Блокадная история

 На фото Сенная площадь дом 39, после войны.

 Эту историю я знаю от своей бабушки Варвары Васильевны. В детстве я каждое лето проводил у бабушки на даче. Вокруг веранды росли чайные розы и жасмин, наполняя воздух чудесными ароматами. Много вещей на даче было из той довоенной жизни. На кухне стаял дубовый буфет, еще до революции сделанный.
Был примус, пользовались им если кончался газ в болонах. Керосиновая лампа, ее часто зажигали вечерами место электричества, свет был не яркий, уютный. Круглый стол, когда его раздвигали он становился овальным и огромным. Самовар, настоящий,иногда его растапливали щепками и шишками, ставили потом сверху пузатый чайничек с заваркой. Вечерами часто взрослые устраивали чаепитие на веранде и рассказывали разные истории из своей жизни. Я очень любил их слушать. Про детство, о довоенной жизни, о войне. Множество историй от людей которым довелось пережить вместе со страной те трудные времена. Я слушал, пил чай с вареньем, на уютной веранде, стрекотали кузнечики.   
  Осенью 1940 года Варвара вышла замуж за Николая, он только что закончил военное училище. Ей было 18 лет. Николая распределили служить в гарнизон Петропавловской крепости. Дали большую комнату в коммунальной квартире на Сенной площади в доме 39.
Варвара переехала из студенческого общежития.
Когда началась война, Варя была беременна, ждала молодая комсомольская семья своего первенца. Страха не было, свежа была еще память о недавней финской войне, город тогда тоже был прифронтовой, было и затемнение и госпитали. Казалось вот сейчас Красная армия погонит врага от наших границ. Николай приходил домой редко, много дел было на службе. В июле город бомбили, Варя спускалась в бомбоубежище. Появились беженцы, измученные, нагруженные скарбом, женщины и много детей. 9 июля немцы взяли Псков.
Проблем с продуктами еще не было, магазины работали. Тогда припасов почти не держали, холодильников нет, так чай, сахар, варенье. В первые дни Августа во двор заехал мужик на телеге, предлагал картошку. Люди выходили, смотрели и не брали, мелкая. Варя взяла два мешка, условие, продавец подымит их на второй этаж в квартиру. Николай однажды пришел домой и предложил Варе уехать в эвакуацию, Варя расплакалась, где ты там и мы, сказала она любимому своему Коленьке, ехать на отрез отказалась.
 Бомбили чаще, беженцев все больше и больше. Эвакуировали предприятия, движение в городе не прекращалось, ни днем не ночью. Иногда приходили подруги, не часто так как работали на строительстве оборонительных сооружений. Враг 15 августа взял Новгород.
 Роды были уже близко. 8 сентября немцы взяли Петрокрепость и блокировали Ленинград. Вечером была страшная бомбежка, Варя с трудом спустилась в бомбоубежище. Когда вышла, город был в дыму, видны зарева пожарищ, горели Бадаевские склады. Утром прибежал Николай, много домов разбомбили, он волновался за Варю и выполняя служебные поручения нашел время ее проведать. А вокруг Вари копошились соседи, у нее начались схватки. Николай остановил на Садовой полуторку посадил Варю в кабину, сам залез в кузов, повез в роддом на Фурштадской. В роддоме ее приняли сразу. Вечером 9 сентября родился Борис. Здоровым и крепким и роды прошли хорошо. 10 сентября была снова сильная бомбежка, Варя спускалась в убежище уже с Борисом. Слышны были близкие взрывы, земля дрожала. Из роддома Николай забрал жену и сына 14 сентября, привез на квартиру. Долго оставаться с ними не мог, город кипел, двигались войска и ополченцы, слышна была канонада. Враг штурмовал город. Немцы взяли Пушкин и Красное село, фронт был в Урицке, совсем рядом. 19 сентября город бомбили целый день. Много пожаров и разрушений, страшная задымленность, убитые лежали на улице. Целый день Варя не выходила из убежища. Дом не пострадал, когда вернулась, увидела подругу Раю, ее дом разбомбило, муж Раи тоже был лейтенантом, в это время он был на фронте. С этого дня они жили вместе.
Рая помогала Варваре по хозяйству, отоваривала карточки. Николай приходил редко, приносил продукты, привез дров и поднял в квартиру, в доме было печное отопление. Чувствовалась нехватка продуктов, карточки полностью не отоваривали, нормы выдачи снижали. Город съедал свои припасы. Усилились арт обстрелы. Боря был крепким, Варя кормила его грудью. В начале октября похолодало, все чаще был минус.
Канонада не стихала, бомбежки не прекращались, было много пожаров, пепел кружился как снег. Варя и Рая перестали спускаться в убежище.
 С продовольствием туго, нормы все уменьшались и уменьшались, получить по карточке можно было только хлеб. Николаю паек тоже сократили. Экономили еду. В ноябре было холодно, замерз водопровод. Рая ходила набирать воду на Неву. Очень помогла картошка купленная в сентябре, из нее варили похлебку. Очистки сушили, добавляли муки и пекли оладьи. Есть все время хотелось, все мысли были о еде. Молоко стало пропадать. Боря плакал, недоедал, ему давали хлеб в тряпочке место соски. Было в припасах сухое молоко. В ноябре подтапливали печь каждый день, дрова берегли и в комнате было холодно. Готовили на примусе, керосин был в запасе. На улице люди ходили как тени.
Появились страшные слухи, воруют маленьких детей, чтобы съесть. Варя однажды увидела на улице какого то очень страшного человека, он смотрел на нее и на Борю в ее руках так что она испугалась. Больше она Борю на улицу не выносила.
 Декабрь начался морозами и становилось все холодней. Город засыпало снегом и пеплом. Было много пожаров. Николай приносил продукты из своего пайка их было мало, был сахар и яичный порошок, по карточкам давали хлеб 125 грамм. Молоко пропало. Борю кормили тем что было, давали сладкую воду. Ребенок исхудал, весил меньше чем когда родился. Наступил новый 1942 год. Морозы стояли лютые, город казался мертвым. На улицу выходила только Рая, карточки отоварить, воду принести. Снаряды попадали в канал Грибоедова и люди из полыньи набирали воду. Тащили все что может гореть в печи из разбитых домов.
На обстрелы и бомбежки уже не обращали внимания, привыкли.
Николай пришел и с порога сообщил, собирайтесь, одевайте все самое теплое, поедите на большую землю. Ему удалось получить разрешение и на Раю тоже, ее муж был на Волховском фронте и хлопотал за жену. Было 23 января, мороз -25. Из дома он увез их на легковой машине в Осиновец. Отдал их документы офицеру, было видно что, они знакомы. Это был один из первых рейсов по дороге жизни.
Офицер отвел их в натопленную избу и оставил ждать. Потом офицер принес им котелок супа и пол буханки настоящего хлеба. Там они пробыли почти сутки. Вечером следующего дня начали грузиться на машины. Мороз был нестерпимый. Боря был закутан в пуховый платок и в шубу. На женщинах по несколько кофт, пальто, платки, валенки, они еле двигались, сил не было. Им помогли забраться в кузов полуторки. В кузове их было человек 10, женщины и дети. Ехали медленно и долго. Мороз был за 30. Все жались друг к другу. Борю держали между собой, старались чтобы ветер не задувал на него. Варя прислушивалась, дышит или нет.
Когда приехали в Кобону стали выгружаться, одна женщина из их машины умерла в дороге. Варю и Раю встретил лейтенант, Колин знакомый и Варя помнила его. Он отвел их в избу, там было тепло. Варя первым делом развернула Борю. Боря был синий и не дышал, на ощупь холодный. Умер. Плакать не могла. Сказала Рае, не довезли, замерз в дороге или задохнулся в тряпках. Давай вынесем его на улицу, завтра похороним. Рая ответила, жалко Борю, пусть здесь лежит, завтра похороним.
Вернулся офицер, увидел ребенка, посочувствовал. Он принес им 2 банки тушенки, банку шпрот, сгущенное молоко, пару буханок белого хлеба и бутылку водки, чайник с чаем стоял на печке. Женщины подкинули дров в печь, налили в стаканы водку, помянуть Борю, собрались уже выпить. Вдруг Боря пискнул, тихо, но явно.
Живой. Отогрелся. Оторвали ему кусок хлеба, начал чмокать. Сгущенку смешали с кипятком дали ему ложкой. Боря ожил, порозовел. Борю покормили, спеленали в чистую пеленку, уснул сном младенца. Женщины на радостях съели все что им принесли и водку выпили. Утром было им плохо, кровавый понос. Врач сказал, водка вас спасла, был бы у вас заворот кишок.
Варя поехала с Борей в Ярославскую область и была там до конца войны. Рая осталась в Волхове, встретилась с мужем, осталась служить в госпитале. После войны дружба продолжилась.
Николай погиб 15 сентября 1943 года при штурме Синявенских высот, там и похоронен. Бабушка Варвара умерла в 1984 году. Борис мой отец, умер в 1992 году.
У меня два сына и дочь и уже есть внук. Второго сына зовут Борис он родился 15 сентября 2016 года.