Мы не клялись, как медик Гиппократу,

 


  Мы не клялись, как медик Гиппократу,
 Но и у нас своих законов свод,
 Всю жизнь свою поставили на карту,
 Триангуляцию и нивелирный ход.

 Забыт уют. Брезентовое небо,
 То лес, то степь, то тундры чахлый вид,
 Вершим сезон от снега и до снега,
 В дипломе значится: топограф-полевик.

 В костре смола дуплетом отдаётся
 Журнал и абрис в сумке у бедра,
 Мелодия транзистором поётся,
 Ледком подёрнулась у берега река.

 Любовь тревожна. Письма, встречи редки.
 Не каждая снесёт подобный груз…
 И тихо падает снежок на ветки,
 Опять подкралась серенькая грусть.

 Я сердцем снова в нашем старом парке,
 У тех берёз, что повенчали нас,
 В руках – букет, весной цветы не ярки,
 Опять разлука и остался час.

 Потом дорога, поезд, пересадки.
 А в экспедиции по маковку хлопот.
 И с поля, называемым площадкой,
 Под облака взмывает вертолёт.

 Внизу мелькают перелески, горы,
 Ручьи и тропы сетью паутин.
 Спокойным гулом отдают моторы,
 Воздушных ям, как рытвин на пути.

 Заметили поляну, опустились,
 Иначе не дойдёшь, как ни колдуй.
 С пилотами по-дружески простились
 И с почтою пошёл мой поцелуй.

 Теперь надолго – лес, болота, гати,
 По сопкам, через реки, на восток.
 Пиши о встречах... как там в Ленинграде…
 На весь сезон маршрут тайгой пролёг.

 И всё вперёд, то конный, а где пеший,
 То в цокоте, то в шорохе шагов,
 С лохматой бородою, словно леший,
 В давно, привычной свите комаров.

 Избиты ноги кочками, камнями,
 Натёрты плечи под ремнями рюкзака,
 Вкруг глаз усталость пролегла кругами –
 Трудна первопроходчика тропа.

 Мы не имеем права ошибаться,
 Сто раз проверь – и лишь потом отрежь.
 На наших планах городам рождаться,
 В горах дорогам пробивают брешь.


     Этому опусу более 50 лет, все еще было впереди,и экспедиции,и вертолеты,и болота, и длительные загранкомандировки. Когда писал мне было чуть больше 20-ти, романтика, приключения, верность профессии. 
   Здесь говориться о том, чему нас учили, к чему готовили, и все я пройду.
Моя последняя экспедиция, последний сезон был в 60-летнем возрасте в 2006 году, на Кольском полуострове, в устье реки  Лавны, напротив Мурманского порта. Уже администрирование.
    Сейчас там создается новый грузовой район по транспортировке, хранению, экспорту Кузбасского угля. И это огромная строительная площадка в которую входят: многокилометровые  железнодорожные пути, технологические узлы, логистика, причалы, обеспечение навигации. Такое предварительное название объекта было более пятнадцати лет назад.
    Но то, что я предсказал себе, практически сбылось. И сегодня я на коне –  аттестованный действующий эксперт инженерных изысканий в строительствен5.  Стих просто вспомнил и вытащил из сборника "Дороги и судьбы" agikspb.ru/vestnik. Сам удивился его наивности, скромности рифмы, изложения. Но юношеский пафос тех времен очень четко отражает наше отношение к происходящему в стране и в себе. Да и сейчас таким остался.   И как сказал мой коллега с которым мы учились в одной группе, через пятьдесят лет: Не мы нашли професию, а она нашла нас.