Камалока-3. 3. Воин-Кролл

Глава 3. Воин-Кролл

– Это меч-кладенец. В него магическим способом вложена душа хорошего, опытного воина. Этого воина зовут Кролл. Сейчас с помощью магии мы поговорим с ним, – миледи дружески улыбнулась лемуру.

***

Хан прятался в зарослях кустов недалеко от входа в дом у красной скалы. Он специально пришёл один, без Века и Сома, чтобы они не отвлекали его дурацкими вопросами и пошлыми шуточками. Он надеялся увидеть свою любовь, женщину своей мечты. Остальные две демоницы его мало интересовали.
Конечно, если бы они предложили ему интимные отношения, он бы, наверное, не отказался, но самому завоёвывать их любовь он не хотел. Он хотел только её, самую красивую женщину, которую он когда-либо видел.
И его долгое ожидание в высокой траве на берегу озера было вознаграждено. Хан увидел, как миледи и две демоницы приземлились на берег и неспешной походкой отправились в дом.
Выждав несколько минут, Хан осторожно проследовал за ними. Теперь он стоял, скрытый кустами, и с вожделением смотрел на закрытую дверь.
«Ну почему Суру и Диву, и ещё этому выскочке Каму достаются самые красивые женщины, а мне нет?» – с некоторым раздражением подумал Хан.

***

Миледи, которая сидела за столом лицом к входной двери, вдруг замерла и уставилась отрешённым взглядом поверх головы Кама. По её карминовым губам проскользнула хитрая улыбка.
Через несколько мгновений она снова обратила взор прекрасных очей на Кама и обворожительно улыбнулась:
– Итак, приступим к разговору.
Она сделала несколько пасов над мечом и прошептала заклинание. У Кама со слухом было всё в порядке, но он ничего не понял.
«Какой-то набор странных непонятных звуков», – подумал он.
Миледи опустила на меч правую ладонь, а левой дотронулась до лба лемура. В глазах Кама промелькнула яркая вспышка, а в ушах зазвучал голос миледи:
«Воин-Кролл, воин-Кролл отзовись! Это я, миледи Иратэль вызываю тебя. Воин-Кролл, воин-Кролл отзовись!»
Затем Кам услышал какие-то хрюкающие и булькающие звуки, а потом очень внятно в его голове зазвучал низкий голос:
«Я, воин-Кролл, слушаю вас, миледи Иратэль».
«Перед тобой сидит твой хозяин, воин Кам. Ты видишь его?» – продолжала мысленно спрашивать миледи.
«Вижу, миледи Иратэль», – прозвучало в ушах Кама.

«Ты поклялся служить ему девятьсот девяносто девять лет, – продолжала миледи. – Подтверди клятву, воин-Кролл».
«Клянусь служить воину Каму девятьсот девяносто девять лет, – пробасил голос. – Это мой хозяин, миледи Иратэль. Клянусь служить только ему и никому более!»
«Благодарю тебя, воин-Кролл!» – догадался мысленно произнести Кам.
«Пока не стоит благодарить, хозяин. Благодарить будешь, когда мы победим всех твоих врагов!»
«Отдыхай пока, воин-Кролл, набирайся сил. Скоро твои навыки и умения понадобятся твоему хозяину», – мысленно произнесла Иратэль.
«Благодарствую, миледи!» – ответил воин-Кролл.
– На этом пока всё, – молвила Иратэль, убрав пальчики со лба Кама и с меча.

Она ласково взглянула лемура. От необычности ситуации и перенапряжения умственных и психических сил спина Кама вспотела.
– А я сам могу поговорить с ним? – спросил Кам и вытер пот со лба.
– Через некоторое время я научу тебя заклинанию, которое позволит тебе общаться с воином-Кроллом. Но пока это невозможно. Вы должны привыкнуть друг к другу, ваши ауры должны влиться друг в друга. Тогда между вами наладится хорошая ментальная связь.
– Я не особо понял вас, миледи Иратэль, но полностью доверяю вашим словам. Благодарю вас от всего сердца!
Кам поднялся и церемонно поклонился, прижав правую ладонь к сердцу.
– Какой же ты всё-таки хороший мальчик! – с умилением вымолвила миледи. – Ну, весь в отца. Иди, я тебя поцелую! – она раскрыла объятия.

Кам не заподозрил ничего необычного. Он подумал, что это будет обычный материнский поцелуй в лоб, как его часто целовала мать, верховная жрица Та.
Но когда Иратэль обвила его шею руками и впилась своими устами в его губы, Кам с удивлением понял, что он ошибся.
Иратэль железной хваткой вцепилась в юношу, прижимаясь к нему, и целовала его до тех пор, пока не почувствовала, что его мужское естество в полной боевой готовности. Тогда она ослабила объятия, и отстранилась от него.
Её глаза горели неугасимым пламенем, грудь высоко вздымалась. Она облизнула влажным язычком полураскрытые губы:
– Пойдём, дорогой Кам, немного прогуляемся. Я хочу показать тебе прекрасные цветы, которые я сама сажала! – проворковала Иратэль и потащила его за руку к двери, ведущей на задний двор.
– Сфера неслышимости, – бросила она на ходу и щёлкнула пальцами.

***

Хан уже понял, что наскоком эту женщину не заполучить, посему решил действовать тоньше. Он стоял в кустах напротив двери и изнывал от нетерпения.
«Ну, когда же они появятся?! – он теребил пальцами ремень портупеи. – Как они выйдут, я упаду к её прелестным ногам и признаюсь ей в моей пламенной любви! Скажу ей, что она самая красивая, обворожительная и прекрасная!
Что без неё я жить не могу! Вот насколько сильно я её люблю! Не прогонит же она меня? Хотя, – он почесал затылок, – может и прогнать! Ещё я не знаю, какая она, умная или глупая.
Но, конечно, скажу, что умная, будет вернее! – лемур мысленно строил планы завоевания красавицы. – И потом, красивая и прекрасная это почти одно и то же. Как-то не слишком складно получается. Надо вспомнить ещё какие-нибудь подходящие слова для объяснения в любви! Надо подумать».

В этот момент за домом раздался мелодичный смех.
«Это что ещё такое?» – всполошился Хан.
Он начал медленно пробираться сквозь кусты, обходя дом в направлении смеха. Хан аккуратно отгибал веточки и осторожно ступал по земле, чтобы его никто не услышал.
Через некоторое время Хан достиг просторной лужайки за домом, но, конечно, оставался в кустах, прикрывающих его со всех сторон.
Каково же было его изумление, когда он увидел обнажённую женщину его мечты со страстью отдающуюся Каму.
Они лежали на примятых прекрасных цветах. Кам ритмично выполнял свои функции, а Иратэль сладострастно стонала в такт этой непрекращающейся мелодии любви:
– Ах! … ах! … ах! … ах! …
Лицо Хана побагровело от ярости:
«Ну как же так?! Почему этому выскочке из города Солнца достаются самые прекрасные женщины? А мне ничего! Так же несправедливо! Чем я хуже? – бурлили мысли в разгорячённом мозгу Хана. – Почему ему можно, а мне нельзя?!»

Сердце бешено заколотилось. Пылающая волна крови ударила в голову лемура. Хан хотел тут же выскочить из-за кустов и убить их обоих!
«Хотя, она-то чем виновата? Это Кам соблазнил её! – лихорадочно рассуждал Хан. – Значит, надо убить его! Но при ней убивать не стоит. А то вдруг она это неправильно воспримет, – чуть поостыл лемур. – Значит, с Камом я разберусь позже. Чтобы она не видела. А потом признаюсь ей в моей безграничной любви.
Я ничем не хуже Кама, даже ещё лучше! Об этом все мои подружки твердят. Хотя они не занимались любовью с Камом, – сделал мысленную оговорку Хан, и почесал затылок. – Ну да ладно, с этим разберёмся позже. Главное, что она даёт! Какая разница Каму или мне?
Просто надо её завоевать! Поставить на колени перед выбором, и тогда …, ну в смысле если не будет Кама, то буду я. Вот тогда я поставлю её на коленки и …».
– Ах! … ах! … ах! … ах! … – раздавались сладострастные вздохи предмета любви. – Дорогой Кам, ты такой мужественный, – нарочито громко молвила Иратэль. – Я без ума от тебя! Ах! … ах! … ах! … ах! … Встретимся с тобой на третий день здесь же. У меня к тебе есть серьёзный разговор. Не забудь, на третий день! – со страстью молвила соблазнительница.
– Как прикажите, миледи! – с придыханием вымолвил Кам.
Он не прекращал заниматься делом.

Хан отвёл взор. Он больше не мог выдержать как этот выскочка Кам занимается любовью с его женщиной. Внутри Хана всё кипело. Мысли спутались, глаза застлала кровавая пелена. У него чуть не случился сердечный приступ. Но здоровое молодое тело быстро адаптировалось.