Камалока-3. 7. Разговор

Глава 7. Разговор

Хан еле сдерживал себя, чтобы не закричать и обвинить Сура, Кама и Дива в присвоении себе чужих женщин! Ну, в смысле женщин, которыми должны обладать Хан, Век и Сом.
– О какой войне ты говоришь, друг мой? – спокойным голосом осведомился Сур, продолжая с безмятежным видом прихлёбывать настойку.
Кам и Див продолжали стоять возле стены, готовые в любой момент выхватить мечи.
Видя, что Сур спокойно сидит за столом и даже почёсывает ступнями босых ног друг о друга, Хан немного поостыл и опустил секиру, которую держал наперевес:
– Нам нужны женщины! – без предисловий начал он.
– Какие женщины? – с невинным видом осведомился Сур.
– Женщины, которые приходили к вам!
– Так их сейчас нет, друг мой, – миролюбивым тоном произнёс Сур.
Даже слишком миролюбивым. Но если бы кто-то повнимательнее заглянул ему в глаза, то увидел бы там железную волю, холодный расчёт и непоколебимую решимость в любой момент вступить в бой, даже с голыми руками.

– Присаживайтесь, друзья. Поговорим о делах насущных, – спокойно продолжил Сур и подмигнул Хану.
Век и Сом обратили взоры на Хана. Они пока не видели повода для драки. Они расслабились и сделали шаг к столу, ожидая, что решит их командир.
Хан тоже успокоился. Его ярость куда-то исчезла, и лицо приняло обычное добродушное выражение юноши-лемура, который по простоте душевной искренне радуется этой жизни.
Сур внимательно отслеживал состояние Хана:
– Можете снять оружие, – он взглянул на Века и Сома. – Кам, будь любезен, налей нашим друзьям настойки.
Сур специально оставил пока гиганта Дива за спинами вошедших, так, на всякий случай.
– Хан, давай присядем, поговорим, – предложил Век, бросив взгляд на командира.
– Да, обсудим, – поддержал Сом.
– Хорошо, обсудим, – нехотя согласился Хан.
Он ещё раз взглянул на босые ступни Сура и Кама, и начал снимать с себя оружие.

Через некоторое время кружки с дымящейся настойкой опустели. Лемуры сидели за широким столом трое напротив троих. Наконец, Сур прервал затянувшееся молчание:
– Хан, так о чём ты хотел поговорить? – негромко спросил он.
– О женщинах! – сразу набычился Хан.
Он вспомнил бессонные ночи последних дней. Свои переживания о понравившейся ему Иратэль. Он вспомнил, как лежал в темноте, уставившись в потолок, скрипел зубами и сжимал мощные кулаки.
Хан много думал в ночной тиши о разных вариантах признания в любви несравненной Иратэль, но так и не пришёл к какому-то определённому мнению.
Единственно, что он решил твёрдо, это то, что её надо завоевать! И теперь всё бессчётное количество неоднократно обдумываемых мыслей сразу забурлило в его разгорячённом мозгу.
– Ну, так говори, – спокойно продолжал Сур.
– Почему вам всегда достаётся всё самое лучшее, а нам ничего? – с некоторым раздражением вымолвил Хан.
– Ты о чём? – дружелюбно осведомился Сур.
– О трёх женщинах, которые приходят к вам. Мы тоже хотим их! – внёс ясность Хан.
– Да, мы хотим их! – подтвердил Сом.
– Дорогие друзья, так женщины сами выбирают, кому отдаться. Мы их не насилуем, – внёс разъяснение Сур.
– А мы хотим, чтобы они отдались нам! – с полной уверенностью, что он может решать за женщин, вымолвил Сом. – Я правильно говорю? – он чуть подобострастно взглянул на лидера тройки.
– Да, всё верно! – подытожил Хан, исподлобья взирая на Сура.
– Ну вот, они придут, вы у них сами и спросите, – спокойно, с деланным безразличием молвил Сур.
Он-то знал, что с миледи Иратэль, да и с остальными демоницами тоже, такие штучки не проходят.

– Не-е-ет! Так дело не пойдёт! – не согласился Хан. – Вы должны отречься от них. Тогда они будут всецело в нашей власти! – он из-под насупленных бровей буравил Сура грозным взглядом.
Каму и Диву этот разговор нравился всё меньше и меньше. Они сидели как на иголках, сдерживаемые только субординацией и авторитетом Сура при ведении сложных переговоров.
– Хан…, – начал Кам, более не имея сил сдерживаться.
Сур поднял правую руку предостерегающим жестом. До этого его руки спокойно лежали на столе:
– Имей терпение, мой первый заместитель Кам, – спокойным тоном изрёк он, смотря на Хана. – Я не буду напоминать тебе Хан о данной тобой и твоими заместителями клятве о безоговорочном подчинении моим приказам, – он выдержал многозначительную паузу. – Ты свободный лемур и можешь делать всё что захочешь.
Разумеется, отвечая за свои слова и поступки, согласно данной клятве, – он опять выдержал паузу, обводя взглядом Века, Хана и Сома. – Но сегодня в первый и последний раз мы отступим от данной вами клятвы, как будто её не было, и поговорим как мужчины!
Сур опять выдержал паузу, обводя взглядом трёх оппонентов, сидящих напротив него:
– Мы не хотим отрекаться от них. Это наши женщины и мы будем защищать их! – веско изрёк он. – Кам, верно я говорю?
– Да, Сур. Всё верно!
– Див?
– Да, Сур. Вернее не бывает! – пробасил гигант, с хмурым видом оглядывая трёх лемуров, сидящих перед ним.
– Итак, слово за вами! – резюмировал Сур.

В голову Хана ударила горячая волна ярости. Его глаза на мгновение застлала кровавая пелена, ладони стали потными:
– Хорошо. Если вы не хотите добром признать наше первенство, тогда мы отобьём их у вас силой! – как можно спокойнее вымолвил Хан.
– Попробуй, – лаконично изрёк Сур.
В комнате воцарилось гробовое молчание. Шестеро лемуров, буравя друг друга взглядами, осмысливали только что прозвучавшие слова.
Через минуту, преодолев в себе вспышку необузданного гнева, Хан произнёс более-менее спокойным тоном:
– Мы будем биться с вами на поляне перед домом. Кто одержит победу, тому достанутся женщины!
– Какие условия поединка? Как обычно, до первой крови? – со знанием дела осведомился Сур.
– Нет, пока каждый не запросит пощады. Запросит, значит, проиграл, – мрачно изрёк Хан.

Эти условия были более жёсткими и применялись редко, поскольку в них количество ран и пролитой крови не учитывалось. Противники могли даже убить друг друга, если один из них не попросит пощады, а значит, официально признает себя побеждённым. До убийства дело, конечно, не доходило, но всё же.
– И ещё. Я хочу биться с Камом, – мрачно добавил Хан.
Кам удивлённо приподнял бровь. Но поразмыслив, понял почему:
«Ему нужна сама миледи Иратэль! – сделал он мысленный вывод. – Дурак этот Хан! Мальчишка! Не понимает, что Иратэль ему не по зубам!»
– На земле или в воздухе? – деловым тоном осведомился Сур.
– Как пойдёт.
– Оружие? – продолжил Сур.
– Любое! – встрял Сом. – Я буду биться с Дивом! – самонадеянно произнёс он.
– Да, любое, – подтвердил Хан.
Див немного опешил от такой наглости, но промолчал. После такого заявления на его простодушном лице ясно читалось, что Сома он жалеть не будет.
– Ну что же, противники определены. С оружием всё ясно, – подвёл итог Сур. – Как оденемся, можно приступать!
Хан согласно кивнул головой.

***

Через четверть часа шестеро лемуров стояли на травянистой полянке перед домом у красной скалы. На пяти из них были похожие друг на друга защитные безрукавки из толстой кожи, доходившие им почти до колен, и покрытые бронзовыми пластинами, пришитыми к коже суровыми нитками, у Кама была лёгкая сверкающая серебром на Солнце кольчуга.
Боевые сапоги, поножи, наручи, островерхие шлемы, с рогами по бокам у Сура и Дива, и без рогов у остальных, прямоугольные щиты и овальный щит у Кама дополняли экипировку.
Хан, Век и Сом имели традиционное вооружение для города Обездоленных: короткие мечи, кинжалы и секиры.
После торжественного вручения оружия в Тёмном замке, Сур и Див не захотели расставаться с великолепными подарками, выкованными неизвестными им мастерами, поэтому носили их с собой, то есть у них было по два меча, короткий и длинный. Свои секиры они оставили в доме Сура в качестве запасного оружия.
Кам оставил меч, с которым прилетел, в храме Солнца у своей матери, так что у него был только один меч, подарок Халита, и кинжал.