Финн и клятва Гиппократа

Финн и клятва Гиппократа


Зал  гудел.  В  Первом  Медицинском  Институте  имени  академика  Павлова  новоиспеченные  стоматологи  с  нетерпением  ждали  выдачи  дипломов.  Одна  я  не  испытывала  удовольствия,  так  как  единственная  на  всем  курсе  получила  тройку  по  протезированию.  Душу  грызла  тоска  и  обида.  Я  не  была  самой  худшей,  но  на  экзамене  попала  к  преподавателю,  который  давно  желал  мне  отомстить.  Будь  его  воля,  он  поставил  бы  мне  двойку.
После  торжественной  части  ко  мне  обратилась  моя  лучшая  подруга  по  альма  матер.
-  Куда  пойдешь?  Чем  будешь  заниматься? 
-  Домой.  Нет  настроения.
-  Идем  со  мной.  Развеешься.
Она  встречалась  со  своим  финским  бойфрендом.
-  Если  ненадолго.
Встретившись  с  финном  на  канале  Грибоедова,  мы  спустились  в  валютный  бар  Чайка. 
-  Принеси  нам  пиво,  у  меня  горло  пересохло.
Властно  приказала  Элен  другу.  Его  долго  не  было  и  вернулся  он  не  один.
-  Знакомьтесь,  мой  земляк.  Он  скучал  один  и  я  пригласил  его  к  нам.
Улыбнулся  Эрик,  покосившись  на  меня.
-  Да  жлоб  он.  За  пиво  платить  не  хочет,  вот  и  пригласил  мужика.
Шепнула  мне  на  ухо  Элен.
Мужчина,  подсев  к  столу,  беспокойно  заерзал.  Элен  выясняла  отношения  с  Эриком.  Я  скучала. 
-  Меня  зовут  Кари.
Обратился  ко  мне  одинокий  финн.
-  Наташа.
Он  пытался  заговорить  со  мной,  но  мой  английский  был  на  уровне  Хеллоу. 
На  столе  лежала  папка  с  моими  документами:  свеженький  диплом  врача -  стоматолога,  военный  билет  младшего  лейтенанта  запаса,  свидетельство  о  рождении,  бумаги  о  прописке  на  Гражданском  проспекте  и  другая  бюрократическая  дребедень.  Кари,  прикоснувшись  к  ней,  вопросительно  посмотрел  на  меня.
-   Можно? 
И  протянул  мне  свой  паспорт.  Пожав  плечами,  я  подвинула  к  нему  папку.  Он  долго  и  тщательно  изучал  мои  бумаги.   
-  Ты  не  боишься  показывать  мне  документы?  А  если  я  шпион? 
-  Кому  нужны  мои  бумажки  в  Финляндии? 
Наконец  Элен  повернулась  ко  мне. 
-  Где  работает  твоя  гинеколог? 
Резко  спросила  она.
-  На  Гражданке. 
-  Берем  такси  и  едем. 
Я  жила  на  Гражданке  и  меня  это  устраивало.  Хотелось  уединения.  Мы  поймали  машину.  Финны  полезли  за  нами. 
-  Какого  черта? 
-  Пусть  едут,  платить  не  надо  будет  самим. 
Сказала  подруга.
Полупьяной  толпой  мы  завалились  в  поликлинику  Ленметростроя.  В  коридоре  сидели  женщины,  поджидая  своей  очереди.  Я  тут  подрабатывала  и  меня  многие  знали.  Постучав  в  дверь  кабинета  гинекологии,  я  зашла  внутрь.  Элен  вошла  следом.  Финны,  ничего  не  понимая,  рванули  за  нами.   
-  О  боже!  Что  вы  делаете?  Ждите  в  коридоре!  Меня  же  убьют  из - за  вас.
Охнула  я.  Но  Элен  уже  торговалась  с  гинекологом.  Финны  удивленно  глазели  по  сторонам  и  глупо  улыбались. 
-  Да  ну  вас  к  чёрту!
Разозлилась  я  и  вышла  на  улицу.  Минут  через  десять  вышли  остальные.
-  Договорилась  с  доктором?
-  Да,  все  в  порядке.  Поедем  в  центр,  обмоем  наши  дипломы. 
Предложила  Элен.
-  Нет  настроения.  Извини.
Они  сели  в  поджидающую  машину  и  уехали. 

Я  медленно  шла  по  пустынной  Гражданке,  когда  возле  меня  резко  завизжали  тормоза.  Из  машины  вылезал  Кари. 
-  Он  не  хочет  ехать  без  тебя! 
Крикнула  Элен  из  окна  удаляющейся  машины. 
Финн  шагал  рядом  и  жестами  пытался  объяснить,  что  у  него  болит  голова.
-  Аспирин.  Ю  андестенд?  Аспирин.
Несколько  часов  назад  я  дала  клятву  Гиппократа  и  вот,  пожалуйста,  первый  пациент.  Иностранец  с  похмелья. 
-  Идем  в  аптеку,  она  рядом  с  моим  домом.
Вздохнула  я.  Рублей  у  него  не  было,  пришлось  платить  мне.
-  Где  вода?
Я  попросила  у  аптекарши  воды. 
-  Нет  у  нас  питьевой  воды,  только  из - под  крана.
-  О  боже!  За  что  такое  наказание?
Пробормотала  я  и  повела  Кари  к  моему  дому.  У  подъезда  повернулась  к  нему.
-  Жди  тут.  Я  вынесу  воду.
Финн  меня  не  понял  и,  озираясь  со  страхом  по  сторонам,  рванул  за  мной.
-  Внутри  гораздо  страшнее.   
Усмехнулась  я.  Но  он  опять  не  понял.

Вошли  в  квартиру.  Приложив  палец  к  губам,  я  припечатала  Кари  к  входной  двери  и  шепнула.
-  Стой  тут. 
Ленинградская  вода  из  крана  не  питьевая.  Я  сливала  из  ржавого  чайника  остатки  кипятка,  когда  на  кухне  появился  хозяин  квартиры.  Следом  появилась  его  вечно  пьяная  сожительница. 
-  Диплом  получила?  Тебя  поздравить? 
Хором  спросили  они. 
-  Получила.  Поздравляйте. 
Финна  в  полутьме  они  не  заметили.  Испуганный  гость,  вжавшись  в  дверь,  выпученными  глазами  глазел  по  сторонам.  Я  подошла  к  нему  и  протянула  стакан  с  водой.
-  Что,  страшно?  Добро  пожаловать  в  счастливую  страну  Советов.
Квартира  Виктора  Викторовича,  пропахшая  бражкой,  напоминала  бомжатник.  Полинявшие  обои  клочьями  свисали  по  всему  коридору.  На  входных  дверях  из  старого  рваного  дермантина  торчала  грязная  вата.  Тусклая  лампочка  под  потолком  почти  не  давала  света,  зато  отбрасывала  жуткие  тени.   
Кари  протягивал  мне  пустой  стакан,  когда  позади  меня  появился  хозяин.  От  испуга  глаза  финна  полезли  из  орбит,  он  вцепился  в  мою  руку.
-  Кто  это?  Почему  не  приглашаешь  его  на  кухню?
Пропитым  хриплым  голосом  спросил  хозяин. 
В  полумраке  коридора  полупьяные  старики  выглядели  словно  зомби.  Из - под  несвежих,  заношенных  до  дыр  халатов  виднелись  некогда  полосатые  пижамы,  мешками  висящие  на  костлявых  сгорбленных  телах.  Седые,  грязные  и  неровно  подстриженные  волосы  торчали  во  все  стороны.  Отекшие  веки  на  морщинистых  лицах  прикрывали  мутные  глаза. 
Виктор  Викторович  подошёл  ближе  к  Кари  и  заулыбался  беззубой  улыбкой.  Сожительница,  протиснувшись  между  ними,  растянула  широкий  рот  в  глупой  улыбке.  Редкие,  длинные  пародонтозные  зубы  в  железных  коронках  торчали  над  нижней  губой.  От  стариков  воняло  перегаром.
ВВ  работал  на  военном  полигоне  испытателем,  проверял  новые  и  усовершенствованные  танки.  Уходя  утром  на  работу,  всегда  прощался.
-  А  вдруг  я  сегодня  подорвусь  на  танке  и  домой  уже  не  вернусь?  Полигон -  дело  непредсказуемое.
По  тем  временам  он  получал  огромные  деньги,  триста  рублей  в  месяц.  И  что?  Все  пропивал  со  своей  подругой  по  несчастью.  Вот  такой  горькой  была  картина  советской  действительности  в  конце  восьмидесятых  годов.

Я  закрыла  документы  в  шкафу  и  вышла  с  Кари  на  улицу.  Шагая  к  автобусу ,  жалела,  что  не  поехала  сразу  с  Элен  в  центр. 
-  Возись  теперь  с  этим  перепуганным  насмерть  иностранцем.  Не  бросишь  же  его  одного  на  окраине  города. 
Аспирин,  а  может  и  страх,  привели  Кари  в  чувство. 
-  Поедем  в  отель,  я  возьму  фотоаппарат.
Обратился  он  ко  мне.
-  Ок.
В  автобус  он  садиться  отказался  и  мы  взяли  такси.
Наслышавшись  от  Элен  об  ужасах,  связанных  с  иностранцами,  я  прямиком  пошла  в  кабинет  спецслужбы  гостиницы. 
-  Можно  мне  пройти  в  номер  с  этим  финном  минут  на  пять?  За  фотоаппаратом.
Двухметровые  кгб:исты,  изучив  мой  свеженький  военный  билет  в  чине  лейтенанта  медицинской  службы  запаса,  записали  моё  имя  и  выдали  разрешение. 
-  Не  забудь  оповестить,  когда  будешь  выходить,  коллега.
В  номере  Кари  вытащил  свой  чемодан  и  долго  в  нем  копался.  Сначала  проверил  фотоаппарат,  зарядил  его  новой  плёнкой.  Затем  вытащил  модную  футболку  и  протянул  её  мне.  Мы  были  одинаковой  комплекции.
-  Тебе.  За  то,  что  спасла  меня  от  головной  боли. 
-  Спасибо,  не  надо.
Но  он  настоял,  чтоб  я  примерила  её.  Она  сидела  великолепно.
-  Теперь  идём. 
На  выходе  я  не  увидела  кгбистов,  потому  направилась  в  их  кабинет.  Кари,  крепко  схватив  меня  за  руку,  потащил  на  улицу.  Я  полдня  переживала,  что  не  предупредила  охрану.

Кари  оказался  профессиональным  фотографом.  Он  был  на  два  года  старше  меня.  Типичный  финн,  светловолосый,  синеглазый,  небольшого  роста  и  приятной  наружности.  Два  дня  я  таскала  его  по  достопримечательностям  Ленинграда.  Он,  покорно  следуя  за  мной  из  музея  в  музей,  мечтал  только  о  пиве.  В  этом  он  признался  позже.  И  еще  признался,  что  ему  очень  хотелось  сделать  ремонт  в  квартире  Виктора  Викторовича.
В  день  отъезда  он  переписал  мои  данные,  а  через  неделю  прислал  приглашение  в  Финляндию.   
Я  не  хотела  ехать.  Что  мне  делать  в  чужой  стране  без  знания  языка?  Да  и  к  Кари  я  ничего  не  испытывала,  кроме  любопытства.  Элен  ругала  меня  на  чем  свет  стоит. 
-  Наташка,  ты  балда!  Тебе  такой  шанс  выпал,  а  ты  упираешься!  Люди  на  что  только  не  идут,  лишь  бы  уехать  из  России! 
-  Нас  и  тут  неплохо  кормят.
Отшучивалась  я.
-  Не  хочешь  ехать,  я  поеду  вместо  тебя! 
-  Как  это?  В  приглашении  стоит  моё  имя.
-  Идем  на  почтамт,  будем  звонить  Кари.
-  Я  не  знаю  языка. 
-  Поехали,  я  разберусь. 
Час  переговоров  ни  к  чему  не  привел.  Елен  долго  возмущалась  несправедливости  жизни.
-  Я  полтора  года  потратила  на  Эрика!  Он  меня  обманывал,  что  сделать  приглашение  в  Финляндию  нереально!  И  вот,  пожалуйста!  Два  дня  знакомства и  тебе  присылают  приглашение!  Сволочь,  Эрик!
Выпустив  пары,  она  властно  заявила.
-  Наташа,  ты  поедешь  в  Финляндию!  Ты  должна!  Завтра  идешь  сдавать  документы  на  выезд.  А  там  что - то  придумаем.
 
Через  двадцать  восемь  лет  Элен  нашла  меня  на  фейсбуке.  Она  живет  в  Италии. 
-  Какая  ты  молодец,  Наташа,  что  подтвердила  диплом  стоматолога.  Судя  по  голосу,  ты  все  такая  же,  как  прежде.  Я  с  мужем  в  благословенные  девяностые  годы  открыла  турфирму.  Мы  принимали  русских  туристов,  пока  все  не  рухнуло.  Так  вот  и  остались  без  дела.  Дочка  выросла  и  уехала.  У  мужа  работы  нет. 
В  круговороте  жизни  Элен  опять  затерялась  на  прекрасных  просторах  Италии.

Апрель 2020
Хельсинки