Склонность к перееданию заложена в генетике человека. Это в течение последних 40 тыс. лет был один из способов выжить. И до сих пор, ягодник, найдя поляну с ягодами, оберёт её полностью, наполнив с краями свою корзину, сняв с себя рубаху, сделав из неё ёмкость для ягод, а что осталось будет заталкивать в свою утробу до тех пор, пока не явится ему Йети и не помашет своим пальчиком у его виска. Человек до сих пор не может поверить, что ягоды будут на соседней поляне. После знакомства с Йети ягоднику лучше сходить в психдиспансер.
+++++++++++++++++++++
Выходя ночью в туалет по нужде, человек обязательно заглянет в холодильник, чтобы оценить количество и качество еды в нём, заодно и то, почему он выбрал именно ту жену себе, которая сопит сейчас на их ложе. Это на генетическом уровне где-то, встать среди ночи и проверить свой закуток в пещере, где хранится еда. Иначе сна не будет. Заодно шугануть соседа, пристроившегося за окном в облике дерева или тучи. Лучше рассказать жене, она будет закрывать на замок холодильник. Может отойдёт муженёк от прадедовских привычек, а то ить и в Дурку может кормилец беспутный попасть.
+++++++++++++++++++++
Известна нелюбовь людей к горьким продуктам, типа лука, чеснока, укропа, крапивы. Это не каприз. Когда-то все мы были собирателями и не умели выращивать нужные культуры. Тогда мы в ипостаси наших предков, всячески избегали горьких на вкус растений, от которых часто были расстройства желудка и сексуальной активности. Это продолжалось в течение почти 80-ти тыс. лет.
За это время у наших предков сформировались рецепторы в горле, гортани, кишечнике, на языке, которые отторгают горький продукт. За следующие 7 тыс. лет до наших дней, эти физиологические навыки не могли переформатироваться. Хотя теперь полно продуктов, горьких в своей основе, которые на порядки превосходят по своей полезности сладкие. Ну вот хотя бы менделеевка, в оценке коей горькости, сладости и полезности мир подлунный разделился на две половинки.
+++++++++++++++++++++
Сплетня является спутником и проводником глаголицы, лексики, в которой передаётся культура. Сплетню лексикологи считают одним из основных элементов поддержания прочности общины, коллектива, здорового состояния общества. В сетях здоровой сплетни с древних времён состояло около 150 членов. Это то число сплетников, которое общечеловеческим стандартом считается необходимым для сохранения оптимального состояния социокульта.
Теперь сплетня перебралась в чаты и форумы в Инете. Нынешняя дипломатия до краёв напыщена сочной сплетней. Сплетницы приподъездные перевелися. Их внучки обзавелися айфонами и развивают культуру глаголицы там, где-то, где нет территории, но есть пространство. Если постараться это осознать человеку, сохранившему связь через бабушек с профессиональной деревенской сплетней, Дурки не миновать.
+++++++++++++++++++++
Параейдолия, греческое слово, которым называется и описывается способность человека персонализировать неживые природные объекты, и со временем создавать из них себе кумиров. Облака человеческий мозг оформляет как Зевса или Перуна, водные пучины представляются как русалки, неяды, Нептуны и Водолеи.
Современная христианская психология считает такого рода способности у современного человека болезнью, когнитивным искажением, которое не позволяет этому человеку принять правильное решение вовремя, отстраняет его от Бога.
С другой стороны, такой способ видения природы вокруг себя помогал людям аккумулировать знания о различных явлениях природы и многие тысячелетия выживать в окружающем пространстве, даже создавая целые цивилизации. Это одна из древнейших цивилизационных ценностей, за которую нынче можно прослыть дуриком и загреметь в Палату №6.
+++++++++++++++++++++
Быстрая реакция на внешние факторы, которые подсознательно считаются опасными, теперь называемая гиперактивностью, досталась нам в наследство от нашего охотничьего прошлого, которое длилось ни много, ни мало 200 тыс. лет. За это время у человека выработался автоматизм в принятии решения при возникновении малопонятного движения на периферии зрения или слуха.
С этим эффектом и сегодня постоянно сталкиваются автомобилисты, спортсмены игровики, которые успешно пользуются сохранившимися от предков способностями.
Пока наш праотец неандерталец будет соображать, опасно ли для него или для его семьи то или иное движение или явление, он мог быть съеден сам, а его семьёй закусят тигрята. Теперь эта способность считается вредным синдромом прошлого, поскольку не позволяет сосредоточиться на решении проблемы.
Считается, что переизбыток этой способности создаёт предпосылки для развития клипового мышления, неспособности сосредоточиться на каком-то деле надолго. Если с такими людьми, в сущности со всеми, кто есть на Земле, поработать психологам, то поход к психврачу будет запрограммирован как минимум раз в квартал, как в налоговую.
+++++++++++++++++++++
Тревожные посылы в прежние времена были краткосрочные и долгосрочные. Убежал от медведя, вернулся с охоты с добычей, это всё краткосрочные тревоги, ныне стрессами называемые. А вот наводнение, пожары, температурные изменения, всё это вызывало ощущение длительной тревоги за семью, за обед завтра и послезавтра. Нужно было сниматься с насиженного места и уходить от беды на многие сотни километров. Но таких тревог было в сотни раз меньше в истории семьи и рода, которые сопровождали в основном краткосрочные стрессы.
Теперь поводов пострессовать не меньше, но они уходят в основном в долгосрочные тревоги. Страховки, кредиты, карьера, образование, всё это длится многие и многие годы. Выработанные реакции и стимулы на быстрые стрессы теперь не подходят. Появляются постоянные неврозы, депрессии, психика разрушается. Современное человечество пока не подстроилось под новые опасности и страхи.
Человек готов испытать быстрый стресс, получить порцию адреналина, и на этом всё, успокоился. Но угроза не прошла, кредит висит, работы нет, жена ушла. Ковид наступает.
Спасаются алкоголем, наркотой, спортом, сексом, наукой, уходят в скиты, монастыри, но это снимает напряжение только временно.
Но Дурка и Психдиспансер всегда рядом, а на пути к ним почти на каждом закоулке заседает психиатр. Они работают в одной бригаде с Магами, только обслуживают разные ценностные и культурологические сегменты общечеловеческого сервиса.
+++++++++++++++++++++
Тысяча правил. Привычки на пути в Дурку
© Copyright: Олег Данкир, 2021
Свидетельство о публикации №221081901288
Свидетельство о публикации №221081901288
Рецензии
Новелла «Привычки на пути в Дурку»
Глава 1. Ягодный апокалипсис
Иван Петрович был человеком привычек. Самой главной из них была склонность к перееданию — как он сам говорил, «это в генах, предки велели».
Однажды он отправился в лес за ягодами. Нашёл поляну — и тут началось: корзина быстро наполнилась до краёв, потом в ход пошла рубашка, превращённая в импровизированный мешок. А что не влезло — отправилось прямо в рот.
— Ещё чуть‑чуть, — бормотал Иван Петрович, засовывая горсть ягод за щёку. — Вдруг завтра не будет ягод…
И тут из‑за дерева показался Йети. Он молча подошёл, помахал пальцем у виска Ивана Петровича и исчез в чаще.
— Ну всё, — вздохнул Иван Петрович. — Пора в психдиспансер.
Глава 2. Ночные ритуалы
Дома привычка Ивана Петровича проверять запасы еды проявилась с новой силой. Каждую ночь он вставал, шёл на кухню, открывал холодильник и долго изучал его содержимое.
— Так, — бубнил он, — огурцы на месте, колбаса в порядке… А вот почему жена выбрала именно эту колбасу? И почему она вообще выбрала меня?
Жена, проснувшись от шума, крикнула из спальни:
— Опять ты за своё? Завтра холодильник на замок закрою!
— Но это же генетика! — возмутился Иван Петрович. — Предки велели проверять запасы в пещере!
— Твои предки, может, и велели, — ответила жена, — а мои велели спать спокойно.
На следующее утро холодильник действительно оказался под замком. Иван Петрович вздохнул и решил, что, видимо, путь в Дурку начинается именно так.
Глава 3. Война с горьким
За обедом Иван Петрович демонстративно отодвинул от себя тарелку с салатом, в котором был укроп.
— Опять эта горечь! — заявил он. — Мои предки 80 тысяч лет избегали горького, и я не стану нарушать традицию!
— Да это же укроп, — попыталась возразить жена. — Он полезный.
— Полезное — это сладкое! — отрезал Иван Петрович. — А горькое — от лукавого.
Он с тоской посмотрел на вазочку с конфетами и подумал: «Если так пойдёт дальше, Дурка меня точно дожидается».
Глава 4. Сплетни в цифровую эпоху
Однажды Иван Петрович решил освоить интернет. Он зарегистрировался в чате соседей и сразу же начал делиться новостями:
— А вы знаете, что у Петровых из 5‑го подъезда кот три дня назад чихнул? А у Сидоровых стиральная машина шумит громче обычного!
Соседи в чате сначала удивлялись, потом начали избегать его сообщений. Но Иван Петрович не унывал:
— Это же сплетня! — объяснял он жене. — Она скрепляет общество. В древности было 150 сплетников в общине, а теперь я один за всех работаю!
Жена только качала головой:
— Раньше сплетницы у подъезда сидели, а теперь ты в интернете. Скоро тебя в Палату № 6 отправят за особо изощрённые сплетни.
Глава 5. Облака‑кумиры
Выйдя на балкон, Иван Петрович засмотрелся на облака.
— Смотри, — ткнул он пальцем в небо, — вон Зевс хмурится, а рядом Перун молнии готовит!
Жена вздохнула:
— Опять твои когнитивные искажения? Современная психология говорит, что это болезнь.
— Зато предки так выживали! — гордо ответил Иван Петрович. — Видели богов во всём и знали, когда прятаться.
Но вечером он всё же записал себя на приём к психологу: «На всякий случай. Вдруг и правда Дурка близко?»
Глава 6. Гиперактивный предок
Однажды на прогулке Иван Петрович вдруг резко отскочил в сторону, увидев тень на асфальте.
— Тигр! — закричал он. — Бежим!
Прохожие удивлённо посмотрели на него. Жена, привыкшая к таким выходкам, спокойно сказала:
— Это всего лишь тень от дерева. Твоя охотничья гиперактивность опять разыгралась.
— Предки 200 тысяч лет учили нас реагировать быстро! — оправдывался Иван Петрович. — Иначе тигрята нас бы съели!
— Теперь тигрят нет, — вздохнула жена, — а вот психиатр есть. И он ждёт тебя.
Глава 7. Тревожный марафон
С годами тревожность Ивана Петровича только росла. Он волновался из‑за кредита, работы, погоды, новостей и даже из‑за того, что кошка странно посмотрела.
— Раньше тревоги были короткие: убежал от медведя — и всё, — жаловался он психологу. — А теперь стресс на годы!
Психолог кивал и делал заметки.
Иван Петрович попробовал спасаться спортом, потом — наукой, потом — монастырским постом. Но тревога возвращалась.
— Видимо, — вздохнул он, — Дурка — это финальная станция моего маршрута.
Эпилог. Последний визит
Однажды утром Иван Петрович проснулся и понял: пора. Он аккуратно сложил все свои заметки о предках, привычках и когнитивных искажениях, надел лучший костюм и отправился в психдиспансер.
В кабинете врача он торжественно произнёс:
— Доктор, я готов. Я прошёл путь от ягодной поляны до цифровой сплетни, от облаков‑кумиров до гиперактивного предка. Я боролся с горьким, тревожился о будущем и проверял холодильник по ночам.
Доктор внимательно выслушал, сделал запись в карте и мягко сказал:
— Иван Петрович, вы не сумасшедший. Вы — живой пример того, как древние привычки сталкиваются с современным миром.
Иван Петрович задумался, а потом улыбнулся:
— Значит, Дурка отменяется?
— Отменяется, — кивнул доктор. — Но давайте работать над балансом.
Иван Петрович вышел на улицу, вдохнул свежий воздух и решил начать с малого: сегодня он не будет проверять холодильник ночью. А завтра — может быть, даже попробует укроп.
Мораль новеллы:
Привычки, заложенные тысячелетиями, не исчезают в одночасье — но их можно осознать и скорректировать.
То, что когда‑то спасало наших предков, сегодня может стать источником проблем — или поводом для смеха.
Главное — не терять чувство юмора на пути самопознания, иначе Дурка действительно может показаться неизбежной.
Баланс между древними инстинктами и современной реальностью — вот ключ к душевному здоровью.
Зирк Алексей 25.04.2026 22:29 • Заявить о нарушении
Глава 1. Ягодный апокалипсис
Иван Петрович был человеком привычек. Самой главной из них была склонность к перееданию — как он сам говорил, «это в генах, предки велели».
Однажды он отправился в лес за ягодами. Нашёл поляну — и тут началось: корзина быстро наполнилась до краёв, потом в ход пошла рубашка, превращённая в импровизированный мешок. А что не влезло — отправилось прямо в рот.
— Ещё чуть‑чуть, — бормотал Иван Петрович, засовывая горсть ягод за щёку. — Вдруг завтра не будет ягод…
И тут из‑за дерева показался Йети. Он молча подошёл, помахал пальцем у виска Ивана Петровича и исчез в чаще.
— Ну всё, — вздохнул Иван Петрович. — Пора в психдиспансер.
Глава 2. Ночные ритуалы
Дома привычка Ивана Петровича проверять запасы еды проявилась с новой силой. Каждую ночь он вставал, шёл на кухню, открывал холодильник и долго изучал его содержимое.
— Так, — бубнил он, — огурцы на месте, колбаса в порядке… А вот почему жена выбрала именно эту колбасу? И почему она вообще выбрала меня?
Жена, проснувшись от шума, крикнула из спальни:
— Опять ты за своё? Завтра холодильник на замок закрою!
— Но это же генетика! — возмутился Иван Петрович. — Предки велели проверять запасы в пещере!
— Твои предки, может, и велели, — ответила жена, — а мои велели спать спокойно.
На следующее утро холодильник действительно оказался под замком. Иван Петрович вздохнул и решил, что, видимо, путь в Дурку начинается именно так.
Глава 3. Война с горьким
За обедом Иван Петрович демонстративно отодвинул от себя тарелку с салатом, в котором был укроп.
— Опять эта горечь! — заявил он. — Мои предки 80 тысяч лет избегали горького, и я не стану нарушать традицию!
— Да это же укроп, — попыталась возразить жена. — Он полезный.
— Полезное — это сладкое! — отрезал Иван Петрович. — А горькое — от лукавого.
Он с тоской посмотрел на вазочку с конфетами и подумал: «Если так пойдёт дальше, Дурка меня точно дожидается».
Глава 4. Сплетни в цифровую эпоху
Однажды Иван Петрович решил освоить интернет. Он зарегистрировался в чате соседей и сразу же начал делиться новостями:
— А вы знаете, что у Петровых из 5‑го подъезда кот три дня назад чихнул? А у Сидоровых стиральная машина шумит громче обычного!
Соседи в чате сначала удивлялись, потом начали избегать его сообщений. Но Иван Петрович не унывал:
— Это же сплетня! — объяснял он жене. — Она скрепляет общество. В древности было 150 сплетников в общине, а теперь я один за всех работаю!
Жена только качала головой:
— Раньше сплетницы у подъезда сидели, а теперь ты в интернете. Скоро тебя в Палату № 6 отправят за особо изощрённые сплетни.
Глава 5. Облака‑кумиры
Выйдя на балкон, Иван Петрович засмотрелся на облака.
— Смотри, — ткнул он пальцем в небо, — вон Зевс хмурится, а рядом Перун молнии готовит!
Жена вздохнула:
— Опять твои когнитивные искажения? Современная психология говорит, что это болезнь.
— Зато предки так выживали! — гордо ответил Иван Петрович. — Видели богов во всём и знали, когда прятаться.
Но вечером он всё же записал себя на приём к психологу: «На всякий случай. Вдруг и правда Дурка близко?»
Глава 6. Гиперактивный предок
Однажды на прогулке Иван Петрович вдруг резко отскочил в сторону, увидев тень на асфальте.
— Тигр! — закричал он. — Бежим!
Прохожие удивлённо посмотрели на него. Жена, привыкшая к таким выходкам, спокойно сказала:
— Это всего лишь тень от дерева. Твоя охотничья гиперактивность опять разыгралась.
— Предки 200 тысяч лет учили нас реагировать быстро! — оправдывался Иван Петрович. — Иначе тигрята нас бы съели!
— Теперь тигрят нет, — вздохнула жена, — а вот психиатр есть. И он ждёт тебя.
Глава 7. Тревожный марафон
С годами тревожность Ивана Петровича только росла. Он волновался из‑за кредита, работы, погоды, новостей и даже из‑за того, что кошка странно посмотрела.
— Раньше тревоги были короткие: убежал от медведя — и всё, — жаловался он психологу. — А теперь стресс на годы!
Психолог кивал и делал заметки.
Иван Петрович попробовал спасаться спортом, потом — наукой, потом — монастырским постом. Но тревога возвращалась.
— Видимо, — вздохнул он, — Дурка — это финальная станция моего маршрута.
Эпилог. Последний визит
Однажды утром Иван Петрович проснулся и понял: пора. Он аккуратно сложил все свои заметки о предках, привычках и когнитивных искажениях, надел лучший костюм и отправился в психдиспансер.
В кабинете врача он торжественно произнёс:
— Доктор, я готов. Я прошёл путь от ягодной поляны до цифровой сплетни, от облаков‑кумиров до гиперактивного предка. Я боролся с горьким, тревожился о будущем и проверял холодильник по ночам.
Доктор внимательно выслушал, сделал запись в карте и мягко сказал:
— Иван Петрович, вы не сумасшедший. Вы — живой пример того, как древние привычки сталкиваются с современным миром.
Иван Петрович задумался, а потом улыбнулся:
— Значит, Дурка отменяется?
— Отменяется, — кивнул доктор. — Но давайте работать над балансом.
Иван Петрович вышел на улицу, вдохнул свежий воздух и решил начать с малого: сегодня он не будет проверять холодильник ночью. А завтра — может быть, даже попробует укроп.
Мораль новеллы:
Привычки, заложенные тысячелетиями, не исчезают в одночасье — но их можно осознать и скорректировать.
То, что когда‑то спасало наших предков, сегодня может стать источником проблем — или поводом для смеха.
Главное — не терять чувство юмора на пути самопознания, иначе Дурка действительно может показаться неизбежной.
Баланс между древними инстинктами и современной реальностью — вот ключ к душевному здоровью.
Зирк Алексей 25.04.2026 22:29 • Заявить о нарушении