Вещий сон

                Посвящается дедушке - Михаилу Афанасьевичу Собину и бабушке -
                Александре Михеевне Собиной         
             

«Много всего накопилось, родная,
Не терпится всё  рассказать.
Но хочется, прежде, любимая,
Крепко тебя обнять.

Шесть долгих лет мы не были вместе,
Дочки совсем подросли.
Стали почти уж невестами,
Скоро придут женихи.

Будет семья разрастаться,
Ведь род у нас крепкий такой!
Будут внучата рождаться,
Будем их нянчить с тобой.

Годы войны разлучили нас временем,
Но не судьбой быть вдвоём.
Жизнь мы построим по-новому,
Будет счастливым наш дом!

Был я на фронте в Финляндскую,
Был я в немецком тылу,
Бил я фашистскую гадину,
Храбро сражался в бою.

Много погибло товарищей,
С кем я делил хлеб и соль.
И, наконец, в сорок пятом, в апреле,
До Кёнигсберга дошёл.

Там у вокзала, под утро – как вспышку,
Встретил последний свой бой.
За несколько тихих минут передышки
Мне образ привиделся твой.

Губы твои что-то нежно шептали,
Взгляд был печальный такой…
Но времени, чтобы понять, мне не дали,
О чём говоришь ты со мной.

Снайперской пулей сражённый
Там я остался лежать.
Бой продолжался кровавый, тяжёлый, 
Но Кёнигсберг всё же взят.

Вот – голова перевязана,
И бинт весь промок от крови,
Может, прилягу я, милая?
Сил не осталось почти…»

Милая вдруг задрожала от страха,
И крик разорвал тишину...
Сон это был с пробуждением страшным,
Всё в нём привиделось, как наяву.

Вот она слышит, как в дверь постучали…
Почувствовав сердцем беду,
Вскочила в тревоге с холодной постели,
Накинувши шаль на ходу.

То почтальон принесла похоронку,
В ней знакомые строки те:
«Апрель, Кёнигсберг, 45-й…»,
Что ночью приснились во сне.