Азбука жизни Глава 5 Часть 96 После презентации

Глава 5.96. После презентации

После презентации издатель пригласил в ресторан. Заметно, что остался доволен. Так что связи в Торонто налаживаются. Книгу покупают. Вот и гонорар хороший получила. Купили сегодня много подарков для москвичей и петербуржцев. Олег радуется успеху презентации. Мне приятно, что Нина Андреевна после презентации ожила. Значит, тоже волновалась за меня, как и мама.

— Кем бы я сегодня была в условиях российского бандитского капитализма, если бы не вы?

— Ты уже ответила в одной из своих книг.

— Да, Олег! Я была бы нищей. А ты, как и Серёжа Головин с Беловым, да и Надежда, Мила и Влад с Эдиком, вы с детства были самодостаточными. И поняли рано своё предназначение.

— И самое грустное, что ты знаешь, Вика, ответ на свой извечный вопрос: почему столько лет люди страдают от комплексов неполноценности. Я сегодня на презентации восхищался твоей раскованностью, как и девочки. И сейчас можешь объяснить причину, почему раньше недооценивала себя и, в отличие от ребят, не смогла увидеть свои природные возможности.

— Алексей Вениаминович, Влад с Эдиком сегодня это легко объясняют. Ты как-то, Вика, с обидой сказала о Вере Петровне. Тебе непонятно было, как это историк Анна Ефимовна и математик Вера Николаевна смогли увидеть в тебе способности и индивидуальность, а преподаватель литературы Вера Петровна не видела в тебе главных твоих возможностей.

— Не возражаю, мама. Если учесть, что Вера Петровна читала только мои сочинения перед классом.

— Но больше четвёрки тебе не ставила?

— Да, Олег! И одну пятёрку она поставила за моё сочинение в чужую тетрадь.

— И всё же та твоя единственная пятёрка по сочинению, поставленная в чужую тетрадь, принесла тебе пользу.

— Не отрицаю, Алексей Вениаминович! Когда я принесла второй вариант петербургскому редактору, а он отнёсся снисходительно, то недооценка меня Верой Петровной в юности помогла в те минуты.

— Сестричка, ты своим равнодушием спровоцируешь любого. А относительно петербургского редактора, как и многих московских, с которыми я знаком, могу сказать одно, что сегодня каждый за себя.

— Я это знаю, Олег!

— Вика, ты уникальна не только своим видением, но тебе помогли обстоятельства, на которые была обречена с рождения. Помнишь наш разговор на даче в Москве? Ты от него тогда убежала, но сегодня на презентации, когда увидела доброжелательность зала, я и объяснил твою прежнюю закомплексованность, как и сегодняшнюю раскованность.

Нина Андреевна принимает откровение Алексея Вениаминовича спокойно, вероятно, обсуждали тот разговор. А вот мама удивилась, как и Олег. Только у мамы удивление в том, что наш психолог понял главную причину моей трагедии жизни, а Олег не догадывается, о каком «разговоре» шла речь на московской даче. Не хочу больше ворошить прошлого. И Алексей Вениаминович сделал паузу, понимая, что продолжение темы, затронутой им, зависит от меня. Поэтому я снова уведу от этой неприятной и непонятной и сегодня для меня нелюбви ко мне за пределами семьи. Я слишком избалована любовью своих друзей, как и наставников, чтобы до конца осознать неприязнь к себе. Вероятно, Олег прав, когда сказал, что ненависть к себе я провоцирую сама. Для меня важна прежде всего самооценка. А если человеку это несвойственно, он и впадает в эмоции, радуясь успеху у окружающих. Нет ничего более скучного, чем зависеть от мнения других.

— Что, сестричка, замолчала? Алексей Вениаминович, о каком разговоре идёт речь?

— Его продолжение, Олег, зависит только от Вики.

— Олег, не жди продолжения разговора. Я хочу отдохнуть.

— Я понял, что ты, как всегда, убежишь от подобного разговора. Хочешь остаться и для нас загадкой?

— Иначе скучно, братик, будет жить. Хотя вам всем завидую. У тебя было значительно беззаботнее детство, а мне пришлось очень рано защищаться самой.

— Но если ты сильная личность, то должна спокойно смотреть на слабость людей.

— Олег, бывают обстоятельства, которые не зависят от нас. Все уже поняли, что я не буду больше продолжать разговор на подобную тему. На этой кухне, в чужом для нас городе Торонто, эта тема нам неинтересна.

— А почему ты говоришь за всех? Нина Андреевна, как и Алексей Вениаминович, довольны своим положением сегодня. У них хороший заработок, уважение, много интересных друзей. Они педагоги! Какая разница, в какой стране им жить?

— Потому что годы уходят. Они создают для вас материальную базу, но вы далеко, как и родина, милые места. Какая у нас замечательная природа! Я это сегодня особенно поняла, когда мои описания Южного Урала вызвали уважение. Наши страны действительно похожи по природным красотам и богатствам, и всё же мы разные. Мы не испытали с тобой в юности лишений. Наше время было рассчитано только на самообразование и становление как личности. Надеюсь, в этом вопросе, братик, я неоспорима.

Олег замолчал, понимая, что мой разговор прерван не случайно, и о причине догадываются все, кроме него.