Изгои. Глава 8

—Антон Золотницкий? — уточнил мужик в цветастой рубашке и белых брюках, подошедший к «Хаммеру».   

Мужик развернул на уровне глаз Антона своё служебное удостоверение и гордо представился:

—Моя фамилия – Гришин. Зовут меня – Виталий Борисович. Я из центрального аппарата Следственного комитета. Понимаю ваше душевное состояние, Антон Иванович, но прошу уделить мне немного времени. Необходимо задать вам несколько вопросов.

Представитель федерального следствия начал оттеснять Антона от «Хаммера».

—Отойдём в сторонку и в спокойной обстановке побеседуем.

Водитель «Хаммера» огляделся вокруг себя и задержал взгляд на спорткаре цвета спелой малины, который был припаркован на стоянке девятиэтажки. Около спортивного автомобиля крутился подозрительный тип, одетый в жёлтый свитер и сероватые штаны. Озираясь по сторонам, подозрительный тип незаметно для окружающих скрутил отвёрткой номер сначала с переднего бампера спорткара, потом с заднего бампера. После чего подозрительный тип с автомобильными номерами в руках юркнул в салон спорткара и бесшумно закрыл за собой дверцу.

—Это кто такой? — насторожился водитель «Хаммера» и вопросительно добавил: — Угонщик?

Тем временем Золотницкий и Гришин прохаживались по детской площадке.

—Сочувствую вам, Антон Иванович.
—Больно нужны мне ваши сочувствия. Это всего–лишь дежурная фраза.
—Ну зачем вы так. Вы считаете, что если незнакомый человек выражает сочувствие другому незнакомому человеку, то в его словах нет никакой искренности? Вы ошибаетесь, Антон Иванович. Люди не все чёрствые.
—Думайте, что хотите. Мне всё равно.
—Голубчик, у нас мало времени! Нужно ехать на вокзал! — прокричал Евгений Михайлович.

Водитель «Хаммера» следовал за Евгением Михайловичем по пятам.

—Евгений Михайлович, этот парнишка похож на моего сына Вольдемара, — присмотрелся водитель «Хаммера».
—Кто? Антон? — уточнил Орлов.
—Да, он.
—Сколько лет твоему сыну Вольдемару, если не секрет? — на ходу спросил Орлов.
—Не секрет. Ему двадцать лет стукнет 27 июля, через одиннадцать дней, — ответил водитель «Хаммера».
—Довольно взрослый парнишка, — улыбнулся Евгений Михайлович. — Твой сын в армии служил?
—Служил. В начале июля вернулся из воинской части.
—А тебе самому сколько лет, напомни?
—Семьдесят четыре.
—Выглядишь на пятнадцать лет моложе. Насколько я помню, ты никогда не был женат. Откуда у тебя сын?
—Это долгая история.
—Антон, не задерживайся! — крикнул Евгений Михайлович. — Иначе мы можем прозевать прибытие электрички из Москвы!
—Электрички? — удивился Антон. — А кого мы хотим встретить?
—Твоего дядю.
—Гражданин, не мешайте, — попросил следователь и задал вопрос: — Кем вы приходитесь Ивану Антоновичу?
—Эй, не тупите. Я – Антон Иванович.
—Виноват. Так кем вы приходитесь гражданину Золотницкому?
—Я троюродный брат его покойной бабушки, — съязвил Орлов. — Товарищ следователь, я всё понимаю, работа у вас такая – допрашивать людей. Но парень только что испытал потрясение. Ему надо успокоиться и прийти в себя. Его семью только что убили. Вы не понимаете элементарных вещей? Нельзя ли подождать с допросом?
—Это лишь формальность, — настаивал Гришин. — Я обязан это сделать.
—Все путём, дядя Жень. Я отвечу на его вопросы.

Прежде чем отправиться к «Хаммеру», Орлов сунул Антону в руку смартфон.

—Ты забыл свой телефон в кафе, где мы с тобой обедали.

На сенсорном дисплее гаджета сверкала фотография того самого офицера. Антон отключил смартфон. 

Оставшись наедине с Антоном, Гришин начал выяснять:

—До этого пенсионера я ещё доберусь. А вы, Антон Иванович, будьте так  любезны, ответьте на такой вопрос: были ли у ваших родителей враги?
—Не было никаких врагов! — сорвался на крик Антон. — Я знаю, кто убил моих родителей!
—Поспокойнее, господин Золотницкий. Кто убил ваших родителей, позвольте узнать?
—Зачем? Вам убийцу не найти. Усекли?
—Почему не найти? Вы не доверяете оперативно–розыскным мероприятиям?
—Каким, к чёрту, мероприятиям. Это убийца, которого нет в обществе. Как  ни старайтесь, вы убийцу не найдёте среди людей. Он изгой. И остальные, которые прячутся лесу, тоже изгои. Ферштейн?

Антон оглядывался по сторонам.

—Не понимаю, о ком вы говорите? — потерял суть разговора следователь. — Кто прячется в лесу? Убийца ваших родителей прячется? Это не проблема. Кинологи с собаками могут прочесать лес. Данная мера облегчит работу следствию.
—Вам его не найти, — повторил Антон и остановил взгляд на полицейских. — Я найду убийцу без вашей помощи. Найду и размажу по стенке.
—Тебе его не найти, — произнёс Гришин. 
—Что?
—Я говорю, следствие разберётся, —  спохватился Гришин. — Чем занимались ваши родители, Антон Иванович? Кем были по профессии? Мне в интересах следствия важно знать любую деталь.

Антон молчал, ему сейчас было не до расспросов. Молодой человек был поглощён увиденным в собственном дворе. Порхали журналисты, выясняя у жильцов дома подробности убийства. На газонах были припаркованы машины оперативных служб и ведомств. Особое внимание молодого человека привлекло скопление полицейских. Дело в том, что сотрудники полиции, разговаривая между собой, настолько забылись, что стали улыбаться и даже посмеиваться.

—Антон Иванович, так кем были по профессии ваши родители? — повторил Гришин, чиркая ручкой в протоколе.

Антон был до глубины души возмущён неподобающим поведением сотрудников полиции. Один полицейский случайно встретился глазами с Антоном. На смазливом лице полицейского застыла усмешка. Антон прожигал взглядом этого нагло улыбающегося копа.

—Иван Антонович, вы меня слышите? Я задал вам вопрос. 

Антон рванул с места и налетел на полицейских с кулаками.