01. Ритуал

* * * Увидеть чудо ещё не значит правильно его понять * * *

- Мефистофель, приди по мою душу. Возьми мою душу, - медленно произнесла Вера, проверяя придуманную формулировку.

Ничего подобного в тетради написано не было. Сам призыв девочки придумали, разглядывая треугольник на гладкой странице из каменной бумаги. Возле его вершин стояли три слова: «Искра», «Опора» и «Накопитель». Под схемой уместилось всего несколько строк:

«Круг трёх для огня во плоти. Искра пробуждает Чудотворца. Опора поддерживает связь и направляет его силу. Накопитель принимает избыток и восполняет нехватку».

С Искрой определились сразу. Лиза нашла запись, первой прочитала её вслух и вообще лучше остальных умела что-нибудь начинать. Возможность связать Чудотворца с кругом и направлять его силу Вера уступать не собиралась, поэтому выбрала Опору. Ане остался Накопитель. Она должна была принимать лишнюю энергию и возвращать её в круг, если связь начнёт ослабевать.

Из всех известных им существ самым подходящим Чудотворцем казался Мефистофель. Он исполнял желания и заключал сделки, а платой в знакомых историях всегда становилась душа. По крайней мере, именно так девочки понимали его предназначение. Если цену предложить сразу, Чудотворец наверняка откликнется.

До вечера дом принадлежал девочкам. Родители Лизы должны были вернуться нескоро, поэтому можно было прогулять школу, запереться в детской и спокойно подготовиться. Мебель отодвинули к стенам, кровать поставили набок. В освободившемся центре солью вывели круг и красным мелом вписали треугольник. Возле каждой вершины появилось слово из тетради.

- А как я пойму, что энергии стало слишком много? - спросила Аня, снова перечитывая надпись.

Ответа не знал никто. Аня была младше обеих подруг и казалась ещё меньше из-за худых плеч и густых рыжих волос, скрывавших половину лица. По отцу она приходилась Вере двоюродной сестрой, но в их маленьком круге оставалась прежде всего подругой. К найденной записи Аня относилась серьёзнее всех. Её палец медленно двигался вдоль строк, словно между словами могли обнаружиться пропущенные указания. Потом она возвращалась к схеме и подправляла мелом недостаточно ровные линии.

Подобные вопросы Лизу не мучили. Высокая, улыбчивая и неспособная надолго задержаться в одном положении, она воспринимала найденную в маминых вещах тетрадь не как чужую тайну, а как приглашение к новой игре. Пока Аня сверялась со схемой, Лиза несколько раз переставила свечи, обошла круг со всех сторон и ещё плотнее закрепила на окне шторы.

Сощурив унаследованные от матери чуть раскосые глаза, Вера снова вчиталась в строку об Опоре. Роль подходила ей лучше остальных. Лиза могла начать, Аня сохранить лишнюю энергию, но только Вера получала возможность направить силу к нужной цели.

За такую возможность она соглашалась отдать душу, хотя не знала, существовала ли та на самом деле и что произойдёт, если её заберут. Это не имело значения. Врачи могли поддерживать маму, назначать лекарства и отправлять на бесконечные обследования, но никто не обещал выздоровления. А Вере хотелось вернуть ту маму, которая называла её котёнком не устало, а ласково и легко, как раньше. Чудотворец хотя бы оставлял надежду. Желание было готово давно. Мама должна выздороветь.

Закончив приготовления, девочки оставили тетрадь раскрытой возле круга и расселись по своим вершинам. Протянутые к центру руки соединились кончиками пальцев. Первую свечу зажгла Лиза, как и полагалось Искре. От неё занялись остальные фитили. Полумрак наполнился неровными огоньками, воздух быстро стал тяжёлым и душным. Перед началом в памяти Веры сами всплыли знакомые слова.

- Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Приди и сохрани, - привычно прошептала она.

Эту фразу Вера переняла у дедушки и никогда не задумывалась, кого именно просит прийти. Теперь ответ казался очевидным. Чудотворца. Решительно выдохнув, она приступила к главной части.

- Мефистофель, приди по мою душу. Возьми мою душу, - прикрыв глаза, зашептала Вера, а подруги тихо добавляли «амэн».

Пламя дрожало, тени ползли по стенам, и с каждым новым повтором надежда казалась всё реальнее. Оставалось дождаться отклика и назвать желание.

Кончики пальцев Лизы выскользнули из общей связки. Приоткрыв один глаз, Вера увидела, как подруга заваливается набок. Аня вскочила, но застыла возле своей вершины, не решаясь нарушить круг. Несколько мгновений девочки только растерянно смотрели друг на друга, а потом Вера бросилась к окну.

Холодный февральский ветер ворвался в комнату и погасил несколько свечей. Лиза резко вскочила на ноги. Подпрыгивая на носках, она встряхивала кистями и крутила плечами, словно долго просидела без движения и теперь торопилась размяться. Знакомая улыбка стала шире, а во взгляде появилось неуместное весёлое любопытство.

- Ну что, девчонки, потусим! - непривычно звонко воскликнула она и обхватила обеих за плечи. - Какой у нас список развлечений?

* * *

Первым делом Лиза захлопнула окно, а затем принялась зажигать погасшие свечи. Возле вершины Ани она задержалась дольше всего. Несколько раз взглянула куда-то за спину подруги, передвинула свечу ближе, снова посмотрела в пустоту и добавила ещё огня. Вера тоже вгляделась в хорошо освещённый угол, но ничего не увидела. Аня оглянулась следом и беспокойно повела плечами.

Покончив со свечами возле её вершины, Лиза стянула кофту и бросила поверх раскрытой тетради. Затем сняла один носок и принялась за второй, но тот застрял на пятке.

- Тебе холодно или жарко? - спросила Вера, не понимая, зачем одновременно закрывать окно, разжигать свечи и раздеваться.

Ответа не последовало. Оставив носок болтаться на ноге, Лиза снова подошла к Ане. Та уже вернулась на прежнее место, растерянно ощупывала собственные руки и время от времени прижимала ладони к груди, словно пыталась определить источник непонятного ощущения.

- Со мной что-то не так, - наконец призналась она. - Но я не понимаю, что.

- Ты не отдаёшь застрявшую в тебе энергию, жадинка, - игриво укорила её Лиза. Внимательно оглядев подругу, она подмигнула и добавила: - Теперь ты просто лакомый кусочек.

Прозвучало это не как объяснение, а как кокетливый комплимент. Аня спрятала лицо за рыжими волосами, а Вера почувствовала неловкость. Обнять подруг или отпустить двусмысленную шутку Лиза могла и раньше, но никогда не разговаривала с ними таким приторным голосом.

- И как её отдать? - спросила Аня.

Лиза открыла рот для ответа, но снова заметила наполовину стянутый носок и продолжила с ним бороться. Вопрос Ани так и повис без ответа.

- Вообще-то мы не закончили ритуал, - недовольно напомнила Вера. - И всё ещё не призвали чудотворца Мефистофеля.

- Кого-кого?! - ошарашенно переспросила Лиза, округлив и без того крупные глаза.

Окинув взглядом расчерченный пол, она со смехом пнула соль. Часть белой окружности разлетелась во все стороны. Вера вскрикнула от неожиданности и возмущения.

- Это вы его так встречаете, хлебом-солью? - Лиза снова рассмеялась. - Фокалора-Рофокала? Да здесь даже моря нет!

Она принялась зажигать оставшиеся свечи. Когда очередной фитиль подхватывал пламя, она с издёвкой нашёптывала: «Бегущий от света, приди на сей свет». С каждым новым огоньком её хихиканье становилось громче, пока снова не перешло в смех.

- Нам нужен Чудотворец, который спасёт мою маму, - твёрдо сказала Вера.

Поднявшись на ноги, она схватила Лизу за запястье, чтобы та наконец остановилась. Смех оборвался. Холодный взгляд подруги заставил Веру немедленно разжать пальцы.

- Ты думаешь, это Мефистофеля называют отцом чуда, девочка? - неожиданно серьёзно спросила Лиза. - Чудеса не для спасения, дорогая. Ведь людей нельзя спасти… Ну, разве что поменять дату смерти.

В этот момент подруга казалась настолько чужой, что объяснить происходящее обычной шуткой уже не получалось. Ритуал явно пошёл не по плану, но всё же сработал. На прежней вершине Аня обхватила колени и спрятала в них лицо.

Лиза вновь беззаботно закружилась по комнате, периодически возвращаясь к борьбе с непослушным носком. Кто бы ни говорил сейчас голосом подруги, прямого отказа Вера не услышала. Смерть нельзя отменить, но её можно отодвинуть достаточно далеко, чтобы мама успела выздороветь.

- И что же мне делать? - спросила Вера, уже не особенно надеясь получить внятный ответ.

- Я тебе что, целитель? - откликнулась Лиза, наконец сорвав с себя непокорный носок. Она гордо выпрямилась во весь рост и триумфально подняла его над головой, словно трофей великой победы. И, не сдерживая восторга, закричала во весь голос: - Я творю чудеса!


--- --- --- Следующая глава: http://proza.ru/2026/07/03/1633