Эхо или влюбчивый ОН

Эту историю я услышал от моего друга, имя пусть останется неназванным, во время похода, вечером, когда все делились чем-то, пугающим и колыхающим нервы. Верно, все, включая меня, не верили в действительность рассказа моего товарища, хотя он утверждал, что все было именно так как он рассказал: без логических дыр и нестыковок, хотя она была ими покрыта как сито отверстиями, утверждал истинность мистики, хотя её присутствие было крайне мало.
  Собственно, эта притча была самая страшная и будоражащая среди всех наших натужных неподготовленных выдумок. Мы верили, что рассказчик либо прочел ее в каком-нибудь альманахе, либо придумал так хорошо, что произвел такое впечатление.
  Собственно, сейчас я в это не верую. После всех алогичных и крайне неправдоподобных случаев, произошедших с ним, а в последствии со мной, я правда начал веровать и всю мистику, сказанную мне за все время…
 Друг мой умер. Причина смерти неизвестна. Также пропала без вести его жена.
На похоронах я был абсолютно лишним. Кажется, меня перепутали с кем-то очень важным для этой церемонии.
После похорон я сел в автобус и поехал домой. Моим попутчиком была пожилая мадам с пакетом полным другими пакетами. Её седые волосы были захвачены на макушке заколками. На носу расположились очки с поёрзанной оправой. Губы обсохли, как и она сама в связи с летами. Просматривался небольшой горб. Старые платья имели тот самый запах, который обыкновенно преследует старух. Она спала. Больше попутчиков не было.
Я разместился в сиденьях спереди неё. Прошло уж пятнадцать минуту или около того и меня тянуло вздремнуть. Я противился и ломал пальцы. Так прошло еще пятнадцать минут. Я смотрел в окно и практически ничего не понимал в мелькающих силуэтах ив и берез. Дома расплывались, как будто целостный рисунок вдруг размазали от злости или ненароком провели рукой и растерли карандаш. Промокшие переулки и повороты в дворы успокаивающе и убаюкивающее переменяли друг друга на моем пути. Я прислонился к стеклу с мыслю, что пробуду в таком положении секунд тридцать, после чего вернусь созерцать искривившийся под скоростью город…
Я проспал свою остановку и меня вместе с бабкой спровадили с автобуса. Бабушка ласково посмотрела на меня. И раздался вопрос: «Небось с похорон?». Я растерялся и удивился вопросу. «Да». «Что ж, чую от тебя- говорит- запах». «Запах?». «Да, запах. ЕГО запах. Я знаю все оттенки этого запашка, хе-хе. Вишь мои пальцы? ЕГО рук дела».
Она показала вблизи свои пальцы. Безымянный был выкручен на триста шестьдесят градусов к ней ногтем по часовой стрелке. Все ногти, за исключением большого про него далее, были кривы и ужасно ухожены: желты и походили более на деревяшку с червями внутри, перетерпевшим сто дождей, в числе и кислотных, с дырами от гвоздей, которые уже сгнили и вывалились. Указательный был выломан как своевольная ломанная линяя, нарисованная от скуки ребенком на песке. Мизинец отсутствовал. На большом пальце был шов, как будто его разрезали накрест на части. Ноготь его рос в разные стороны от одного ствола и симметрично расходился у середины. Одна часть ногтя набрала в размерах и выглядела как бородавка средних размеров. Вторая половина загнулась к фаланге и почти до неё доставала. Она перевернула руку ладонью ко мне, и я лицезрел надпись, выглядевшую как клеймо: «В знак любви от НЕГО». Другая рука было обрублена чуть выше кисти, на сантиметров шесть.
«Что ж, была рада увидеть избранника». Она протянула руку в свой пакет, который она облокотила на левую ногу, и достала рукоять ножа с такой же росписью, как и на руке. Она протянула ее мне. Я принял дар. Она улыбнулась и была такова.
Пришедши домой я лег спать. Спал легко.
На следующий день я вышел из дому и обратил внимание на мусорную канаву. Там плела ненужная мебель и отходы разной бытовой направленности. Среди них мое внимание привлекла шуба, повешенная на угол помойного кресла. Я удивился расточительности людей и пошел куда должен был.
Вечером шубы уже не было.
На следующий день я вышел из дому и меня окликнул гражданин. Он был одет в вчерашнюю помойную шубу и вручил мне письмо за рукоять. Заголовок был таков: «Любимому *** от НЕГО». Я распечатал письмо на месте. Но перед тем как озвучить его тут, я собираюсь поведать рассказ моего друга, странная смерть которого и спроецировала мою историю…
«Как-то раз- передаю практически дословно- я чистил свой комп и так случилась что я нашел видеозапись, про которую ничуть не помнил. Я подумал, что мой брат порно скачал пока меня не было из-за учебы и решил проверить так ли это. Но вместо лебидо и вареника я увидал интервью. Какая-то актриса из прошлого. Качество было фиговым, прямо дерьмо. Я ничего из увиденного не понимал и не расслышал. Звук прыгал с баса на тонкий тенор и быстро менялся в скорости. Изображение было расплывчатым и колебалась волнами, как на старых теликах. Я не вдуплял и сидел слушал эту срань все видео и вдруг на секунды две показалась картинка где эта девка повесилась, кажись прямо в помещении где интервью брали. Затем вышла надпись: «Любимый *** я вас жду по адресу ***. Пожалуйста, явитесь, ибо мое сердце без ваших очертаний тела просто умирает по секундам». Я насрал в штаны. После того как я их отмыл, я отправился туда. Взял с собой лом, на всякий случай и сказал брату, что если через три дня не вернусь, то пусть собирает ментов и идет по адресу в компе. 
Я туда пришел. Лес, никого кругом, только молчащие ели. Дом стоящий на склоне. Тишина. Я заорал, потому что это ахринеть крипово. Так с ором я и зашел с ломом на перевес. Но там никого не оказалось. Только стол, а на нем записка. «Дорогой ***, к сожалению, моему, я не смогу явится. Приходите в следующий раз, где-то через неделю». Я понесся прочь с леса. И боле никогда туда не совался».
Этот рассказ тогда оставил в наших сердцах страх неизвестности перед этим любезным и влюбленным тоном и полной тонкой мистики. Мы сошлись во мнении что это явно лучшая выдуманная притча вечера.
Теперь письмо:
«О любимый ***, я хочу вас пригласить ко мне в гости. Знаете, вы полюбились мне с первого взгляда, и я понял- вот она судьба. Так что, пожалуйста, не обделите меня своим вниманием.
                Искренне ваш ПОКЛОННИК».

  После я получил другое письмо. Его мне дал тот же мужик в шубе.
«Адрес ***. Прибудете. Пожалуйста, я вас так искренне люблю и уважаю, что отчаюсь если вы не явитесь.
                Искренне ваш ПОКЛОННИК».
Я прибыл по адресу. Меня зачерпнул интерес. Кажется, это был тот самый дом, описанный ранее мои другом. Те же безучастные ели, та же опушка с лесничим домиком у склона. Дом был двухэтажный, включая чердак. Сделан, по-моему, из кедра. С тремя-четырьмя окнами, одно из которых расположилось в линии с входной дверью. Оно было занавешено пурпурными тканями без узора.
Слева от дома рос дуб. Если вы читали первые тома Берсерка, то наверно помните дерево, под которым нашли Гатса, так этот дуб был более красочным, чем представил Кентаро. Футов тринадцать высотой и полтора в ширину и три если обогнуть его мерной лентой. Листья были свежи, зелены, еще крепко привязаны к породившим их ветвям, только ветер принимал попытки их сдуть и разорвать связь со стволом. В некоторых местах виднелись корни. Они мертвой хваткой впились в питающей их почву. Различные разновидности мелких грызунов питались его желудями. Этот дуб, явно, самый старший среди всех его окружавших. Красивый дуб, про такой картины писать.
Она был «украшен», как новогодняя ель в центре города. Как гирлянда его огибали в три ободка человеческие кишки, прибитые на внушительные гвозди с погнутой шляпкой, видимо били в художественной экспрессии. У его корней валялись рабочие материалы в виде тел неопознанных мною, да наверно и полиция с этим не справится. Также валялись пилы и тесаки, видать иступились. К ветвям хаотично, в разброс были привязаны веревки, жгуты, проволоки. На другом конце прикреплены различные части нашего человеческого тела: рука с истерзанными пальцами как у бабки, глазные яблоки, привязанные за мышцы к жгутам, обрезанные в районе большой берцовой кости ноги, тоже с обезображенными ногтями, языки с клеймом или росписью скальпелем, точно не разглядел, где-то повыше, на линии листвы прибит человек; одним колом руки, сложенные вместе и поднятые над головой, двумя другими ноги, раздвинутые градусов на тридцать. На земле прибывала неприбытия на опору табличка: «Древо всемогущей любви моей».
Я поднялся по лестнице в дом. Отворил дверь, она оказалась не заперта. Зашел. Горела лампадка на столе в углу слева от входа. Я увидел интерьер.
Был постелен ковер с различными узорами. Стол. Над ним картина, «Девочка с персиками» вроде. На нем лампадка. Рядом стул. Пол из кедра. В противоположном углу от меня стояла кровать под окном. Форточка было отворена, занавесок не было. Рядом второй вход. Скромненько. Я бы поселился в таком на старость лет, сбежав от людей…
Вы смотрели Pony.Mov? Если да, то следующая картина вам покажется знакомой.
Справа от меня расположился «арт объект». Восемь повешенных женских тел образовывали окружность с радиусом в метр примерно. Центром являлся кол с головой женщины. Я узнал в этой голове жену моего друга. Пика была высотой в метр сорок с лишком. Голова отрезана под частую, без горла, вырезали аккуратно. Глаза, язык и другие органы остались не тронуты. Без царапин и сквозных дыр. Полностью чисто лицо. Неопрятно заплетенные косы, видимо сам ОН заплетал, думая, что так красивее, но как по мне, её при жизни шло с распущенными. Выражение физиономии было неопределенно: челюсть свисла, показывая язык, один глаз заплыл, другой вылезал из орбиты. Наверно, художник еще не проработал образ до конца.
Окружность же висельников составляла восемь женщин разных возрастов. Самая ближняя ко мне была двадцати лет примерно. Она была одета в деловой костюм женского образца: белая рубашка, черный галстук, черный тонкий пиджак, под её размеры, черные брюки в серую полосу. Как и все она была без обуви под ногами. Позже я заметил, что вся обувка скидана под кровать. По диаметру против неё прибывала девчушка лет шестнадцати. Одета в школьное: рубашка хлопковая, сарафан серый без карманов, видно сшитый матерью, в прозрачных лосинах. Слева от деловой леди висела чья-то видно мать. Одета просто: розовая водолазка, черные джинсы. Следующая женщина видно шла после праздника, ибо одета была в красочное платье с ухоженной укладкой и приличным туалетом. Еще одна прямо девочка лет девяти. В скромном платье смотрела стекляшками себе под ноги. Частью компании еще была видно кокетка, в вызывающем топе и мешковатых штанах, с заплетенными в хвост волосами. Еще была женщина лет двадцати, студентка. С обычным шалопайским гардеробом: футболка с шортами. Последняя же была невестой. Одеяние подобающие. Дорогое пышное платье подчеркивающие все что требуется. На всех было одно лицо. Пустышки глаз косились к полу. Губы бледнели и серели, прижимаясь к друг к другу. Румянец щек увядал с каждой секундой…
 На против всего этого «хоровода» располагался другой «арт объект».  Мужчина лет сорока с распухшими ногами, лысый и, думается, вечно потевший от лишнего веса был перевернут вверх ногами, прибит звездой и вспорот. От паха до носа он был разделен на двое. Все его добро выползало и жутко воняло. Его тракт пищеварения был прибит гвоздями как гирлянда с боку, но не было полностью из него выведено. Все его органы, вплоть до сердца и языка с аортой были аккуратно прибиты, тоже вверх ногами. Выглядело как будто это экспонат для восьмиклассников для изучения строения тела. Все его внутренности можно было разглядеть. Глаза были вырезаны и висели рядом.
Распахнулся второй вход. И передо мной сказался ОН. Я замер. Я знал его. Знал с детства. Можно сказать, мой друг. Пульс успокоился и глаза точно зарегистрировали его.
ИМ оказался Crazy Frog…
Похожий на жабу урод с неприкрытым половым членом и широким ртом с глазами, зрачки которых были разных размеров. Носил каску с пилотскими очками и коричневый жилет из кожи.
Он посмотрел на меня и раздался «ding ding».
Я бросился бежать. Я несся, расчищая себе дорогу от ветвей елей. Не оборачиваясь, я услышал это «ring ding d-d ding ding ring ding d-d bem bem bem ring ding d-d ding ding ring ding d-d boa boa ring ding d-d ding ding ring ding d-d bem bem bem ring ding d-d ding ding This is the Crazy Frog».  Я понял, что он сел на свой невидимый мотоцикл или на чем он там ездит? Я прозрел. Я тоже так могу. Я заорал во все связки, после чего мой голос сел: «ram me am brem da m da rem am da baabeeeaaaaaaa». И я полетел уже отныне на невидимом мотоцикле.
Я оторвался. Заперся дома и начал писать это. Думаю вы заметили как я начал спешить, ибо я уже слышу: «dum dum dubdara dub da dum dum dubdada  dum dum  dubdada da dam bem bem». Он идет, едет, летит…
Если вы это читаете, то знайте я убит Craz…