765. Хуторская чертовщина. Вынужденное возвращение

         Савич спешил, торопился по скорее удалиться от этого проклятого места, от чего его нервное напряжение было на пределе, а физическое состояние давало о себе знать появившейся слабостью во всех мышцах тела.
         А тут же боязнь не успеть и оказаться в неприятной ситуации, быть разоблаченным своими же хуторскими мужиками,  особенно  теми,  кто к нему  не очень уважительно относился  и считал зазнавшимся куркулём, обогатившись за счёт обмана беднейшей части крестьянства.
         Ещё подгоняло Назара чувство желания завладеть таким предметом, как вот этот котёл, штука нужная и полезная во всех отношениях.
  Такой котёл, вмещающий в себя  двадцать ведёр воды с достоинством можно назвать полковым, за раз сколько в нём можно сварить той же каши.
         Да даже использовать его, как ёмкость для воды, собирая дождевую влагу с крыши, уже большая польза.
         А что в нём весу пудов эдак пять, так это не большая тяжесть для Савича, он играючи, те же мешки с зерном такой же тяжести ловко перетаскивает с одного места на другое.
          Одно только не удобство, что котёл на пузе далеко не унести, но на - то и дана смекалка, чтоб быстро сообразить, как приспособить подобную штуковину, чтоб было легко перенести.
        Назар глубоко и часто дыша с присвистом в горле, смахнув со лба пот, огляделся по сторонам, на секунду прислушался.
          А затем взял за края котёл, с небольшим прогибом назад и присестом в коленях, водрузил его себе на голову, как огромный головной убор, придерживая изнутри согнутыми в локтях руками.
          А дальше осторожно ступая и почти в слепую, часто мельтеша ногами, понёс котёл по намеченному им ранее маршруту.
           Надетый сверху котел закрывал обзор и далее пары шагов, впереди ничего не было видно, но  Савича это неудобство ни сколько не смущало, натыкаясь на препятствия, он их обходил стороной.
        Вся сложность неприятной загвоздки заключалось в том, чтоб как можно скорее покинуть пределы усадьбы, где всего столько навалено и разбросано в беспорядке, что имелась возможная неосторожность споткнуться и упасть.
        Самому упасть большой беды не нажить, а вот котёл может и пострадать, отбив часть края, а в худшем случае расколоться на две уже не нужные части.
         По этой причине Савич старался изо всех сил сохранять равновесие, даже в ущерб собственному здоровью, ударяясь ногами о предметы, не придавая этому большого значения, считая, что всё заживёт как на собаке.
          Ему приходилось поторапливаться, чтобы как можно скорее  выбраться из хозяйственного двора, а там по ровному месту, да прямиком через выгон, к себе на зады, пять минут ходу.
        Не большое неудобство случилось с ним у сломанной  ограды, где пришлось проявить чудеса находчивости с полным проворотом тела относительно возникшего препятствия, после чего Савич ускорился, пересёк  дорогу  и оказавшись на хуторском пустыре, было с облегчением выдохнул, как его прострелила до самых пяток мысль, что второпях он забыл прихватить с собой лопату.
       Скажите, не велика потеря?
        А не в этом дело, хотя Назар и был жаден до своих вещей, но его лопата, была как предмет доказательства, что именно он этой ночью здесь на пожарище чего - то рыскал.
          И не приведи господь, если случайно обнаружиться, что не всё содержимое из котла ему удалось в темноте надёжно спрятать и зарыть, то тогда уж точно ему беды не миновать и да ещё мертвеца запишут на его счёт.
         От одной этой мысли струйка холодного пота медленно стекала по его спине, сразу и не сообразить, что делать, в случае провала сказать, что у него эту лопату выкрали?
         Да кто ж поверит, чтоб у Назара Савича да ещё лопату стащили, ерунда какая – то, так к тому же и на смех поднимут хуторяне.
        Ни как нельзя Назару хоть каким – то краем вызвать к себе любое подозрение, на это сколько раз указывали станичники «Есаул с Агрофеном», может случиться по пустяшной глупости провал тайной организации, а такого допустить ни как нельзя, на это поставлена не только его собственная жизнь.
         
           Савич остановился, собрался с духом, привстал на одно колено, затем на другое, сделал поклон вперёд и напрягаясь всеми мышцами, старательно с аккуратностью снял с себя чугунный котел и положил его набок.
         Котёл формы полусферы, самопроизвольно провернулся, приняв истинное своё положение.
        Назар воровски огляделся, удостоверившись, что поблизости ни кого нет, не понятно для чего потёр ладонью о бок котла, видимо, оставляя свою метку, что эта вещь теперь его личная посудина.
         Поднявшись с колен, но не распрямляясь во весь свой рост, постарался запомнить это место, не хватало, чтоб потом рыскать по выгону в поисках котла.
         Отойдя шагов на двадцать в стороны усадьбы, оглянулся, оценил, насколько далеко заметен необычный предмет, было хотел вернуться, чтоб котёл перевернуть верх дном, но не стал этого делать, боясь опоздать на пожарище бани.
          Пригибаясь и рысцой, Савич миновав дорогу, прибежал к усадьбе, опасливо приостановился у ограды, прислушался, оглянулся по сторонам и проник в усадьбу.
         Миновав развалины хозяйственного двора с северной стороны, почти до южной, Назар оказался у того места, где ещё не давно красовалась баня, забравшись на груду головешек, стал ползать на карачках в поисках своей лопаты.
          Эта проклятая лопата, как нарочно, лежала себе и не подавала ни каких знаков, волнение охватившее Савича, начинало его злить, ну куда она могла подеваться, если он её положил где – то в этом месте.
       И пока Савич настойчиво ищет свою лопату, ковыряясь среди головешек, вернёмся к тому моменту, когда Ванёк Дубанов и Витёк Ерохин испугавшись не понятно чего драпанули из усадьбы.

          Ванёк  летел, что вихрь степной, не разбирая дороги, за ним едва успевал Витя и обоих парней преследовал жуткий страх, от которого они пытались оторваться.
         Парни из местного ополчения промчали хорошую версту, даже не заметив, когда пересекли дорогу из своего хутора в степь, мчались они настолько быстро, что за ними едва бы угнались на резвом коне.
         И только окрик Вити: «Подожди, не так быстро», к бегущему впереди Ванятке, заставило того остановиться у дороги соседнего поместья также уходящей в степные просторы.
         Парни не сразу сообразили, что остановились совсем  у другой дороги, часто дыша и со страхом оглядываясь по сторонам, не совсем соображали, где собственно находятся.
      Первым отозвался Витя, спросив у товарища:
- Дубан, что это было?
-Да откуда мне знать Ероха, похоже было на кикимору.
-С чего это ты взял?
-Как с чего? Видел же, больше похожая на жабу, только ручищи, что у того рака.
- Да я особо не вглядывался,  но голова, какая – то странная, вроде она есть, а вроде её нет.
-Вот только глазища до жути страшные.
- Как зыркнет на меня, так у меня душа, так и ушла в пятки.
-Даже икота  не пойму с чего началась.
- Да что там глаза, вот когда оскалилась, я аж весь окоченел.
- А она меня к себе  подманивает, так подманывает рукой к себе, что аж дурно мне стало.
-А чего ей надо было, а, Дубан?
-Как чего, кровь из нас выпить, а тела своему мужу - чёрту отнести.
-А ты заметил Ероха, чего она в руке держала?
-Не буду брехать Дубан, но мне показалось, что это был человеческий череп.
-Вот и я о том же подумал, попали мы с тобой Ероха на ейный пир, да видно не вовремя подвернулись.
- Так что теперь Дубан делать будем, а?
-К своим сходим, расскажем?
-Ероха, ты какой – то чудной, умом случайно со страху не тронулся?
-Кто нам поверит, а?
-А Федька вообще на смех подымит.
-Хорошо, что ещё Гриньку с Кудрей на курсы пулемётчиков забрали, иначе они нам после такого случая проходу не дадут, засмеют перед всеми хуторянами.
-Давай лучше думать, как по ловчее нам выкрутиться из  этой передряги.
-Где твоя посудина для воды?
- Так там у заборчика и осталась.
- А твоя где?
- Да где – то в саду обронил.
-И что теперь делать?
- А что делать, была бы хоть одна посудина, набрали бы в неё дома воды, а про вторую бы сказали, что в колодец обронили.
-А если спросят, чего так долго ходили?
-Ну ты и туповат Ероха, пытались достать, да не получилось.
-А мне, если честно Витёк, не по себе возвращаться в усадьбу, как – то боязно туда идти.
-Да и мне тоже, вдруг эта кикимора ещё там сидит.
-Я вот раньше слышал и ни один раз от своей бабки, если сделать хотя бы примитивный крест и нести его впереди себя повторяя, изыди сатана, накладывая на него крестное знамение, то всякая нечисть испугается и исчезнет.
-А твоя бабка это точно говорила?
- А чего ей врать, она у нас такая богомольная, что всё знает. 
- А может ну его, дождёмся рассвета, да и сходим по видному.
-Ага, Федька пошлёт кого – то из ребят, а нас и след простыл, куда делись и чего воды не принесли?
- Тоже верно.
-Тогда идём?
-Идём, с неохотою ответил Иван.
            Ещё не осознавая, что забежали слишком далеко и приняв чужую дорогу за свою, Ванька и Витька, как им казалось, побрели в сторону усадьбы.
          По всем признакам они уже должны быть где – то рядом, а того места где была усадьба всё нет.
        На небе висели тёмные тучи, а в окрестных хуторах, как будто повымерли все собаки, чтоб хоть как – то с ориентироваться на месте.
          Если балку  было  не различить, где обосновалась сама чёрная ночь, то в противоположной стороне, едва различимый виднелся контур водораздельного гребня.
        У парней сомнений не возникало, что идут они верной дорогой и в нужную сторону.
            Но вот не могли они понять, почему ими уже столько  пройдено, а развалин усадьбы до сих пор нет, уже подумывали, а не сам  чёрт их водит за нос, дурача таким образом водя вокруг да около.
           В такой ситуации и самый смелый человек подумает, что здесь не совсем чисто и с признаками коварного подвоха, а там где возникают сомнения, там и думается по - иному.
         Не грех будет припомнить и всех святых, да призвать в помощь силы небесные, если Витька ещё надеялся на удачный исход, то Ваньку начинала одолевать паника и в какой – то момент он произнёс:
-Да отстань ты от нас, нечисть поганая.
          И каково же было их  удивление, когда после сказанных слов парни вышли к дороге.
  -Ты понял Витёк,
                уже с уверенностью и радостью в голосе произнёс Ванька,
- что произошло?
- Ни чего я не понял?
-Э, дурья твоя башка, отвязался от нас чёрт, вот мы снова пришли на своё место, чувствуешь, как полегчало на душе?
         Витёк пожал плечами, вроде ничего он не почувствовал, каким было у него настроение, таким и осталось, а может он ещё не прочувствовал этого, но чтоб подержать своего товарища, сказал:
-Знаешь Дубан, вроде как то вот тут в груди потеплело.
- Так я же об этом и говорю, теперь нам нечего боятся, счас дойдём до усадьбы, найдём свои баклашки, наберём воды и вперёд к своим.
- Только чур Ероха, обо всём этом ни кому ни слова.
-Зачем нам лишние вопросы, где да когда, да почему сбежали.
-Надо было вот и сбежали.
- Давай не отставай Витёк, на нашей стороне сила, нечего нам бояться какой – то там кикиморы.
- А ты думаешь, она ещё там? Спросил Витька.
           Иногда лучше не задавать лишних вопросов, которые вызывают душевное смятение у твоих собеседников, а тем более товарищей, которые в порыве своего рвения, вдруг получают вроде подножки и по этой причине, сбиваются с прежнего и решительного намерения.
          А тут ещё показалась порушенная ограда, её жалкий вид вызывал внутри организма не приятное ощущение и чувство разбитости, а сами руины дома наводили на неприятные мысли.
         Вроде бы иди себе не сбавляя темпа, заходи, подбери свои баклашки и вперёд за водой в колодец.
         Но остатки усадебной ограды встали как преграда на пути двух хуторских парней, которые не решались нарушить и переступить визуальную границу, что поделать, ещё свежи в памяти плоды старорежимного воспитания с запретом, не только заходить в саму усадьбу, но и проходить мимо.
           А в данной ситуации, скорее всего свою роль сыграл вновь проявившийся страх, как результат инстинкта самосохранения собственных жизней, так как Ероха с Дубаном не были не уверены, что кикимора по собственное воле покинула пожарище.
          Став по краям одного из каменных столбов, внимательно и  с напряжением глаз, вглядывались через сад вглубь двора, пытаясь увидеть хоть малейшее движение.
          В подобных случаях и слух настолько становиться чувствителен, что любой подозрительный шорох тут же будет услышан.
          А про дыхание вообще отдельная тема, в такие минуты, может показаться, что оно вообще отсутствует.
         Единственное, что отчётливо и слышится и ощущается, так это ритмичное биение сердца, пульс которого монотонно отдаётся в висках.
          Если Ванька внезапно вздрогнул, то у Витьки по всему телу прокатился жар, когда они в унисон увидели, как на вершине пожарища, на едва просветлевшей линии горизонта, появившаяся тёмная фигура кикиморы распрямилась в полный рост.
           И показалась она им настолько огромной, что оба парня невольно спрятались за каменный столб, соприкоснувшись своими спинами.
-Ты видел Это, Дубан? С испугом в голосе спросил у товарища Ерохин.
-Тихо, Ероха, и молчи, прошипел сквозь стучащие зубы Володька.
-Может ну его, махнём отсюда, пока целы, шёпотом произнёс Витька.
-Стой и не шевелись, кажись, нас с тобой высматривает,
                злясь на болтливого товарища, произнес Дубанов.
        Витька решил одним глазом ещё раз посмотреть на страшилище и если что не так, то дать дёру, но к его удивлению кикиморы  том месте уже не было видно.
       -Ванёк, а Ванёк, глянь теперь ты, там эта кикимора или нет, может уже того, сбежала?
- Ага щас, жди, как бы она нас сбоку не сцапала.
-Может бабкин совет поможет, вон один раз уже вышло, может и опять получиться.
-Как там крест надо сделать?
- Как, как  всему тебя Дубан учить надо, по палке берёшь в руки, делаешь перед собой крест и говоришь заклинание.
-А отщепы от досок подойдут?
-Всё деревянное подойдёт.
-Так чего мы тут тогда прячемся, вон сколько этого добра валяется под ногами, подбирай и делай.
         Вроде валяется подходящего материала полно, бери - не хочу, но вот пару подобрать, оказалось делом кропотливым.
         Капризное это занятие, когда одно вроде лежит по руке, а вот другое приходится то и дело выбрасывать и искать новое.
         Как там ни было, но кто ищет, тот всегда найдёт своё или в крайнем случае пойдёт на компромисс, считая, что  обе поперечины вполне достойного качества.
            А далее не большой настрой душевного состояния, перед решительным действием на лучший исход,  с синхронным выпадом из – за каменного столба.
          Ещё раз, сговорившись сделать вместе и однообразно, чтоб уж в полной уверенности  избавиться от нечестии, снующей на пожарище.
          Держа поперечины палок в виде креста перед собой на уровне груди, Витя с Ваней сговорились меж собой, что на счёт три, они  выскочить из своего укрытия, каменного столба.
             И затем решительным шагом  направиться через сад к месту пожарища, произнося заклинание по изгнанию поганой нечести.

06 – 07 июль 2021г.