Дверь

Древняя Дверь, тяжело охнув, плотнее прижалась боками к кирпичной стене, чтобы немного остудить дубовые доски, нагревшиеся снаружи на туранском солнце.

Между ржавыми прутьями зарешеченного окошка сквозь многолетнюю паутину внутрь  сочился полуденный зной с запахами восточного базара.

Много тайн хранит Дверь, никем не узнанных, навсегда позабытых.

Когда-то Дверь открывалась перед искусными мастерами из Бадахшана, доставлявшими драгоценные лалы, бесценные перлы и ларцы с золотыми монетами для луноликой пери правителя Фросиаба, томившейся за этой Дверью.

Дверь пропускала вереницу слуг с кувшинами шербета и фруктами, торговцев шелками из Китая и купцов из Хорасана.

Помнит Дверь и стенания юной красавицы, прижавшейся к ее доскам и умолявшей о свободе.

Нежные, тонкие пальцы девушки до сих пор будто чувствует Дверь на своих старых боках.

Ароматы амбры и мускуса от пышных волос пленницы еще витают, казалось, около Двери.
 
Ах, нет, те восхитительные благовония давно растаяли за сотни лун, а доски Двери источают лишь запах тлена и забвения.

Многое помнит старая Дверь на жаркой туранской улице, да нема она и немощна, как дряхлый дервиш на местном базаре.