Глава 11. Зверь

Костлявый палец потянулся, маня к себе, Хэл сжала зубы, сопротивляясь - последнее время ей все лучше и лучше удавалось противостоять Тьме, хоть страх и не отпускал по-прежнему. Ноги оторвались от пола, шепотки взвились, завизжали, и в их визге был тонкий звон разрушаемого колдовства.
«Просыпайся,» - скомандовало сознание, и маг резко села, открывая глаза.
Тело свело, пот облепил, как жидкая смола, спертый воздух заставил сморщиться, а в виски ударило болью.
-Доброе утро, - раздался голос от двери, и доктор схватилась было за оружие, но в ответ ей только засмеялись едким смехом. - Не проснулась еще, девочка. Я войду, - Нед скорее констатировал, чем спрашивал. -Или у тебя еще ловушки установлены?
Хэл поморгала, приходя в себя, собралась с мыслями, глухо каркнула:
-Заходи.
Слепец неуклюже просеменил внутрь, грохнул на столик у стены поднос с похлебкой и парой кусков хлеба, нашарил стул, уселся, вперившись изуродованным лицом на доктора.
-Ты проспала трое суток беспробудно, - помолчав, сказал Нед.
-Нам пора уходить? - сразу спросила Хэл, нахмурилась.
Чувствовала она себя значительно лучше, но снова бежать, прятаться, сражаться за свою жизнь... от одной мысли передернуло и затошнило, а организм напомнил, что его вообще-то надо кормить. Хотя бы иногда.
-Я не гоню, девочка. Пробудете сколько надо, выгонять вас сейчас - все равно, что отправить на смерть, - зазмеился улыбкой Нед. -Твои получше, чем ты, хотя спали тоже долго, да и откормить вас надо.
Доктор кивнула скорее на автомате, чем осознавая, что говорил ей слепой. Здесь было безопасно - так уверял Ирвин Штиль, но все равно было неспокойно. И неспокойствие шло от Неда - о чем-то он лгал, но о чем...? Хэл не могла понять. Что-то было в нем фальшивое, кривое, но ни одно его слово не было лживым.
-Поешь, - фыркнул Нед. -Ты так сильно думаешь, что слышно, как мозги скрипят. О чем, девочка? Может, я могу помочь?
Доктор перевела на него взгляд, посмотрела осторожно, исподлобья: ее не оставляло впечатление, что слепой наблюдает за ней, разглядывает. Это было невозможно, но чувства обычно мага не подводили, и она не спешила отвергнуть смутную тревогу. Нед сидел, ухмыляясь. «Все-то я знаю,» - говорил его хиртющий вид. Маг поежилась, отвечать не стала, потянулась за предложенной пищей.
-Ты пыталась считать повороты, пока мы шли сюда, - снова заговорил слепой. Хэл скривилась в душе, но видом не показала ничего.
Три дня назад, когда маги только-только спустились в сеть пещер под Пограничными горами, их вели долгим, явно путляющим путем. И доктор действительно пыталась считать проходы и запоминать путь, насколько позволяла повисшая на ней Элайта. Только вот ни к чему это не привело: Нед, шагавший первым и негласно считавшийся хозяином пещер, почуял что-то и ушёл на центр прохода, не позволяя коснуться стен. Свет потушили, и чернота ослепила, сил на магический взгляд не оставалось, и Хэл потеряла счёт. Заблудилась, сбилась, и теперь, пытаясь вспомнить хоть что-то, не могла даже представить, куда их завели.
-Молчишь, - не слыша ответа, продолжил Нед. Он говорил, казалось, сам с собой, но его это мало смущало. -Хорошо хоть отпираться не стала, на том спасибо.
“Кроме Неда в группе еще есть существа, - мысль с трудом ворочалась в голове, незакрытая дверь чернела неуютным мраком, по полу сквозило. - Женщина-ведьма. Не маг, с потенциалом едва ли превышающим мой. Зовут Шайла, принадлежит народу людей-теней: у нее все тело обмотано серыми лентами, у них не принято показывать кожу. Она была против, чтобы нас пустили под Пограничные горы.”
-Почему тебя считают королем под горами? - резко спросила Хэл. -Ты слеп, но ориентируешься лучше других. Как? Ты не маг, не колдун, в тебе нет ничего.
Нед засмеялся, откинув голову назад:
-Когда теряешь зрение, открываются другие возможности тела. Я чувствую многое из того, на что вы не обращаете внимания.
“Ни слова лжи, - с досадой подумала Хэл. -Он либо знает, кто я, либо сам умеет играть в лживые игры.”
-Ешь, девочка, тебе надо хоть что-то в себя засунуть, - колко напомнил слепой, и доктор, стиснув зубы, потянулась к похлебке.
Миска показалась настолько тяжелой, что руки свело судорогой и маг едва не разлила на себя горячий суп. Нед замер, вслушиваясь в шорохи, его лицо чуть подрагивало как будто бы от злого смеха, рвущегося изнутри. Кое-как перетащив миску на колени, Хэл принялась вливать в себя похлебку, почти не глядя на слепого, но пытаясь из мрака в голове вытащить хоть что-то из воспоминаний.
“Еще в группе есть Хайдн по прозвищу Красный Плащ. Наполовину гном, есть черты великаньей расы, огромный, громкий, не очень умный, хотя сильный, - память услужливо подкидывала детали. - Рыжий, хотя уже седеет, он встретил нас на пороге в подземелье. Кажется, он официальный лидер восстания, хотя реальная власть здесь у Неда, иначе бы Ирвин не обратил на калеку внимания.”
Доктор искоса посмотрела на слепого и долго не могла отвести взгляд: в душе проснулось стертое усталостью и страхом чувство, будто бы откуда-то сбоку наблюдает нечто. Вернее, даже не нечто, а некто. Огромный, древний Зверь с хитрым, человеческим разумом и изворотливым, злым характером. Он надежно спрятался среди людей и нелюдей повстанческой группы, затаился, пользуясь их глупостью и разностью, и они перестали ощущать его.
Тело дрогнуло слегка, и суп расплескался из ложки: причина тревоги была найдена. Кто-то один здесь был не тем, кем казался, и в голове сразу помутилось от страха - как в Доме, так и здесь. Кто-то один лгал.
-Боишься, девочка? - спросил Нед. - Я слышу, как дрожат твои руки, и чувствую твой страх.
Хэл только стиснула зубы. В голову упорно лезла предательская мысль о веревке на шею или клинке в бок - лишь бы только не бояться больше, но маг знала: самоубийство - не выход.
-Когда можно будет увидеть моих? - только спросила доктор.
-Хоть сейчас, мы вас не разлучаем, если тебя это тревожит, - пожал плечами слепой. -Только сходи помойся сначала.
Около получаса ушло на то, чтобы привести себя в порядок. Нед почти неотступно следовал за Хэл, помогая во всем, и из кривоватого зеркала глянуло жуткое, почти чудовищное отражение. Доктор лишь бровью дернула, глядя на ввалившиеся щеки и в кровь съеденные губы - бывало и похуже, стянула серебристые волосы в тугие косички, спрятала голову под капюшон.
Страх постепенно подбирался ближе - чем больше прояснялась память. До того, как пустить к себе, каждого из магов тщательно проверили, оружие отобрали, затем разделили и поодиночке на старом, едва ли работающем детекторе лжи дотошно допрашивали. Обмануть эту железку Мастеру Обмана не стоило никаких трудов, но Хэл не стала ничего говорить в усмерть перепуганым повстанцам. Себе дороже было раскрываться лишний раз.
Ее допрашивали дольше, чем остальных - признали за лидера беглецов. Спрашивал Хайдн и женщина с ним, но не Шайла. Ведьма ушла сразу же, как закрыла вход в подземелье подвижным камнем.
Эту вторую звали Ульрика. Рослая, крепкая, как и Хайдн, она смотрела на удивление без агрессии, присущей другим, и вообще казалась дружелюбнее остальных. Ее грубоватые, хотя достаточно округлые черты немолодого лица с карими волосами-завитушками въелись в память и вспыхнули так ярко, что доктор едва не вывалилась из чана с водой.
-Порядок? - из-за двери позвал Нед, услышав резкий всплеск воды.
-Да, прости. Оступилась, - крикнула Хэл, уселась в теплой воду, подперев голову руками.
Вопросы на допросе задавали глупые, но доктор на все ответила просто и без утайки, после чего беглецов развели по комнатам, и маг провалилась в трехдневный сон.
Пока шли от душевых до общей залы, где повстанцы, не выходившие на поверхность, коротали время за разговорами, простой, бытовой работой и  пересказом историй столетней давности, молчали оба. Нед попытался было заговорить еще раз, но Хэл ограничивалась лишь краткими ответами или же вовсе молчала, предпочитая думать о своем. Правда, больше никого из повстанцев она не вспомнила, а перепроверка воспоминаний не дала ничего, кроме сомнений в их верности, тем не менее, болтать доктор не спешила - да и отвыкла порядком за годы молчаливой работы.
Зато выяснилось совершенно точно: Зверь жил в коридорах. Лишь только маг вслед за Недом вышла за пределы душевой, как его присутствие - темное, тяжелое, удушливой - сразу навалилось со всех сторон. Он не атаковал, только наблюдал внимательно, без злобы, без агрессии, но от этого мурашки бежали по коже. Хэл не оглядывалась - знала, что Зверь только того и ждет, сжимала зубы и шла вперед за своим провожатым, надеясь, что вскоре дверь защитит ее от непрошеного внимания.
Так и случилось. Слепой нашарил тяжелую створку, оттолкнул ее в сторону, и доктор нырнула внутрь залы, высвобождаясь из липких силков. За ее спиной дверь хлопнула, закрываясь, и Зверь остался там, снаружи, в переплетениях темных коридоров. Задышалось значительно легче, и маг оглянулась, выискивая взглядом своих.
Широкая зала с высоким потолком, теряющимся где-то, куда не доставал свет факелов, развешанных по стенам, простиралась широко вперед. По краям стояли убранные столы и прочая кухонная утварь, бочки, от которых пахло дрянным, самодельным вином, а впереди на небольшой приступочке стоял камин. Угли едва тлели, закоптелые камни ловили отблики, и по стенам метались перепуганные тени. Они сплетались в замысловатые хороводы, хватали друг друга за руки, их искривленные лица кричали безмолвное: беги! Но бежать было некуда, в коридорах притаился Зверь.
-Чего застыла-то? Иди, познакомься с нашими, - Нед чуть подтолкнул доктора в спину, не давая ей оглядеться толком, повел к камину.
На приступочке расположилась Ульрика. Она вязала, склонившись к огню, чтобы лучше видеть.
-Доброе утро, маг, - женщина махнула рукой, подзывая к себе. -Как себя чувствуешь?
-Где мои? - резковато каркнула Хэл, обегая залу глазами.
Ханаан сидел в углу у самого камина, завернувшись по самый нос в плащ, и, казалось, дремал, обхватив колени руками. От него во все стороны разливалось зловонье Уныния - того, с чем бороться сложнее всего в жизни. Элайта и Варна тихо переговаривались о чем-то в отдалении. Младшая полусидела на столе, глядя через плечо старшей на повстанцев, перемещавшихся по зале, но во взгляде не было цепкости - она как будто бы спала с открытыми глазами. Фаранга и Язаси не было вовсе.
-Сядь, маг, - примирительно позвала Ульрика и хлопнула крупной, одутловатой рукой по пледу, на котором сидела. -Все твои в безопасности, нам нет нужды вас трогать. Ваши мужчины, за исключением больного паренька, разбирают пожитки и стирают вещи, поэтому их нет здесь.
Хэл опустилась на плед, продолжая оглядываться вокруг. Странное было место, совсем не такое, как в Доме, хоть и подземелье, как и то, где доктор выросла. Камин был странным - будто бы гигантская челюсть, ощерившаяся рядом поломанных зубов. Огонь горел на удивление ровно, воздух не двигался, только если кто-то входил из коридоров, по полу пролетал колючий сквозняк.
-Откуда вы знаете, что один из нас болен? - спросила Хэл. Она много сил вложила в здоровье Ханаана, его состояние было не заметить, если не быть врачом.
-Доктор Йохо сказал, - пожала плечами Ульрика, не прекращая своего монотонного занятия. Получалось у нее, надо сказать, весьма плохо.
-Доктор Йохо? - переспросила маг, и словоохотливая женщина довольно кивнула:
-Глянь, он у нас…
Дальше Хэл не особо слушала, так как Йохо собственной персоной вошел в залу и засеменил мелкими шажочками по гладкому, будто бы отполированному черному полу. Он был эльфом полукровкой. Маленький, худой, с серовато-зеленой кожей и вытянутыми ушами, он казался удивительно некрасивым, сморщенным и усталым. В коротких руках он тащил тазик с водой и какие-то припарки, травы, свернутые в пучки, сомнительного вида мешочки.
“Не маг, даже не колдун, травник, - быстро подумала Хэл. - Следа нет практически, не больше, чем у Шайлы, на поясе - посошок для магии. Значит, чародей, формировать энергию через тело не может, вот и носит атрибуты. На худой конец отберем и сломаем… Остановись,” - она мотнула головой, отгоняя мрачные мысли о том, что делать, если… Им было не выбраться самим на поверхность, с боем уходить было просто нельзя. Зверь не даст.
Доктор Йохо тем временем досеменил до Ханаана, опустился перед ним на колени, разложил принесенные вещицы и с ворчанием принялся растирать травы в кипяток. Варна с Элайтой дернулись было к нему, но Хэл махнула рукой и сама подошла - в конце концов это было ее дело и ее подопечный.
-Чего приперлась? - нелестно бросил эльф. -А, ты их врач. Маг, - посмотрел с презрением, скривился, а затем вернулся к растиранию трав.
-Что это? - сухо спросила Хэл. -По запаху как будто сушеный цветок ночеглядки.
Йохо покосился на нее с презрением, но все же ответил:
-Верно. Говорят, отводит Уныние. Ты ведь знаешь, что твой друг - Унылый?
Хэл кивнула. Знать-то она знала, также, как и то, что ночеглядка - что сушеная, что свежая - не больше, чем ароматизатор. Целебных средств в ней не было ни на грош, а против Уныния - как мертвому припарка. Йохо тем временем высыпал из разных мешочков понемножку в ванночку, отчего вода стала темной и маслянистой, вытащил ноги Огневика из-под плаща, снял обувь и погрузил ступни в отвар. Ханаан недовольно зыркнул, но не сказал ничего - ему сейчас было все равно.
-Что смотришь? - окрысился эльф. - Я мало что могу против Уныния. Сама со своим другом разбирайся, раз умная такая, маг.
Поднялся резко и засеменил прочь, одергивая ветхую одежду, перехваченную кое-как потрепанным пояском. Хэл ничего не ответила, даже не посмотрела ему вслед, уселась рядом с Ханааном, положила голову ему на плечо, прикидываясь сонной, и забормотала заклятье, скрывая губы в складках плаща Огневика.
Сначала выстроила вокруг себя непроницаемый барьер - так хоть чуточку стало спокойнее. Сил он выедал немного, а панику знатно отгонял, уже на том спасибо. Постепенно мысли перестали скакать, устаканились, и тогда маг начала думать: Зверь был одним из повстанцев. Носил личину, входил спокойно в комнаты и коридоры, но предпочитал жать там, во мраке.
“Мне остается лишь выследить его и опасаться, - думала доктор. - Видь. Видь. Видь…” - погружаясь в полудрему колдовства, забормотала маг.
Это было старое заклинание еще из Белой магии, которой пользовались до открытия Черной - боевой. Такие выследить было сложнее, но и действовало оно медленнее. С другой стороны, торопиться было особенно некуда.
Повстанцы постепенно собирались в зале. Приходили, рассаживались, кто-то двигал столы к вечерней трапезе, кто-то просто общался. Голосов становилось все больше, но Хэл едва ли слышала, погруженная в колдовство. Мягко, но неотступно ее сознание давило на сознания всех приходящих, заставляя их ощущать смутную, едва уловимую тревогу - будто бы следит кто-то. Под воздействием магии  один должен был ошибиться. Сплоховать, повести себя необычно - он, вероятно, и окажется Зверем. А тот зашевелился, занервничал, и по спине побежали мурашки: он пока что не видел, кто колдует - на то и был выставлен щит, но он искал. И доктор знала, что если ее вычислят, ничем хорошим эксперимент не закончится.
Нед уселся у камина, свернув ноги по-турецки, ему принесли облезшую не то лиру, не то гитару, понять было сложно, и слепой стал нараспев говорить, рассказывая старые сказки. Вокруг него образовалось кольцо слушателей, даже Хайдн пришел и сел чинить сети, краем уха вслушиваясь в покрытые пылью сказания.
-Колдуешь? - едва слышно прошептал Ханаан. Он не спал, только прикидывался спящим.
-Тише, - шикнула Хэл. Голос повиновался с трудом, силы уходили слишком быстро.
Лучник шевельнулся, высвобождая ладонь из складок плаща, сжал руку доктора за запястье и сам забормотал, откинувшись на стену: он делился своей жизненной силой, даже не спрашивая, чем это Хэл занята. Та хотела было отдернуться, но передумала, только переплела пальцы с Огневиком, с благодарностью принимая его помощь.
Существ становилось все больше. Появилась Шайла, а вместе с ней пришел юноша, похожий на нее на энергетическом уровне настолько, что поначалу доктору показалось, что колдунья попросту разделилась надвое. Видать, брат-близнец. Раздраженные, хмурые, они уселись поодаль от огня и толпы и принялись шептаться между собой, настороженно оглядываясь.
“Не они ли?” - подумалось Хэл, и давление на йоту усилилось. Беспокойство повисло в воздухе. То там, то здесь повстанцы отмахивались от чего-то в пустоте, огрызались друг на друга. Доктор совсем опустила лицо, будто бы уснула, в голове все плыло от перенапряжения.
Нед все рассказывал о каком-то воине, что привел под стены Темной Крепости Светлое войско, о битве, о Свете, что схватился с ожившей Темнотой, что чернее самой ночи… дышать вдруг стало тяжело. Страх забился в висках - Зверь догадался, и его немигающий взгляд уперся в мага. А затем пришел удар. Страшный, сокрушительный, щит дрогнул и покрылся трещинами, а на лбу проступила испарина.
-Порядок? - шепнул Ханаан, почуяв, как сжалась ладонь Хэл, и та судорожно кивнула: ее защиту было просто так не пробить, хоть противник и был весьма силен.
-Он на грани. Смотри открытыми глазами, кто-то должен ошибиться, - сквозь зубы бросила она, и Огневик подобрался, без слов понимая, что делать.
Зверь ударил еще раз. Заревел на тысячи голосов внутри головы, стал сыпать угрозами, текста которых Хэл не понимала, но смысл угадывался вполне. Ей приказывали сбросить слежку, оставить в покое повстанцев, но маг не за этим тратила силы и время. Подобралась, шепнула заклятье, ударила в ответ, отгоняя тварь подальше. Пусть знает, что она не так слаба, как кажется.
Тварь на мгновение остановилась, будто бы прикидывая, куда ударить, а потом вдруг раздался крик. Не в голове, а живой, настоящий. Хэл взвизгнула, сложилась пополам, колдовство, лишенное концентрации, разлетелось вдребезги, но и Зверь выпал.
Гомон прекратился, повстанцы с удивлением поворачивались к источнику звука: Хайдн прошил себе палец насквозь и смотрел с детским удивлением, как по руке сбегает струйка крови.
-Хайдн, - тихо подсказал Ханаан, усадил Хэл повыше, привалил к себе, приобнял, пряча в своем плаще: знал ведь, что никто не должен знать о колдовстве.
-Не он, - пробормотала доктор. - Он просто не выдержал. Зверь… другой.
-Зверь? - переспросил Огневик, и Хэл судорожно кивнула:
-Он следит. Мы должны знать его личину.
Йохо протопал к Красному Плащу, отобрал у него шило и сеть, принялся перебинтовывать палец, браня своего руководителя за неумелость. Повстанцы, выдернутые из-под действия магии, смотрели друг на друга как спросонья, Нед вернулся к прерванной истории - все восстанавливалось потихоньку, и Зверь тоже пришел в себя.
Кое-как восстановив защитный купол, доктор притихла выжидая атак, но тварь только следила, щурясь и скалясь из мрака. Он уже был здесь, внутри. Когда и как успел появиться - маг не знала, но его присутствие ощущала кожей. Следы у большинства из присутствующих потемнели - настроение после неловкости Хайдна резко стало портиться почти у всех. Видно, существа были на грани раскола. Духи злобы заметались в воздухе.
-Нед, - вдруг едва слышно пробормотал Ханаан.
-Что? - Хэл вздрогнула, теряя внимание, но щит не погас - теперь он укрывал обоих и права на ошибку не было.
-Он сорвал струну, звук напугал Хайдна, и тот проколол себе палец. Он ошибся. Нед - тот, кого ты ищешь, чтобы это ни значило, - Огневик едва шевелил губами, его распахнутые глаза, казалось, не видели ничего, на самом же деле ловили все вокруг, даже мельчайшие детали. - Он весь покрылся испариной, путает текст. Он поет на Древнем языке, которым пользовались тысячу лет назад, его не понимают, но я знаю немного. Он ошибается. Он шепчет угрозы вместо песни павшим. Он зовет тебя странным именем, говорит о тьме за твоей спиной. Я… я не понимаю, и мне страшно. Я теряю себя в этом страхе.
-Я с тобой, он нас не тронет, - сухо проговорила Хэл и выпала в реальность. Защиту снимать не стала, оглянулась: Нед был повернут к ним. И теперь уже определенно точно смотрел в упор.
“Он может быть слеп, но Зверь - нет. Он глядит глазами Зверя, поэтому так хорошо ориентируется в подземелье, - мысли цеплялись одна за другую, складываясь в логичную нить. - Тени боятся его, тени шепчут: беги, но им самим бежать некуда, потому что в темноте коридоров они бессильны. Повстанцы доверяют ему, хоть он не маг и калека. Он - Зверь.”
-И что теперь? - пробормотал лучник. -Когда ты знаешь, кто Зверь?
-Не знаю, - честно отозвалась доктор, - надо ждать. Пусть ходит первым.
Нед как-то неловко оборвался, ощупал порванную струну и заявил, что петь сегодня больше не будет. Повстанцы стали перемещаться к столу, где была накрыта нехитрая трапеза, Хэл с трудом поднялась, вздернула на себя Ханаана, оттащила его, усадив скраю, принесла две тарелки с недоваренной пшенной кашей, стала молча жевать, разглядывая хмурых, уставших существ. Повстанческая группа явно переживала кризис, на лицах застыло угрюмое остервенение. Многих из присутствующих доктор видела впервые, но способных к колдовству среди них не было, да и беглецами мало кто интересовался.
Варна с Элайтой приблизились и сели рядом, Ханаан сполз на пол, свернулся калачиком, положив голову на худые колени Хэл. Та думала было спихнуть его, но сжалилась и с непривычной ей самой жалостью провела рукой по всклокоченным волосам. Фаранг замер чуть сзади, будто бы прикрывая спину, его маленькие глазки с трудом перемещались, изучая, но так медленно, будто бы через силу. Говорить было совсем неохота, и маги, сплотившись среди своих, молча жевали скромный ужин.
От совсем тяжелых мыслей отвлек до боли знакомый звук: цепи звякнули тяжело, и в воздухе засмердело.
-Что это? Устрашение? - в голосе Язаси сквозило презрение, граничащее с истерикой.
Хэл подняла глаза, скривилась: к постаменту, на котором собрались повстанцы, вели закованного в цепи, едва перемещающегося…
-Маг? Здесь? Но как…? - пробормотала Элайта, и ее всю передернуло от отвращения.
-Магистр Бердон, Мастер Огня, - кивнула Варна. -Были как-то вместе на задании. Пропал недели две назад.
-Провоцируют, - зло каркнула Хэл. -Зверь провоцирует. Не реагируйте. Один неправильный жест - и мы все умрем.
-Кто провоцирует? - резко переспросил Язаси, но доктор только отмахнулась, мол, потом объясню.
-Этот пленный - вампир, не человек, - цедя слова, говорила она. -Он не наш, он умирает. Судя по степени его ожогов, он был на солнце. Если пропал две недели назад, то внутреннее гниение уже не остановить. Он покойник, но нас с собой увести не должен. Что бы ни происходило - мы больше не из Дома, держите это в голове.
Доктор Йохо, пристроившийся было у огня с книгой в руках, со злобой захлопнул толмут и вышел вон. Хэл тоже с трудом смотрела на разлагающееся тело - добить его было бы высшим милосердием.
-Его ведь даже не искали в Доме, - пробормотала Элайта. - Признали пропавшим и забросили дело.
-Жалеешь? - беззлобно усмехнулась Варна, но холодок прополз между всеми: они знали, что им эта участь не грозит. Дом будет искать, пока не убедится в их смерти.
Мага протащили к самой приступке, бросили на колени. Он захрипел, закашлялся и долго не мог прийти в себя. Притащили детектор лжи, устанавливали долго и неумело, наконец, с трудом подключили, и начался допрос. Вампиру задавали вопросы - такие же глупые, как беглецам при проверке. Монстр молчал, только кашлял, то и дело вытирая с сожженных губ черную гниль. Смотреть на это было попросту невозможно, отвращение заставляло отвернуться, но Хэл терпела, не сводя глаз с Неда: тот, казалось, не слушал, только его блаженное лицо кривилось в уродливую, обиженную гримасу.
Повстанцы в свою очередь внимательно наблюдали за беглецами, сбившимися в углу. Кто-то даже тянулся за оружием, а кто-то, наоборот, незаметно перемещался ближе к выходам, чтобы удрать в случае атаки.
Вдруг старый детектор едва слышно пискнул: пленник говорил.
-Вы… вы обречены, - хрипло прошелестел вампир и зашелся новым приступом удушающего кашля. Прогнившие легкие не выдерживали нагрузки.
Его слушали молча. Ждали, что он скажет - впервые за две недели вампир вообще открыл рот, да и говорил он вовсе не с повстанцами. Голова, безвольно повисшая на перебитой шее, чуть качнулась: монстр пытался повернуться в угол, где заметил своих. Он их мог не видеть, но чувствовал каждой клеточкой своего измученного тела.
-Он найдет вас, - продышавшись, захрипел маг, - Темная Крепость своих не отпускает…
-Он передает мысли! - взвизгнула Элайта, первая сообразив, что происходит и ради чего разыгрывается весь этот спектакль.
Время как будто остановилось. Хэл сжала зубы, понимая, что лучшего момента ей не могли послать даже мертвые Боги. Зверь будет атаковать. Сейчас. Если хочет, чтобы восстание выжило, он будет убивать. И в момент, когда он будет занят целью, можно будет убить его самого, а дальше… дальше бежать отсюда, пока есть такой шанс. Зверь не выпустит магов из Дома, потому что они отняли у него все. Либо он останется, либо они.
Доктор подскочила, руки Ханаана, попытавшегося удержать ее, клацнули в пустоте. Крики, огонь, пляшущие тени, звон оружия - все смешалось в единое звуковое пятно, но все двигалось как-то медленно, как будто бы сквозь густой кисель. Странным, ей самой незнакомым движением маг выхватила клинки из-за голенищ, бросилась, борясь с тугим воздухом, прямиком к падающему чудовищу. Кинжалы, свистнув, рванулись впереди нее: один в парнишку, что держал Бэрдона - пусть Зверь теряет мгновения на спасение своего товарища, один перед ним самим, на перехват Зверя. И третий в монстра, чтобы лишнего не болтал.
“Где же ты? Где ты, Зверь?! - мысль полетела впереди, осязаемая, злая. -Еще немного, и будет поздно!”
И Зверь не выдержал. Нед сорвался с места, превращаясь в одно размытое золотое пятно. В то время, как он уже бежал, его развевающийся плащ, похожий на два огромных раскрывшихся крыла, оставался чуть сзади, отчего казалось, что двигается вовсе не человек, а огненный шаг. Короткие волосы слепца встали дыбом, кожа на лице натянулась и пожелтела так, что была готова лопнуть от напряжения, руки ритмично задвигались вдоль тела, а из ладоней между пальцами появились длинные стальные когти.
Теперь сомнений не было: Нед был Зверем, человеком-оборотнем, которого так искала Хэл, и пока что он не видел летящей угрозы. Он видел перед собой лишь свою цель: мага, который мог испортить всю его жизнь.
Клинки, поворачиваясь, летели, облитые кровавым светом огня, неумолимо приближаясь к своим мишеням, но в последний момент Нед, привыкший вслушиваться в окружающие его звуки, все-таки почувствовал их едва уловимый свист. Зверь повернул голову, разглядев все три летящие смерти, Хэл прыгнула вверх, уходя с линии, где слепой мог ее увидеть.
Зверь взмахнул когтями, отбивая предназначавшийся ему клинок, другой рукой воткнул когти в живот мага, тот закричал, почти без звука, захлебнувшись гнилой кровью, пытаясь вздохнуть, но Нед уже чиркнул его по горлу, обрывая мучения. Тело мага Зверь с силой толкнул вперед, на стоящего сзади повстанца, тот, по инерции поймав труп, стал падать от слишком мощного броска.
Клинок, свистнув, прошел в сантиметре от его лица и с обиженным свистом оружия, жаждавшего живой крови, звякнул по полу в темноте. Хэл поняла, что опускается прямо на Неда, выхватила короткий нож и замахнулась, чтобы сразу, без кровопролития, обезвредить его, но он почуял опасность, вздернул голову, и даже сквозь повязку доктор увидела его янтарно-желтые глаза. Нет, не такие коричнево-медовые, как у Йохо, а именно ярко-желтые с дрожащими от напряжения и ярости черными зрачками. Его огромная ладонь легла на лодыжку Хэл, полностью обхватив хрупкую кость, Зверь дернул вниз, и маг рухнула к полу. Хэл вскрикнула глухо, но даже удара не почувствовала, темнота накрыла сознание, и все померкло.
  ***
-Вы убили ее! Она пыталась защитить вас, а вы убили ее!
-Она сама вмешалась! Нед - бывалый воин, его тело среагировало на автомате!
-Это не оправдывает убийство! - рявкнул Язаси, и вокруг зазвенело оружие, запахло магией и Смерть облизнулась из мрака.
-Хватит! - Хэл резко села, сжала виски ладонями, пытаясь не закричать от боли и не грохнуться обратно. Перед глазами все плыло, воздух в легкие не проникал почти полностью. -Я живая, - в воцарившейся тишине голос прозвучал достаточно, чтобы ее услышали.
-Доктор! - Элайта бросилась к ней на шею, едва не задушив, но маг только отмахнулась. -Уйдите все. Нед, останься.
Она не имела права здесь приказывать, и все равно приказывала. Ее не посмели ослушаться, повстанцы стали разбредаться, но маги не спешили уходить.
-Мы останемся, - твердо проговорил Язаси.
Хэл отмахнулась:
-Уходите, - схватила Ханаана за край плаща, притянула к себе, шепнула судорожно: -Не выйду на связь через пол часа - хватайте вещи и бегите. Куда - я не знаю, только подальше отсюда. Я постараюсь заговорить зубы Зверю и дать вам время.
-Мы не уйдем…
-Вон отсюда! - доктор крикнула что было силы и рухнула обратно, сознание мутилось, в горле бился страх: все карты были раскрыты.
Шаги постепенно затихали. Даже доктор Йохо ушел, хоть и собирался остаться и приглядеть за больной. Вот хлопнула дверь, и в зале повисла ощутимая, липкая тишина. Камин прогорел окончательно, и теперь не было сомнений, что он не из камня. Он лишь кости когда-то убитого чудовища, открытая пасть…
-Зачем ты лжешь им? - резко, больше ничего не скрывая, спросила Хэл. Уселась с трудом, подперла злое лицо коленями.
-Лгу? О чем? - Зверь смеялся во мраке: ему нравилась эта игра в кошки-мышки.
-Хватит, - рыкнула доктор, бросила руку вперед, схватилась за повязку на лживых глазах, но оборотень был быстрее, и стальная ладонь сомкнулась на хрупком запястье.
-Нехорошо смеяться над увечьем, - процедил Нед, и в его голосе больше не было смеха.
-А ты не увечный, просто неплохо прикидываешься, - бросила маг и с усилием сорвала повязку.
Страшные, янтарные глаза глянули на нее вновь, зрачки дрогнули и сжались в одну прямую линию: он злился.
-Что ты такое? - спросила Хэл. -Ты не человек, не монстр, не маг, чтобы обращать свою сущность. Ты как Золотой Дракон Древности? В тебе живут двое, имеющие две формы?
-Умна, - растягивая последний слог, прошелестел Зверь и вдруг резко нагнулся вперед. Хэл вскрикнула и рухнула назад, и Нед, по-змеиному гибкий, как будто бы совсем без костей в теле, навис над ней. Его губы подрагивали от гнева, то открывая острые, мелкие зубки, то пряча их под подрагивающей плотью. -Почти день думала, но догадалась. Вынудила меня напасть, защитилась… неудачно для меня сложилось. Неудачно.
Он отпрянул также резко, как и напал, но Хэл не спешила выпрямиться.
-Что теперь? Убьешь меня? - напрямую спросила она.
Сил сопротивляться не было, желания - тоже. Чувство самосохранения буквально отказывало.
-А ты что такое? - крикнул Нед, и крик разлетелся звоном по высоким сводам. -Темная. Темная. Темная! Знакомая, но я не могу вспомнить, не могу, не могу! - он ощерился, вскочил и заметался огненным, золотым шаром по приступочке перед камином, пламя взвихрилось и опало, отвечая на его ярость.
-Я не знаю, - сжав зубы, процедила Хэл. -Я не лгу, просто не знаю.
-Сделаю из тебя марионетку, - истерично вскрикнул оборотень, - буду двигать тобой. Возьму в заложники и предложу Дому обмен на его тело!
-Светлого Воина, что собрал Армию Света… - прошептала Хэл, и к пазлу добавилось еще пара кусочков. - Ты - Золотой Дракон Последней Битвы. Ты выжил… в библиотеке Дома есть отчеты о бегстве, но нет о уничтожении. Ты выжил…
-Я не бежал! - Нед выгнулся весь, рухнул на пол и пополз, как ящер, в открывающейся пасти показалось пламя. -Я возвращался, я убивал васссс, я искал его…
-Ты - Золотой Дракон… - Хэл рухнула вниз, не в силах поверить, затряслась. -Золотой Дракон Древности…
-Тысяча лет во мраке, - струя пламени прошла совсем рядом, обожгла, но не убила. - Тысяча лет в анабиозе, и вот я очнулся. Зачем? Чтобы пришел Ирвин, не имевший тела, и привел тебя. Серебряноволосую, как мертвый Синвирин, как мертвая Аниараги. Я видел, она мертва, но раз я жив… могла ли она выжить?
Хэл молчала. Свернулась калачиком на полу, поджав колени к груди, и молчала. Нед ползал вокруг нее, плевался пламенем и кричал от боли, которая разбудила его из тысячелетнего сна. Он злился на весь мир, что его потревожили. Он злился, что ему не дали умереть. Что он не остался с героями на поле битвы, навечно погребенным в черных песках.
 -Дай нам уйти, - наконец, спустя долгие минуты безумия, прошептала доктор. -Мы больше не из Дома. Мы уйдем, и ты забудешь нас.
-Нет, нет! - оборотень взвился, а затем рухнул навзничь, распластался по полу, чтобы лицом оказаться к лицу Хэл. -Ты почему-то важна. И Огневик ваш важен. Остальные - пусть идут, а вы останетесь. Пошли, покажу тебе.
-Покажешь что…? - Хэл хотела было воспротивиться, но Зверь не спрашивал.
Буквально на себе потащил доктора к запертой двери, вырвался в коридор, и тьма обступила обоих.
“Бегите, бегите, пока можно,” - подумала маг, и на том конце Ханаан вздрогнул: он услышал ее мысль.