/История вымышлена, любые совпадения случайны/
/Изображение взято из интернета/
Представьте себе такую картинку.
Недалёкое будущее. Война местного значения. Штаб. Идёт разбор полётов по последнему бою.
Слово берёт начальник штаба полковник Незабывайло:
- Товарищи офицеры. Я не понимаю, как такое могло произойти, почему непосредственно перед боем одноразовые штыки не были выданы во все взвода? Это что, саботаж?
Встаёт капитан Дёгтев: - товарищ полковник, нам во взвод подгузники уже вторые сутки не выдают, солдаты не знают как им жить, хоть в кусты бегай...
- Вот видите (подхватывает Незабывайло) и подгузники не завезли, в чём дело зам по тылу??
- Ну что Ви, товагисч командог. Ми пгосто меняли таки ведомость, стагая совсем пгишла в негодность, на ей уже било жалко писать. Но ми всё испгавим, честное слово ггосийского пггапогщика.
Тут Незабывайло вспомнил тему собрания. Итак, товарищи офицеры, предлагаю отдать под суд трибунала действия старшего лейтенанта Шереметьева, который привёл в бегство войско противника используя неуставное оружие, а именно вместо стерильных одноразовых штыков, он стал убивать солдат противника грязным топором, что заслуживает осуждения со стороны медицинской службы.
- Товарищ полковник, старлей Шереметьев сын генерала-полковника Шереметьева, - вставил свою реплику начальник отдела кадров майор Кляксов.
- А я помню, и предлагаю обойтись судом в устной форме, без занесения в личное дело...
На том и порешили...
А тем временем, санитарная часть проводила стерилизацию боеприпасов к стрелковому оружию. Не дай Бог коклюш какой обнаружить, это же скандал. Были предложения модернизировать процесс обработки. На что глав. врач сказал, - Мы бпудим арабрабатывать па старой тихнологии, 5 литраф спирта на 100 патронов.
Из палатки трибунала раздался вопль старлея Шереметьева: - Где эти паскудники связисты умудрились потерять секретный пакет, у нас с ним кровати в казарме рядом стоят. В общем полковник, объяснять отцу будешь сам, кто и по какой причине не уведомил мою роту о том, что это были внеплановые учения. Всё, я в палатку к медикам, буду помогать патроны стерилизовать.
9 мая 2022
г. Томск
Армейские зарисовки
© Copyright: Александр Левинэль, 2022
Свидетельство о публикации №222050901086
Свидетельство о публикации №222050901086
Рецензии
«Армейские зарисовки» — короткая сценка, построенная на абсурде. Здесь всё держится на одном приёме: серьёзные люди обсуждают серьёзные вещи, но говорят при этом полную чушь. Разбор полётов, трибунал, санитарная часть — а на деле речь о подгузниках, грязном топоре и стерилизации патронов спиртом. Это классика армейского юмора, и автор её чувствует.
Композиция простая и правильная: штаб, доклад, реплики, приговор, а потом — короткий финал с воплем Шереметьева. Каждая реплика работает на общее: Незабывайло с его «саботажем», Дёгтев с подгузниками, зам по тылу с ведомостью, которую «жалко писать». И то, что трибунал в итоге обходится «судом в устной форме», потому что Шереметьев — сын генерала, — это уже не просто шутка, а точный укол в то, как оно бывает.
Отдельно хорош зам по тылу. Его речь с картавым «г» и «пг» — это не пародия ради пародии, а способ показать, что человек говорит одно, а делает другое. «Ми всё испгавим, честное слово ггосийского пггапогщика» — фраза, которая запоминается.
Глав. врач тоже на месте: «Мы бпудим арабрабатывать па старой тихнологии, 5 литраф спирта на 100 патронов». Здесь юмор не в картавости, а в том, что спирт — это, конечно, не про стерильность.
Слабое место — концовка. Вопль Шереметьева хорош, но он обрывает сценку, а не закрывает её. Читатель ждёт, чем кончится история с секретным пакетом, а вместо этого получает ещё одну шутку — про то, что старлей идёт помогать стерилизовать патроны. Это смешно, но не точка. Если бы была хотя бы одна фраза от полковника — или от отца Шереметьева, — финал стал бы сильнее.
Второе: некоторые шутки держатся на опечатках и картавости, и это работает не всегда. «Бпудим арабрабатывать» — смешно, но если таких мест станет больше, они начнут утомлять. Пока их ровно столько, сколько нужно.
В целом — добрая, узнаваемая вещь. Автор пишет о том, что знает, и не пытается быть серьёзнее, чем нужно. А это в юморе — главное.
Лилу Калашникова 10.10.2026 09:53 • Заявить о нарушении
Композиция простая и правильная: штаб, доклад, реплики, приговор, а потом — короткий финал с воплем Шереметьева. Каждая реплика работает на общее: Незабывайло с его «саботажем», Дёгтев с подгузниками, зам по тылу с ведомостью, которую «жалко писать». И то, что трибунал в итоге обходится «судом в устной форме», потому что Шереметьев — сын генерала, — это уже не просто шутка, а точный укол в то, как оно бывает.
Отдельно хорош зам по тылу. Его речь с картавым «г» и «пг» — это не пародия ради пародии, а способ показать, что человек говорит одно, а делает другое. «Ми всё испгавим, честное слово ггосийского пггапогщика» — фраза, которая запоминается.
Глав. врач тоже на месте: «Мы бпудим арабрабатывать па старой тихнологии, 5 литраф спирта на 100 патронов». Здесь юмор не в картавости, а в том, что спирт — это, конечно, не про стерильность.
Слабое место — концовка. Вопль Шереметьева хорош, но он обрывает сценку, а не закрывает её. Читатель ждёт, чем кончится история с секретным пакетом, а вместо этого получает ещё одну шутку — про то, что старлей идёт помогать стерилизовать патроны. Это смешно, но не точка. Если бы была хотя бы одна фраза от полковника — или от отца Шереметьева, — финал стал бы сильнее.
Второе: некоторые шутки держатся на опечатках и картавости, и это работает не всегда. «Бпудим арабрабатывать» — смешно, но если таких мест станет больше, они начнут утомлять. Пока их ровно столько, сколько нужно.
В целом — добрая, узнаваемая вещь. Автор пишет о том, что знает, и не пытается быть серьёзнее, чем нужно. А это в юморе — главное.
Лилу Калашникова 10.10.2026 09:53 • Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.