообще хватит выдавать "общество" за некоего дегенерата.
Заметим так же, что наш рецепт на такие случаи: " а не спешите выносит вердикты". Это нужно проговорить, так как мы встали в защиту СК, и от нас (оправданно) ожидают горячности.
Комментарий: Конечно, всплывут нацисты. Объяснить, что тупые критерии - тупые. Зачем вам чистая кровь, инбриндинг плодить? Зачем вам регуляция семей - вы разобрались, как наследование работает? Чем вам помешали инвалиды - у вас ампутация по наследству передаётся? У вас не при каких условиях не будет СТОЛЬКО разумно исключённых, у вас популяция бы до вас недожила.
Вот генетические болезни - это интересно, тут репродуктивное право матери вступает в конфликт в принудительной природой рождения (В практическом смысле: мы не выбираем кем, и когда рождаемся, но отвечаем за это), и родиться инвалидом не пойми почему - не всегда приятно, я вам заявляю как такой человек. Но тут же тоже надо изучить вопрос, разобраться, а не стрилизовать налево и направо по мутным критериям. В самом-то социостроительстве нет проблемы: мы все этим занимаемся, и через политику и через половой отбор. Вот мы бросили тян\куна, и вроде не виновны что он\она там вымерла с тоски, а ведь - спорно. Что ж - не бросать тян\кунов? Я как бросавшийся кун говорю: надо бросать - бросайте.
Ну а если мы как дурни бросаемся в бурелом, ну тут уж - простите, можно и похлеще устроить. Проблема нацистов (и создаваемая ими проблема всех) в том, что они - тупые.

12: Заключение:

В целом, по теме спора я проигрываю ещё на втором ходу, и меня это устраивает для ИРЛ, просто потому что аргументы ИРЛ исчерпывающие по крайней мере для не-экстремальных сценариев (могу допустить СК во время зомби-апокалипсиса, или для пресечения паники на фронте, тонущем корабле, и так далее. Могу не допустить, но тут есть что обсуждать. Энивей - большинство мира живёт вне зоны таких суждений, так что это именно что экстремальные сценарии).
Зато мы обсудили концепции, и увидели занятный взгляд на гуманизм, аргументации и логики. В этом смысле, я бы скорее принял однозначное "нельзя потому, что нельзя" - при условии отказа от попыток обосновать: во-первых мы увидели, что нормативные суждения всё равно к этому сводятся (и это неизбежно), во-вторых пункты "универсальность" и "кривая дорожка" - несостоятельны, а чаще всего дискутируются именно они.

Комментарий: наша цель в споре вообще не победа, наш тезис явно эпатажный (а аргументация нескрываемо софистична, что само по себе не всегда баг) - а последовательная деконструкция и принуждение к уточнению позиций, проработке импликаций, лакун, логических прыжков, сортировка аргументов на хорошие и плохие (даже истинное суждение можно обосновывать не корректно: Земля шарообразная потому, что плоскую землю придумали массоны).
При этом: если наш собеседник открытый деонтолог, и явно заявляет запрет на убийство не как логическую конструкцию, а как базовый и необходимый запрет, либо определяющий идеал - нам стоит признать его валидность,. Проблемы появятся, если деонтолог начнёт как-то обосновывать этот запрет, что уже, простите, не деонтология а консеквенционализм, хоть и не прямолинейный: деонтология не может иметь "потому что" в пределе, а обязана постулировать аксиомы. Это уже помещает оппонента в плоскость логической критики. Ирония в том, что верный ход - во многом, с порога сказать нам "почему это вообще надо обосновывать - запрет на убийство это база, и всё тут" именно потому, что никакая логика не работает без набора необоснованных аксиом, и не надо этого бояться. Я бы просто ответил "Да! Так я не знаю, на фига ты вообще начал обосновывать аксиому, чувак!".
ПС: Практика учит, что оппонент, даже приняв логику пунктов о деконструкции базовой ценности жизни (давим что правила - это утверждения, а не отрицания, так что "пока не доказано обратное" - это не строгое правило, а формулировка, а нам нужна система подлинных правил, даже громоздкая, иначе как мы разберёмся) будет и далее по-привычке аргментировать штуки через круг. Напрмер: "Да, всегда сохраняется риск побега, однако это ничожная цена за не превращение в общество отнимающее жизнь" - хотя мы уже показали, что "не отнимающее жизнь" требует пересчёта. В зависимости от симпатий к оппоненту, и настроения - давим и принуждаем к деконструкции или оставляем как есть.
С другой стороны, проницательный оппонент легко обыграет нас после п6, например - через категорию "масштабы последствий" как выделенное свойство этой кривой дорожки от ряда других - или через пяток других уязвимостей. Ну и хорошо, чё нет-то.


Приложение:
Список крутых аргументов, с которыми я спорить не стану, а сразу спасую и буду молить о пощаде.

а: Влияние на палачей.
Если речь не о "скольжении", а о реальном ПТСР (Аргументы похожи, но их различия - определяют). ИМБОВО, верно - я должен или избегать услышать это, или даже не пататься контрить. Концептуально неустранимо (Во всяком случае, нет причин ожидать надёжного лекарства\достаточно надёжной терапии) - если оппонент назвал это, он по праву победил, да ещё и поднял важную тему.

б: СК стимулирует преступников идти до конца там, где без СК они обошлись бы малой кровью.
До известной меры контрится тем, что я задрал планку СК, и вообще всюду настаивал что СК должна быть такова, чтобы под неё было непросто попасть.
Но в целом - крутой аргумент, я даже не стану бгодаться, да ещё и играет на отвественность: Вынуждает нас сортировать преступления (даже если мы не хотим), и ротировать отношения к преступников (А значит, у части преступников больше стимулов к реинтеграции: если Хмт и Хбт в одниковых условиях, несмотря на разные пресупления, то менее тяжкий и правда имеет стимул задуматься - а зачем я отказал себе в более тяжком, если в итоге оказался в том же мире, что и Хбт? Локально такой стимул едва ли сработает, но в пересчёте на сумму преступлений может дать отличный от нуля эффект)

В целом, текст согласован не идеально: Надо понимать, что поздние пункты появились по хожу суждения. Суждение не подгонялось под пункты, я заметил возможность 2, 3 и 4, и как-то всё понеслось. Даже маньяк этот появился в последний момент, когда я оказался перед необходимостью смодулировать тот самый "мыслимый сценарий". Сильно сочинять я не хотел (мы тут стараемся не вводить себя в суждения), так что взял маньяка, довёл его до статуса онтологического маньяка, и смазал неожиданным ракурсом эмпатии. Это оказалось хорошей точкой сборки для того, чтобы показать что ПЖ не даёт выигрыша вообще никому. Но исходно я не знал, что приду к маньяку, лол.
Есть риск сорваться в спор о том, почему я не предлагаю устранять больных не-маньяков, но это будет достаточно легко отстоять даже в рамках модели, хотя бы через то, что СК у нас это следствие действия (преступления) агента, соответственно не-маньяков но больных изводить - зачем бы и с чего бы вдруг?



===============

Шутка:

План сочинения по МуМу.



Тезис: "Мне нравится Му-му, так как я одобряю основную идею рассказа: нужно топить собак, если они лают на людей".

Жанр: Оперативный минимализм: извлечение импликаций, проработка. Свои аксиомы: не предлагаются.





1: Авторский вопрос.

а: Тургенев, очевидно, закладывал в текст нечто иное.

Я не сторонник "смерти автора", однако в данном случае имеет смысл сделать исключение, так как Тургенев, безусловно, не является автором-мыслителем (Тостой, Платонов), а скорее - автором-изобразителем.

б: Доказываем:

Обратим внимание на ранние рассказы Тургенева. Как "Хорь И Калиныч", так и "Записки Охотника" были созданы методом журналистики погружения: Тургенев выдавал себя за простого человечка, скрывал свои подлинные происхождение и статус, и записывал, что называется, жизнь-как-она-есть.

(Конечно, и такой подход требует известного ремесла, такта и чутья - возможно, даже больших, чем для мыслителя, и всё же - изображение реальности удачно настолько, насколько автору удаётся молчать)

К тому же Тургенев был тупой (Мы остановимся на таком оперативном термине, чтобы внести в скучный текст некий задор игры регистров великого и могучего языка, некую диссонансную ноту).

в: Доказываем:

Из контекста школьной программы нам известны следующие факты:

- Отмена Крепостного Права в том виде, в каком она была реализована - дно, фарс и плевок в лицо всему доброму.

- Все мало-мальски адекватные люди понимали, что она - дно, фарс и плевок в лицо всему доброму.

Таковая оценка не только чётко формируется уроками Истории, но и уроками Литературы.

г: Тургенев был в восторге от реформы, и искренне считал нормальным, что крестьяне будут платить ему ещё 40 лет. Его неприятно изумило, что крестьяне не увидели благодати в такой реализации.

(Заметим, мы бы не были столь строги к кому-то другому, но чувак буквально сам же привёл голос крестьянина в литературу, и от него мы вправе ожидать больше проницательности).

От горя тургенев уехал за рубеж, и до конца жизни ядовито проклинал простой народ за тупость и не способность думать о высоком, и склонность ценить живот выше идеала.

(Цитаты из писем из-за границы)

д: Налицо парадокс: в школьную программу включён человек, школьной программой многожды порицаемый.

Выход из парадокса так же налицо: Признать автономию художественного дара изобразителя, и не требовать от Тургенева мысли, приняв от него по таланту его.

Более того, минимального усилия ума достаточно, чтобы понять: чем меньше автор относится к "мыслителю",  тем талантливее он отображает, и напротив: мыслитель неизбежно интерпретирует реальность (корректно или не вполне - нам сейчас не важно): построит кубисски-механистически-живой язык Платонова (Известно фаната Фёдорова, сочетающего гуманизм и жестокость, где гуманизм - это путеводная звезда, а жестокость - нужна, потому что естественна а значит пока что неизбежна, и потому, что  по реализации Фёдорова, мёртвые будут воскрешены во плоти), пропитает текст нормативными оценками, идеологемами и пр, что имеет художественную ценность, но априори искажает фиксацию, которая по определению должна тяготеть к общезначимости , и номинальности автора (Сравните пейзаж в жанре реализм, и картину в жанрах сюрреализм или кубизм).   

Не стоит путаться в омонимах: усилия мысли нужны и для корректного отображения, но это усилия мысли иного толка, чем при продуктивном сознании: возможно, более высокие (как минимум, требующие дисциплины и смирения, и исключающие уход в отрыв там, где мыслителю он даже обязателен),  просто в языке для двух ситуаций используется одно слово. Критерий понятен: изображение - претендует на общезначмость, мышление - на оценку, так как изображаемое не зависит от наблюдателя, а вот его интерпретация - зависит. Условно: математик выбирает операции с числами, и знаки чисел, но сам факт того что столько-то ворон да ещё столько-то это такое-то состояние суммы ворон - существует вне зависимости от культуры, знаков и наличия в системе человека: это свойство объективной реальности (А из ШП мы знаем что идеализм не корректен). Мы надеемся, что наша аналогия не запутала читателя, хотя и требует известного уровня абстрактного построения: специфика литературы иная, чем в математике, однако специфика объективного и изображаемого (словом или числом), и операций и интерпретаций - эти специфики на абстрактном уровне аналогичны.

Итак, мы признаём за Тургеневым талант изобразителя (Иначе он бы не оказался в ШП, таланта мыслителя мы не нашли, остаётся талант изобразителя).

Однако такой талант изобразителя ведёт к отсутствию банальной практики для автора, и банальной значимости интенций (которые в пределе неустранимы) автора для читателя.

е: Таким образом, в данном случае авторские интенции нам не важны.

ж: Примечание: В разных фрагментах ШП дихотомия вводится в разных терминах, помимо названных нами, однако мы легко встречаем и атомизированные понимания искусства и таланта, как "отображения реальности" и как "продуктивного мышления" (так же их синтезы, но для нас сейчас важны атомизированные упоминания,) - следовательно, вне зависимости от выбранных обозначений, категории существуют в ШП.



2: Животный вопрос:

а: Школьная программа учит нас тому, что жизнь животного не имеет самостоятельной ценности.

Большинство животных, маркированных как "вызывающие симпатию" в курсе программы - инструмент раскрытия людей.

Исключение: Некоторые вещи Бианки (Но его задавали только на лето, и никто его не читал. И даже у него в Карабаше люди играют большую роль, нежели собаки, хотя Мурзук - вещь именно о животном).

б: Школьная программа содержит не только сцены охоты и рыбалки с явной целью выживания (Или случаи защиты от зверя), но и нередко упоминает охоту и рыбалку как развлечение - впроброс, тем самым чётко обозначая: Даже человеческий комфорт - важнее жизни животного.

Случаи, когда убийство животного можно считать необходимостью - достаточно редки: (Мцыри, Повесть О настоящем Человекек) относительно текстов, где оное показано между делом, как неотъемлемая часть нормальности.

Это разумно: как мы знаем из школьной программы, Именно человек - венец творения, и - школьная программа учит нас Гуманизму, но учить нас кинонизму (любви к собакам), или анимизму (любвь к животным) не обязаны, так как они - ресурс для нашего досуга, а мы  - либо атеисты, либо православные, но явно не язычники-анимисты.

в: Почему анализ от количества.

Потому, что у нас есть массив данных (тексты) без гарантированного (или хорошо обоснованного) веса. В таких условиях, для построения минимально необходимой гипотезы нам ничего не остаётся, кроме статистического анализа: по крайней мере, мы нашли норму (убийство животного когда человеку так надо, чем бы не была продиктована нужда).

Из корпуса ясно: Человек вправе не убивать животное, но не обязан не убивать. Это логично, ведь воля человека - единственная ось принятия решения, и внешней морали относительно неё не выявлено (Источник морали - всегда другие люди).

Важно (!) не путаем нравоучительные сказки и истории, говорящие о морали (!) и о фактических механических последствиях в силу объективной природы мира вне-человека. Помним, что "естественное" - это не "правильное\желанное", и вообще не нечто оцениваемое морально.



3: Человеческий вопрос:

а: Барыня - безусловно плохой человек, но она - человек, следовательно (как мы поняли) её покой выше жизни муму.

б: Герасим, безусловно, больной человек, но школьная программа учит нас, что ни нужда ни болезнь не могут быть оправданием при совершении зла.

в: Герасим, безусловно, совершает преступление заводя собаку:

Собака есть существо, обладающее зубами, а значит - потенцией к покусанию Человека.

Собака в свете такого своего существа, требует активной дрессировки для своего содержания.

Каковую, увы, больной человек обеспечить не мог заведомо.

г:   Аналогия - если слепой от рождения человек хочет водить, дабы избыть своё одиночество - и почти собьёт человека, это всё ещё будет казусом, который потребует разбирательства и мер - даже если водить - главная мечта жизни слепого. Мы, как правило, не выдаём водительских прав слепым, и мало кто считает это угнетением.

При том машина - феномен контролируемый, и не обладающий собственной непредсказуемой волей, так что критерии права на собаку  должны быть строже.

д: Не имеем смысла рассматривать Муму как протест против угнетения крестьян. Во-первых (См1), во-вторых, собака не является агентом марксиской теории, и ничто не указывает на классовую природу её лая.

Аналогия:

Если плохой человек (Барыня) сгорит в пожаре, пожар всё ещё является проблемой, которую надо устранять. Мы не можем позволять пожарам жечь всякое-разное лишь на основании того, что пожар сжёг-де (Барыню). Более того: даже (Барыню) неплохо бы спасти из пожара.

е: Иными словами - не имеет смысла ждать, пока собака покусает кого-то симпатичного нам (ребёнка).

ж: До известной степени жестоко требовать топить муму самого Герасима, однако если бы её утопил не-Герасим это было бы столь же жестоко, но менее поучительно: Если ваше имущество причиняет дискомфорт людям, возможно личный демонтаж поможет вам это уяснить лучше.

Во всяком случае, если вашу собаку демонтируете не-вы, это тоже может вас выбесить.

Возможно, вопрос рассказа стоит ставить именно так: Кто должен утопить Муму, и не следует ли завести нарочного человека на такой случай?

з: Стоит так же понимать, что покус собакой в 19 веке - мероприятие более опасное, чем в 20 или 21 веках: нет доступной медицины, нет противовирусных, антибиотиков, антивосполительных. Люди умирали от меньшего даже в начале 20 века.



Подчеркнём:

Мы осуждаем барыню за неравенство, и сожалеем о состоянии Герасима.

Однако: Герасим всё ещё исходно взялся за задачу, которую не способен выполнять: содержание собаки.

Именно болезнь ставит крест на содержании собаки: хотим ли мы, чтобы рядом с нами обитали не-дрессированные собаки?  Ответ  варьируется только до тех пор, пока рядом с собакой не окажемся мы, или важные для нас личности, следовательно общезначимый ответ: "Нет, мы этого не хотим".

Способен ли глухонемой обеспечить дрессировку собаки в той же мере, что и здоровый человек (учитывая, что и здоровые-то справляются не всегда)? Очевидно, что не способен.

Собака не выступает агентом вины: однако её потенциал к покусанную людей обеспечен наличием у неё пасти, при том пасти многоразовой, и оснащённой зубами, каковое свойство неустранимо (Во всяком случае, отрезать собаке пасть - .метод уязвимый для критики). Из статуса "собака как собака" в статус "собака как потенциал угрозы" му-му переходит, налаяв на человека без команды о таковом: лай это сигнал угрозы, даже если этот лай продиктован страхом (Нам ничего не известно о квалиао собаки, и способности её испытывать, а не имитировать страх, либо испытывать страх, а не проявлять нечто внешне неотличимое от страха).

 Не стоит испытывать к собаке отвращения, как мы не испытываем его к вирусу, или пожару (Как мы уже убедились ранее, одушевлённость собаки - чисто грамматическая: собака - одушевлённый предмет в русском языке, всё что сверх этого - не играет роли, о чём свидетельствует контекст).

Барыня может быть плохим человеком, но даже в этом случае - хотим ли мы, чтобы решения о том, кто будет облаян и потенциально покусан принимала собака? Собака (особенно - наша) не имеет юр.образования хотя бы на уровне кодексов Хамурапи (Не говоря о поздних версиях права), и не в состоянии компетентно оценить кто достоин лая и покусания, а кто - нет. Такие решения мог бы принимать только суд (Даже принимая во внимание, что даже суды часто бывают не вполне корректны, и подвержены взяточниеству, личному фактору, или разгильдяйству, это всё ещё, в среднем, более надёжный инструмент, чем мнение собаки), но так вопрос текст не ставит.

Более того: какой-то нормативный смысл мог бы быть, натрави Герасим муму на барыню нарочно: это был бы произвол, но Герасим хотя бы относится к той же категории, что условный "суд" - он - человек, и его оценки могут быть верны или не верны, но базово - релевантны. Оценки собаки релевантны только в вопросах выслеживания дичи, чего в тексте не заявлено. В любом случае этот абзац - носит сравнительно-гипотетический, факультативный характер, и может быть не учтён при оценке сочинения.

В нашем случае мы не ставим вопрос о Герасме как о "вине-отвественности", но только как о "последствии-отвественности": очевидно, что Герасим не сам сделал себя глухонемым. Однако таковым его не сделала и барыня (среди возможных обвинений, мы не найдём этого).

Вопрос о санаторных условиях для Герасима текстом никак не поднимается, и мы не можем ввести его в оборот не допуская произвола, хотя в факультативной форме советуем этот аспект к рассмотрению.

Таким образом: У нас нет причин рассматривать текст, ущемление Герасима через утопление его имуществу, кроме привычки. В остальном мы имеем вполне нормальную и здоровую ситуацию: элиминация общественной угрозы.



4: Почему мы не можем позволить му-му лаять. Ещё и:

а: Ранее мы упоминали контекст. В контексте - массовые случаи охоты и рыбалки, в т.ч. не для выживания и без угрозы.

Если мы не считаем лай виной, то лай всё ещё ближе к вине, чем простой факт встречи с охотником, бытия на его пути. Лай - по крайней мере, является действием, в то время как безымянные звери, рыбы и птицы не совершали даже такого минимума.

Значит нам надо или осудить все случаи охоты и рыбалки в ШП, либо легитимизировать акт устранения му-му.

Осудить мы не можем, так как известно из ШП, что человек - венец творения.

Подчеркнём, что охоты и рыбалки описаны без моральной оценки - то есть, поданы как неотъемлемый и обязательный фон нормальности, что согласуется с фактом, что человек не способен долгое время корректно жить без мяса, а значит добыча мяса так или иначе будет вплетена в нормальность по мере развития человека как вида. Факт не оценивания охоты - красноречив: ход вещей не может быть оценён иначе, как "естественный".

Осудить нормальность - это крайне странно. Нормальность требует потребления мяса. Потребление мяса диктует иерархию: мы и не-мы. Лай собаки - либо вина, либо лучшее приближение к вине, чем факт того, что нечто не-мы.

б: Если мы рассмотрим му-му вне контекста, то мы потеряем инструменты к рассмотрению: Текст не даёт определений даже для таких слов, как "Герасим", "Собака", Барыня", "Деревня", "Пошёл", "Глаза" , или правил чтения закорючек именуемых буками, из которых он состоиь- каждое слово текста (За возможным исключением Герасима) известно нам именно из контекста (Тот факт, что Герасим это имя - выводится так же из контекста, благодаря которому нам понятны значения "его", "звали", "имя"). следовательно текст уже в контексте, независимо от моей личной воли.

в: Если мы не считаем лай - достаточным индикатором собако-угрозы, то возникает вопрос - что мы считаем? Акт покусания - не индикатор угрозы, а её реализация: ожидание укуса исключает любые превентивные меры, и абсурдно: Человек не ждёт пожара, человек ищет способы снизить огеопасность. Человек не ждёт воров, человек ставит двери с замком (и соседи не обижаются, и не думают что их считают ворами), человек не ждём эпидемии, а проводит вакцинацию.

г: К тому же: Допустим такой вариант: Собака уже покусала десяток человек.

Не мы ли сами, заявим что нужно было принимать меры заранее - и уже будет согласны на утопление собаки (особенно, если покусаны мы или наши близкие).

Но человека характеризует способность прогнозировать будущее, и планировать на шаг-два наперёд.







5: Альтернатива.

а: Предчувствуя некоторое недоумение от нашего сочинения, я предлагаю преподавательском составу боле невинную, хоть и более слабую трактовку. Она имеет ряд недостатков, однако предлагается как бонус.

б: Муму - это имя советника Абзу (Энума Элиш.

Между Муму и Энума Элиш есть ряд зловещих паралелей.

в: Тиамат - праматерь бытия. Тиамат существует среди вод. Её супруг - Абзу, так же существует среди вод. Абзу утомлён шумом своих детей, и решает их убить. Тиамат просит его не убивать их. Абзу не слушается, и - с помощью советов Муму инициирует конфликт, который кончается гибелью его и Тиамат.

г: При таком чтении мы видим воздаяние:

Тиамат стала барыней (Осталась главной).

Абзу стал глухонемым (Получил тишну, и сам излучает тишину).

Муму стал собакой (Слуга Абзу).

Муму снова, как прежде, открывает свой рот - на этот раз прямо на Тиамат-барыню.

Тиамат-барыня требует Абзу (Виновника её нынешнего статуса человека), вернуть Муму (Виновника её нынешнего статуса человека) в воды (Утопить), ибо из-за Муму Тиамат - умерла, и стала Барыней. (Очеивдно, наказать Абзу она не в силах).

д: Слабости:

Как мы узнали из п1, Тургенев - тупой, так что не мог влагать таких смыслов.

К тому же, Энума Элиш была переведена после написания муму (Пр.через 20 оет), но аргумент тупости кажется мне более значимым.



6:

Из самого факта, что автор посещает школу с ШП выводится нормативное право ШП: Без монополии ШП на правоту (В рамках зоны интересов ШП, а сочинение по сути своей существует в этой зоне), ШП не способна была бы оценивать труды учеников. То есть, сам факт создания текста невозможен без признания операциональной монополии ШП на правоту, а так как ШП учит методу, а не повторению, то и на методологическую последовательность (так же необходимую для научения и оценивания).

Текст не вводит своих тезисов: они дешифрованы из контекста ШП: литературы, истории, обществознания, биологии.

Автор не вводит своих смыслов и трактовок: это было бы абсурдно, автор сознательно отказывается от произвола (Кроме бонус-версии), в пользу контекста.

Следовательно, текст либо логичен и хорош. (если есть логически-методолгические ошибки, их надо показать и обосновать через метод, а не произвол).

Либо ШП допускает вариативность трактовок, таким образом теряя право оценить текст как негодный и плохой: в таком случае любая специфика текста - просто частный случай реализации разнообразия трактовок, который придётся принять. Либо корректно обосновать отказ в принятии.

Допущение о наличии о ШП метода неизбежно вытекает из сути ШП: обучение требует регулярности, иначе ученику нечего воспроизвести, а учителя нет инструмента для оценки активности ученика.

Принятие логики ШП вытекает из существования текста: мы не имеем способа продуктивно сомневаться в логичности ШП в рамках этого текста, не создавая парадокса - так как текст будет передан на оценку ШП.

Однако:

Мы показали, что единственный способ исключить нашу трактовку - создать уникальное исключение для Муму (так как наши тезисы взяты из контекста ШП), что не было бы методом.

Либо "привычная" трактовка - не последовательна, и тогда не понятно, за что ШП снизит мне балл, так как "повторение" не входит в круг задач ШП на уровне 7 класса.

Либо не единственная, и тогда успехов ей опровергнуть именно нашу модель.

Наш выбор "именно таких" посылок не может считаться произвольным, несмотря на то, что их избрали мы. Логические операции характерны тем, что выполняются вне зависимости от исполнителя: Математик может не слагать 3+4, встретив такое выражение, но это не отменит того, что 3+4=7 и в этом, и в любом другом случае.


7: Чтобы сочинение имело смысл, нам надо писать его примерно в начале 00ых, когда в стандартную школьную программу (литература, история, общество)  входили отдельные оценки из советского дискурса. Если мы изучаем му-му по другому курсу, сочинение не срабатывает, но возможно найти какие-то другие курьёзные стыки. Просто именно в этой точке мы смогли - не вводя своих аксиом (все сущности - выведены, кроме факультативных) найти такую смешную, абсурдную трактовку. ИРЛ мы не призываем топить собак, и даже призываем их не топить, а любить и уважать, кормить и ухаживать.

Трактовка иного курса не обязаны быть циничной, но может быть столь же абсурдной, вместе с тем - чётко обоснованной.


=====================================

Бонус:

Сейчас я попробую обосновать, что доведение до абсурда может быть валидным методов в дискуссии. Велосипед, мягко говоря, уже изобретённый - но поместим его здесь для пользы юношества и девичества.

1
а: Дурная репутация приёма понятна: его легко использовать для высмеивания, для создания заведомо невыполнимых условий и так далее. Соглашаемся, и обязуемся так не делать. Но всё-таки у приёма есть и другой потенциал.

2
б: В любой дискуссии о границах (Как отличить необходимую самооборону, и где она кончается \ мера допустимого вмешательства гос-ва в семью для предотвращения насилия, негативных мер воспитания, необоснованных методов лечения) сабж может быть легитимным приёмом.
в: Такие границы редко сформулированы явно и осязаемо.
Для отстаивающего же любую позицию, его представления о границах могут быть слишком самоочевидными: особенно, если оттаивающий шёл к своим взглядам  долго, раз за разом подспудно повторяя те или иные суждения - тогда целые куски обоснования взглядов могли (и это часто бывает в норме) как бы затереться, уйти в очевидность из-за постоянного обращения. Самостоятельно извлечь из себя такие этапы бывает крайне не просто, особенно если некоторым из них - годы.
г: Я, оппонент, в свою очередь могу искренне не понимать, где предлагается провести границу, или хотя бы спектр границ (не обязательно требовать разделительной линии, но и определиться с экстремально близкими, пограничными точками - явно стоит)
д: Тогда я как бы отступаю на предельно далёкое расстояние от условных границ, чтобы постепенно к ним приближаться, пока меня не остановят. То есть я довожу до абсурда именно потому, что не понимаю, где начинается абсурд.

Условно: мы спорим об определении жизни (куда ж тут без нас). Я переспрашиваю: "Ну вот камень", или там "космическая пустота" - если критерии слишком общие, или "Получается, живое - это только человек, и твоя кошка?" - если критерии слишком строгие. И оттуда мы уже как-то можем прийти к чему-то внятному.

(К слову, я однажды добазарился до разгона о живом огне, и горжусь им, так что надо быть готовым к высокому уровню абстракции у оппонента, и либо соответствовать, либо как-то красиво вернуть на землю: ключевое слово "красиво" - и красота определяется всем предыдущим спором. Если мы сразу выстроили его без защиты от высоких абстракций, туда нам и дорога. А если мы с самого начала вели к высоким абстракициям сами - главное их защищать по всем фронтам. И так далее. Например, если бы мне надо было защищать разгон об огне, я бы делал это через объявление термина "жизнь" - техническим, не несущим гуманитарной семантики, или типа того)

3:
е: Малоотличимо от 1, но опишу отдельно.
ж: Многие правила, которые нам предлагаются - не являются правилами в строгом смысле слова.
Это нормально для нас как вида (в психической норме - мы оперируем скорее пониманием релевантности, чем определениями), но малоприменимо в дискуссиях.
з: Однако для упрощения - многие такие нормы формируются как правила, так как покрывают большинство встречающихся ситуаций.
Мой любимый пример: представление о безусловной недопустимости убийства, который ломается о такую ситуацию, как война: мы можем считать воина убийцей за конкретные его действия, или выполняемые им приказы, или участие в войне, которую мы понимаем как несправедливую, но за сам факт того, что воин - воин, и участвует в войне, как правило мы не определяем его как убийцу. Если  взять войну, которую лично мы считаем однозначно справедливой (чаще всего - оборонительная), и выделить воина, который вёл себя согласно обычаям войны, мы - не определяем его как убийцу, даже если он убивал на поле боя. Хотя если не за убийство называть убийцами (если мы начнём понимать это как термин, а не оценку) - то я даже не знаю, за что.
Само по себе это нормально, и не вызывает моего протеста, но явно говорит что правила "убивать нельзя" - недостаточно, и есть некие иные правила, которые стоит выявить, а потом проверить - не ложатся ли они на что-то в иных контекстах.
(Желательно заранее продумать как обойти, в целом-то легитимное обоснование через факт войны: например, уточнить как мы определяем войну).
Понятно, что для большинства задач превращение исключений-из-правил в набор позитивных правил, дающих в пересечении исключение (как мы понимаем, из правил в строгом смысле слова - не бывает исключений) - даже и нелепо, но в отдельных дискуссиях может помочь прояснить позиции.
С убийством всё более-менее спускается на тормозах, но для той же дискуссии о мере вмешательства гос-ва в семью, обычно, нередко, иногда "никогда\всегда" - это упрощённые формулировки.
Я думаю, сюда можно ещё дописать уточнение по анекдотам.

4 (А 4 станет 5).

Не совсем по теме, но может проступить в ходе применения, так что опишем здесь правила употребление анекдотических случаев.
а: Чего не надо делать:
- Строить на анекдоте ожидания и стратегии: если некто выиграл в лотерею, это не отменяет общего мат.ожидания игры, как и общей логики жизни честной (тем паче - не честной) лотереи: правило необходимо создавать так, чтобы на стороне игры была статистика.
Верно и обратное: при честной игре шанс на победу всегда существует, даже если некто проиграл в лотерею всё состояние. Если мы на этой стороне можем показать что в мире обильно реализуются и менее вероятные сценарии.
б: Вообще, катастрофизировать вывод, пытаясь сделать из анекдота универсалию.
Хотя, в отдельных случаях, возможно доказать что то, что кажется анекдотом - скрытая универсалия, но это потребует острой софистики, и чёткой абстракции для большинства споров.
г: Чего можно делать:
Ломать универсалии.
Если считается, что лебедь не может быть зелёным (им.в.в - естественный цвет), а мы предъявляем урождённого зелёного лебедя, значит в лебединой природе нет прямого запрета на бытие зелёным, и ранее это не наблюдалось по каким-то вполне конкретным причинам.
д: В целом, анекдот годится для слабого тезиса, и не годится для сильного. Это очевидно, но важно не путаться самим, не путаться самим в оценке речи оппонента, и не давать оппоненту путаться в нашей речи: фиксируем слабость, экзистенциальность тезиса.

Хотя, для отдельных споров полезно коварно формулировать слабый тезис так, чтобы он выглядел сильным, чтобы в нужный момент напомнить о конкретике своих формулировок. Или не полезно, я не знаю - просто я обожаю так делать. Я такой затейник. И совсем я не унылое чмо.

5:
При этом не так важно, в какой форме мы это озвучиваем: это может быть достаточно токсично, важна интенция и то, что мы делаем с ответом, после того как его получили: сабж курильщика может настаивать на абсурдности любых границ (они всегда абсурдны, просто потому что в конечном счёте должное не выводится из сущего, соотв.любая нормативная система упирается в ничто, и по-другому не бывает), сабж здорового курильщика перейдёт либо к критике предложения уже с других позиций, либо к работе с принятыми ответа: "если допустить, что Х, то..."
 На уровне слов, я рекомендую всем не отказывать себе в матах и оскорблениях: в конце концов не токсичный спор теряет драматизм и накал. Тем паче, что вряд ли лично от вашего, как и от лично моего очередного спора в сети зависит что-либо кроме досуга участников и наблюдателей: мы тут не судьбы мира решаем, а мерами меряемся.
Шахматист может не ненавидеть соперника на мета-уровне (В ИРЛ), но на доске он может проявлять себя и спортивно, и подло, и если он устроит оппоненту геноцид и сожжение первенцев - ну, бывает: играй лучше. Моя позиция скорее про красивые комбинации и ленивые.

ПС: Да. Побочный эффект - и мы должны быть к нему готовы: это риск слушать очень-очень много слов. Ну, мы сами вынудили оппонента вместо упрощённого правила формулировать строгое. Чего мы хотели тоже, да? Ну что я скажу: никто не обещал что рисков нет. Сидим и слушаем, мотаем на ус.
А вы тоже замечали, что много слов у оппонента - всегда скучно, и муторно, а вот лично у меня это всегда увлекательно и по делу? Чудо чудное, не иначе: все душнилы, а я - Цицерон.

======================

Это надо быть куда-то в тексте, но оставлю в выделенке.
Я не сообщаю тут о своих личных ценностях, и в основном пытаюсь работать с тем, что есть помимо меня - строго или спекулятивно. Про мои личные ценности можно поговорить как-нибудь, но это не задача текста.
Я хочу ещё раз прояснить, почему я как дурак, каждый раз невероятно радуюсь, когда вижу вывод, что вообще-то мы (как человечество) можем произвольно вводить и отменять груды норм, дозволяя и запрещая убийства, или любую другую вещь.
Иллюстрация: существует ли закон, запрещающий какать посреди собственной квартиры - будь то юридический или нравственный?
Да, как бы, не особо - я о таком не слышал.

Теперь сравним две опции:
а: То, что мы наблюдаем: такой запрет не вербализован, зато уоренён где-то в нашем нутре.
б: Это не укоренено в нашем нутре, но есть явный закон или оформленный моральный запрет.
Зададимся вопросом: какая ситуация надёжнее.

Моя ставка - (а) намного надёжнее, именно в этой версии вам мой пример кажется донельзя абсурдным, гротескным и дурным. И в этой же версии - как правило, подавляющее большинство физиологически (и психически) здоровых людей всеми силами избегают какать посреди квартиры. Да, честно говоря, даже физиологические больные предпочитают, по мере сил и ресурса, искать другие форматы решения эксрементальной проблемы. Включая людей, не особо чувствительных к чистоте и порядку, и людей не ощущающих запах (я свидетельствую, как представитель обеих групп в комбо). Хотя - ну, мой дом, никто не видит - почему бы не взять и? А потому что нет, и никогда такого желания даже и не возникало, и не могло, и что вообще за буквы натыкал этот автор, в своём ли он уме?

Пример и правда гротескный, зато зело наглядный.

Собственно, тут и притче конец - клёво это когда интересные нам нормы поведения уже не нуждаются в запрете.
Как промежуточные элементы - запреты нужны, или могут быть нужны - и годами, и веками, а то и дольше.
Но всё это время я говорил именно о том, что эти запреты создаём мы, и мы их уже создали, значит мы уже движемся к тому, чтобы они стали не нужны, иначе бы и споров-то и не было.