Азбука жизни Глава 8 Часть 114 Секрет, который не

Глава 8.114. Секрет, который не любят вспоминать

— С чего начнём? — переспросила я Ричарда, откладывая телефон. — Пожалуй, с того, о чём в учебниках написано мелким шрифтом.

Все повернулись ко мне. Мужчины перестали перешёптываться о новых композициях, Диана оторвалась от эскизов.

— Вы хотите написать о продаже Аляски? — уточнил Ричард, и в его глазах мелькнул интерес.
— Не просто о продаже, — сказала я, чувствуя, как внутри поднимается то самое чувство, которое всегда предшествует важной главе. — О том, что за этой сделкой стоит. И о том, о чём в учебниках написано мелким шрифтом. Например, о корабле, который так и не дошёл.

Я открыла ноутбук. Мысли уже выстраивались в ряд — чёткие, как солдаты на плацу.

— Все знают про семь миллионов двести тысяч долларов. Про «глупость» Александра II, который продал «ледяной ящик». Но мало кто помнит, что деньги-то, возможно, до России так и не дошли. По самой живучей версии, на эти средства в Лондоне купили золотые слитки и погрузили их на корабль «Оркни». А шестнадцатого июля 1868 года судно затонуло в Балтийском море, не дойдя до Петербурга.

— И это правда? — тихо спросил Вересов.
— В 1975 году советско-финская экспедиция нашла обломки. На корабле были следы мощного взрыва и пожара. А вот золота не было. Скорее всего, оно так и осталось в Англии. Или его никогда там и не было.

Я сделала паузу. В гостиной стало тихо.

— Получается, Россия отдала землю, а денег не получила? — спросила Диана.
— Получается, что так. И это — самое горькое. Не в деньгах дело. А в том, что империя, которая славилась своей мощью, оказалась в положении обманутого просителя. Сделка, которую подавали как «стратегический расчёт», обернулась унижением. И именно об этом не любят вспоминать. Слишком уж некрасиво выходит.

Я закрыла ноутбук.

— Вот с этого и начнём, — сказала я тихо. — С золота, которое лежит на дне. И с вопроса, который каждый из нас должен задать себе: а мы сами не отдаём ли иногда свои «Аляски» — за чеки, которые потом оседают в чужих банках?

В гостиной повисла тишина. А потом Эдик сел за рояль. И заиграл что-то такое, от чего у меня перехватило дыхание.

---