Сила в вере

Народ небольшой деревушки, находившейся под Тулой, высыпал на улицу. Глядя на проходивших мимо людей, женщины охали и перешёптывались: 

— Гляди, гляди! Батюшку нашего ведут… Ой, Господи, что же с нами теперь будет? — но в страхе переминались с ноги на ногу и отступали от дороги. 

Малыш подбежал к напуганной матери и, подёргав её за рукав, поднял глаза. Он хотел что-то сказать, но опечаленное лицо кормилицы смутило его. 

— Почему ты плачешь, матушка? — едва слышно спросил мальчик. 

Она вздохнула: 

— Я же просила тебя оставаться в избе… 

Малыш опустил глаза, но тут его внимание заинтересовало кое-что другое. Он ненароком глянул на идущих по дороге людей и, недолго рассматривая их, задался вопросом, который тут же прозвучал перед матерью. 

— Кто эти люди? — произнёс мальчик, — Они злые? 

— Нет, не злые… Это наш батюшка и схимонахиня Августа. А те, что с автоматами… — она запнулась, будто боясь чего-то. 

— Они плохие, да? — поторопился малыш. 

— Тише! — шикнула матушка. 

— Чего ты боишься? 

Матушка промолчала, словно стыдилась чего-то. Мальчик не дожидался ответа и снова спрашивал её: 

— А куда они идут? 

Мать наклонилась и, взяв сына за руку, чуть отошла от гудящей толпы. Она присела на корточки и вздохнула. 

— Слушай, — начала женщина, посмотрев малышу в глаза, — Эти люди не делали того, в чём их обвиняют. Они служили Богу верно, служили церкви, помогали людям… Они ни в чём не виноваты. И сейчас, сколько бы оправданий и обвинений не звучало в их сторону, они не противятся воле Божией. 

Мальчик округлил глаза в недоумении: 

— Но почему? Это же неправильно! 

— Знаешь, ты, наверное, сейчас не поймёшь, но когда подрастёшь, сам во всём разберёшься. Но я объясню, — мать обернулась в страхе, что их кто-нибудь услышит, а затем всё же продолжила, — Пойми, они служили Богу и церкви и теперь не предадут веру, не отрекутся, поэтому эти люди смирились со своей судьбой. 

— Но ведь им, наверное, страшно? 

— Я не знаю, — пожала плечами матушка и снова обернулась — шедшие уже скрылись из виду. — Знаю только, что если вера истинная, то ничто не страшно, ведь в ней сила и поддержка. Мне самой бывает очень стыдно, что у меня есть страхи. Надобно веровать в лучшее, зная, что всё в руках Господа, что всё будет хорошо… Я надеюсь, ты меня понял. 

Мальчик кивнул. 

— А что же будет с теми людьми, они ведь ничего плохого не делали… 

Со стороны леса, названного Тесницким, послышалось несколько выстрелов. Женщина вздрогнула и обняла недоумевающего малыша. Из глаз поползли солёные слёзы. 

Матушка прошептала: 

— Ничего не бойся. Помни имена. Схимонахиня Августа, батюшка Никон, епископ Никита. 

Малыш шёпотом повторил. 

— Всё будет хорошо…