Отец

Медиумический рассказ, записанный при помощи "яснослышания".


  Он был с ранней сединой, на одной ноге, но строг и неравнодушен к проказам "сыночка", так называла его мать, которая была снисходительна ко всему, что не терпел в её сыне некогда любимый человек. Теперь она его терпеть не могла.
  - Виктор! – кричал он.
  - Витенька, не ходи, покричит и уймётся, – она не уважала мужа, не только не любила.
  - Пойду, мама, я виноват...
  - Ну, как хочешь, иди, только... – она говорила, как он должен вести себя с отцом "строго".
Но сын вёл себя по-своему: жалея отца, он слушался и мать тоже и не понимал, почему так строятся их семейные отношения.
Однажды, уже к сентябрю, когда похолодало и стал осыпаться лист, он позвал сына и сказал:
  - Я уеду, ненадолго уеду, вот тебе мой наказ: как бы мать не говорила на меня, не обзывала, – он знал, что жена частенько срывалась на оскорбления при всех и при нём, сыне, – не верь ни одному её слову – я не при чём.
Сын не знал, в чём состояла их ссора, только крики матери из его спальни, когда он просил её заглянуть к нему, говорили, что она его терпеть не могла и ругала на чём свет стоит – отец терпел, не отвечал тем же, значит, виноват?
Отец не вернулся ни через год, ни...  После уже Виктор узнал, как отец под поезд попал: под одно колесо, которое срезало ему вторую ногу, от кровопотери отец скончался (артерию было не пережать – так нога прямо под пах попала на срез). Виктор плакал, ему не минул ещё тринадцатый год, а уже отца лишился – некому наставить, приободрить, наказать за проступки. Мать поощряла всё, избаловала, отворачивалась от замечаний других людей: её сын безупречен и всё!
Прошло ещё два года, мать стала готовиться к новому браку, но что-то не давало ей окончательно назначить дату венчания. Сын был не против:
  - Как хочешь, мама, это твоё дело.

А свекровь не простила невестку, считала её виноватой, что её сын попал под поезд во второй раз, первый...
Вот история, которую услышал Виктор впервые за свои шестнадцать с небольшим лет. Отец служил в армии, был артиллеристом: "... ему бы дальше по службе продвигаться, да встретил его мать: вся в веснушках, хохотала над каждым пустяком – была жизнерадостна и незлобива", – так рассказывала чужая женщина. У неё был другой поклонник, которого его мать не любила, но считала своим другом. Когда они поженились с его отцом, службу пришлось оставить: жена то и дело болела, требовался свежий воздух, тёплое море и уход. Уже тогда отец стал подозревать жену в измене: ни с того ни с сего вдруг захотелось ей на море.
  - Поедем, – сказал муж, всё ещё влюблённый в свою жену, – только придётся оставить службу.
  - Оставляй, если не доверяешь мне: я и одна могу поехать, ничего со мной не случится.
  - Я поеду с тобой и это решено.
На море, где и так людно, они познакомились с парой, которым было за семьдесят, а вели себя как подростки: любовались друг другом, хохотали по пустякам и катались верхом на лошади в обнимку. Вначале они всем казались странными, потом поняли – так любят до сих пор, но причина ещё была в другом: он умирал. Они прощались друг с другом каждый божий день, превращая его в сказку. Там же старик умер спустя полгода, а бедная вдова "осталась хоронить его до конца дней", не снимая траура. Всё это было трогательно, и для молодой пары поучительно, но они распорядились по-своему совместной жизнью. Она встретила друга, который нечаянно там оказался: приехал с женой, сказал, только жену не видели. Отец не стал ревновать, пока сам не увидел...  Близость была или только намерение, этого, увы, отец не мог рассмотреть, но стал холоден к жене и на просьбы "уехать побыстрее отсюда", ответил, что не желает следовать её прихотям. К сожалению, беременность наступила уже после охлаждения мужа, так что подозрения перешли в укор, но женщина всё отрицала и беременность закончилась в срок доношенным ребёнком, в пограничном состоянии, когда ребёнок мог быть его. Однако доверия к жене не испытывал. Мальчик был похож на него, но и "друг" был как близнецовый брат – копия. Разрешилось быстро: дуэль и смерть одного влюблённого – так было представлено, но отец не дрался на дуэли: кто был дуэлянт? Женщина разбираться не стала, хотя противник понёс наказание и это...  Отец попал под поезд спустя два дня после дуэли: спас женщину, а сам поскользнулся. Помощь ему оказали, но ноги по колено не было. Вместо сострадания, от жены упрёки: "Ты его убил – ты!" Он не отвечал: всё ещё сердился, считая жену изменщицей. Так был другой дуэлянт? Был. И суд был над ним, но в ведомстве, которое свои тайны не выдаёт – кому положено знают, остальным...  Додумала женщина, что её муж заревновал до дуэли, а было-то: ручку поцеловал, склонившись низко, вот и подумал муж, истолковывая всё по-своему. Отец там же всё решил: поставил условие, чтобы тот убирался с кем бы то ни было, потому что это не жена с ним была, а чужая женщина, а его жену пусть не трогает даже за ручку. "Доигрался, что вызван был на дуэль обманутым мужем, – так сказала чужая женщина и добавила, – а твой отец был не виновен в этом, пусть рассудит их бог".
Кто эта женщина? Она знала отца с детства, воспитывала его её сестра, а её просила помочь в случае смерти: "Если что, помогай – один он, с такой женой долго не задержится", – любила пасынка. К ней отец ушёл, когда понял свою беспринципность с женой, не может ничем помочь калека, да и нелюбим семьёй. А под поезд попал не сам: костыль обломился, а поезд "на пару" уже двигался с места – так рассказывали очевидцы.
Мать так и не вышла замуж: сердце не лежала после мужа ни к кому. А может, кто-то рассказал правду, только не плакала и траур не носила никогда. Так и сказала: "Хоронить не буду никогда, учти".