18+
Глава 1.
Я отмахивалась, как могла. Прикрывалась делами, работой, свежим маникюром. Я спорила, ругалась, скандалила. Я переводила стрелки. Но лишних двурушниц у них нет, новых готовить некогда и вообще «это всего лишь на пять минут, Мара!».
Интересно, учёл ли Кайл, что пять минут там равно пяти годам тут? Конечно же, он учёл! Этот хитро…окий Оракул всегда всё учитывает молчком. А потом с наглым «покерфэйсом» выдаёт «я же говорил». Вцепиться бы ему сейчас в моську... Только тут он ещё не родился. Хе-хе. Поэтому я такая дерзкая, да. Мой тёмный Наставник меня не слышит, и я не огребу за шальные гневливые мысли.
А Ник? Ник сказал, что в этом периоде времени не научился воплощаться. В общем, наплёл что-то там про разность времени, какие-то нестыковки и прочее нравоучительное.
По итогу: я, Маша, опытная ведьма с многолетним стажем, жрица Тени и помощник главного редактора в обычной жизни, отправлена в какое-то место далеко в прошлое. Как объяснил Кайл, в этой точке произошёл разрыв связи. Типа нет проводников между людьми и богами. И так как я единственное дитя под покровительством Древних Эгрегоров в радиусе тысячи километров, то «как-нибудь без тебя обойдёмся». Дали инструкции, огромный баул с припасами и пендель. Теперь я тут. И мне одиноко!.
А, собственно, где «тут»?
Единственный источник света – дыра в центре крыши. Свет идёт – значит, день. И, значит, можно кое-как разглядеть помещение. Избушка больше походит на землянку. Четыре толстых бревна вертикально вкопаны в пол на расстоянии в пять шагов, от брёвен до обмазанных глиной стен ещё три шага. Крыша, на вид хлипенькая, в полуметре над головой, похожа на двускатную. Под дыркой в крыше в земляном полу круглая яма выложена камнем, внутри зола. Прекрасно. А если дождь? Что, прямо в очаг лить будет? Ладно, разберусь. С одной стороны очага, между стеной и брёвнами-подпорками, крепясь к оным, расположилась деревянная лежанка. Ни матрасов, ни одеялок, ни соломы. Возле лежанки в тёмном уголке припрятан ящик с глиняной посудой и корзинка с мешочками. Мягкие, душистые, шуршат. Травушки-муравушки всякие? Пригодицца.
У стены напротив двери тоже лежанка. Тоже пустая. Не поняла. Где мой «олынклюзив»?.. Вот Кайла тут нет, а его издевательская ухмылка прямо таки повисла в воздухе: в углу второй лежанки примостилась прялка. На вертикальной лопате повис большой пушистый кусок шерсти, от него протянулась тонкая ниточка к веретену.
- Смешно, – прокомментировала я. А что же ещё делать девушке вечерами без книг, телефона и интернета.
А дальше, по другую сторону очага, между брёвен стоит массивный стол, под ним пара подобий табуреток, у стенки возле двери длинная скамья. Сама дверь выглядит надёжно. Крепкая и мощная. Заперта изнутри на толстый брус.
Следующий шаг: поднять брус (не очень-то и тяжёлый), поставить в угол, толкнуть дверь и... Оказаться в просторном «тамбуре». С обеих сторон ровными рядами выложены колотые поленья. Уже приятно. Ещё одна дверь, тоже массивная, вывела меня на улицу.
А на улице морозец, снежок землю прикрывает, солнышко ярко светит. И густой высоченный сосновый лес вокруг. Моя избушка, оказывается, среди лесной поляны стоит. И я тут одна.
- Засада, однако, – я поправила шапку и надела перчатки. Короткое пальтишко яркого синего цвета явно не к месту, а вот войлочные сапожки кстати. Тёпленькие.
Заветная «кабинка» спряталась за домиком, рядом обнаружился хороший запас дров под навесом. Вопрос с очагом частично снят. Территорию вокруг дома огораживает плетёный забор. На глаз примерно соток пятнадцать прежний хозяин себе прихватил. На некоторых столбиках нанесены рунные ставы. Защита это хорошо. Только ставы странные. Не славянские руны-то. Не поняль.
Ник сказал, что меня встретят и объяснят, что к чему. Где объяснятель? Я вздохнула и поглядела в чистое голубое небо над головой. Не то, чтобы я удивлена или шокирована... Но хотя бы какой-нибудь план моих действий может пойти по плану? Что опять за импровизации?
- О, Боги, услышьте мой глас. Я здесь. Я пришла. Меня к вам из будущего послали. Сказали, что вам сильно надо... Велес?.. Род?..
А вот интересно, могу ли я, человек из будущего, обращаться к Роду, если мой род по сути-то и не начался? Хотя прародитель же. Значит, могу.
Я вернулась в избушку. Взяла поленья из «тамбура», закинула их в очаг и с любопытством глянула на утрамбованный клетчатый баул. Напутственный подарок начальника вселяет надежду.
Открыла и усмехнулась. Сверху лежит тёплая одежда. Кофты, леггинсы, шарф… Ок, маленький плюс лохматому. Он знал, куда я послана?.. Следом тетради, парочка пухлых книг, бакалея разная, вкусняхи. В отдельный пакет мои ведьминские побрякушки запихнул… В самом низу – я расплылась в довольной улыбке – его личные инструменты с дачи: топорик, пила, молоток, точило… Ножи положил… Спички положил… Был бы рядом, то расцеловала бы! Посмотрите, какой заботливый…
Разложив всё на лежанке, я отложила инвентаризацию на потом и пошкурила поленья, закинула бумагу, развела огонь. Дым повалил ровнёхонько в отверстие вместе с запахом, а тепло рассеивалось в избушке. Приятно. Заговорённый очаг? Может быть. А может руки у прежнего хозяина откуда надо. Убедившись, что поленья занялись и не собираются гаснуть, я вернулась к лежанке и принялась разбирать и раскладывать «бонусы». Одежду в один угол, канцелярию в другой, садовый инвентарь под лежак, своё колдовское поближе, чтоб на виду было. В одежде заметила серый шерстяной свитер и умиленно вздохнула. Тот самый, из шерсти Гарма. Я сама начесала, а молодой хранитель врат на тот свет сидел и терпел. Вязала не я, а вот заговаривала…
Интерес привлёк свёрток из газет. Внутри – маленькая коробочка бархатная. С кольцом и запиской. Кольцо серебряное, плоское, без камешков, похоже на обручальное. На внутренней стороне рунный став. Идеально село на средний палец.
«Маш, чтоб носила и не снимала. Вот и не снимай. Данила» - коротко и по делу. Я фыркнула и показала язык кривому почерку псины.
Данила... Начальник…
Даня самый старый волк в нашем городе. Может быть, и не только в городе. В мире? Умный, рассудительный, много молчит и часто вздыхает. Мне от него достаются угрюмые взгляды и цоканья. Мы не разговаривали ни разу про магию, Тень и его жизнь в волчьей шкуре. Только по работе. В обычной человеческой жизни волчара занимается издательством книг, журналов и газет. Страсть у него к бумаге и интересным историям. Я же после возвращения в родной город устроилась работать под его началом помощником редактора. Единственный раз, когда старик спас мне жизнь, он коснулся общей для нас темы. Да и тогда задал один вопрос, лаконичный и всеохватывающий. Я иногда себе тоже этот вопрос задаю, когда в очередную заварушку попадаю: «Какого …?» А раз кольцо передал именно в этот момент, то знал ли старик, что меня в прошлое посылают? Знал же. И как «эНтих» сверхъестественных не ругать? Все всё знают и молчат. Негодяи. Но без них скучно.
Ладно, как велел, так и поступлю. Я сменила пальто на собачий свитер и потопала готовить пропитание. Наскребла в кувшин снега и поставила на угли. Пусть тает. На всякий случай набрала снега и в кадку в тамбуре и поставила в комнате, чтоб поближе была.
Греча с тушенкой самое то. Как еда подоспела, выставила табуретки на улицу и села, прислонившись спиной к двери. Медленно пережевывая обед, осмотрела лес вокруг. Надо бы побродить по периметру, посмотреть где что. Есть ли люди поблизости? Река? Дерева полно, птицы над макушками мелькают. Пока смотрела вдаль, упустила момент, когда в проёме для калитки появился волк. Серый, будто случайно меня заметив, замер и навострил уши, повёл носом, ловя ароматы.
- Заходи, раз пришёл, - сказала я, разглядывая тарелку. В принципе, наелась. Можно и поделиться. Медленно передвигаясь, отнесла посуду на середину тропинки к калитке и поставила на снег. Повернулась и потопала в дом за чаем. Выглянула осторожно из-за двери - волк уже склонился над тарелкой и с интересом обнюхивает содержимое. Пока территория под охраной, я допила чай и растянулась на лежанке, расслабилась и закрыла глаза. Тихо-то как! Ни технического шума, ни машин, ни далёких перестуков колёс электричек, ни разговоров под окнами. Соседей нет. Ничего нет. Одни лишь поленья потрескивают. Я, конечно, мечтала в грустные дни о подобной изоляции, но…
Я выдохнула и представила перед собой зеркало, увидела своё отражение: невысокая, фигуристая мадмуазелька с длинными каштановыми волосами, зелёными глазами. Горбинка на носу – это маленькая зимой поскользнулась и упала неудачно об санки. Укуталась в туман, растаяла во влажной серости и упорхнула вверх, над облаками. Полюбовалась звёздами и отпустила тело в падение. Нырнула в океан, добарахталась к поверхности и… И потерялась я! Острова на его привычном месте не оказалось! А_бал_деть.
Где мой остров? Куда пропал? Как же так? Это блок или разность во времени? Как так-то?!
Я резко села. В глазах поплыли мушки, а в голове закрутились панические мысли. Опять Тень потеряла. Жалость к себе взыграла знакомую мелодию: Тень всегда мне тылом была и опорой под ногами, а теперь я одна без помощи в какой-то далёкой предалекой... ситуации. Чувствую себя голой и обворованной.
Желание ходить и что-нибудь делать скинуло меня в вертикальную позицию. Прошлась из угла в угол, поставила воду на угли, повозилась в мешке с моими ведьмовскими побрякушками. Свечи, карты, ножи, амулеты. А что я паникую? Я же ведьма. Мне какая разница есть ли Тень рядом или нет? Знания у меня в голове, голова на плечах.
Проверочка?
Я села на лежак, скрестив ноги. Закрыла глаза и сосредоточилась на своём теле. Тело-сосуд хранит яркую красную искорку. Это я. Подняла сознание выше над домом. Похожих искорок нет. Ещё приподнялась, охватывая «взглядом» радиус примерно пару километров. Серые тени зверей, иногда испуганно срываются в другом направлении. Ерунда. Дальше… Яркие, подобные моей, искры появились по левую руку в пяти-семи километрах от меня. О, люди! Около сотни живых людей. Некоторые хаотично бегают друг за другом – дети? Какие-то замерли группами на расстоянии друг от друга по паре-тройке и не двигаются – спящие в своих домах? Тогда дворов десять получается. Это много или мало? Какие там подворья? Чем живут? Самая большая группа искр, наверное, половина из всех, собралась в одну кучку. Пируют или совещаются? Эх, жалко, что такое видение панораму не показывает. Как в навигаторе: входы, выходы, часы работы. Вот бы подсмотреть.
Времени полно ещё. Можно и подсмотреть, и прогуляться до селения. Сколько там вышло? Километров пять. Пешком без спешки пару часов потрачу. И то меньше. Вернула сознание к телу, плавно рассосредоточилась, выдохнула и открыла глаза. Придирчиво осмотрела комнату. Ванну бы… полежать в горячей водичке, пропариться. Эх. Разбаловала меня цивилизация. Однако, рефлекс на ковшики и тазики наработан.
Пока вода грелась, соорудила постель на ближайшей к выходу лежанке, подготовила полотенце и заварила ромашку. Скинула одежду, разбавила воду и занялась водными процедурами. «Я Енотик-полоску…»
Когда очередь дошла до волос, с улицы донеслось громкое ржание. Ого! Гости на ночь глядя пожаловали? Метнулась к одежде. Еле успела натянуть леггинсы и майку, прежде чем дверь комнаты распахнулась и громко впечаталась в стену. В проёме нарисовался громадный мужик, закутанный в меховую куртку и кожаные штаны. Капюшон припорошен снегом. На талии ремень с пристёгнутыми ножами разной длины.
- Дротт! Ты вернулся! – в вопле гостя зазвенело облегчение. Он скинул капюшон, стряхнул с плеч и рукавов снежинки и замер, увидев меня. А я что? Пока он радостно орал, я достала из-под лежака топорик и, вооружённая, хмуро уставилась на гостя. Высокий. Хотя, что я? Для меня все, на кого надо снизу вверх смотреть, высокие. Этот примерно метр восемьдесят. Тёмно русые волосы заплетены в тугую косу, короткая борода прикрывает щеки, подбородок и возраст. Глаза светлые. Прищурился. Осмотрел помещение и, не обнаружив дротта, пристально глянул на меня. Мужик чуть склонил голову на бок и вскинул левую бровь. Медленно вдохнул и сделал шумный протяжный выдох. На этом месте мог бы быть его мат. Цокнул и аккуратно спросил, - а где же дротт?
- Я за него, - сухо и холодно отозвалась я, не отводя взгляда и стараясь меньше моргать. Что это за дротт такой пропащий? Мужчина переступил с ноги на ногу и, склонив голову к полу, рассмеялся. Будто я пошутила. Он откашлялся и пошкрябал бороду огромной пятернёй.
- Так где дротт? – не успокоился гость. Я громко лякнула, закатила глаза и закинула топорик обухом на плечо.
- Я за него. Не понятно сказала? Вроде бы на одном языке говорим. Пока прежнего… дрота… нет, буду я у вас за него. Дошли мои слова до твоих ушей, о незваный гость? Говори, с чем пришёл. По делу или по телу? – выпалила я своё недовольство и, выражая нетерпение, глянула на запястье, где не оказалось часов, и притопнула ногой. Мужик помолчал, раздумывая над ответом и оглядывая тело. Сама же ляпнула.
- Сын ярла слёг. У него жар, - всё таки определился. Долг оказался превыше низменных эгоистичных желаний. Интересно, я смогла бы с ним справиться, вздумай он… Фифти-фифти. Габариты и умения. По виду гость явно не в шахматы играет. А я?.. Я кое-чего умею тоже.
- Лет сколько сыну… ярла? – я нахмурилась. Ярл? В смысле ярл? Какой ярл? Эти наглецы меня к викингам отправили, чтоли? Та-ак. Как же им сложно составить нормальное ТЗ! Пойдёшь, Маша, туда-то и сделаешь то-то. Нет ведь! Надо обязательно макнуть так, чтоб всё сама разгребала. Ну а что мне остаётся? Придётся разгребать. Значит, имеем дело со скандинавским пантеоном. Что-то я о них читала. Может, получится вспомнить.
- Двенадцать лет, - прикинув в уме, сказал мужик.
- Ещё что-то кроме жара? Лихорадка? Кашель? – я ещё и педиатром тут буду. Прекрасно. Хорошо, что опыт есть. Задумчиво почесала лоб, помахала топориком. Закинула инструмент обратно под лежак и полезла в собранные Даней лекарства.
- Не знаю. Просили сказать, что отвары не помогают.
Ясен пень! Времена гомеопатии и БАДов в самом разгаре. Отложила нужные коробочки, натянула свитер, шапку, пальто, распихала лекарства по внутренним карманам и повернулась к викингу. У мужика от моего диковатого вида брови на лоб уползли.
- Что? Я только сегодня днём прибыла. Ваших традиций и обычаев пока не изучила. Едем же, - я подошла к викингу и толкнула его в грудь в попытке выпихнуть из домика. Над головой раздался устало - раздражённый вздох. Посмотрела на гостя подозрительно. Глаза закатил, не? – Да что? Выходи уже, веди к сыну ярла.
Викинг, цокнув, развернулся и вышел на улицу. Стемнело. Луну скрыли облака. Ничего не видно. Я поспешила за ним, боясь потерять в зимнем сумраке. И слегка впала в ступор, когда мужик вдруг взлетел. Сначала мне так показалось. Оказалось, он всего лишь уселся в седло. Вааау, живой древний конь! Зверь с шикарной серебристой гривой смотрится величественно, навис надо мной атлетичной мускулистой грудью и перебирает копытами, готовый сорваться в галоп. Викинг протянул мне руку. Я машинально пожала его ладонь, залипнув на виде коня. Конечно, я видела лошадей и раньше! Но это же конь из далёкого прошлого!
- Садись, женщина, - в голосе викинга послышался намёк на недовольство.
- Куда? – озадаченно разглядывая ездового коня, спросила я. Викинг махнул себе за спину. На круп, значит. Смешно. – Слуушай… я незнакомым мужчинам так не говорю, но… Давай ты сзади, а?
- Что? – не понял он.
- Не умею я на лошадях ездить. С крупа ты меня потеряешь среди леса. Я себя знаю. Точно потеряешь. Да-да, - заверила я его. Викинг помолчал с минуту. Видимо, рассчитывал, что я всего лишь шучу. Но нет. Я сама серьёзность! Спустился с седла на землю, указал на стремя. Я поставила ногу и, держась за шею животного, заняла место мужчины. Тот вытряхнул мою ногу и без видимых усилий оказался позади меня. Так, а ремни безопасности тут предусмотрены? А держаться за что?.. Не за рифму же, в конце концов… среди концов… Что ж так трясёт? Помедленнее, викинг! За дорогой следи! Не учи меня жить! Скоро? А теперь? А уже?..
В общем, опыт игры «как достать соседа» пригодился. За пятнадцать минут мужик от тихого смеха перешёл на раздраженный рык. Убить нельзя – некому будет сына ярла лечить. Слегка придушить тоже не получится – шея тонкая, а лапа здоровая. Что ж поделать? Судьба у тебя такая. Только терпеливо рычать.
Когда лес закончился и показались огни деревни, викинг облегчённо выдохнул. Дома оказались выше и добротнее выделенного мне закуточка. Длинные, с резными украшениями. На некоторых крыши напомнили перевёрнутые лодки, у одной даже полноценная такая двускатная сделана. Ничего себе, деревня из далёких веков. Викинг «запарковался» перед единственным двухэтажным домом, конёк которого украшает деревянная голова дракона. У скандинавов были драконы в мифологии? Какой-то змей точно был. Может он? С обеих сторон от входа установлены факелы, из-за дверей слышен громкий хор мужских голосов, крики, споры.
Мужчина спрыгнул на землю, помог мне слезть, подождал, пока я выговорюсь и разомну ноги, взял за руку и повёл в дом, пряча за своей широкой спиной. По обе стороны от входа возле стен установлены лежаки, перед лежаками столы, следом лавки. Путь от входа к подиуму отгорожен от столов длинными до колена высотой очагами. Я глянула вверх. Куда там дым уходит? А всё просто: второй этаж начинается дальше, не над этим помещением. Здесь что-то вроде огромной трапезной. Над очагами, так же как и в моей избушке, прорублены дымные отверстия. Хм, интересно.
В зале за заставленными блюдами и кувшинами столами восседают примерно сорок мужчин. Я заметила пару женщин в длинных однотонных серых сарафанах, собирающих пустую посуду. Мужчины прекращали разговоры и следили, как мой провожатый приближается к… Я выглянула из-за его спины. Впереди, в паре метров от очагов возведён подиум, за подиумом сделана перегородка из толстых брёвен. Видимо, это опора для второго этажа. На подиуме два резных стула с высокими спинками. Один пока пустует. На втором развалился… ярл? На вид лет под шестьдесят, длинные чёрные волосы смешаны с сединой. Широкий золотой обруч на лбу оставляет лицо открытым. На щеке неаккуратный шрам. Одежда простая: светлая рубашка с высоким воротником и свободными длинными рукавами, на запястьях закреплёнными тоже золотыми браслетами, штаны кожаные, меховые сапоги, меховой жилет распахнут на груди. Мужчина попивает что-то из металлического кубка и внимательно смотрит на приближающегося викинга. Чем меньше оставалось идти до подиума, тем тише становилось в зале.
- Хальвард, - лениво протянул мужчина с трона, - ты не один.
- Не один, ярл Фроуд, - тем же тоном ответил мой провожатый. Он остановился и шагнул в сторону, открывая меня.
- Здрасти, - я помахала ярлу, - Вызывали, уважаемый?
Ярл сел ровно и подался вперёд, разглядывая меня, как диковинного зверька. Я тоже осмотрела себя, поправила торчащий из-под пальто свитер, натянув его пониже. А толку? Смела невидимые соринки с рукавов. Длинные волосы собрала и аккуратно положила на плечо, чтоб не мешали. Убрала руки в карманы и, поджав губы, стала ждать продолжения.
- Это шутка? – удивлённо и недоверчиво спросил ярл.
- Тогда почему никто не смеётся? – серьёзным тоном спросила я и перешла сразу к делу. – Сын где?
Ярл подумал с минуту, посверлил меня глазами и махнул рукой. Подбежала девушка и склонила голову. То ли чтоб выказать уважение и приветствие, то ли чтоб на одном уровне со мной оказаться.
- Следуйте за мной, госпожа, - тихо сказала девушка, не сильно уверенная в правильности обращения. Сбоку от подиума сделан проём в бревенчатой стене, за ним коридор с тонкими плетёными перегородками, ограждающими комнаты. Девушка отвела меня в самый конец и указала на проём, завешанный кожаным пологом. Я нырнула внутрь и наткнулась на двух женщин, сидящих ко мне спинами. Обе склонились над коконом из медвежьих шкур.
- Здравствуйте, - сказала я, привлекая к себе внимание. – Я жрец. Где больной?
Женщины обернулись. Та, что с высокой прической, покрытой тонкой прозрачной косынкой, и обвешанная золотыми украшениями, встала, придерживая подол зеленоватого платья, и загородила кокон. Узкое бледное лицо, под глазами тёмные круги. Явно не спала пару ночей. На вид лет сорок. Плюс-минус пара лет. Вторая тоже поднялась, но помедленнее. Глянула сначала на украшенную женщину, потом на меня, промолчала, поджимая губы. Служанка? Няня? Ну не свекровь и не мама. Не выглядит она старше.
-Ты?! – то ли растерялась, то ли очень сильно удивилась украшенная женщина.
- Да, - коротко ответила я и решительно шагнула вперёд. Раздвинула женщин, подбираясь к кокону. Мальчишку закутали так, что только нос видно и блестящие покрасневшие глаза. Я возмущённо забубнила – Конечно, отвары не действуют! Закопали его в шкурах! Жару деться некуда! Разворачивайте малого. Осмотреть надо.
Толкнула под руку ту, что показалась мне служанкой. Женщина скромненько засуетилась, бросая косые взгляды на госпожу.
- Как ты можешь быть жрецом? – не унималась «высокородная». – Ты же… ты…
- Вы против воли богов что-то имеете, госпожа? Сказано вам, такой жрец у вас теперь будет. Не устраивает? Обращайтесь к Одину, - я порылась в карманах и выудила контейнер с градусником. Не обращая внимания на возмущённую женщину, села рядом с распеленованным мальчишкой, потрогала лоб, осмотрела глаза, шею. Он послушно показал мне горло, хотя в свете очага-глиняного камина плохо видно. Маленький дешёвый фонарик-брелок выручил. Нос заложен, горло красное. Говорить больно, дышит с хрипом. Понятно. Плавализнаем.
- Как тебя зовут, молодой сын ярла? – спросила у него и поставила градусник.
- Его имя Дан, - ответила за сына женщина с причёской.
- Воды тёплой принесите, чтоб тело ему протереть, и … какой-нибудь ягодный отвар, - попросила я. Женщина кивнула помощнице, та с поклоном выскочила из комнаты. – Как долго болеет? Чем лечили? Как к вам обращаться?
- Меня зовут Грейс. Я жена ярла Фроуда… жрец, - представилась женщина и протянула мне глиняную кружку с каким-то напитком. Я пригубила содержимое и грустно вздохнула. Похоже на землянику. Мда. – Третьего дня стал слабым, ничего не ел. Вчера начался жар. Повитуха осматривала его. Велела поить вот этим.
- Повитуха? – удивилась я. Повитухи в травах шарят только так. А тут одни витаминчики для поддержания штанов. Даже без глюкозы. Странно. Достала градусник и грустно выпятила нижнюю губу. Серебристый столбик перевалил за тридцать девять. Помощница не спешила возвращаться, как на зло. Я достала из внутреннего кармана коробочки и задумчиво поцокала. Ну-с, сиропчик пока отложим. Сначала горло надо залечить. Выдавила таблетку из блистера и протянула юному наследнику вместе с компотом. – Это проглотить. Этим запить. Лучше не жевать… - поздно предупредила. Малой хрумкнул таблеткой и скривил лицо, поспешил запить кисленькой водичкой, смывая с языка горечь. – Молодец. Так, когда воду принесут, протереть тело. Не укутывать. Если будет знобить, то просто растереть руками… А, разберёмся… Я пойду еды принесу.
- Что? Ты будешь ходить в таком виде перед… перед мужчинами? – госпожа указала на мою одежду. Я пожала плечами, сняла шапку и сунула её в карман.
- Только недавно прибыла. Не успела обзавестись одеждой. Надеюсь, с вашей помощью смогу… перестать выделяться, - я коротко кивнула женщине и потопала известным маршрутом в трапезную. Женщина что-то попыталась сказать в след. Но меня унесло. На середине пути пересеклась с помощницей. Та охнула и прижалась к стенке, уступая дорогу и чуть не опрокинув на себя глиняный тазик с водой. Я сделала вид, что не заметила. Вышла в «столовую» и направилась к столу. Под внимательными взглядами замолчавших воинов выцепила тарелку, наложила хлеба, куриного мяса и, развернувшись, направилась обратно. В проёме меня встретила госпожа Грейс, отняла блюдо, чтоб передать его служанке.
- Это отнеси сыну и проследи, чтобы поел. Скажи, это приказ, - велела она девушке. Та кивнула и поспешила исполнить поручение. Меня же госпожа подцепила под локоть и развернула к залу. – Останься, раздели с нами трапезу… Жрец.
- Маша. Моё имя Маша, - представилась я женщине. Та кивнула, запоминая, и ладонью повела в сторону столов. Оставив меня, она скоро подошла к мужу и села на своё место возле него, что-то тихо заговорила, слегка склонив голову.
Я же приземлилась на лежанку у края стола, скинула пальто с шарфом и засучила рукава свитера. Принялась осматриваться. Это ж… викинги! Волосатые, бородатые, орущие «Скол!»…
Так, а теперь без голливудской фантазии. Что в моей голове есть об этом народе? Ярл – знатный. Значит, ближе к дверям уже так себе. За соседним столом некоторые мужчины скучковались и переговариваются между собой – «столовая» команда. То есть в одной сфере работают и отлично друг друга знают. Женщины с кувшинами наполняют кубки, пареньки с чашами и полотенцами расхаживают туда-сюда, ждут, когда кто-то решит помыть руки. На столах приготовленные блюда поданы в больших посудинах – для всех. Самообслуживание. Едят руками и короткими ножами. За столами из женского пола только я, да и то мужики отсели метра на два подальше. А я приземлилась ближе к ярлу. Косяк? Да и так им и надо. Какое ТЗ, такой и результат.
Я закрыла глаза и положила подбородок на ладони. Прислушалась к разговорам, вычленяя голоса. Пиры не просто торжество. Для пиров повод не нужен. Это развлечение, способ скрасить холодные вечера и общение между собой. И я стала отличной новостью! Не только я. Хальвард снова отличился. Притащил странного вида девицу без рода и племени, и она теперь сидит перед ярлом. Хм. Часть осуждает. Часть ехидничает и подшучивает. Кто-то недалеко от меня сочиняет легенду: из далёких земель прибыла лекарша, наделённая огромной силой. Боги благоволят ей. То есть мне. «Чушь! - уверенно отмахивается другой голос. – Блаженная нищенка!» Какие же они шумные…
Переключилась на внутренний монолог, заглушая разговоры.
Ладно. Викинги. Что ещё? Пантеон. Праотец Один, супруга его мудрая Фригг, проказливый Локи. Рагнарёк... Фенрир... Гарм. Бывший муж – Гарм… А Гарм охраняет вход в царство Хель. Прямой сын Локи и великанши. И он же главный пёс в своре в Дикой Охоте. Так, окей. Лааадно. В общем, косвенно с данным пантеоном я связана. Косвенно?!! Была невесткой местного злодея! Развод-то состоялся на бумагах, а выйти из-под покровительства рода бэ эм ещё не успела. Технически – совсем не косвенно получается. Родственнички… Однако.
Так. Дан. Чуть не упустила этот момент. Молодой Дан. Ещё человек. Тот ли это Дан? Мой-то древний волк. А этот… На столько ли древний?
С трудом разлепила веки и озадаченно выдохнула.
Под носом стоит шахматная доска. Белые фигурки расставлены в два ряда с моей стороны. Подняла глаза. Передо мной сидит старец в косоворотке. Воротник расшит красной нитью. Борода видится серой из-за седины. Старик, кряхтя, развернул доску чёрными фигурами ко мне и сделал первый ход пешкой. Я ответила. Мы пару минут позависали над доской, задумчиво разглядывая возможные ходы. Старик хмыкнул и повернул белые фигуры ко мне.
- И в чём смысл? Не мой же ход.
- А ты не смотри на ходы. Поменял – принимай. И продолжай.
- Ой, Отче, к добру ли?
- Всё к добру, доченька. Всё к добру.
Видение развеялось. Вместо старца передо мной сидит недавний знакомый. Хальвард. Где-то шубу свою оставил уже. Рубаха простая, сероватого оттенка. Завязки на воротнике распутаны. Скользнула взглядом по открытой шее, ключице. Немного удивилась чувству смущения. Отвела глаза на его руки. Коротким ножом в тарелке с тушёным мясом ковыряет, делит крупные кусочки на поменьше.
- Так кто ты? Откуда? Что делаешь в доме нашего дротта? – будничным тоном спросил он. Обычная светская беседа, да. А чтобы не поболтать?
- Из восточных земель, - прикинула в уме примерные ориентиры, сопоставила с уроками по географии. Раз здесь одни сосны, а славянские земли славились дубами, то это западная сторона континента. Да и викинги… Территория Скандинавского полуострова. Кто не знает? По памяти попыталась воспроизвести карту. Хоть приблизительно. Помню, что эта территория похожа на унылый орган, потом Финляндия, наша Карелия… С чернозёмом тут туго, выход сразу к четырём морям, лето холодное. Мда, не густо.
- Это где? – не понял викинг, нахмурился. Видимо, тоже мысленно перебирает расположение знакомых ему поселений. Я осмотрелась по сторонам. Чем бы порисовать-то. А, хотя, что я заморачиваюсь? Они же путешественники. Скоро сами всё откроют и узнают, где что находится и у кого вино вкуснее.
- Это далеко в сторону… утреннего солнца, - подобрала определение направлению я. Сутки тут делятся не на часы, а на промежутки времени. Та же полночь всего лишь промежуток между глубоким вечером и очень ранним утром. Как они о встречах договариваются? Моя пунктуальность будет уничтожена.
- Так ты вёльва? – мягко улыбнулся он. Даже немного загадочно.
- Кто? – срочно! Срочно нужна синхронизация! А! Паникапаника! Незнакомые слова посыпались! Сейчас и я начну сыпаться.
- Ты, - он ткнул в меня ножом с нанизанным кусочком мяса. Поморщилась. Терпения мне. Много терпения.
- Как ты меня назвал? Что это слово обозначает? – уточнила я свой вопрос.
- Будущее видишь, руны читаешь, с богами говоришь, - объяснил викинг, запил трапезу напитком из кубка. Я, поразмыслив над определением, кивнула. Будем считать, что так оно и есть. – И ты не боишься?
- Чего? – я огляделась по сторонам. Видимых угроз нет. Сжигать меня никто не торопится. До инквизиции пока не доросли. С дальнего угла зала в нашу сторону спешит девушка с глубокой тарелкой и кувшином. Она затормозила возле меня, поставила мне под нос глиняную посуду с беловатой жижей, кружку и кувшин. Молчком присела, склонив голову, и быстро ретировалась. Что это? Я сунула нос в кувшин – пахнет мёдом. Подвигала тарелкой – жижа совсем жижа. Как мои попытки сделать заливное. Один в один. Какая-то разновидность супа? – Что это?
- Каша и мёд, - разъяснил викинг. – Угощение для уважаемой вёльвы.
- Ойёй, теперь страшновато стало, - я грустно вздохнула. Тяжко ж у вас мне придётся, ребята. Что-то мне домой захотелось срочно. Бургеры манят, шаурмичка сочная, хинкали... Мужчина вопросительно дёрнул подбородком. Я отодвинула подношение в сторону и снова вздохнула. Викинг покачал головой, наполнил кружку мёдом и поставил передо мной.
- Отказ навлечет беду на земли ярла. Пей, - велел он. Я замотала головой и отодвинула напиток. Согласие навлечёт беду на мой желудок. Себя я люблю больше, чем земли ярла.
- Я сказал – пей, - тихо, грозно и настойчиво произнёс мужчина.
- Ты глухой? Нет, - в тон ему отозвалась я. Викинг гневно зарычал и ударил кулаком по столу. Даже посуда подскочила, испуганно звякнув. Ах ты ж!.. Взбесил даже своей дерзостью! Резко подалась вперёд и с силой хлопнула ладонью по столу рядом с его кулаком. Нарвалась на рефлекс: мужик воткнул нож в столешницу. Повезло. Вовремя ладонь убрала. Схватила его кубок и плеснула содержимым в лицо. Упс, перебор. Очень сильно перегнула. Он медленно поднялся, протёр глаза и уставился на меня сверху вниз ледяным серым взором. Я рада, что между нами стол. Надо извиниться. Извинись, Маша, ты же умеешь. Перестань сверлить его ястребиным взглядом. Ну же. – Полегче, ковбой! Не перед женой красуешься!
Что?! Ковбой?! Чётко увидела, как мой ангел-хранитель ударил себя ладонью по лбу. Машей просто так не назовут! Сама от себя в шоке.
Все сидящие в зале обернулись на шум и молча созерцают. Ярл напрягся, вцепился пальцами в подлокотники и хмурится. Что происходит? Как ему поступить? Но и останавливать своего воина тоже не торопится.
- Красуюсь? Я? – тихо с лёгкой хрипцой переспросил он и презрительно оскалился. Слишком показательно. В мозгу замигало табло с надписью «тревога!».
- Ты! - Рот мне зашить бы. Всё, хана. Викинга понесло. Дёрнулся в мою сторону, выбросил руку вперёд, чтоб схватить меня. Отскакивая назад, звонко шлёпнула его по запястью, - Куда, дерзкий?! Сперва ромашки, потом обнимашки!
- Да что ты себе позволяешь?!
- А кто мне что запретит?! Ты, чтоли?!
Разозлённая груда мышц бросился на стол, лишь бы добраться до языкастой ведьмы. Я нырнула вниз, перекатилась под лавкой к очагам. Поймает – не вырвусь. Прочь контроль. Рефлекторно призываю Навьего Зверя. Вскинула голову, слежу за противником, занимаю удобную позу для рывка. Верхняя губа дрогнула, слегка показывая клыки, глухо гортанно рыкнула. Смотрит пристально, внимательно, медленно присел, аккуратно спустился со стола на скамью, держа руки на виду. Я мягко скользнула в сторону, сохраняя дистанцию, выпрямилась, подмечая, что можно использовать для обороны. Почуяла лёгкую перемену в его состоянии. Добавились холодность и леность в движениях. Со скамьи шагнул, как в полёт рухнул. Распрямился, плечи слегка вперёд вывел, костяшки пальцев побелели от напряжения, зрачки расширились, вытесняя серость чернотой. Да ты никак берсерк, дорогой? Воин Одина. Вот это дааа. «Мишка. Мой плюшевый мишка…» Я задорно усмехнулась. Викинг с громким рёвом бросился вперёд, оставляя мне тактику ускользания. Плавно ухожу от его выпадов, оказываюсь то сбоку, то за спиной, легко касаясь плеч и спины. Дразню и выматываю. Берсерки, не чувствуя боли, бездумно сжигают внутреннюю силу в лобовой атаке, беря напором. Навьи Звери, наоборот, стараются приложить минимум ресурсов на максимальный результат. В голодные зимы иначе никак. Пока медведь спит, волк охотится.
Нам не мешают. Наблюдают, обсуждают, спорят. Своих мест не покидают, чтоб не попасть под раздачу. Правильно. Боковым зрением уловила движение. Из арки госпожа Грейс с радостной улыбкой на лице вывела Дана. Она слегка нахмурилась зрелищу, но не остановилась, отвела сына к отцу. Я отвела бушующего воина ближе к выходу, закружила вокруг него, отвлекая зрение лёгким мороком, и отступила к подиуму. Берсерк пока что будет думать, что я поблизости. Вот и пусть сам себе солирует. Подошла к правящей чете, потрогала лоб мальчишки. Жара как не было. Прекрасно.
- Ночь должна пройти нормально, - тихо проговорила я женщине и протянула блистер с лекарством, - утром может снова появиться жар. Если будет, то дайте ему одну вот такую штучку. Одну. Не две, не пять, и не всё. Только одну. И только если будет жар. Я вернусь днём и ещё раз осмотрю мальчика.
- Ты не останешься в нашем доме? Мы не угодили тебе? – Ярл поднялся со своего места, за руку отвёл сына в сторону. Он предостерегающе вскинул руку и судорожно вдохнул.
Я развернулась. Застыла. В лицо смотрит остриё лонгсакса. Провела взглядом по обуху к рукоятке, зажатой в огромной лапище. Лапа принадлежит берсерку. Посмотрела ему в глаза. В застывших зрачках викинга мелькнул страх – импульс, вернувший здравомыслие. Остриё еле заметно дрогнуло и упало вниз, распарывая мне свитер от груди до вязаной резинки. Вплётенная в шерстяную нить магия заискрила, схлопываясь. Несчастный свитер рассыпался на отдельные детальки и лёг к моим ногам золой. Без магии его не может быть в этом времени. Я опустила взгляд – майка тоже разрезана в области груди, обнажив кружево, и испачкалась в красном. На коже в области декольте царапина.
- Йя… огорчена и расстроена, - медленно произнесла я. Мягко говоря, да. Я не огорчена на самом деле. Я сдерживаю ярость. Вот наглец! Так подло! Я-то за ножи не хваталась! Фу, мерзость! Бесит меня! Бесит! Негативные эмоции перетекли в ладони, взыграли покалывающим ощущением на кончиках пальцев.
Он пришёл в сознание, взгляд опустил на мою дышащую гневом грудь и, вскинув брови, издал задумчивое «хммм». Первым взмахом руки влепила звонкую пощёчину этой заносчивой наглой морде, второй удар в солнечное сплетение, чтоб подавился тем, чем хмыкает. Третий удар – шаг в сторону и вперёд - нанесла по позвоночнику под лопатками, отдавая остатки ярости. Викинг выгнулся, всхрипнул и упал на колени, выронив лонгсакс. Функция «берсерк» отключена. Ему – сутки с мигренью, а мне – довольство собой. Не зря по кладбищам волкодлаков ловила. Научили.
- Маша, - тихим растерянным голосом позвала меня супруга ярла.
- Ой, да что ему будет? Через полчасика поднимется, как ни в чем не бывало, и дальше продолжит пить, - отмахнулась я, прошла за вещами. Намотала шарф на шею, накинула пальто, натянула шапку, поправила волосы и направилась к выходу. Никто не останавливал, не преграждал дорогу. На улице темнота густая. Направление помню. В крайнем случае, подключу внутреннего проводника.
Вот уж разность воспитания! Как подло за клинок схватился! А если б я так сделала?! Живым с пира не выполз бы! Надо было. Но я же начала, собственно. С другой-то стороны. Эх, язык мой длинный без костей. Что за характер? Вечно мне надо рот открыть и чтоб последнее слово за мной.
Как и предполагала, на дорогу ушло примерно полтора часа и все песни, что смогла вспомнить. Угли в очаге ещё тёплые. Накидала дров, запалила бумагу. Проверила книги, переданные Даном. Ничего подходящего по обстановке. Ладно. Взяла чистую тетрадку и раздербанила на отдельные листочки, расписала имена, развесила на стене над свободной лежанкой, там же разложила свечи, карты, амулеты. Красным маркером начертила на плече рунный став для открытия всего скрытого, зачитала оговор и закинула в очаг подношение. Села на лежанку под записями и закрыла глаза. Пора переварить то, что уже есть.
В местном представлении я – вёльва. Выказали уважение. Посмотрели умения. Можно ли считать, что преград к передвижению не будет? Больше да, чем нет. Куда делся предшественник? Кто будет после меня? А они мне нужны эти пять лет? Что-то хочется домой поскорее. Так и не спросила, что со жрецом местным произошло. Не мог же он просто так испариться. И ощущение свербит, будто что-то не так. Посмотрим… Посмотрим…
Но ведь не так! Слишком резкое начало. Быстрая круговерть какая-то. Да, из-за отсутствия технологий время теряется в быту… Но как-то всё… Не понятно. Не привычно? Сказочно? И как пантеоны между собой действуют? Будут ли последствия? Связана с Локи через брак, а родная родовая линия за Сварогом значится. Интересно. Велес приходить может. Хорошо. Дальше.
Эмоции. Навык отгораживаться от эмоций наработан. Мозг спокойно думает, пока чувства как на качелях раскачиваются. Страшно. Куча непонятных «а вдруг» и «что если». Ещё этот… Прокручиваю в голове события с момента визита… этого… Винни-Пуха. Что он ворвался так резко? Я ж не готова совсем! Вспомнилась его крепкая большая ладонь, сжавшая мои пальцы, поездка на лошади, он за спиной… Щёки вспыхнули, подавилась вдохом. О. Гормоны заплясали. Тьфу. Тьфу на меня. Тьфу на мою головушку дурную. Маша, так нельзя. А внутренний ребёнок уверенно отвечает: «льзя!» и воображение включает. Ну ладно. Симпатичный. И раздражает. Что за показушные выступления? Видимо, культура сказывается… Или отсутствие культуры.
Лошадиное ржание с улицы донеслось. Откликнулась раздраженным рычанием. Опять?! Размышления и желание копаться в себе улетучилось. Состояние сосредоточенности помахало ручкой. Дверь ударилась в стену. Став заработал, чтоли?
На пороге знакомая персона. Лёгок на помине. Держится за косяк. Осторожно переместился к лавке, сполз по стене, голову чуть назад отклоняет. Не на долго же его хватило. «Если кто-то громко плачет…».
- Я виноват, - хрипло произнёс воин Одина. Я угукнула. Про свою часть вины благоразумно промолчу. Ты виноват. Нечего на меня кулаком стучать. Иш, храбрый! Поглядела на страдальца задумчиво. Вот оно мне надо? Надо мне впутываться в интриги и разборки тех, кто давно прах для меня? Какая ж я неадекватная. А, была не была. Нехотя сползла со своего места, подошла к гостю и скинула с его головы капюшон, распутала кожаный ремень на его поясе, аккуратно стянула меховую куртку. Теперь льняную рубаху надо как-то снять. Тоже поясом плетёным подпоясана. Присела перед ним, заковырялась с завязкой. Кто так узлы вяжет? Хоть бы петельку оставил… Что я делаю?!
- Снимай, - раздраженно велела ему, сама же отправилась ковыряться в аптечке. Нашла, чем растереть ему спину, обернулась и… осела на лежак, прижав склянку к груди. Щёки вспыхнули, кончики ушей запылали. Сердце как-то не хорошо ухнуло вниз.. Вдох-выдох. А мишка рельефный такой. Совсем не плюшевый. Вены на руках проступают.
- Кто ж тебя так послал в мою обитель? – задумчиво спросила я.
- Ярл, - ответил викинг, наблюдая за мной из-под прикрытых век. Спиной к стене прислонился, головой старается не вертеть. Шубу свою встряхнул и, выудив из меховых недр сухой помятый веник, протянул мне.
- Эт что? – озадаченная, поинтересовалась я.
- Ресницы Бальдра… Ромашки по-твоему, - отозвался викинг. – Ты сказала… А второе растение я не знаю. Может, в наших землях оно иначе зовётся. Объяснишь - так я принесу.
Похлопала ресницами, переваривая. Вспомнила. Расхохоталась до слёз. Гербарий притащил, значит. Извиняется. Ну, мишка, позабавил.
Отсмеялась, отдышалась и занялась лекарскими обязанностями. Пересадила жертву на табуретку для удобства. Погладила лоб, виски, помассировала у основания черепа, «запрокинь голову», «наклони голову», «поверни». Откупорила склянку, высвобождая лёгкий ментоловый запах.
- У вас есть бани? – спросила его, втирая «согревательное снадобье» между лопаток. Он утвердительно угукнул. Я накинула махровую ткань ему на спину, помыла руки и села рядом. Время допроса! – Вот и замечательно. Попаришься, и боль пройдёт совсем. А твой клинок… кто его заговаривал?
- Я, - ответил викинг. Ещё и колдун, чтоли? Неее. Я бы почуяла, пока в боевом потоке была.
- Откуда ты знаешь, как это делать?
- Меня учил дротт, - он слегка повернул голову, чтобы лучше видеть моё лицо.
- И где он теперь? – я задумчиво прикусила губу и скрестила руки на груди. Вытянула ноги к очагу. Покрутила головой, разминая шею. Устала. Надо бы выпроводить гостя. Его присутствие не то во мне раздражает. И это раздражает. Сидит тут… Ромашки притащил… Глянув на букет, ухмыльнулась.
- Сказал, что отправится за знаниями.
- Когда это было?
- Дней восемь тому, - викинг скользнул взглядом по моему лицу, заметил оставленный в декольте порез. Коснулся легонько кожи возле его «творчества». Я замерла и растерянно выдохнула. Коснулся. Вот так просто. Хлопнула его по руке и, недовольно бурча под нос про наглость, пересела подальше. Сначала он год усердной работы запорол по дурости, теперь болт кладёт на защиту, встроенную в исходное заклятье. Я могу касаться других! Я! Но другие меня трогать не могут. Специально так задумано, чтоб сделать моё пребывание тут безопасным. Его же должно обжечь.
Почему тогда меня обожгло? Изнутри. Ох уж это злополучное «хочу»! Оно мне надо? Что с ним делать-то? Пора выпроваживать. А то в голове кроме ругательств на свою персону ничего не осталось.
- Ты можешь уже домой отправляться, - хмурясь, произнесла я, - прогревания в бане быстро всё поправят.
- Угу. Так что за растение надо найти?
Я протяжно выдохнула. Пожалею же. Потом. Ой, пожалею. Подошла к нему, слегка наклонилась и прошептала:
- Это не про растения.
Глава 2.
Каменный балкон. Высокие колонны подпирают деревянный навес. Я сижу в мягком кресле. Рядом стеклянный столик. Поднос с фруктами. Два хрустальных фужера до середины наполнены красным вином. На соседнем кресле сидит прекраснейшая из женщин Вальхаллы. Она облокотилась локтями о подлокотник и кулачками подпёрла подбородок. Смотрит, умиленно улыбается. Глазки искрят лукавостью, пышные ресницы часто-часто вспархивают, будто готовы вознести обладательницу в космос. Золотой водопад волос прикрывает то, что не смогла прикрыть отнюдь не скромная туника. Закинула ногу на ногу и болтает.
Я залипла на её красоте. Всё-таки мужская и женская красота очень разнятся. Мужская - имеет привкус устрашения, лёгкой воинственности и будто заявляет «я тут власть!». А женская – это плавность линий, изгибов. Это вечное обещание, желание и тихий скромный отклик «да, душа моя, ты тут власть».
- Ну как? – игривым голоском спросила богиня плодородия.
- Мда. Дерьмо иногда случается, - выдала я. Абсолютно не то, чего она ждала. Прекраснейшая возмущенно отпрянула назад и сложила пухлые губы трубочкой. А я заорала что есть силы, - Я знала, что так будет!!
Подскочила, принялась расхаживать из стороны в сторону, скрестив руки за спиной. По сценарию всех фэнтезийных попаданцев первый встреченный связан с главной героиней до самого финала. До последней страницы. Я вскинула руки к ясному голубому небу и ещё раз заорала. Вот оно мне надо? Год как развелась. Две зарплаты потратила на психолога, чтоб разобраться во взаимоотношениях полов. Столько обещаний себе надавала. Для чего? А для того, чтоб оказаться в глубоком прошлом неизвестного периода и… не рыбку съесть!
Прооравшись, я вернулась к своему креслу и пригубила вина.
- Ладно, - вздохнула, оторвала виноградинку, закусывая терпкий виноградный напиток, - это было … как это… слово из головы вылетело… - пощёлкала пальцами у виска, помогая памяти, - по-божески… а, не! Божественно. Это было божественно. Прямо-таки как надо... Кто затачивал?
Прекраснейшая иронично хмыкнула и покачала головой. Собственно, что ещё она хотела услышать от такой родни-двурушницы? Не комплимент же. А мне надо поддерживать репутацию токсичной ехидны. С ними по-другому никак нельзя. И так на шее сидят, туда-сюда мою судьбинушку тридцатого размера запихивают… Конечно же, Хальварда лепила богиня плодородия. С норнами тоже она договаривалась.
- Слушай, - вдруг вспомнила я каверзный вопрос, разнёсший мою веру в психологов в клочья. – А почему он меня коснуться – ха, коснуться! - смог? Я ж вплела в заклятье удержание души, возврат к истокам и защиту оболочки. А викинг… не колдун.
- А сама не догадываешься? – на красивишном божественном лице расплылась сладкая улыбка. Она подмигнула и поиграла бровями. Типа, разгадай головоломку.
- Он таки колдун? – я удивлённо поглядела на богиню. Та покачала головой. Жрец мог научить его чему угодно, да без посвящения толку-то. Только свитера заговорённые и распарывать. – Проделки Локи?
- Ты плохо о нём думаешь, - фыркнула Фрейя.
- Не только о нём, - призналась я богине.
- Мы в курсе, - улыбнулась она. – Так что? Версий больше нет?
- Близких к реальности нет, - покачала я головой и вопросительно глянула на собеседницу.
- Потому что он полюбил тебя, глупенькая, - проворковала богиня и звонко рассмеялась.
- Да иди ты! – отмахнулась я. – Какая это любовь?
- С первого взгляда, - прекраснейшая картинно взмахнула ручкой и коснулась пальчиками лба. Она вдруг села ровно, стала серьёзной и печально вздохнула. – Так случается. Встретились, увидели друг друга и душами поняли, что вот оно. То самое и такое, как надо. Думаешь, он не заметил, как ты Дух Волка призвала? Равную заметил. Раньше, лет шесть назад тоже была равная, но.. Он, находясь под влиянием Духа Медведя, погубил свою супругу. Хорошая была девочка. Для этого времени, для своего возраста. Но норны решили вот так.
- Зы сыс карма, - кивнула я. Продублировали ситуацию, чтобы в ключевой момент человек смог сделать другой выбор, исправить ошибку. Викинг справился. – А если бы он меня проткнул, то чтобы было?
- Ничего, - пожала плечами женщина. – Вернулась бы в избушку и продолжила бы своё дело с закрытым ртом. Каждая встреча чему-то учит, да?
- А где моя Тень?
- Да, заблокирована, - кивнула богиня плодородия.
- А где жрец?
Она щёлкнула пальцами, разрушая сновидение…
- Да где же этот жрец? – недовольно произнесла я и села на постели. Начался новый день. Кофейку бы… Потревоженный викинг поднял голову и, не успев меня сграбастать в объятья, сонно ухнул. Я спрыгнула с лежака и поспешила к стене с записями. Надо внести детали разговора с богиней. Уязвима для рук викинга. Любовь с первого взгляда. Богиня знает, что случилось с бедолагой дроттом. То есть боги в курсе, сами ничего делать не захотели, подсказок давать не собираются. Но ехидна токсичная им тут нужна. Имя Фрейи вешаю над линией «Хальвард». Её творение, её золотые локоны просматриваются. Поставила табуретку напротив записей, села, скрестив ноги, и, рассматривая листочки, занялась расчёсыванием волос. Странная привычка: думать и проводить серебряным антикварным гребешком по волосам. С русалками водиться… Забормотала себе под нос. – Что не так? Восемь дней назад ушёл за знаниями. Что за знания ему потребовались? Это ж жрец. Мог напрямую у богов спросить. Значит, не ответили. Почему? Не должен был узнать. Что узнать? Хм, вопрос… Куда пошёл за знаниями? А мне почему не сказала, где жрец? Не должна знать… Или не у того бога спросила. А какой ответит?... Хм, не вопрос, но оно мне надо с ним связываться? Не хочется… Паяц!.. И викинга мне зачем-то подсунули… Зачем?.. И мне этим пять лет заниматься?.. Вёльва. Представительница Фрейи на земле. А ведьма… Чьё там сердце Локи съел?.. Этого хлебом не корми, лишь бы накосячить. Ох уж эта родня. Боги!.. О, боги. Так!
Заплела косу, привела себя в порядок после сна. Гребень в волосы вставила. Чтоб скрасить ожидание, когда греча согреется, села под бок к викингу и залипла, рассматривая его. Ровное дыхание еле заметно, веки не дрожат. Спит богатырским сном. Волосы растрепались, тёмные шелковистые пряди красиво обрамляют контуры лица, прикрывают шею. На левом плече старый округлый шрам. Стрелу поймал, похоже. Под грудной клеткой ещё один, длинный. Это уже меч напоминает. На руках ближе к кистям мелкие бледные шрамики. Ножи? Тетива? Стрелять из лука по-любому с детства учился.
А вот на правой ноге ниже колена шрамы от укуса большой собаки. Алабая дразнил, чтоли? Или оседлать пытался?
- Значит, ярл послал, - пробормотала я себе под нос. Он открыл глаза и посмотрел на меня. Насыщенно серый цвет. В обрамлении густых тёмных ресниц.
- От тебя пахнет… сладостью, - тихо произнёс викинг. – Я раньше не встречал подобных ароматов.
- Ещё бы, - усмехнулась я. Куда ж без походной косметички. А там для сего времени слишком много парфюмерной всякой всячины. – Ты проснулся, чи шо? Пора и до деревни собираться.
Я спрыгнула с лежака, переставила сытный завтрак на стол, заварила ромашку и махнула викингу, чтоб присоединялся. Мужчина лениво поднялся, потянулся. Видит, что я наблюдаю, прикусив край ложки, и специально медленно ремни шнурует, рубаху натягивает. Мда. Изящненько. Респект и уважение Фрейе.
- Покажешь мне ваше поселение? – спросила я у викинга. Он кивнул, пробуя горячую кашу. Нахмурился, тёмные зёрна на ложке рассматривает. Ага, запах мяса есть, а самого мяса не видно. Да и не распространена в этих местах подобная крупа. Кажется, мне булгур ещё впарили. Надо будет замутить как-нибудь на костре.
- Ты сказала, что из восточных земель прибыла к нам, - припомнил вчерашний разговор Хальвард, слегка прищурившись. – Одна весь путь проделала? Без провожатых? Без охраны?
- Да, - кивнула я. Не такой уж и долгий путь. Пнули в воронку заклятья, и я уже тут. Но ему об этом знать не обязательно.
- Пешком. Через леса и болота. Через реки. Мимо десятка селений грозных воинов. Как? Ты хоть и вёльва, но всё же молода и не на столько сильна, чтоб справиться даже с одним хорошим… мужчиной, - продолжил свою мысль викинг. Который вчера видел меня в боевом потоке. К чему он клонит?
- Я быстро бегаю, - усмехнулась я. Викинг продолжил сверлить меня своей серьёзностью. Я цокнула и предложила ещё вариант, - Боги берегут меня.
- Ты беглянка, - уверенность в его тоне заставила меня засомневаться в себе. Я беглянка? Да, сбежала в зиму на работу из тёплого летнего отпуска. Как раз путёвку выбирала, когда теневые товарищи нагрянули.
- И как же ты пришёл к такому выводу? – я задумчиво почесала лоб. Его логика сурова и беспощадна. Хе-хе. С любопытством взглянула на собеседника.
- Одежда не по статусу, - пожал плечами мужчина, - украшений, достойных вёльвы, нет. Посоха нет. Спутников нет. Упряжи нет. Шрам на животе. И ты женщина.
Я умиленно улыбнулась. Женщина. Меня назвали женщиной. Не «братан», не «мужЫк», не «огонь-баба». Как же это мило. Осталось шары мои стальные на полку в хрустальную вазочку выложить… Погоди-ка… а что он имеет в виду? Нахмурилась, закатала умиление вместе с губой обратно. Я слабая и беззащитная? Я?
- Ты поел? – дурацкую тему он затронул. Мне нужна консультация специалиста по вопросам этики и культуры местного населения. Говорила же, нельзя просто так взять и послать без подготовки неизвестно куда. Косяки неизбежны… Я – неизбежность! Сарказм, ирония и самокритика. Могу себе позволить.
Мы наскоро собрались и отправились на экскурсию. Коняшка Хальварда за остаток ночи успел вытоптать тропинку вокруг забора, расковырять траву и подпортить красоту видов. Викинг расчехлил «транспорт», погладил там-сям, ремни проверил и махнул мне рукой, предлагая занять место в первых рядах. Ну что ж… Когда-нибудь привыкну.
При свете дня дорога к поселению выглядит обычно. Типичная притоптанная тропа среди соснового строя. Снежок тонким слоем прикрыл подножия деревьев. Среди макушек мелькает огромная тёмная тень ворона. Ведёт нас от самой избушки. Хугин или Мунин? Мысль или Память? Хальвард сделал ещё одну попытку разузнать обо мне что-нибудь. Заверила его, что не беглянка. Вот что о себе рассказывать? Про высшее образование? Про Тень? Про будущее? Они всё равно до моих времён не доживут. Только обрывки ткани, черепки, да ржавчина. И догадки археологов.
Лес закончился резко. Тропа разделилась. Левая дорога спускалась по пологому склону к отдельно стоящему дому, оградой которого служили длинные жерди. Там, под навесом, выложена печь с площадкой для углей, бочка с водой, наковальня на широком пеньке. Задняя стенка печи прилегает к вытянутому одноэтажному дому. Из крыши в светлое небо валят три столба черного дыма. Откуда-то из-за печи вынырнул мужчина и замер, что-то разглядывая в руках на свету.
- Кузница? – я ткнула в ту сторону.
- Да, - отозвался экскурсовод, поворачивая в другую сторону. Вторая тропинка, забирая в сторону леса, обогнула несколько участков и вывела на главную улицу. Плетёные заборы по обе стороны от дороги отделяют территории вытянутых домов. Правильно ли обозвать эту часть палисадниками? Что-то там да сажают в тёплую пору. За некоторыми домами виднеются пристройки и навесы. Слышно домашнюю живность: козы блеют, куры, коровы. Женщины в платках, длинных сарафанах и шерстяных накидках ведут домашний быт: кто-то выстилает сеном тропинки перед домом, парами перебирают крупы, в корытах деревянных что-то месят. Стайка молоденьких девиц, смеясь, несёт корзины с бельём. Завидев нас, девушки неуклюже сбили шаг и сдвинулись в сторону, уступая дорогу. Любопытные. Рассматривают меня широко раскрытыми глазами, тихонько перешёптываясь.
Дом ярла выделился на общем фоне вторым этажом и богатыми резными украшениями. Факелы со следами гари напоминают о ночной «посиделке». Широкие двери плотно закрыты. Смотрится пустым и брошенным. Викинг хотел было повернуть к порогу местного главы, но я похлопала его по колену и махнула в сторону. Понял, продолжил путь по главной улице. Три двора, дом ярла, кузница… Ещё четыре похожих друг на друга дома, обитательницы которых за нами наблюдают.
- А где мужчины? Чем они заняты днём? – поинтересовалась я.
- Кто где. Охота, рыбалка, в доме тоже много дел бывает, - отозвался викинг. Дорога пошла по наклону, плавно ведя к берегу широкой реки. Проехав по каменистому пляжу, мужчина повернул коня к стоящему в отдалении от остальных длинному дому. Вход делит постройку на равные части. Крыша, как и у остальных, походит на перевёрнутую лодку, ограда плетёная из веток, калитки нет. Хальвард спрыгнул с коня и помог мне спуститься. Из дома выбежал юноша и замер, в ожидании.
- Это Хринг, старший сын моего младшего брата, - представил подростка мужчина и передал тому поводья. Мальчишка мотнул головой и спешно утащился вместе с конём за дом.
- Ты тут живешь? А можно… мне… внутрь?.. – я замерла у забора. Интересно же, как там всё устроено. Это не картинки в интернете. Викинг, усмехнувшись, кивнул. Он распахнул дверь, уступая мне дорогу. Я переступила порог и очутилась в жарком, душном помещении. Широкий очаг выложен в круг камнем. Даже столешница предусмотрена. За длинным столом сидят три молодые женщины, что-то готовят. Они отвлеклись на нас, замерли. Растерянно переводят взгляды с меня на Хальварда.
- Доброго вам дня, - я улыбнулась им, продолжила осматриваться. Помещение соединяет в себе столовую и кухню, по обе стороны от входной двери арки, ведущие в другие комнаты. Напротив поставлены деревянные перегородки так, чтоб получилось ещё две комнаты и коридор между ними. В конце получившегося коридора дверь, ведущая на внутренний двор. Хальвард скинул куртку на лавку у входа и, проходя мимо стола, представил женщин.
- Далия, моя младшая сестра. Тира и Агот, жёны братьев, - викинг обогнул очаг и скрылся в правой отгороженной комнате. Я же села к женщинам за стол и сунула свой любопытный нос в их дела. Бобы перебирают. Жёны с покрытыми головами, волосы спрятаны под платки. А вот сестра, наоборот, повязала на лоб широкую расшитую разноцветными нитями ленту. Волосы заплетены в тугую косу и уложены на затылке красивым бубликом.
- Жена, жена, сестра… Как вы уживаетесь под одной крышей? – спросила я у женщин. Те переглянулись, будто не поняли вопроса. Я же принялась рассматривать всё, что лежало на столе. Кружки, тарелки, ножи, миски, плошки, ложки. – Большая у вас семья? Есть кто-то старший? Главный? Как распределяете обязанности?
- Ты прибывшая издалека вёльва? – осторожно спросила одна из жён. Я кивнула, взяла горсть бобов, рассматривая и их. Не сказала бы, что есть разница между этими и теми, что в моём времени. Женщины переглянулись. Далия подскочила и побежала к очагу. Она быстро налила в плошку что-то из железного чана, вернулась к столу и поставила мне под нос суп из каких-то зелёных растений.
- Да мы уже поели… - я слегка отстранилась. – Это обязательно? Традиция?
- Да, - закивали женщины. Далия затараторила, впихивая мне в руку деревянную ложку. - Если в дом пришла вёльва, то обязательно нужно предложить ей угощение. Обычно подают кашу на молоке и мёд. Но мы совсем не ожидали такой гостьи! Мужчины только недавно закончили утреннюю трапезу и разошлись. Остался только суп, госпожа. Простите, если не угодили, и не гневайтесь.
- Понятно, - я вздохнула и попробовала угощение. На вкус обычный крапивный суп на курином бульоне. Без соли. Но вкусно. – Так что там с главой семьи? Как у вас всё устроено?
- Хальвард старший, - пожала плечами Далия.
- А как же отец Хальварда? Или мать? – не унималась я. Мои вопросы женщинам казались дикими. Словно я не знаю элементарных вещей.
- Хальвард старший мужчина в семье. Он принимает решения, - пояснила одна из жён. – его мама, Марта, ведёт домашнее хозяйство. А ещё она повитуха. Помогает женщинам и детям. Сейчас она отправилась на холм помогать в родах.
- На холм это?.. – я указала приблизительное направление, где возвышенность и основное скопление домов. Женщины кивнули. Значит, мама викинга прописала Дану витаминки, но она повитуха. Не пойму, пока не познакомлюсь. Я для приличия съела ещё пару ложек супа, поблагодарила за угощение, пожелала милости богов этому дому и продолжила осматриваться. Конечно же, коснулась одежды и украшений женщин. Грубоватая льняная ткань. Длинная шерстяная сорочка и простого кроя сарафан. Стеклянные бусы, брошки. Руки без перстней и браслетов. На поясах прикреплены мешочки с полезным содержимым. Подошла к очагу, присела, разглядывая кладку.
- Хальвард! А почему в ваших домах очаги выложены вверх, а в доме дотта вкопан в землю? – громко спросила я.
- Что? – переспросил он из своей комнаты. «Бубубу землю» - так он мой вопрос услышал? Я усмехнулась, поднялась и направилась к нему, на ходу повторяя.
- Почему в ваших дома… ах, - я заглянула в его комнату и подавилась своим интересом. Викинг с голым торсом протирает руки влажной тканью. Фрейя! Ну что ты начинаешь? Нормально же всё было! Щёки вспыхнули, дыхание сбилось. Стало очень жарко. Испуганно дёрнулась в сторону, теряя викинга из поля зрения, столкнулась с перегородкой. Со второй попытки сориентировалась в пространстве и повернулась спиной к его персоне. Вспомнила, что всё нормально. Я тут ведьма. Опасаться нечего. Медленно выдохнула.
- Так что ты хочешь? – мягко и слегка насмешливо спросил он. Мурашки табуном прокатили по спине к шее. Меня аж передёрнуло.
- Ой, вспомнила! У меня дел столько! Столько дел! – поправила воротник пальто, рукава, шапку натянула до самого носа и ломанулась к выходу. Кажется, даже расслышала тихий смех богини плодородия.
После натопленного помещения свежий морозный воздух охладил. И мозги, и гормоны. Протёрла лицо ладонями, мысленно отругала. Вчера надо было быть такой скромной. Сегодня что не так? Я помню, как Анхур управлял моими чувствами, вызывая эмоциональные качели. Но то старый забытый бог и ныне демон. А тут древнее ископаемое! Чему его жрец учил? Не управлению же ведьминским настроением. Вожделение – вот как это называется.
В размышлениях и борьбе с мысленным диалогом дошла до берега реки и свернула в сторону от деревни. Любопытно же, что там дальше. Несмотря на морозец, вода не замёрзла. Видно течение. Минут десять брела по каменистому берегу, пока не заметила в сухих кустах протоптанную тропинку, ведущую вверх по крутому обрыву. Карабкаясь, цеплялась за корни молодых сосенок. Деревья плотно вцепились в крупные камни и упорно тянутся к небу. Когда макушка оказалась выше плоской вершины, остановилась, переводя дыхание и осматриваясь. Метров на пятьдесят от края обрыва полянка зачищена от сосен, даже пеньки выкорчеваны. Идеально круглая. По центру высоченный дуб. Рядом булыжники выложены в несколько линий так, чтоб дерево оказалось в центре их пересечений. Вот это открытие. Вкусно.
Поднялась повыше и тут же пригнулась. Дальше по течению перед дубом замер высокий худой парень в некогда белой длинной рясе. Капюшоном голову прикрыл. Вижу, что губами шевелит. Заклятье читает. С другой стороны, ближе к деревне, на снегу лежит завёрнутое в черную ткань тельце. Не поняль. Жертвоприношение? Не в мою смену! Нащупала под рукой камешек и, рискуя слететь вниз, швырнула со всей силы в белую рясу. Не попала, но отвлекла. Сбила речитатив.
- Ты что творишь? – заорала я на колдуна, кое-как забралась на холм и подбежала к черному свёртку. Мальчишка в шерстяной накидке. Без сознания. Рядом деревянный меч. Открыла лицо ребёнка и выругалась. Дан! Вот же шпана непослушная! Лоб, лицо горят, дыхание слабое. Похлопала его по щекам, потрясла за плечи. Бесполезно!
- Тебя тут нет, - удивлённо протянул парень в белой рясе. Ткнул в меня пальцем и покачал головой. – Нет-нет! Тебя нет, но ты тут. Ты не дух. И одежды твои не подходят. Кто ты?
- А ты кто такой? – я попыталась поднять мальчишку. Лёгкий!
- А я смерть, - рассмеялся парень, - и за тобой приду. Я заберу вас всех!
Он сделал шаг вперёд, но словно на преграду наткнулся. Замер перед первым булыжником и не рискнул шагнуть дальше. Ага. Не пройдёшь, значит. Схватила деревянный меч и сделала пару рубящих движений над телом юного наследника, оговаривая возврат магии. Парнишку оттолкнуло назад. Дан издал слабый стон. Ага… Был бы настоящий клинок, то снёс бы магию напрочь. И я даже не додумалась в карман что-нибудь из амулетов запихнуть. Что есть? Вода есть!
- Так, малой! Валим отсюда, - подхватила мальчишку за грудки накидки и потащила к спуску. Усадила на край земляной лестницы и, особо не церемонясь, столкнула его вниз ногами. Сама так же на пятой точке прокатилась. Подняла пацана, придерживая за пояс и закинув его руку себе на плечо, повела в сторону селения. Двенадцать лет, а ростом почти с меня. Удобно. Удобно нашёптывать «стяг» и перетягивать наведённую колдуном магию на себя. С каждым словом Дан топает бодрее, активнее. А мне, наоборот, становится хуже. По телу катается шар ломоты, застревает в суставах, сводит мерзкой тянущей болью. Жарко. Ноги горят, руки жжёт, голову затуманило и к земле тянет. Всё. Не выдержала, отпустила мальчишку и упала на колени.
- Беги за Хальвардом, - скомандовала ему. – Он ближе всех. Беги!
Он не возражал. Послушно помчался по адресу. Минут двадцать туда - обратно. Не успеют. По острым холодным камешкам доползла до воды. Опустила ладони в обжигающий холод, призывая родных богов. Руки онемели, чувствительность отключилась. Поднялась на ноги и пошла в воду как есть, прося смыть наносное заклятье. Что-то схватило за ногу и потащило на глубину, отрезало от воздуха и шустро перебралось на грудь, придавливая ко дну. На щеках ощутила прикосновение мягких ладоней, губ лёгкий поцелуй коснулся.
«Нет здесь твоих богов. Только мы»
Те же руки потащили против течения в сторону селения. Иногда подталкивали к поверхности, давая сделать глоток воздуха. Плыли, пока ноги не начали цеплять дно. Отпустили. Я, барахтаясь, заняла вертикальное положение и выпрямилась. Откашлялась. Лицо протёрла и осмотрелась. За спиной дом викинга. Передо мной из воды до груди вынырнула обнажённая дива и разглядывает меня, улыбаясь. Русалка. Красота манящая. Я вытащила из-под мокрой шапки гребень и протянула спасительнице. У той глазки заблестели. Водная принцесса радостно схватила отступную вещь и нырнула под воду. Спасибо за помощь. Надеюсь, больше не потребуется. Добрела до берега и устало села на камни. Морозец осторожно принялся выстуживать мокрые вещи. Одежда медленно дубеет. Как же лень вставать…
За спиной раздались взволнованные вскрики. Вёльву зовут. Я, чтоли? Встряхнули вверх. Голова закружилась от резкого движения. Поймала насыщенную серость, зацепилась, держа себя в сознании. Викинг внёс меня в дом, усадил на лавку и, велев женщинам принести сухую одежду, принялся стаскивать мокрые вещи.
- Э! – его рука на поясе моих леггинсов привела меня в чувство возмущения. Хлопнула нахала по шустрым пальцам и недовольно выдохнула.
- А ночью ты так не сопротивлялась, - слащаво улыбаясь, тихо проговорил мне на ухо викинг. Губами коснулся скулы. Вот опять! Дыхание сбилось, а сердце споткнулось, застучало быстрее, разгоняя кровь и жар по телу. Согрелась тут же. Вцепилась в его горло в попытке придушить мужика!
- Перестань так делать! Перестань! Это бесит! – зарычала я. Он рассмеялся, отступил назад, мягко снимая мои ладони с шеи. Дистанция пошла на пользу. Удалось сконцентрироваться и отстранить негодование по поводу его влияния на меня. – Баня есть? Надо прогреть тело.
- Растирание тоже хорошо помогает, - хмыкнул Хальвард, жадно разглядывая меня с высоты своего роста. И в глазах лукавые огоньки пляшут. Выручила Далия. Девушка подлетела к нам и всунула брату в руки аккуратную стопку одежды. Тот вернул вещи обратно сестре. – Отведи вёльву в баню.
- Но мужчины ещё не помылись, - заметила сестрёнка, - и воды надо принести.
Старший брат поморщился и махнул рукой. Девушка смущенно поджала губы и послушно повела меня на задний двор. Сосновый сруб с приоткрытой дверью вызвал детский интерес. Я даже про провожатую забыла. И про мокрую одежду. Нужно же всё разнюхать. Топилась банька, конечно же, по чёрному. Рядом с дверью печка выложена из речного камня прямоугольником в метра два. Каменка вытянута как раз для двух железных чанов с горячей водой и камней для пара. Горнило утоплено в землю как раз между чанов. Угли остывают, темнея. У дальней стенки высокий полок для любителей погорячее, напротив печки лавка и пара кадок под холодную воду. Пол камнем выложен. Дерево пропиталось сажей, однако женщины уже успели помыть помещение. Далия оставила пару отрезов ткани, чтоб завернуться и после купания протереться, одежду положила в маленьком предбаннике и оставила меня наедине с жаром и влажностью. Надолго меня не хватило. Минут пять попарилась, ополоснулась, разобралась с выданными на замену промокшим вещами и направилась в дом. В кухне народу прибавилось. Кроме уже знакомых персон нарисовались ещё двое мужчин и Дан. Моё появление прервало разговор, все повернули лица на меня. Кроме Хальварда. Этот сидит во главе стола, пальцами по столешнице барабанит. Я, игнорируя людей, выудила мальчишку из-за спины незнакомого мужчины, габаритами не отличавшегося от викинга, и подтащила к очагу.
- Дан, я говорила, чтоб ты дома сидел дней пять? – спросила парнишку, осматривая его состояние.
- Нет, госпожа, - гнусаво проговорил Дан, послушно вертя головой и выполняя короткие указания.
- А того человека в белой рясе знаешь? Ну, который «ахаха_я_смерть», - я изобразила жест жреца и задумчиво глянула на ребёнка. – Как ты вообще с ним встретился?
- Я тренировался, госпожа, - Дан склонил голову и подцепил угол шерстяной накидки, не зная, куда руки пристроить. – Он сам пришёл… Госпожа, отец зовёт вас на тинг после вечерней трапезы.
- Тинг? Это что? – я посмотрела на взрослых людей. Помощь зала. Что это слово значит?
- Собрание, - подсказал похожий на Хальварда.
- А. Раз зовёт, то надо быть, - я почесала лоб, проверила, насколько волосы высохли. – А вечерняя трапеза когда?
- Уже накрываем, - доложила одна из жён, выставляя на стол посуду. – Мужчины сходят в баню, а как вернуться, будем трапезничать.
- Ты можешь пока отдохнуть в моей комнате, - гора берсерка лениво поднялся и, забрав у сестры поданный бокал, передал мне. – Попробуй. После купания в реке пойдёт на пользу.
Я подозрительно глянула на него. Содержимое похоже на густой сироп и пахнет сливой. Компотик? Отпила немного. Сладкий с лёгкой кислинкой вкус приятен. Мягкое тепло разлилось по горлу, груди и плечам, там и осталось. Вино фруктовое. Пожалуй, он прав. Вернула бокал владельцу. Викинг хмыкнул, допил содержимое и, придерживая меня за плечи, направил в свою комнату. Он убедился, что я угнездилась на его лежаке среди медвежьих шкур, и заботливо укрыл тонким шерстяным одеялом. Тепло, уютное место и дикая усталость сделали своё коварное дело.
- Расслабилась? – тихо спросил знакомый мужской голос. Угукнула в ответ. Так не хочется открывать глаза. А он по плечу поглаживает, с щеки волосы убрал, со лба. Зашептал какую-то колыбельную про море, фьёрды и славные битвы. Что за?.. Попыталась открыть глаза, а он на меня зашикал, велел спать, в ладонь что-то положил. Вот теперь совсем интересно. Села, сбрасывая одеяло и сон. В комнате никого. В ладони гребень-заколка с длинными зубьями из красного дерева. Часть для украшения причёски в виде лисьей мордочки сделана. Встреча неизбежна. Оттягивать момент тоже не получится долго. Я вздохнула и, смиряясь, применила подарок по назначению.
Далия заглянула, молча кивнула, приглашая к столу. Мужчины уже сидят, переговариваются. Меня устроили во главе стола. Женщины удалились, сменяя мужчин в бане. Хальвард, заняв место по правую руку от меня, представил своих братьев. Тот, что похож на него, Ларс, средний брат. Есть у них общие черты. Скулы и нос… Волосы у Ларса светлее и глаза голубые. Вагне, младший брат, ростом ниже и в плечах уже, с короткой тёмной бородкой и заплетенными в косу волосами, имеет круглое лицо, в меру упитанный. Трое сыновей Вагне погодки, Хринг, Хэлтор и Энгиль, как и отец темноволосы и сероглазы. Старшему четырнадцать. По рукам видно, что силён и натренирован. Мальчишки сидят поодаль от отца, в разговоры не лезут, просьбы выполняют тут же. Вагне рыбак. Ларс плотник. За перекусом обсуждают насущные рабочие дела. Про улов, плетение сетей, про приказ ярла осматривать лодки и готовить новые драккары. Предполагают, что это может значить. Думают про новые походы.
Я слушаю и ем. На столе мясное рагу, простые лепёшки и то же фруктовое вино. Размышления отвлекают от голосов. Старый хитрый лис. Пантеон-то скандинавский. Значит и любая афера дело рук одного героя. Антигероя. Локи. Расслабилась. Это он верно подметил.
Поужинав, старшие собрались на тинг. Хальвард завернул меня в черную накидку с меховым воротником и, взяв за руку, повёл по знакомой уже дороге на хомл. На улице стемнело. Как же непривычно без часов. Как они ориентируются-то? А уж без фонарей как тяжко! Хорошо, что викинг вовремя поддерживает и предупреждает.
В доме ярла обстановка изменилась. В этот раз перед подиумом поставили один длинный стол, выставили кувшины и несколько тарелок с мясной нарезкой. На лавках расселись мужчины разного возраста. Человек двадцать. Только старшие семей. Хальвард провёл меня вперёд, усадил на край лавки, а сам встал позади, скрестив руки на груди. Ярл появился в зале, занял своё место на деревянном троне и хмуро оглядел собравшихся. Мужчины смолкли, ожидая, что скажет глава, и наполняя кубки. Хальвард тоже подсуетился и впихнул мне напиток.
- Всем нам приятно и радостно, что в нашей жизни появилась вёльва, - совсем не из далека начал разговор ярл. Собрались из-за меня, чтоли? А что я сразу? Вроде бы веду себя тихо, ни к кому не пристаю. Он продолжил. – Ты дважды спасла моего сына от беды, а меня от горя. Я благодарен. Но так же я, как и все здесь, в недоумении. Ты приходишь в наш дом, отказываешься от угощения и платы, и выбираешь для себя иной дом. Менее знатный и уж точно не достойный приёма такой важной персоны. Мы, - ярл жестом обвёл всех сидящих за столом мужчин, - встревожены. Что это значит? Грозит ли нашим домам беда?
- Прошу вас не считать такое поведение поводом для тревоги, господин ярл, - улыбнулась я. – причина проста: я воспитана иными традициями и обычаями, отличными от ваших. Знаю, что подобных мне гостей принято усаживать на место ярла и всячески задабривать. Однако, я не ярл, чтобы сидеть на вашем месте. И я не ваша супруга, чтоб занимать место госпожи Грейс. Ваше останется вашим. Что касается менее знатного дома… Обычное любопытсво. Мне рассказывали о ваших землях и обычаях. Рассказы эти очень отличаются от увиденного мною. Кардинально! Про прибытии в ваше селение, я должна была встретиться с дротом, чтобы он всему меня научил. Но его нет. Приходится узнавать всё самой. Это отнимает много времени, - терпеть не могу деликатно изъясняться. Подбор слов, тона и ударений сушит горло. Отпила фруктовый напиток, промочив горло. Этот оказался черничным и сладким.
- Вот оно что, - ярл, наблюдая за мной, пригладил щетину, хмыкнул и подался вперёд. – Я так и подумал, да… Посему после твоего ухода отправил послание в храм. Завтра вечером к нам прибудет старейшина Кьявраль и поможет освоиться, ответит на твои вопросы. Так какую плату ты назначишь за спасение моего сына?
- О! – усмехнулась я, - пусть плату вам назначит ваша совесть.
Мужчины зашептались. Кто-то выразил одобрение, кто-то ехидничал. Ярл кивнул, подумал немного и выдал своё решение.
- По настоянию супруги передаём тебе одежды и украшения под стать, - он подал знак, и служанка вынесла высокую стопку разноцветных свёртков, положила на стол рядом со мной и ретировалась. – Не хорошо молодой иноземной женщине смущать наших воинов… иными… нарядами. Так же…
Из боковой арки вышел молодой парень с букетом сушёных полевых цветов, подошёл ближе и кинул гербарий мне в лицо. Я впала в шок от неожиданности и возмущения. Медленно поднялась, снимая с ушей и головы душистое сено, готовая разразиться гневной тирадой. Хальвард оказался передо мной, шагнул к парню и приподнял за грудки на уровень своих глаз.
- У неё мой кубок, Агне! – заревел викинг и встяхнул отличившегося. Так! Я глянула на металлический бокал в руке и обернулась к сидящим рядом.
- Что происходит? – еле сдерживая гнев, спросила я.
- Ты и Хальвард пьёте вино из одного кубка, а Агне, наследник ярла, кинул в тебя цветами, - «объяснил» явно обрадованный произошедшим дедок. Я нахмурилась и глянула на Ларса, сидящего за моей спиной.
- Разделила питьё с братом означает, что приняла его ухаживания и вы теперь… - Ларс свёл указательные пальцы вместе и продолжил разъяснять, - а Агне, кинув в тебя цветами, объявил, что намерен ухаживать за тобой.
- Ты серьёзно?! – вскрикнула я, взмахнув руками. Погоди-ка. Пух вчера тоже с веником явился. Подкат с намёком? А я и не зналь. А что, так можно?! Ай, начала «лес рубить». Я знала. Я знала, что накосячу. С порога в омут нырнула. – Пыльный веник и железка?! И всё? Никаких подкатов, флирта, прогулок под луной? А как же «вашей маме зять не нужен?»? А как же «узнать друг друга»? Да они же имени моего не знают!
- Маша, - одновременно ответили претенденты. Я недовольно глянула на обоих. Между ними затесался ярл и отодвинул их друг от друга, разведя руки в стороны. А мне вдруг прилетел инсайд. Викинг подал мне кубок у Дана на глазах. Мальчишка мог рассказать об этом отцу. Агне знает. Провокация.
- О! Этот неповторимый аромат интриг и вранья ни с чем не спутать, - рассмеялась я, стряхнула с плеч остатки букета и громко заговорила в пространство. – Как к тебе обращаться-то? Сват? Тесть? Дед? Выходи, лукавый, я вроде как готова к разговору.
Двери зала распахнулись под порывом ветра, огонь в очагах пригнулся к углям, и пара воронов с пронзительным карканьем пролетела над нашими головами. Птахи Одина приземлились на спинки тронов. На месте ярла устроился среднего роста худощавый мужчина в простой серой рубашке с закатанными рукавами, узких штанах и ярко красных шерстяных гетрах. Длинные рыжие волосы заплетены в косички и собраны в хвост на затылке. На лбу красная лента придерживает челку, чтоб в глаза не лезла. Шарфом обмотался до носа. Развалился, ногу на колено закинул, щёку кулаком подпёр.
- Тебя только я вижу, или все? – я налила в злополучный кубок вина и мельком глянула на гостя.
- Только ты, - ответил бог коварства, - но… птички для всех. Шпионы Одина.
- Тогда тебе не наливаю, - я прошлась мимо присмиревших викингов и плюхнулась на соседний трон. – А развод влияет на родственные связи?
Бог усмехнулся. Значит, нет.
- Где жрец? За какими знаниями отправился? – сразу к делу. Потом забуду спросить, но не забуду «забыть спросить». С ним сложно общаться. Локи очень специфичный по своей божественной природе. Интриган, плут, заядлый торгаш и позёр. Он всегда в выигрышном положении. Всегда. Проще дохлую кошку под хвост поцеловать, чем с ним вести дела. С другой стороны – родственник. Прародитель родовой линии бывшего мужа. А я отдыхаю в сторонке. Ой, Маша, уж себе-то не ври. У «бэ эм» и Локи одно лицо. Смотреть на него больно.
- Он стал мешать, - ответил бог, - пришлось убрать.
- Что задумал?
- Нечто интересное, - уклончиво ответил Локи.
- А с Фрейей, случайно, не в ссоре? – предположила я. Он презрительно фыркнул. Согласна. Он со всеми в ссоре. Должность обязывает. Я устало вздохнула. Он задумал провернуть некое дело, где без меня не обойтись. Масштаб не мелкой пакости. Скорее всего, преследует несколько целей. Жрец хотел помешать. А я, значит, не помешаю.
- А если тоже не захочу и стану вредничать?
- Не станешь.
- Почему?
- Потому что ты умница, лапочка, послушная ведьма и не хочешь навредить своей карьере. Ты же хочешь вернуться домой.
- Аргумент, - кивнула я. – Что дальше?
- Один кубок есть. Ты вёльва. Тебе нужна свита. Выбирай ещё четверых.
Я осмотрела зал, внимательно взглянула на каждого из мужчин. Кто бы мог подойти?
- Агне, - обратилась к конкуренту Хальварда, - принеси свой кубок и кубок Дана. Сейчас же.
Тот коротко кивнул и скрылся в арке. Я же прошлась вдоль стола, зацепив попутно кусочек вяленого мяска, остановилась напротив Ларса и требовательно протянула ладонь. Тот нехотя отдал тару. Я обогнула стол и дошла к самому тёмному уголку зала, где затаился ещё один викинг. Притворился спящим. Пригрозила, что заколдую. Выудил из-за пазухи глиняную чашку и отдал, что-то ворча про надоедливых ведьм. Пнула шпиона, махнула головой в сторону стола. Одиночка лениво поднялся, потянулся и потопал следом за мной к остальным. Выставила кубки на столе, наполнила вином. Первым выбрала Хальварда. Чтоб уж красивенько разрулить ситуацию и, заодно, проверить работу защиты. Пригубила вина, велела викингу допить и коснуться моей ладони. Повторил, коснулся, как и раньше.
- Дальше… Ларс, - отпила и переда мужчине его фужер. Средний брат повторил за старшим, но, коснувшись, обжёгся, отдёрнул руку. – Ничего личного. Будешь защищать меня от Хальварда. Придётся, дорогой. У тебя достаточно разума и благоразумия для такого дела… Так, невидимый, ты кто?
- Моди, - раздражённо рыкнул шпион. И этот обжёгся. Хорошо.
Агне спалился на прикосновении. Его ударило током. Агне колдун! Повесил на себя защиту с обраткой, а не тут-то было. Вся его магия разлетелась светлыми искрами.
- Дан, ты среди них, чтобы учиться. У каждого из выбранных мною свой талант, но у тебя гораздо больше времени. Ты научишься всему, что они умеют. Хорошо? – мальчишка кивнул. Касание обожгло и его.
Как заказано. Пять кубков. Выставила тару рядком и, проведя ладонью, продемонстрировала выбор тестю. Пять мужчин в свите. Абсолютно разные. Конфликт исчерпан? Завтра обсужу этот момент со старейшиной из храма.
Над крышей прокатился гром. Пламя очагов дрогнуло. Все оказались на ногах, вооруженные ножами. Проявился-таки, коварный. В звенящей тишине мягкие шаги бога звучат громкими ударами. Остановился передо мной, а я в пол глаза опустила. Гетры его рассматриваю. Ладони на моих плечах. Невольно напряглась, сжалась, зажмурилась. Восприятие раздвоилось. Я вроде бы здесь, в большом зале, на тинге викингов. Меня держит Локи. И он бог. И в тот же самый миг я в далёком страшном дне, дома. Так же гремит гром за окном. Руки Марата так же лежат на моих плечах.. Я помню, что они не одно целое. Бог легко касается моего подбородка и поднимает личико вверх. Тело оцепенело, словно свинцом налилось.
- Взгляни на меня, ведьма, - тихо произнёс бог. Не могу. Не хочу. Не буду! Я не стану смотреть на него! Он меня не заставит! У меня другие «начальники», а он всего лишь временно. На время, да. Я потерплю. Я выполню свою работу. А потом вернусь домой и забуду. Вымету всю эту историю из головы, обрублю все привязки и сбегу! Тонкие пальцы коснулись щеки, стёрли слёзы. Он повторил свою просьбу. – Посмотри на меня.
Вижу его карие глаза, завораживающие омуты. Падаю в боль воспоминаний. Я любила эти глаза. Как же я любила… Себя отдала. Растоптала. Похоронила. Обещала, что это предпоследний раз. Нельзя же винить весь мир за наше упрямство. Мы должны были остановиться намного раньше. Мы оба знали, как опасна наша любовь. Рана, засевшая глубоко внутри души, снова кровоточит злостью и обидой. Спрятанное за делами, работой и ежедневной суетой вылезло наружу, прорвалось потоком слёз и безмерной тоской по утраченному сокровищу. Но это любовь! Мы любили друг друга. Так сильно. Она… была.
- Я знаю, Локи! Всё, что ты скажешь, мне известно. Не трать время, - попыталась отвернуться, но он не позволил. Больно сжал подбородок и повернул моё лицо к себе. У меня нет сил сопротивляться его воле. Нет сил противится. И я смотрю на него. Я понимаю, что он делает. Пробуждает дремлющую бурю, высвобождает зревшее и разъедавшее изнутри чувство безысходности и горя. Вопросы, гештальды… Почему мы? Почему нельзя? Почему вы решили за нас?! Ярость волной накрывает разум, прорывается криком, перерастает в рычание. Отталкиваю бога. Хватаю всё, что под руку попадёт, и швыряю в него. Кубки злополучные, тарелки, кувшины. Он отбивает, уворачивается, но уходить не спешит. Выхватила нож у кого-то и ринулась в бой. Рыжий бог улыбнулся, шагнул навстречу, перехватил мою руку и лёгким нажатием на запястье разжал кулак.
- Слабоумие и отвага. Вечный твой девиз, - покачал головой интриган и притянул меня к себе.
- Ненавижу! – безуспешно трепыхаюсь в его захвате, ищу шанс вырваться и вцепиться в глотку этому… богу! Почему вы так с нами обошлись? Почему стёрли нас? Ненавижу! Ненавижу его, ненавижу себя. За глупость и безрассудство. За слабость и трусость. За цену, что пришлось заплатить. Как вы могли допустить такое? Где были ваши глаза? Где были мои уши? Ненавижу. Себя. Я тоже виновата. Я ведьма и должна была услышать, понять и предотвратить. Я надеялась на их милость, молила отвести беду. Я не послушала. Надо было. Теперь только и осталось, что лить слёзы в рубашку главного интригана и лелеять пустоту под сердцем. Боги на то и боги. Им, взрощенным вечностью, чуждо человеческое. Их удел – благо Вселенной.
Его глаза смотрят мягко, с сожалением. В них нет ни ненависти, ни ярости. Одно лишь понимание. Его руки обнимают, прижимают крепко и покачивают из стороны в сторону маленькую хрупкую искорку израненной души, которая тоже когда-нибудь прогорит и исчезнет из бытия. С его губ слетает колыбельная. Он не ругает и не винит.
Бог интриг и вранья поёт мне о море, фьордах и славных битвах…
Глава 3.
Пробуждение далось тяжело. В коконе из медвежьих шкур тепло и уютно. В висках постукивает нудная давящая боль. Последствия срыва аукаются удушливым давлением в груди. Настроение – не просыпаться вообще. Спать. Спать так долго, насколько вообще возможно. С протяжным стоном выдохнула и медленно села. Осмотрелась. Берлога Хальварда. На столе глиняная чаша с водой и отрез ткани. На табуретке мои сухие вещи. И пальтишко. За перегородкой слышны мужские голоса. Разговаривают тихо, не получается расслышать. Нет, не хочу вставать. Отвернулась к стенке и закопошилась, восстанавливая развалившееся гнездо. Кто-то подошел, сел рядом и погладил по волосам.
- Ты проснулась, - шепотом сказал Хальвард. Я вздохнула и натянула одеяло на голову. Ногам стало холодно. Приподнялась, вертя покрывало так, чтобы хватило на всё тело. Викинг, пока я возилась, растянулся рядом и положил руку мне под голову. Ну ладно. Так даже удобнее. Голова меньше болит. Он крепко прижал меня к своей широкой груди, поцеловал в плечо, горячо зашептал. – Моя храбрая вёльва. Я не стану делить тебя с другими. Ты только моя.
Открыла глаза. С добрым утром, Маша. Мне же послышалось? Что он сейчас сказал? Села, повернувшись к нему, и хмуро поглядела на его улыбающуюся… лицо.
- Что ты там делить собрался, э? Я тебе хлебушек, чтоли? – пнула его, сталкивая с лежака. Кое-как выкарабкалась из мехов. Время для боли и жалости к себе давно прошло. Сорвалась, да, бывает. Флэшбэк догнал, выбил из колеи. Соберись, Маша. Сконцентрируйся на делах. Домой вернёшься и поплачешь пару часиков. Сейчас не время.
Умылась прохладной водой, наговаривая шепотки, чтоб смыть вчерашнее событие и поправить общее состояние.
- Что он сделал с тобой? – сдерживает беспокойство, наблюдает. Раздраженно поморщилась. Вот только разговоров по душам мне не хватало с утра. Обернулась, переплетая волосы, и философски вздохнула.
- «Хвост или есть, или его нет совсем. Тут нельзя ошибиться», - с усмешкой процитировал я детский мультик. Он не поймёт. Только для меня юмор. И для вечных. Собралась, выдохнула и вышла из комнаты в столовую. Ну нет. Так нельзя. Закрыла глаза и потёрла виски. Утро началось не с кофе. Развернулась, рассчитывая на трусливое бегство в опочивальню, но уткнулась носом в грудь викинга. Обнял. Ладно, пора перестроить внутренний настрой. Обхватила его за талию, кончик носа почесала о льняную рубаху и, хитро улыбаясь, поглядела в серые глаза снизу вверх.
- «Мишка, мой плюшевый мишка»… «По-моему, пчёлы что-то подозревают!» - тихо пробормотала я и хихикнула. Викинг нахмурился, но улыбнулся, разглядывая перемену настроения. Да, капелька нежности и шутки в один рот отвлекли. Можно приступать к разбору ситуации.
В доме собралась вся избранная пятёрка. Тира, жена Ларса, сидит рядом с супругом и льёт слёзы ему на плечо. Далия и Агот возятся возле очага, бросая взгляды сожаления на женщину. Старушка заняла место во главе стола и что-то недовольно бухтит. Хальвард аккуратно развернул меня и подтолкнул к столу. Ясно. Конфликт не исчерпан, но стал масштабнее. Красиво у меня получилось только слиться в сон.
- Что за повод для визита? Что обсуждаем? – я плюхнулась во главе стола и оглядела присутствующих. Вываливайте. Хальвард оказался за спиной и положил ладони мне на плечи. Моральная поддержка или предусмотрительность? Вдруг сбегу. У меня хорошо получается.
- Я не отдам тебе его! – Тира подскочила, закричала, хлопая ладонью по столу. – Ты не заберёшь его! Он мой муж! Он отец моих детей! Ты не можешь брать такую плату за гостеприимство! Мы разделили с тобой кров и пищу! А ты… ты…
- И баню, - поддакнула я. Вылетевшее слово на слух воспринялось в глагольной форме. Вот точное описание того, что я тут делаю. Поджала губы, чтоб не рассмеяться.
- Как недостойно! Истинная вёльва не слушает бога обмана! И не выполняет его приказов! – вклинилась старушка. – Разве может вёльва допустить такое невежество?
- Это ещё кто? – спросила я у Хальварда, ткнув в бабульку пальцем.
- Мама, - ответил викинг. Послать нельзя. Только деликатность и толерантность.
- А истинная повитуха станет лечить ребёнка одним компотом? У вас, что, малина не растёт? Мята? Ромашка в конце концов?! А про растирания истинная повитуха не слышала? Вот и нечего лезть в мои дела! Вас они не касаются, - предыдущая «мама», вообще, великанша Ангрбода. Она-то поопаснее будет. Я скинула руки викинга, подскочила и собралась уходить, но Тира остановила верещанием.
- Как это не касаются?! Ты решила забрать наших мужчин!
- Я решила?! - О боги! Терпенья мне. Я спокойна. Спокойна я. Дзен мне в душу! А вчера всё было прекрасно. Замечательно было вчера. Откуда столько навалилось? Придётся планомерно разгребать. Выдох. Продолжила разговор ровным лекторским голосом. - Тира, я служительница богов. Локи бог. Он пришёл, велел мне выбрать пятерых мужчин, и я выбрала. Вот они, сидят все вместе у тебя перед глазами. Зачем это нужно, мне не объяснили. Потому что это боги. Им с их высокой колокольни виднее, что и как надо сделать. Может им рояль в Асгарде передвинуть надо и сами не справляются! Я откуда знаю? Моя обязанность – передать волю богов. Я свою обязанность выполнила. Когда мне скажут, что с этой пятёркой делать, я скажу им. Твоему мужу я уже объяснила, что ничего личного между нами нет. Это всего лишь рабочий момент. Лично я никого никуда забирать пока не собираюсь. Что мне с этой оравой делать? Их же всех кормить надо! Как по мне, то проще стаю волков завести, чем… вот это всё. Вот. Понятно? – женщина выслушала, села и отвернулась. Она крепко сжала ладонь мужа, стараясь незаметно утереть слёзы кончиком платка.
- Маша, это же Локи! – возразил Агне. - Он бог коварства и обмана…
- Да хоть коровьего навоза, Агне! – перебила я молодого колдуна, - Он бог. Точка. И не смей говорить про него плохое, а думать тем более. Уж наши-то помыслы им видно яснее.
- Ты швыряла в бога посудой и кинулась на него с ножом. У нас будут большие неприятности, - хриплым голосом и как-то безразлично заметил Моди. Я закатила глаза. Я попала в цирк. Или в сон. Технически – да, я сплю, и моя душа путешествует в пространстве и времени. Пять лет в этом аттракционе ещё будет путешествовать. Я сойду с ума! Неееет. Надо как-то подсократить время пребывания тут, быстренько разрулить местные проблемы и смотаться домой. Что мне тут делать? Я не создана для этого времени! Вон уже как шумно себя веду. Опять рыжего интригана призывать. Хотя, вечером должен жрец прибыть. Посмотрю на него, поспрашиваю.. В любом случае эта история тоже закончится, как и предыдущие.
- Моди прав, Маша. Он обманул тебя? Поэтому ты себя так повела? - Хальвард преградил пути отступления, скрестил руки на груди. Он осмотрел меня с ног до головы, нахмурился. – Куда ты собралась?
- Домой. У вас стало шумно, - ответила, поправляя шарф на шее.
- Ответь. Он обманул тебя? – викинг выпрямился, всем своим видом показывая, что не пропустит, пока не отвечу.
- Нет. Это наши с ним личные разборки.
- Личные? Ты его тестем и дедом назвала. Настолько личные? С кем из его порождений ты развелась?
- Как ты услышал вообще? Ты же с Агне выяснял отношения, - воскликнула я и раздраженно всплеснула руками.
- Это все слышали, - подал голос Моди.
- Все всё слышали и радостные кинулись обсасывать! Вот обязательно надо влезть немытыми руками мне в душу и ковырять там! Нечего пихать свои носы куда не надо! Уйди с дороги, а то ударю, - сжав кулаки, недовольно зарычала я на викинга. Получилось не совсем грозно. Будто не матёрый воин передо мною, а нашкодивший кот. Хальвард рассмеялся и отступил.
- Я отвезу тебя, - сказал викинг мне в след, - подожди немного.
- Ай, Фрейя! – раздраженно забубнила я себе под нос,- Могла бы просто кофе мне в номер заказать! Нет ведь. Надо целого таксиста на голову скинуть! – и громче добавила, - Догонишь!
На улице солнышко во всю пригревает, морозец легонько за щёки щиплет. Красотищща-то какая! Подходящий момент для черной магии. Не стала я торопиться до дому. Устроилась на валун на берегу, как раз напротив входа, уселась в позу лотоса так, чтоб солнце в спину светило, и заговорила тень. Серая еле видимая волна скользнула от валуна к обители викинга, нырнула под дверь и нашла тёмный угол.
- Ты как завороженный за ней ходишь! Околдовала она тебя! Не может вёльва служить злым богам! Не может, - начитывала старушка. А, стандартная ситуация. Не интересно. – Она пришла и привела с собой беду!
- Далия, собери еды, - не обращая внимания на речи матери, обратился к сестре викинг, - мы вернёмся к пиру у Фроуда.
Он сел за стол к остальным мужчинам и задумчиво потёр подбородок.
- Брат, ты за ней поедешь? – удивлённо воскликнул Агне.
- За такой задницей можно и съездить, - ехидно проговорил Моди. Он с Хальвардом обменялись взглядами, провели ментальный мужской диалог и усмехнулись. Угадала лучшего друга? Меткая я. А Агне назвал его братом. Интересно.
- Есть в её появлении что-то странное. Зачем ей дротт? Что она ищет? – задумчиво проговорил Хальвард, барабаня пальцами по столу. – Она говорит, и среди слов всё - правда и всё - молчание. О чём она молчит?
О многом молчит, дорогой. Отпустила заклятье. Открыла глаза, привыкая к свету на улице. В общем, перетирают последние события. Не интересно. Я потянулась всем телом и спрыгнула на землю. Спрятала руки в карманы и направилась через холм в сторону леса. Дети гоняются, женщины своими домашними делами занимаются. Быт он всегда быт. Стирка в реке, сушка в бане, готовка из того, что выросло. И вроде бы в прошлое отправили. В далёкое такое прошлое. А всё равно есть ощущение, что к бабуле в деревню приехала. Семьи большие, хозяйство у всех подсобное тоже не маленькое. Сетевых магазинов не хватает и элементарной буханки чёрного.
И что, Машенька, совсем не удивительно? Насытилась за столько лет ведовства? И удивить-то меня никто не может. И ничто. Плохо. Передо мной рай для археолога, а я… а мне… а мне зазвенел тоненько внутренний колокольчик интуиции. Что-то не то. Сделала несколько шагов назад. Женский говор и смех, детские радостные крики с заднего двора слышны. Прошла вперёд. Тишина. Такой же дом, как и прочие. Только холодом веет. Разве ж можно любопытству отказать? Подошла к ограде, заглянула в проём для калитки. У двери на низкой лавочке сидит сгорбившись старушка и аккуратно срезает с овоща какого-то кожурку. Видно, что тяжело работа даётся.
- Здоровья рукам, матушка, - поприветствовала я пожилую женщину. Та вздрогнула, голову подняла и улыбнулась.
- Благодарю, доченька, - устало произнесла бабулька.
- Позволь узнать. Отчего одна сидишь? Где помощницы и помощники? Почему дом твой тих и голосов детских не слышно?
- Так откуда им взяться-то голосам детским, коль сыновья жен в дом не привели, - вздохнула пожилая женщина, срезала ленту шкурки и замерла, переводя дух. Мда.
- А что так? Беспутными выросли, гневливыми ли? Или по сердцу найти не могут? Давай помогу, матушка, да за разговором дело легче пойдёт, - я зашла, села возле неё и забрала овощ с ножом. – На морковку похоже. Только желтая какая-то.
- Так это она и есть, дочка, - добродушно рассмеялась бабулька, - что ж ты такой раньше не видела?
Женщина, Герта, оказалась долгожительницей. Почти семь десятков насчитала. Муж лет двадцать назад в поход морем ушел и не вернулся. Сгинул в каком-то набеге. Детей много было, да Хель часто заглядывала. Осталось три сына. Младшие, близнецы, рыбаки. С утра до поздних часов на промысле. Вернутся, покричат на старую за пустой стол, отоспятся и обратно. Старший охотник. Да вот беда: третью луну подняться не может. Лежит, стонет. И вроде руки двигаются, разговаривает, а боль в пояснице покоя не даёт. Она сама-то со всем хозяйством и не справляется. Возраст не тот. Руки не те. Скорости и сил, как у молодых, нет. Ясное дело. А что ж не поможет никто? Помогают, да у самих дел полно. За большой семьёй присмотр громадный. Кто ж на два дома работать станет? Не родные чай. А из родных только они вчетвером и остались…
Заметила, как Хальвард и «ко» прошли мимо, свистнула. Только Моди обернулся, хлопнул друга по плечу и, указав в мою сторону, направился к нам.
- А Вагне с промысла как поздно домой возвращается? – с ходу спросила я у Хальварда, когда мужчины приблизились к ограде.
- На закате. С рассветом уходит и по закату возвращается, - ответил викинг.
- Я так и думала, - я повернулась к молодому колдуну. – Агне, ты её сыновей знаешь? Сходи до них, проверь на оморочки, а? У вас в реке русалка живёт. Мало ли околдовала ребят. Утащить может.
- Русалка? – Агне недоумённо нахмурился и почесал затылок.
- Русалка, мавка, фараонка, морская муза, сирена, морская королевна, наяда, - ни одно определение ему не знакомо. Прикинула, как ещё объяснить, - как же… Может быть утопленницей… Водный дух в виде красивой девушки с очаровательным голосом. После заката из воды на берег выходит, песни поёт и гребнем волосы расчёсывает. Женщин не трогает, а вот на мужиков падкая… Согрей меня, желанный мой, мне так холодно, - ласково с максимально нежным взглядом произнесла я, стреляя в Хальварда глазками. Тот шагнул в мою сторону, коснувшись фибулы на воротнике. Я ткнула в него пальцем и продолжила серьёзным тоном, - Вот таких она в воду заманивает и топит.
- А! Никса, - радостно улыбнулся Агне.
- Идти сейчас надо. Если мороков нет, а след русалочий есть, то так скажи «ведьма вашу зазнобу на разговор зовёт. Пусть сама ногами по суше явится, если с добром к вам. Не придёт – ухой станет», - колдун кивнул и потопал в обратном направлении, а я, улыбаясь, глянула на Хальварда, - Желанный мой, в дом дротта надо съездить кое-что привести сюда, - глаза округлила, слёзок напустила. Он молча левой бровью дёрнул. – На лежаке напротив двери две коробки. Одна голубая и блестящая с чёрной крышкой, а вторая деревянная, как ларчик. По размеру одинаковые. Не трясти, не ронять, водой не мочить. Внутри вещи хрупкие. Обе надо.
- Что ты делаешь? – хмуро спросил Моди. Он где-то раздобыл сухую травинку и упоённо ковыряется в зубах.
- Свою работу. Если дел нет, то от помощи не откажемся.
Моди с Ларсом не отказали в помощи. Взяли на себя растопку бани, водообеспечение и колку дров. Дан вертелся в доме, выполняя пыльную работу и по мелочи, типа «подай-принеси». Мы с бабулей прошлись по кладовой, расспросила у неё про местные овощи и пряности. Что-то оказалось знакомым, но называлось иначе. Нашла даже прародителя перца. Отлично. Для ужина выбрала капусту с луком, морковку уже начистили. В общем, в меню сегодня щи да каша ячменная. На очаге уместилось три больших чугунка, что ускорило процесс готовки. К возвращению Хальварда, по дому расползся аромат варёной капустки. Так по-домашнему. Мммм, милота!
Оставила Грету следить за очагом, а сама с викингом и Ларсом направилась осматривать пострадавшего охотника.
- Живой? – поприветствовала я «пациента». Охотник повернул голову и кивнул. – А чего молчишь? Сколько тут возимся, даже не сказал ничего.
- А что говорить-то? – философски вздохнул постраданец. Видок у него, конечно, за три луны подпортился. Волосы и борода свалялись без ухода, тело иссохло. Да и аромат затхлости и долгой болезни витает устрашающий. Сдёрнула плотную ткань, служившую перегородкой.
- Например «здравствуйте, гости дорогие». Есть у меня пара покойников знакомых, так болтают без умолку. Истории разные забавные рассказывают. А вот при жизни тоже молчали много. Так что не всё потеряно, - я свалила в кучу одеяла, стянутые с мужчины. – что там с баней?
- Сильно не топил. Дрова прогорели. Осталось настоять, - отчитался Ларс.
- Угу, - это примерно час. Нормально. Указала на больного. – Раздевайте. Будем осматривать, - все трое как-то странно на меня посмотрели. Будто я пошутила. Пожала плечами. – Ладно. Как тебя зовут, охотник? А то я забыла у матушки твоей спросить.
- Стюр, - отозвался мужчина.
- Руки подними и начинай приподниматься до боли… ага… ногами пошевели, теперь в коленях согни… ага… А по нужде ты как встаёшь? Вставай, не торопись. За тобой никто не гонится. А как спина болеть начала? – засыпала его вопросами. Охотник медленно ворочается, привыкая к болезненным импульсам. Лицо покраснело, зубы сжимает. Сел. На ноги поднялся, а спину распрямить не может. Днём от лося удирал, вечером воду таскал, пока братья на рыбалке были. Вот спина и не выдержала. Бывает. Если матери под семьдесят, то ему в районе сорока должно быть.
- Раздевайте, - повторила я просьбу. Они опять на меня посмотрели, как на глупую. – Да что? Там есть чему удивляться? Тогда я с радостью.
- Что ты с радостью? – Хальвард прищурился, выпрямился, отчего стал казаться ещё больше и массивнее. Он сделал маленький шаг и оттеснил меня на приличное расстояние от охотника. Я нахмурилась и поджала губы.
- Что не так-то? – зашипела я на него. – Осмотреть надо спину ему.
- Ты молодая женщина. Ты ему не семья. И ты моя. Ты не можешь смотреть на… него, - чуть нагнувшись ко мне, заявил викинг. Я похлопала ресницами, переваривая. «Баба-Яга против».
- Здесь что-нибудь есть? – я указала на безымянный палец, не до конца уверенная, что у них в ходу подобные обряды. Потом показала вторую руку без колец, - А тут? Значит, не твоя. Дротта тоже нет, чтоб помочь ему. И вообще! Не единожды замужем. Удивлять и шокировать вам меня нечем. Раздевайте, - и чеканя продолжение фразы, сохраняя суровость и твёрдость намерений в мимике лица, провела ребром ладони чуть ниже поясницы викинга, - вот до этого места.
С минуту мы сверлили друг друга взглядами, пока до него не дошло. Он закатил глаза и шумно выдохнул, а я ехидно захихикала. Да, немного издеваюсь. Смотрю, на сколько хватит его спокойствия. Сорвётся ли в крик и ругань, станет ли нагружать своими убеждениями. Берсерка включить пока не сможет. Нужно заново вспоминать, как это делать. Поверю Фрейе – он любит. А я? А я пока испытываю страсть и симпатию. И недоверие. Но это не его вина. Ум понимает, подсознание сопротивляется новому. Подумаю об этом никогда.
Нашла в аптечке подходящие случаю средства. Вкормила, вмазала, завернула прогревать спину и велела расхаживаться. До бани сам пойдёт. Проверила готовность ужина и села за стол перед ларчиком с инвентарём. Оставив охотника на брата, Хальвард сел на лавку рядом, и будто интересуясь привезёнными вещами, принялся расспрашивать.
- И сколько мужей было? – он потянулся к цветной стопке таро и словил предостерегающий шлепок по ладони.
- Двое, - я расставила тонкие восковые свечи в маленьких керамических подсвечниках, развернула платок с пентаграммой и достала пару колод. – Первый тоже был охотником. Хм, на вёльв… Да, мы тоже смертны и кому-то не нравимся. Развелись, потому что от себя не убежишь. Ни он не смог от себя отказаться, ни я, - раскинула карты, диагностируя дом, задумалась, разглядывая изображения.
- А второй? – полез рассматривать скляночки с эфирными маслами и сушеными травами. Любопытный.
- Гарм, - коротко ответила я. Хальвард нахмурился, подумал и вопросительно вскинул брови. Как у него так получается? Все вопросы и эмоции на одних бровях, остальные части лица замерли в «покерфэйсе». Хоть бы веко дёрнулось. – Как… как... Принял человеческий облик и дал обещание, которое не смог выполнить. Такие создания не… не могут быть людьми. Наш разум хрупок. Останься он собой, то ничего бы не было, но… Его настигло безумие. Он разрушил дом и почти погубил меня. Теперь сидит на своём месте, подобно старшему сородичу.
- Дети? – рука дрогнула. Половина колоды рассыпалась на столе. Эх, сбилась… Это логичный вопрос. Он бы его всё равно задал. Да и как не спросить. Я бы тоже поинтересовалась. Неудобный вопрос. Болезненный.
- Так… эээ… - не хочу отвечать. Это моё, личное. Я тут не на курорте. Это работа, которую надо выполнить. Чем быстрее, тем лучше. Всё остальное – формальность. Осмотрела пол под столом в поисках упавших карт. Повертелась, проверяя, где все люди вообще. Стюр уже бодренько топчется из стороны в сторону, практически не опираясь на руку Ларса. И спину почти выпрямил. Перебрала тюбики с маслами, нашла несколько подходящих, а потом обратно убрала, отмахнувшись. Баня-то сосновая, протоплена по-черному. Там этих эфирных масел в воздухе витает... Поднялась, подошла к очагу. Чан со щами уже сняли, каша ещё минут двадцать потомится. Дан куда-то слился. Агне пока не вернулся. Пристальный взгляд Моди ощущаю затылком. Опять где-то в темноте спрятался, шпион. Снова рассеянность в голове. Пустота внутри всколыхнулась. Тихо, мать. Потом. Потёрла виски. Надо сосредоточиться. Что делала? Что хотела сделать? Снова огромным мерцающим транспарантом, перебивающим дурные мысли, высветилась ненавистная до тошноты мантра: всё – к добру. Выдохнула. Собралась.
- Доченька, - тихо позвала меня бабулька, отвлекая на себя, и протянула кувшин с чем-то пенным, - на-ка попробуй.
Она налила немного в глиняную чашку густую на вид вишнёвого цвета жидкость. Я смочила губы, разбирая вкус. Похоже на пшеничное пиво. Натуральное. Безалогольное. Послевкусие мятное. Не квас точно.
- Не распробовала, - наигранно вздохнула я и подставила чашку. Грета добродушно улыбнулась, налила до края, а остальное отнесла шпиону.
- Пусть сынки париться идут, милая, а мы с тобой стол накроем…
- Привёл! – в двери ввалился довольный Агне. За ним скромненько прятались братцы-близнецы. Оба глазки в пол потупили, плечом к плечу стоят. Молодой колдун скинул накидку, поправил растрепавшиеся волосы и продолжил докладывать. – Про никсу как сказал, так сразу признались. Вот только ни морока, ни следов её на них нет.
- Нет? – я усмехнулась и глянула ему за плечо на молодых рыбаков. По возрасту им около двадцати. Для местного населения уже прилично взрослые. Отодвинула Агне в сторону и махнула ладонью, чтоб ближе подошли. Невысокие, на голову ниже того же Агне. Обошла их по кругу, принюхиваясь. Развела в стороны, каждого осмотрела. Шеи чистые, руки, лица, под волосами. А запах есть! От обоих. Русалки не живые, холодный синеватый след с лёгкими нотками сырости и тлена от касания остаётся. Интересно. Каждому в глаза заглянула, отошла на пару шагов назад, руки на груди скрестила и принялась притопывать ногой.
- Мы… Мы ваши слова… это… завтра.. кхм, госпожа, - забормотал левый рыбак, руки опустил, пальцы в замок ниже пояса сложил.
- Да, завтра… завтра… передадим, - правый близнец повторил его движение. Спалились. Я прикрыла лицо ладонью и сжала губы, чтоб не заржать. Пару раз вдохнула медленно, стараясь сохранить серьёзность и обратилась к Агне.
- У воды разговор был? – тот в ответ кивнул. – Тогда она уже услышала. Идите в баню. И кувшин захватите.
- Маша, я должен домой идти. Старейшина прибыл. Надо встретить, - колдун отступил к двери. Я протестующе замотала головой.
- Не не не. В баню с остальными. А то потом жалеть будешь.
Заинтриговала. Мы с Гретой спровадили мужчин париться и занялись сервировкой. Старушка распечатала заначку и выставила на стол медовуху и тушеное мясо свинины. Любопытная соседка заглянула. Под предлогом «лепёшек напекла вам». Очень кстати. Расспросила, как дела, что делаем, откуда столько гостей и убежала. Тоже ужин ставить надо. Её-то добытчики «ужо весь запас пивной выпили, кабы до настоек не добрались». Бабулька намекнула, что надо бы убрать со стола свои свечи с платочком. Сперва трапезе должное отдать надо, а уж работку и до рассвета отложить надобно. Я своё отвоевала. Одну свечу только оставила. Пока мужская половина занята, и время есть, раскинула карты на дом и домового и провалилась в диалог с ним. Стоило подобраться к основному вопросу, как с заднего двора вернулась распаренная и разгоряченная свита.
- Ты знала, да?! – Агне плюхнулся рядом. От него повеяло чистотой, сосной и ажиотажем. Глаза горят, как в предвкушении. – Как ты узнала-то?
- Тьфу, - огорченно выдохнула я, когда под его напором стол дёрнулся и карты смешались. Пришлось собирать всю колоду в одну стопку и отложить в ларчик к остальным. Ларс, хлопнув молодого парня по плечу, подвинул колдуна и молча сел, оставив место старшему брату. Я с любопытством глянула на мужчину. – А ты ничего не скажешь?
- Я давно женат, - усмехнулся Ларс, а я похлопала в ладоши. Потрясающий ответ. Близнецы, показательно сдерживая гордость за достижения, скромненько заняли места подальше от меня, сидящей во главе стола. Моди незаметно нарисовался возле Агне. Он так и будет из себя призрака строить? Или приучает к своей незаметности? Стюр, красный и пропаренный от души, кряхтя сел по левую руку.
- Как заново родился, госпожа, - с благодарностью сказал он. Я кивнула, довольная. Охотник и правда похорошел, вылизанный и вымытый. – И боль отступила.
- Баня чудеса творит, - отозвалась я. – Ты теперь за спиной следи. Мазь себе сам сделаешь. Щепоть перца жгучего у матери возьмёшь, и смешаешь с тремя щепотями мёда. Вот так после баньки поясницу намажешь и в шерстяной платок завернёшь, чтоб прогреть. А как на охоту соберёшься, то из плотной ткани пояс повязывай.
- Боги тебя в наш дом направили, доченька, - бабулька погладила меня по плечу. Сын подвинулся и заботливо усадил мать рядом. – Купаться иди, пока жар не схлынул, милая. А я тут…
- Не не, - отмахнулась я. – Жарко, душно, темно. Мой день в самом разгаре. А ещё со старейшиной встретиться надо… И с красавицей этой поговорить. Как-то не порядочно себя ведёт. Парням голову кружит, от домашних обязательств отвлекает…
Я вкинула руки вверх, потянулась всем телом, медленно откидываясь назад и громко хрустя позвоночником. Слегка раскачиваясь на стуле, сцепила пальцы рук за шеей. Как подпорка получилась. Не совсем удобно, но пока так. Глаза прикрыла, чуть-чуть расслабилась. Выдохнула и вернулась к пыткам домового. И попыткам проигнорировать задумчивый взгляд Хальварда, усевшегося по правую руку от меня. И смотрит так пристально ведь. Отвлекает. Достала из футляра и водрузила на нос очки, взяла другую колоду и заново…
- Что это? – безразлично-недовольным тоном поинтересовался Моди, ковыряя капусту в тарелке. – Это ты так готовишь?
- Моя бабушка говорила: если есть силы носом вертеть, то не голодный, - отозвалась я.
- И ей разрешали так высказываться? – цокнул языком шпион. Глянула на него с усмешкой. Кто б посмел ей рот закрыть. Не было таких смелых.
- Она тоже была вёльвой? Это по роду дар? – уцепился за новые подробности Хальвард. Он-то не привередничает. Уже знаком с моей кулинарией. Жив остался.
- Агне, ну-ка помоги мне, - проигнорировав его вопрос, обратилась я к колдуну. – Что такое: руки не вносили, ногами не пришло; порог не переступало, но в доме; глазом не увидеть, потому что преграда стоит? Что-то новое, только зародилось, но не сформировалось… - тот отложил ложку и, переместившись ко мне за спину, наклонился над картами Оракула, разглядывая яркие изображения. Я, указывая направление расклада, взялась за расшифровку. – Дух-хранитель дома есть, он хорошо настроен на жильцов, вреда не чинит. Но он упорно не желает входить в дом, пока тут подклад лежит. Откуда взялся: принесли. Не руками и не на ногах. Где лежит: в доме, глазом не увидеть. По времени от полугода до двух лет. Связан с семейной печалью. Как будто планы не осуществились, и пришлось менять место, оставив это здесь. Тут расстояние выпадает между подкладом и тем, кто его сделал. Будь я дома, то предположила бы, что вещь от предыдущих жильцов осталась. Но тут какие предыдущие жильцы? Дом одной семье поколениями принадлежит… Вот он упёрся в эти две карты: глаз и гора… Я не понимаю.
- Глаз, гора? – задумался колдун. – Смотреть на гору… Видеть гору… Гор таких у нас нет. Крыша, может быть?.. А вот такие птицы у нас как раз прошедшим летом появились ненадолго. Красивые.
- Аисты у вас были? – удивилась я и, запрокинув голову, посмотрела на колдуна снизу вверх. Тот улыбнулся мягко и моргнул, соглашаясь. – Вот это да! Вот это заблудились! Им же тут холодно, бедняжкам. Айайай… Тогда понятно… Эх, это ж они могли и гнездо на крыше оставить… Да... Это большая печаль… Так, близнецы, завтра крышу чтоб проверили.
- Почему тебя это огорчило? – спросил Агне и в знак утешения погладил меня по плечу пару раз. На третий не решился из-за хмурого взгляда Хальварда.
- Потому что это аисты. Добрая и прекрасная птица. Абы какой дом не выбирают, только к хорошему хозяину подселяются. Вести добрые, удачу и благополучие сулят. Жалко птичек. Им в ваших краях не место. Летние дни короткие и холодные – птенцов не вывести. Надо ж так заблудиться, - вздохнула я и убрала инвентарь обратно в ларчик. – Так. Со спиной разобрались, с подкладом разобрались. С красавицей вашей поговорю… А! Так, одинаковые с лица, а кто на девушке жениться будет? И оно надо вам? Или так и будете… отмораживать? Сразу предупреждаю: из никсы женщину вывести можно, а вот потом из этой женщины никсу - не получится. Своенравная девушка-то, к песням и пляскам привыкла. Её если не лелеять, так и радости не будет. Зато в любви и заботе удачей наградит от всего сердца, - они оба руки подняли и закивали. Любовь зла. Придётся убеждать русалку. Глянула на Агне. – Нас старейшина ещё не проклинает? – тот пожал плечами. Ну, пора и часть знать. Завернула коробки в платок, накинула пальто и персонально для колдуна головой кивнула в сторону выхода.
- Маша! – возмутился Хальвард. – Ты просто так покинешь трапезу?
- Ну да, - не поняла его претензий наивная я. – Я ж тебя не с ложки кормлю. Поедите спокойно, поболтаете и догоните. Мы к старейшине.
Я послала ему воздушный поцелуй, схватила Агне за рукав и потянула на улицу. Тот еле успел накидку надеть.
- Это было очень грубо, - неодобрительно сказал мне в спину молодой человек. На ходу обернулась и бросила вопросительный взгляд. Он не низок не высок, не добр не зол, не правдив и не лжив. Колдун. Волосы, как у отца, черные и глаза карие с зелёной окаёмкой. Мягкий в общении, осторожный. Будто подкрадывается и обволакивает порядочностью и спокойствием. Что-то в нём есть наигранное. Что-то не то. А в целом – родовитый дворянин и наследник титула. Быть ярлом значит иметь непроламывающийся стержень и ауру опасного противника. А тут что? Мягкий. Вот как ещё его описать? Плавный? Обманчивый? Под маской? Не совсем те слова, но близки и отражают часть его содержимого. Малую часть. Парень шумно вздохнул и объяснил, - ты покинула трапезу, даже не поблагодарила за пищу. Ты спешишь. Бежишь. Ты не церемонишься. Врываешься, ставишь всё с ног на голову и убегаешь. Ты… приняла ухаживания Хальварда и осаживаешь его, держишь на расстоянии. Это всё грубо.
- Так порадуйся, что это происходит не с тобой, - отшутилась я. И вспомнила. – А почему ты Хальварда братом назвал? Вы разве родственники?
- Да, - помолчав немного, ответил Агне. – там сложная семейная история.
Я остановилась так резко, что парень влетел мне в спину. И тут семейная история. Пахнет чем-то интересным. Выжидательно уставилась на колдуна. Тот повертел головой, посчитал звёзды и сдался.
- Хальвард первый сын Фроуда. Марта, мать Хальварда, Ларса и Вагне, была наложницей Фроуда. Они договорились о браке, однако отец встретил мою мать. Я не знаю всех подробностей. Только, что между женщинами до сих пор идёт дикая вражда. Мне так же не известно, что сотворила Марта, но отец отказался от её детей. Те стали незаконнорожденными и непризнанными. У нас ровные братские отношения. За спинами матерей, - иронично усмехнулся молодой колдун.
- А Далия? Она же младше тебя, - я по привычке подхватила парня под локоть и медленным шагом направилась в сторону «дома мэра», обдумывая его рассказ и ситуацию их отношений.
- Она признана отцом. Единственная девочка среди сыновей. О ней отец несомненно будет заботиться, - улыбнулся Агне и аккуратно отцепил мою руку.
- А ты? Ты хороший колдун. Лет через тридцать упорной практики наработаешь ранг мастера. Дети Марты не обладают силой, они люди. Но ты… От мамы передалось? А Дану? – Я снова затормозила перед ним и поглядела снизу вверх. Он ниже викинга, но всё равно пришлось задирать нос.
- Об этом никто не знает, Маша. Пожалуйста, пусть так и останется, - продолжая улыбаться, попросил он. – Я в подмастерьях у кузнецов.
Я покивала. Хорошее место, чтоб спрятать талант. На отшибе, среди огня и железок под боком у тех, кого всегда считали волшебниками. И снова он улыбается. Лучезарно так, немного наивно. Глаза при этом блестят искренностью. Но как-то… Не то. Приманка для дурачка, чтоли… Окей, Грейс ведьма. Больше некому. Оставлю на заметку. Он, обойдя меня, прошёл вперёд к дверям. Я же поймала его за накидку и потянула обратно.
- Маша, это неприлично! Ты не можешь вот так хватать меня за одежду и руки! Ты приняла ухаживания Хальварда! Это порочит его честь, – развернувшись, зашипел на меня Агне. Я слегка опешила и развела руки в стороны.
- Таки откуда ж мне знать, что у вас прилично, а что нет. Я ж иноземка!
- Таки заходи ж. Старейшина всё расскажет! – скопировав и интонацию и лёгкий акцент, ответил мне Агне, открыл двери и пропустил вперёд. Прямо в разгар конфликта. Мужская часть деревни сидит тихо, наблюдая за сгущающимися тучами над головой их ярла. Тот стоит перед собственным троном, склонив голову, и слушает гневные речи старика, который уселся на его место и машет руками. Читает за непочтительность и долгое ожидание. За спиной старика высится охрана в виде двух суровых жрецов с посохами. Закутаны в белые рясы, лица под капюшоны спрятали. Надо выручать ярла. Отдала Агне коробки и, как Чёрный плащ, ринулась на помощь.
- Здраааасти, я Маша. Очень приятно. А вы Кьявраль? Наслышана, да, - громко заговорила я бодрым и самую малость радостным голосом. Воцарилась тишина. На ходу скинула пальто в руки Агне, пролетела мимо ярла и устало плюхнулась в трон госпожи Грейс. – Так, что у нас сегодня? Пир? Тинг? Что по расписанию? Кормить буду или нет? С самого утра даже макового зёрнышка не кусьнула, представляете? – тут я повернулась к старику и перешла на наезды, - Представляете, спрашиваю? Что у вас тут происходит вообще? Решила я, значит, старого друга-дротта навестить. Друга нет. Лекаря нет. Там больной, там больной, там подклад, там дедлай полный! Ну полный дедлаайн! Куда вы смотрите? Где местный дротт? Куда дели? – пауза для вдоха и маленькая возможность для старика хоть слово вставить. Полноватый, седой на всю голову, взгляд блеклых глаз цепкий. Внимательно на меня смотрит, брови на лоб потихоньку поднимает. Не успел, короче. Я продолжила. – Господин Фроуд, а мы так и будем не кормленные? Я ради вас от вкусного ужина отказалась. Так торопилась. Даже не переоделась. Вон весь свитер пыльный. Эй, кто-нибудь воды чистой подайте! Хоть руки помыть… - один из охранников попытался схватить меня за воротник кофты и отскочил, воя и дуя на вспыхнувшую руку. Я смерила его презрительным взглядом и фыркнула. – Дилетант!
Старик расслабился. Отвернулся от меня. Устроился удобнее в троне ярла. Перестал внимание на меня обращать? Сканирует? Что это за противник такой? Служанка принесла тазик с водой и встала возле меня. Я цокнула, отобрала тару и переместилась к столу, нашёптывая оговор, чтоб смыть наносное колдовство и поставить непрогляд. На всякий случай. Только задрала край кофты, чтоб снять её, как Агне и сидевший рядом мужчина протестующе и предостерегающе вскрикнули. Майка задралась, обнажив тело. Не нравится им, видите ли. Ну конечно. Я поверю. Зашипела на них, чтоб руки свои при себе держали, и сняла пыльный со следами золы свитер. Холодная вода освежила и обнажила усталость тела. Ладно. Признаю. Хороший день. Но утомительный. Воду выплеснула в очаг. Полотенце туда же. Огонь всё принял.
Слуги принялись разносить и расставлять угощения и питьё. Перед троном поставили отдельный стол. Ярл, подойдя, официальным тоном предложил занять место возле жреца. Я послала его за табуреткой, сказав, что сяду напротив. Так виднее. Когда все устроились, мне под нос опять сунули беловатую кашку и медовый напиток.
- Откуда ты прибыла, вёльва, и для чего? – подал голос старик. Я ответила хмурым взглядом.
- Меня привели боги, Кьявраль. Так почему ты спрашиваешь у меня, а не у них? Где мой друг дротт?
- Он в храме. Не беспокойся о нём. Его сразила неведомая болезнь, но мы стараемся облегчить его мучения, - не понравился мне его ответ. Отправить в заметки и обдумать.
- А среди ваших служителей есть молодой малоопытный дротт, возомнивший себя повелителем смерти? – я подозрительно поглядела на охрану старика. Мало ли. Разумеется, старик молча покачал головой. Нет. Таких нет. На заметку: не доверять Кьявралю.
- Ты невежественна…
- Да
- Не почтительна…
-Да.
- Не образованна…
- Неееет, - усмехнулась я. – Очень образована, начитанна, грамотна. У меня куча знаний в разных сферах деятельности. Только вот до этих сфер вам очень долго жить.
- Долго?
- Очень.
- Откуда ты?
- Вы меня разочаровываете, Кьявраль. Я ждала от вас и вашего статуса старейшины храма богов гораздо большего. Неужто самый слабый из возможных шепотков на воду стал сложной преградой перед взором служителя богов? Посмотрите на меня. Внимательно. И скажите мне, откуда я. Скажите, зачем я тут. Ответьте, как выполнить волю ваших богов и потом вернуться домой, - как-то на душе противно стало и горько. Я расстроена. И голодная. И раздражена. Но это от голода. В прошлый раз не накормили толком. И в этот раз голодом морят. Посмотрела по сторонам, выглядывая на столах «чонибудьвкусненькое». Наткнулась на злой взгляд викинга. Всё к добру, Маша. Всё к добру. О! Вспомнила. Обратилась к сидящему рядом со стариком ярлу. – Господин Фроуд, просьба у меня к вам. Спешки и особого внимания не требует, но я ж обязана высказаться. Вам же уже доложили, чем мы сегодня заняты были? Так вот, не для себя прошу, а для матушки Греты. Сыну её старшему, Стюру-охотнику, надо бы супругу подобрать. Не в том возрасте старушка, чтоб хозяйство домашнее на своих плечах нести. Вам на ваших землях больше моего видно… Может, смотрины какие устроить… Или женский день…
- Хм, просишь приказать полюбить его? – рассмеялся старейшина.
- Да какая любовь? Это по юности любовь жаркая и головокружительная. А в зрелом возрасте на такие вещи иначе смотришь. Тут уже про спокойную жизнь речь, - философски вздохнула я и мечтательно улыбнулась.
- А за младших почему не просишь? – усмехнулся ярл. Он, что, ещё не в теме? Глянула мельком на Агне. А, он же не успел рассказать. С нами был.
- Да там просить не надо, - отмахнулась я и почесала лоб, - там уже договариваться придётся. Это по моей части.
- Что там за невеста, раз по твоей части? – хитро прищурился жрец.
- Подобной ей по всей земле не отыскать, - довольно усмехнулась я. Я-то её видела. Чертовка легко может мисс Мира стать. – Королевна.
Спиной почуяла приближение огромной неприятности. Волоски на шее приподнялись, по спине прокатила волна мурашек. Щёки вспыхнули, дыхание сбилось. Он размеренным шагом приблизился, завис над моей бедной головушкой. Весь день получалось держать дистанцию. Теперь же викинг, чуть нагнувшись, упёрся ладонями в столешницу, и я оказалась в клетке его персоны.
- Раз уж и ярл и старейшина здесь, то и я выскажу свою просьбу, - его тихий голос над макушкой прозвучал угрожающе. Управители заинтересованно воззрились на сдерживающего ярость воина. – Отдайте мне вёльву в жёны.
Я расхохоталась и хлопнула его по руке, мол хорошая шутка. Под холодными взглядами Фроуда и Кьярваля подавилась смехом. Они серьёзны. Он серьёзно? Не поняла.
- Это же… Это же не так делается… А договор? А переговоры?.. Это… Ты не можешь о таком просить! И у кого? У них? Они мне кто? А я? А я против! – я ударила кулаком по столу. – Я не согласна! Ты с ума сошёл?! Что ты лезешь в наши разговоры? Кто тебя вообще сюда пустил? Охрана!
Охрана на призыв лишь неуверенно дёрнулась. А потом ребята вспомнили, на кого работают, и выпрямились. Ярл прикрыл глаза рукой и протяжно выдохнул. Как же раньше было хорошо и спокойно. Старик положил руки на стол раскрытыми ладонями вверх и закатил глаза, проваливаясь в медитацию . Ну да! Конечно! Бросайте меня! Оставьте меня! И защитить-то меня некому! Даже Локи со своим коронным трюком нет. Вскочила, попыталась сделать ноги, но Хальвард перехватил меня за загривок и вернул обратно на стул.
- Что ты себе позволяешь, Пух?! – голос от возмущения взлетел до писка. – Кто тебе дал право меня трогать?!
- Ты, - ответил он, - ты признала мои ухаживания. Ты провела ночь в моём доме. Ты провела ночь со мной.
- Тогда да, - развёл руками ярл.
- Боги согласны, - поддержал старик, возвращаясь с консультации. Викинг, всё ещё держа меня за загривок, легко вздёрнул возмущённо шипящее тело вверх, развернул к зрителям и громко объявил всем собравшимся:
- Моя жена!
- Нет! – заорала я, вырвалась из его захвата и, проваливаясь в гнев и отчаяние, влепила наглецу звонкую пощечину. – Как смеешь ты врываться в мою жизнь?! Как смеешь решать за меня?! ТЫ! Очередной мимопроходящий безумец!
- Я безумец? Ты появилась из ниоткуда вот такая! Ты заставила меня хотеть тебя, желать тебя! Ты позоришь меня, уделяя внимание другим мужчинам и прогуливаясь под руку с Агне посреди улицы на глазах у всех!..
- Потому что мне наплевать! Мне плевать на ваши обычаи, на ваши сплетни, на твои желания и всех вас в целом! Я здесь по работе! И как только она закончится, я уйду! И ничто меня тут не удержит! Ни ты, ни брак! И на цепь ты меня не посадишь! Нет таких цепей!
- Я не отпущу тебя, - он замотал головой, упрямо не желая слышать меня. Выматерилась, поставила перед ним табуретку и забралась на неё с ногами, оказавшись выше на голову. Теперь он смотрит снизу вверх. Вот оно как, оказывается, в мире высоких людей.
- Нечего держать, долбанный ты Винни-Пух, понимаешь? Нечего! Я лишь мираж! Видение! Я призрак далёкого будущего! Между нами тысяча зим и лет, сотни Рагнорёков, десятки разрушенных империй! Услышь же меня, неразумный! Ты для меня отголосок далёкого прошлого, обрывок истлевшей ткани, прах под метровыми слоями земли! Для тебя - я не родилась, а для меня - ты давным давно мёртв! Мы не можем быть вместе, Хальвард! Это не возможно! Я чужая в вашем м… Что ты делаешь?! Прекрати сейчас же! – У меня задёргался глаз. Я тут кричу на него, понимаешь ли, а он за талию меня обхватил, с табуретки снял и заткнул самым наглым образом. Поцеловал! Что меня больше всего сейчас бесит? Его наглость или моя реакция? Он пьянит мой рассудок, кружит голову! Он меня бесит! Бесит, что не могу с собой справиться. Викинг поставил меня, не выпуская из рук, погладил по спине, волосам и произнёс упрямое:
- Я найду способ остановить тебя.
- АААА! Фрейя! – взвыла я, отталкивая его руки и хватаясь за голову, - за что? Что я тебе сделала?! Зачем ты мне впихнула это неразумное создание?!.. О, рыба моя! – как вовремя русалка появилась. В пылу страстей и разборок скромная девушка в одном сарафане с босыми ногами возле дверей осталась никем не замеченной. В человеческом обличье прекрасная ундина выглядит шикарно. Фигура как гитара, чернявая коса до колен с вплетёнными лентами, белёсая кожа, пухлые алые губы и четвёртый размер. Само воплощение диснеевской принцессы. А-ля Белоснежка. Красавица моя, как ты вовремя. – Замуж хочешь?
Рыбка растерянно дёрнула плечом и указала на викинга.
- Не, - замотала я головой, - тут всё сложно. Против Норн и Фрейи у меня аргументов нет. Распутывать, переделывать, перекраивать… Только богам под силу. Я про твою… радость.
Ундина томно вздохнула, сладко улыбнулась и плечиком повела. Не против обсудить этот вопрос. Так пойдём обсудим, хорошая моя. Второй раз на помощь приходишь. Пока завороженные мужики рассматривают диву и та тихонько напевает волнительную песнь, я оделась, утащила со стола кувшин с красным напитком, по пути захватила тарелку с мясным рагу и подошла к рыбоньке моей. Вспомнила, что чашек нет, отдала ей поднос с мясным ассорти и с коварной усмешкой, глядя на викинга, выхватила из чьих-то рук костяной рог – чашу.
- Не смей! – зарычал Хальвард и ударил кулаком по столу. Мы с русалкой не стали ждать продолжения и стартанули в бега до берега. Она попетляла среди домов, ведя меня за собой, нашла какой-то крутой спуск к реке и там уже мы отдышались и устроились на каменистом пляже. Хорошо, что небо ясное и луна близка к полнолунию. Хоть какой-то свет. Я с удовольствием накинулась на еду. Вот же денёк выдался! Русалочка зашла в воду и разлеглась на мелководье, болтая ногами в воздухе. Посмеивается.
- Так что? Готова ли ты ощутить полноту человеческих взаимоотношений? Со всех сторон, так сказать? – утолив голод, спросила я девицу.
- И что? Ты не осуждаешь? Не ругаешь? Не клянёшь? Думаешь, я буду паинькой на берегу? И примерной скромной девушкой? – рассмеялась красавица. Я протянула ей наполненный рог, а сама отпила из кувшина.
- Не, не мои проблемы, - отмахнулась я. – Моё дело маленькое. Договориться. Полгода побудь примерной невесткой, а дальше как сама захочешь.
- Почему полгода? – вскинула чернявые бровки дива и, догадавшись, грустно вздохнула. – А что взамен? И как ты из мёртвого живое сотворишь? Такое только богам под силу.
- Есть пара интересных заклятий, - интуиция и подсознание играют вариантами, составляют план действий, опираясь на развитие событий. – До дома бы добраться. Подумать в тишине. А тут беготня одна. Но украшений отсыплю. Жена ярла что-то там мне дарила. Мне без надобности, а тебе под стать.
- Грейс? Осторожней с ней, - поджала губы девушка. Она вдруг настороженно замерла, прислушалась и недовольно фыркнула. – Вот нюх-то! Тебя нашли, вёльва.
Она, игриво хихикая, помахала костяным рогом, выпила остатки напитка и скоро скрылась в воде. На смену одной собеседнице явился он. Спокойный, сел рядом и насмешливо улыбнулся. Глянул лукавой серостью. Ещё один паяц. Я сыто икнула и расслабленно завалилась на спину, прикинувшись тюленюшкой. Звёзды яркие, небо тёмное, ветерочек тихий. Романтика.
- К тебе или ко мне? – весело спросила у викинга, развалившись звездой у его ног. Тот протянул мне ладонь и помог подняться, повёл вдоль берега к своему дому. У калитки пересеклись с Ларсом. Тот приподнял и покачал в воздухе перевязанные платком коробки. Я же показала кувшин с красным напитком. Трофей же. Как бросить-то? В полумраке кухни и напряженной тишине нас встретила Тира. Она, гневно глянув на меня, обняла мужа. Тот оставил мой инвентарь на столе и в сопровождении любимой супруги отправился спать. В комнате викинга скинула пальто, нашла чистые вещи и отправилась в баню смывать пыль, золу и стресс.
При свете свечи не очень удобно мылить длинные волосы. А тут ещё он со своим неожиданным «поговорим?». Как так можно? Чуть сердце не остановилось от испуга. Нашёл момент, когда я беззащитна! Его рассмешила моя реакция. Хальвард замер в дверях, разглядывая меня. Опять наедине.
- Спрашивай, - так, Мася, не смотри на него. Само пройдёт.
- Нет способов, потому что их нет или потому что ты не хочешь?
- И то, и то, - я смыла шампунь и села на застеленный лежак, чтоб понежиться в приятном тепле парной. Жар давно спал. Сейчас примерно градусов тридцать пять держится. Викинг вышел в предбанник и спросил оттуда:
- Почему?
- Потому что нельзя остаться. Не всё так просто. Есть последствия.
- Например?..
- Время изменит свой ход. Не будет того, что произошло. Мироздание может погибнуть.
- Сколько у нас времени?
- Самый дальний срок – пять лет.
- Тогда не будем терять ни минуты.
Вернулся.
Ай, Фрейя! Я так и не поняла твоего замысла. Он награда или наказание?
Глава 4.
Сон не идёт. Вроде бы вымоталась, и спать бы, как убитой. Но нет. Глаза закрыты, тело расслаблено. Прислушиваюсь к дыханию Хальварда. В его руках уютно и тепло. Безопасно. Гармонично. Последнее определение рассмешило. Улыбаюсь в темноте. Заставить бы себя уснуть. Переворачиваюсь на спину, медленно вдыхаю и выдыхаю. Вспоминаю слова и шепчу их как можно тише, чтоб не потревожить мужчину.
- Отец мой, Род. Ты есть Бог Богов наших и всему роду божескому начало, - слова призывают видение. На вершине высокого холма старый ветвистый дуб, ветер ласкает крону и шелестит листьями. Утреннее солнце льёт золотистый свет на дерево, создавая сияющий ореол. Видение наполняет душу спокойствием и умиротворением. Иду вверх по склону среди высокой душистой травы. – Ты есть Отец-Небо-Сварог, дед божий. Ты есть Великая Матушка Лада – любовь и рождение Всемирья. – Кладу ладонь на шершавый ствол. Кора греет кожу. Касаюсь дерева лбом, прижимаюсь и обнимаю. – Возьми меня под свою опеку, - отстраняюсь и, продолжая держаться ствола, иду вокруг, - Ты Совершенен. И я совершенствую свою Любовь к тебе. – Позади Дуба на бревне сидит старец в косоворотке. Клюку под подбородок подставил, глаза закрыл и греется в тёплых лучах. Рядом на пеньке шахматная доска с расставленными фигурами. Сажусь рядом. С моей стороны чёрные. Расстановка так себе. Два открытых шага до «короля», но за каждым потеря и быстрый мат. Поморщилась. Не люблю шахматы. Не даётся мне эта игра. Максимум «съем» все фигурки противника и заставлю «короля» бегать по всей доске. Но «мата» не будет. Один постоянный хладнокровный и размеренный «шах». Пока оппонент не устанет играть. Беру пешку с левого угла и начинаю шагать по диагонали, «съедая» все белые фигурки на пути и пробиваясь к другому краю поля. Меняю пешку на «королеву».
- Всё связано, дочка, - вздохнул старец. Он бросил косой взгляд на мои успехи, но ругать за смену правил не стал. – И слова, и поступки. Всё связано. У всего последствия есть. Всё аукается. Всё возвращается. А коль так, то стоит ли бояться сделанного? И надо ли бояться делать?
- Ибо Ведаю, что Любовь и Справедливость – мощнейшая защита от всякого зла, - старец кивнул и снова закрыл глаза, я же поднялась, поклонилась ему, поклонилась Дубу. – Благодарю Тебя, Отец мой, за заботу обо мне и роде моём.
Отвернулась к стене, вздохнула. Очередная попытка уснуть. Хальвард, продолжая спать, повернулся на бок, обнял меня и притянул к себе, зарылся носом в моих волосах. Почему ты? Почему не … Моди?.. Что это за тип вообще?.. Ай ладно… Что в тебе такого, что Фрейя свела нас?
Поглаживаю его по руке кончиками пальцев. Сосредотачиваюсь на дыхании, вылавливая из воздуха только его. Это не трудно. Я маленькая даже перед его сутью. Он большой и телом и духом. Его внутренняя суть… или аура… не затмевает, не обволакивает, не рассеивается. Она есть, аккуратно расползается по границе моего существа, не вмешивается и не смешивается. Не влияет. Мы обособленны. Вот он – ровное и стойкое мерцание, один сплошной контроль и непрерывное размеренное пульсирование, ориентированное на сердцебиение. И вот я рядом с ним – истерично-хаотичные вспышки и всплески цвета сменяются тонкой туманной пеленой.
Он пахнет соснами, дымом костра и металлом.
Сталью, звенящей на поле брани. Вороны кружат в сером небе, громко и протяжно зовут за собой. Губы иссохли, кожа стянута застывшей грязью Пока рука едина с мечом, он жив. Тепло эфеса, обтянутого кожей. Отблеск мелькнувшего солнечного луча на доле. Встал с колен. С новой силой в бой. Нет долга, нет чести. Один лишь пьянящий кураж боя! Во славу Одина! Крик рвёт лёгкие. Сталь поёт, и та песнь радует душу. Красная ткань мелькнула перед глазами, закрывая цель. Движенье плеча – остриё разрезает преграду. Он перешагивает красное, приближаясь к цели. Выпад – укол. Позволяет мечу под собственной тяжестью превратить укол в рубящий удар. Победный клич разрывает тишину. Меч взлетает над головой, окропляя его лицо кровью поверженного врага. Всё. Победа. Поворачивается к соратникам, чтоб разделить её с ними. Увидел.
Красный шёлковый сарафан, чёрные растрёпанные волосы. Любимые черты лица. Холодные глаза. Вместо жизни укор и жалость. Хель взяла свою плату. Да будет так.
Мда. Она не видела паровозов. Тогда бы точно отошла. Но… Он перешагнул её жизнь в боевом кураже. Он перешагнул её смерть в осознанности. Да будет так? У каждого есть ненавистная до тошноты мантра.
Спааааать, Маша. Теперь точно спать… Волосы мешают. Перебросила копну, заёрзала, устраиваясь удобнее. Потревоженный Хальвард приподнял руку, давая мне прижаться спиной к его груди, коснулся губами шеи. Хмыкнул, когда мурашки прокатились по моей коже. Скользнул ладонью под сорочку… Ну, собственно, да. Ночь-то брачная. В пекло сон. И я не хуже русалки.
Сквозь дрёму различаю женские голоса на кухне. Уже утро? А впереди целый день.
- Надо бы добраться до дома, - сонно бормочу и прикидываю, что ещё нужно сделать. Записать размышления, проанализировать в тишине события, погадать. Поспать. Это уже похоже на нытьё.
- Позднее, - отзывается викинг. И я с ним согласна. Он потянулся, аккуратно поднялся и поцеловал меня в лоб. – Спи.
Хотелось бы. Слышу еле различимые разговоры и кухонную возню. Потрескивание огня усилилось. К женским голосам присоединились озорные детские, следом и мужские. Дом ожил. Хлопают по столу чашки, гремят поленья, льётся вода. Подъём, Маша. Работа ждёт.
Пока собиралась, за перегородкой воцарилась тишина, а до моего носа дотянулся терпкий аромат кофе. Кофе? Три-четыре, закончили собираться. Вылетела в общую комнату на крыльях интриги. Замерла, не веря увиденному. Вся семья викинга сидит за богато накрытым столом. И блюда из разных кулинарных традиций. Он же смещён со своего места во главе стола на скамейку, к Ларсу под бок. А на стуле восседает роскошная женщина. Первая красавица Асгарда. Я ущипнула себя за руку. Не сон. Не видение. Указала на неё и беззвучно спросила викинга, видима ли она?
- Конечно, видима! – фыркнула Фрейя, улыбнулась мне и похлопала ладонью по скамье возле себя. – Доброе утро. Как спалось моей любимой ведьмочке? У тебя усталый вид, милая. Надо больше отдыхать.
- Да какой тут отдых. Всё прыгаю и прыгаю туда-сюда. Даже колени дрожат под тяжестью возложенной твоей волей на меня миссии, - иронично усмехнулась я и уселась, куда велено. К большой чашке американо. Наклонилась пониже и с наслаждением вдохнула бодрящий аромат. Мы обменялись лукавыми взглядами и хихикнули. Отпила немного и восторженно застонала. – О да. Детка, ты просто космос!
- Тебя так просто довести до экстаза, - протянула богиня, наблюдая за мной.
- Но не дальше, - хмыкнула я и переключила тему, - а вот состояния «вне времени» и «без времени» разные?
- Смотря для кого, - Фрейя положила на серебряное блюдо перед собой немного салатика, налила из графина ягодный морс. Она пожелала всем приятной трапезы, чем немного разбавила напряжение обитателей дома. Дети в отличии от взрослых команду «завтракать» восприняли быстрее и радостно занялись вкусняшками. Я подтянула к себе симпатичный сладкий десерт. Богиня, что-то прикинув в уме, дополнила ответ. – Возможно, для безначальных разницы и нет. Для людей тоже, но из-за недостижимости момента. А для нас… Может и есть, но не существенная. Хотя, я же вне времени. А без времени я буду спать в небытии.
- А к чему такой помпезный визит? – я задала вопрос, который завис в головах присутствующих. Фрейя всплеснула руками, будто вспомнила, зачем пришла, и выудила из воздуха маленькую бархатную коробочку с двумя золотыми кольцами. Одно надела Хальварду, второе мне на безымянный палец, сложила наши ладони и торжественно проговорила, - Благословляю ваш союз. Хальвард, дитя моё, с радостью передаю нашу… эээм… любимицу под твою опеку и опеку твоего рода! Поздравляю!
И снова принялась за завтрак. Как будто ничего не произошло. Я медленно выдохнула и взглянула на подарок. Кольцо превратилось в чёрное тату с руническим ставом.
- В принципе, можно палец отрубить, - задумчиво пробормотала я. Плохое положение. Очень плохое. Фрейя с сарказмом усмехнулась и покачала головой.
- Не забудь принести благодарственные дары, милая, - будничным тоном сказала она. – Список отправлю видением. Помощь тоже предоставлю. И помни, дорогая, ты в первую очередь наша вёльва, а уже потом невестка и жена в этом доме. И побольше радости. Кому-то от нас достаётся меньше милости.
- Я поняла тебя, богиня моя, - я показательно встала и поклонилась ей в пояс. – Благодарю тебя, светлоликая, за милость твою. Да будет вечность твоя полна сладости. И да не оставь дом наш без покровительства твоего и милосердия.
- Хорошо подлизалась, - сдержанно рассмеялась богиня.
- А скажи, прекраснейшая. Почему в этот дом пришла ты, а к ярлу… не ты? – я не стала произносить имя всех бесящего рыжего прохвоста.
- Потому что… как же ты сказала… «ибо ведаю, что Любовь и Справедливость – мощнейшая защита от всякого зла», - повторила она мои молитвы. Ещё и подслушивают. Шутки совсем закончились. Она хмуро поглядела на меня и повторила то, что я уже слышала. – Твоих богов здесь нет. Здесь только мы. Пей кофе. Запомни его вкус. Будешь вспоминать долгими зимами в бесславной и унылой старости.
Она поднялась и покинула нас, просто растворившись в воздухе. Я выдохнула и спрятала лицо в ладонях. Утро началось с кофе и захлопнутой клетки.
- Маша, объясни, - тихо обратился ко мне Хальвард.
- А что объяснять? Меня очень сильно наказали, - я пожала плечами и продолжила завтракать. Заметила среди тарелок роллы и переставила ближе к викингу. – Попробуй. Это красная малосольная рыбка, иноземная крупа рис, сыр и морская трава. Вкусная штука. А там узбекский плов, итальянская паста... Форикол и хаукарль вам должны быть знакомы. Это блюда местного происхождения. Красное – кимчи. Сладости тоже из разных стран. Богиня собрала на столе все блюда, которые мне нравятся. А это, - я подняла чашку и, наклонив, показала чёрный напиток, - кофе. Самое слабое место твоей любимой… хм… жены. Кофе.
- Это очень сильное наказание? Накормить? – не поверил Ларс, а Хальвард принял протянутую чашку, сделал глоток и сморщился.
- Да нет же, - я забрала чашку и с удовольствием допила напиток. – Меня посадили в клетку, надели ошейник, отобрали большую часть игрушек и готовятся бить по поводу и без. Потому что я любимица. А вот это всё – прямое и открытое заявление, что никто никуда меня выпускать не собирается, и куковать мне тут с вами, пока Хель не разлучит нас. А тебя, муж, обрекли на позор из-за моих выходок. Даже в поход без меня не уйдёшь, и на битвах бок о бок будем.
- Но ты рада, - заметила Агот. Они волнуются. Чувствуют подвох и правильно делают.
- Да, очень,- сказала я, а сама отрицательно покачала головой. – Я не могу перечить богам и должна следовать их воле. С радостью и усердием. Так, муж. Мне нужны шапка из белого меха, посох, веретено… А лучше три… Три ножа разной длины… самый длинный без эфеса…Но это я с кузнецами обговорю, как сделать… А что ты смотришь на меня так? – его суровый взгляд и нахмуренные брови мне не понравились. Надо наехать. А то, что он сидит и молчит. – Тебя вчера за язык никто не тянул. Назвал женой, вот теперь опекай и заботься, - он в ответ качнул головой и закатил глаза. А что я такого сказала? С желаниями надо быть очень осторожным. Желания имеют привычку сбываться. Подумала, снова взглянула на викинга. – Хальвард, будь готов ко всему. Ларс, а где мои коробки? Ты их на столе вчера оставил же…
Плотник пожал плечами. Женщины тоже молча переглянулись. Заглянула в комнату. Там нет. Беглый осмотр дома результатов тоже не дал. Сп…асибо, что облегчили мой скарб!
- Ограбила… - возмущенно прошептала я, хватаясь за сердце, - средь бела дня ограбила… Самое ценное упёрла!.. Ах, что делать?... Что делать?.. О, Божественная! Оставь хоть записи! Не раздевай до голого зада, а? Ты ж не банк!.. Срочно! Срочно на ревизию!
Вернулась в комнату, протянулась к синей накидке и замерла. Волна паники и отчаяния подкатила из глубины души и накрыла с головой. Осела на пол, с удивлением разглядывая трясущиеся руки. Опять опанька. Пятнадцать лет учебы и практики, наработанных шишек, текстов и заученных движений. У меня забрали всё! Отрезали Тень. Перекрыли Свет. Оставили одну. Вдох-выдох. Это всего лишь паническая атака.
Он незаметно оказался рядом. Сел, сграбастал в объятья и поцеловал в макушку. Втянула сопли, вытерла слёзы, выдохнула.
- Опытным путём доказано, что выход есть даже из гроба, - пробормотала я. Нельзя меня в отчаяние загонять. Нельзя. Я придумаю что-нибудь. Викинг вздёрнул меня вверх, отряхнул платье и накинул на плечи шерстяную накидку. Стёр остатки слёз со щёк. Оценил вид.
- Ты хоть что-нибудь из воинского ремесла умеешь? – иронично усмехнулся он и надменно заломил бровь. – Кроме увиливаний и побегов.
- Да, - я кивнула так размашисто, что уткнулась лбом в его грудь. – Не лезть на рожон, не путаться под ногами и не стоять на пути берсерка, - и предупреждая шутку, добавила, - так и мы не на войне, Хальвард.
- Почему мне видится иначе? - философски вздохнул мужчина. Он взял мою ладонь и повёл за собой через кухню к выходу. Ларс и Вагне куда-то разбежались, дети тоже рассыпались по дому, радостные после вкусного утра. Женщины разбирали угощения со стола. Они проводили нас взглядами, вопросов задавать не стали. Викинг собрался и вытолкнул меня на улицу, идя следом. Старший сын Вагне вывел коня и передал поводья мужчине.
Всю дорогу до лесного домика крутила в голове ситуацию. Больше переживала, что ничего не осталось. По сути, знаний о местной магии мало. Но они есть! Просто снова придётся нарабатывать инвентарь, а это трата времени. Время слишком ценный ресурс. Как бы вывернуть всё так, чтоб мои планы зашли?..
Тропинка к дверям домика тоже далась с трудом. Хорошо, что Хальвард идёт за спиной. А то сбежала бы. Вслед за жрецом. Чем он всё-таки помешал? Куда влез? Теперь заперт в храме с некой страшной болезнью. Что за болезнь? Актуальна ли теперь встреча с ним? Попробую обойтись. Попробую.
Листки на стене остались. Дневники, тетради на лежаке. Книги. Вещи и садовый инвентарь моего времени исчезли. Ладно, пустой не оставили. Уже хорошо. Взяла ручку, набросала по памяти события, добавила листков к остальным. Поставила табуретку напротив стены и погрузилась в анализ. Хальвард не мешает, занял себя чем-то. Костёр в очаге разгорелся, разгоняя сырость и полумрак. Отблески пламени заплясали на стенах. Моя тень закрыла заметки.
- Всё связано, - бормочу, блуждая взглядом от листа к листу, - всё связано… мысли, слова, действия… Всё связано… Как аукнется, так и откликнется… Круги на воде… от меньшего к большему… Что в малом, то и большом… Круги на воде… Почему я? Потому что справлюсь. Почему руки их выбрали, а не других? Потому что справятся. С чем?.. Ничего не даётся просто так. Ноша даётся соразмерно силе и выдержке… Всё связано… Чего я не вижу? Вот это уже вопрос. Бег. Спешка. Пока в одной стороне громко кричат, в другой – проворачивают дела… Вёльва появилась! Бегает туда-сюда… Странная. Крики. Крики. Пыль в глаза. Что за пылью? Так…
Я сползла с табуретки и переместилась за стол со стопкой дневников. Викинг, оставаясь на переферии, оказался за спиной и заглянул сверху в мои каракули. В первом дневнике на титульных листах напечатана политическая карта. А, была не была. Показала её викингу.
- Вот так мир выглядит в моё время. И круглый. И вертится вокруг солнца. Мы сейчас где-то вот тут, - я ткнула в скандинавский полуостров. Указала на родную территорию, - а я живу вот в этой стране и воооот тут. Не самая лучшая карта, но что есть, - я осторожно отковыряла приклеенную страницу и отдала мужчине. – Перенеси на кожу. Бумага не долговечна и при малейшем намокании растает.
- А за это тебя не накажут? – он взял карту и с интересом принялся рассматривать картинку.
- Указаний не было. Вашему народу всё равно рано или поздно надоест сидеть на камнях. Вы отправитесь искать плодородные земли, богатства, сокровища. Так если нет разницы, то чего молчать-то? – Я пролистала записи с формулами, набросками заклинаний и оговоров. Сейчас всё это годилось для растопки. Два основных источника силы мне перекрыли. Ничего из имеющегося не сработает. В последнем дневнике наткнулась на руны, их значение и применение. Этого мало. Даже если и сплету вязь, то надо её чем-то напитать. Расходовать собственные ресурсы как-то не хочется. Такое расточительство свалит меня за сутки и на недели. Нужна подпитка извне. Задумчиво поглядела на викинга. Не, на любовной магии тоже далеко не уедешь. Из тех богов, к кому можно обратиться, это Фрейя и Локи. Местные покровители колдовства. От первой помощи можно не ждать. Только приказы. Со вторым трудно. Потрогала волосы. Гребень с красной лисой остался в доме викинга. Побарабанила пальцами по столу, перечитала записи про руны. Идея есть. Надо сбагрить посторонних. – Хальвард, мне нужно остаться одной на пару ночей.
- Нет, - я так и знала. Вздохнула, подумала, как его спровадить.
- У тебя дел много же. Надо карту перенести с бумаги на кожу, рассказать по неё ярлу. По дому что-нибудь сделать. Отдохнуть от меня, в конце концов.
- Я не устал.
- Устал.
- Нет.
- Хальвард. Я буду тут. Я буду спать, - опять брови вскинул. Типа «кому ты врёшь». Ну, ладно. Нехотя призналась. – Я погружусь в поиск нового источника силы. Твоё присутствие будет отвлекать. Съезди по делам, а?
- Я вернусь после заката, - он убрал карту за пазуху, поцеловал меня и скрылся за дверью. Я же прошлась из угла в угол, раздумывая как быть. Я снова в самом начале. С чего начинала тогда? С желания получить знания. Иметь доступ к ним, уметь применять.
Открыла самый старый и потрёпанный дневник. «летучие мыши и совы опасны», «король ест», «никто там не бывал до сих пор». Да, только узнала про родословную, но ещё не познакомилась с Ником. Стычка у оборотней. Один из них стащил артефакт и сбежал. Первая попытка самостоятельного поиска. Подходит. Эта часть меня не использовалась с тех пор. Пора тряхнуть стариной. Главное, чтоб старина не покусала кого-нибудь.
Легла на лежак, расслабилась. Я здесь – Душа. Я здесь – тело взаймы. Тело соткано из материи и силы воли. Душа определяет облик. Облик отражает Душу.
Оставить материальное. Подняться выше. Глянула на себя сверху. Тело окутано слабым мерцанием заклинания. Оно удерживает меня здесь, защищает тело от вреда извне и распада изнутри. Тело всего лишь дубль, неполноценная копия настоящей меня. Здесь нет Духа, стержня, вокруг которого собрана Я – материя. Нет той самой силы воли. Ок. Дальше.
Поднимаюсь выше. Над домиком. Ещё выше. Над лесом. Вижу, как Хальвард неспеша едет в поселение. Люди заняты бытовой суетой. Вижу реку и несколько лодок на самой середине. Слышу стук топоров. Так много звуков! Какие же они шумные! Никакого покоя. Кружусь над лесом, поднимаюсь выше в поисках спокойного уголка. Вон, около реки, поблёскивает магия. Подойдёт ли? Приблизилась. Это дуб, у которого я нашла Дана. Руна даёт такой эффект? Осмотрелась. Заметила ещё четыре отблеска. Хм. Не источники. Слишком малы. Результат магии? Возможно… Пощупать бы.
Сваливаюсь вниз. Земли касаюсь лапами. Встряхнулась. Обмахнула пушистым хвостом пятки. Втянула воздух. Навострила уши. Чутьё рвануло на шорох под снегом. Мотнула мордой и недовольно рыкнула. Ты же Тотем, девочка. Обнюхала снег вокруг, ища следы альв, духов природы. Нашла озоновый шлейф и, как по путеводной нити, потрусила среди деревьев. Сбилась на кроличий запах. Где-то он тут рядом крутится. Замерла, выискивая еле заметное движение над снегом. Ага! Притаился у корней! Ату его! Обед! Заяц ломанулся и запетлял, путая следы и нарезая круги вокруг стволов. Манёвренный, зараза белая! Прям злит! Почти вцепилась в хвост, а он замер, проскользнул под брюхом и бросился в другую сторону! Куууда?! Не уйдёшь! Сделал петлю и затаился в кустах! Я не повелась. С разбегу нырнула мордой под ветки и уцепилась за пушистый хвост, вытащила, лапой придавила, на хребте челюсть сжала.
Шлейф! Я потеряла шлейф! Ещё этот под носом… ароматный… Эх… Довольная, задрала хвост и побежала в припрыжку куда-то, прислушиваясь. Слышу приглушённый писк и потяфкивание. Иду на звук. Среди бурелома спрятана большая нора. У входа разлеглась серая волчица, а перед ней шестеро маленьких щенков резвятся. Ещё двое волков над норой сидят. Заметили меня. Я села поодаль, застыла. Пусть разглядят. Судя по всему, остальная стая на охоте. Волчица настороже, тихо рыкнула. Щенки приблизились к ней, развалились под тёплым боком, жалобно выскуливая разрешение поиграть немного. Нельзя. Ждём альфу с охоты.
Ждём. Небо над лесом заволокло вечерней серостью. День уходит. Серый с пушистым загривком вожак появился в сопровождении сородичей. Они обошли меня стороной, делая вид, что им не интересно. Пустые пришли. У меня преимущество в зубах. Вожак обнюхал самку, щенков, повернул морду к охране. Вздохнул устало. Сел в метре от меня. Бросила добычу на землю и отступила назад. Сегодня твои щенки будут сыты.
Он, не сводя с меня глаз, подошёл к трофею, забрал и переложил к нетерпеливо прыгающим рядом с матерью детям. Главная цель стаи – выживание потомства. Вырастут, тогда сами начнут искать пропитание. А пока…
Мы смотрим друг другу в глаза. Переговариваемся звуками. Альвы дальше, за пределами круга. Им нет доступа сюда. Их выгнали, напитали землю кровью и слезами. Здесь бродит зло. Зверям не страшно. Они уживаются. Не трогают друг друга. Охотятся в разное время. День им, ночь – злому. Так и выживают. Еды хватит всем. Кладу морду на лапы, издав урчащий звук. Хм. Ну и как быть?
Среди деревьев темнота загустела. Пора возвращаться. Вожак указал направление. Я спешу к телу. Интересно, что подумает Хальвард, увидев меня «спящую»? Не станет же сразу сжигать. Вроде предупредила, что в поиск уйду. Перепрыгиваю очередное поваленное дерево, замечаю огромную тёмную тень. Лось? Остановилась, повернула морду, вдохнула. Мокрая шерсть, кровь, дым костра. Не лось. Красные угольки глаз вспыхнули, опустились ниже, раздалось тихое рычание. Совсем не лось! Оскалилась, отфыркнулась. Тяжелая поступь. Переваливаясь, тень приблизилась, приняла очертания чёрного волка размером с доброго коня! Я осела на хвост и ошарашено прижала уши к затылку. Оборотень! Так вот какое зло тут ночами бродит. Вот так санитар леса. Он шумно втянул воздух и облизался. Ну нет! Я не согласная! Хотя тут никто моего мнения не спрашивает. Обидно!
Бегом! Бегом, не оглядываясь в режиме торпеды! Щёлканье здоровенной пасти мотивирует. Вылетаю на родную поляну. Хальвард уже завёл коня на территорию за оградой и неторопливо идёт к домику. Влетаю, вспугнув среброгривого. Тот испуганно заржал, поднялся на дыбы и лягнул копытом. Собака меткая, попал в заднюю лапу. С визгом качусь в снегу, гребу лапами в сторону, подальше от бешеного пони-переростка. Боль разрывает волчий облик, возвращая меня в тело.
Судорожно вдыхаю, заполняя лёгкие воздухом, и перекладываю всю гамму чувств от переизбытка адреналина и пульсирующей боли в ляжке на крик и базарную ругань.
- Волкам скормлю, дурная ты конина! На тушенку пущу! – разрыдалась я, придерживая ушибленное место чуть ниже половинок. Дверь снесло. Напуганный викинг, не понимая, что произошло, кинулся ко мне, обнял и сжал своей лапищей мою ушибленную ногу вместе с ладонью. Я взвизгнула от нового взрыва боли, оттолкнула его руку и провыла, - он меня ударил!
- Кто?! – гневно зарычал викинг. – Ты его видела? Кто это?!
- Кооооонь, - расплакалась я и уткнулась в мех накидки.
- Ктоо? – гнев в голосе мужчины сменился удивлением.
- Конь в пальто! – прохрипела я сорванным голосом. - Принеси что-нибудь холодное, а? Снег в полотенце заверни, или лёд… Или ткань холодную. Но холодное.
Он нашёл подходящий лоскут, вышел на улицу за снегом и вернулся. Помог мне поднять подол сарафана и сорочки.
- Что? Что там? Перелом? Кости торчат? – мне не видно место удара. Больно. Хальвард приложил ткань со снегом и аккуратно ощупал место травмы. Поджал губы, нахмурился. Покачал головой. – А что? Всё плохо?
- Нет. Всё… удачливо, - и расхохотался. Я шмыгнула носом и обиженно насупилась. Передразнила его радостный смех и попыталась приподняться, чтоб самой посмотреть. Он остановил меня, отдышался, вытер проступившие слёзы и снизошел до объяснения, – тут след от подковы… Так это ты была? Волчица?
- Ой! Хальвард, там в лесу оборотень! – вспомнила я, от чего бежала. – Большой!.. Давай, ему коня твоего скормим!.. Главное, чтоб к дому не подошёл. Отбиваться нечем. Ни пуль, ни серебра, ни заклятий толковых.
- Не подойдёт, - улыбнулся викинг. И ни тебе охов-вздохов, ни тебе кидания в бой. Что так спокойно-то отреагировал? Прищурилась подозрительно. Он объяснил, - Дротт при мне наносил защитные руны. Учил меня… А ты оборотень?
- Нет. По маминой линии дар. Тотем. Животное-хранитель. Внутренний дух, через который можно общаться с природой, - объяснила я.
- Хм, белая. Я не видел раньше таких, - он убрал компресс и оценил масштабы трагедии. Опять улыбнулся. Смешно ему. Пошевелила ногой. Вроде нормально всё. Боль под действием холода притупилась. Устроилась удобнее на правом боку, спиной к мужчине, и прикрыла глаза. Можно ли считать поиск удачным? Альв выгнали. Тогда что держит урожаи и не даёт болезням приблизиться к селению, раз земля полнится злом? Отличный магнит для неприятностей. Магия рун? Какие там ещё символы? Тот, что уже видела, - символ защиты. Как-то не вяжется со злой землёй. И не вплетается он в тёмные заклятья. Если только, чтобы защитить само колдовство? Или запереть его на этой территории? Или… что?
- Земля Локи, - задрёмывая, пробормотала я. – Печка гномов… Небывальщина…
Сквозь сон слышу, как Хальвард ложится рядом. Становится тепло, но от его волос веет прохладой. Уютно. Безопасно. Тело расслабляется. Слышу его ровное дыхание. Слышу треск костра в очаге. Мысли водят хоровод в голове, всплывают диалоги. Погружённая в предсонное состояние краем уха слышу перешептывание голосов. Они спорят между собой, отчётливее проступает женский. Много шипящих звуков, от чего сложнее разобрать слова и суть разговора. Стоит настороженно сконцентрироваться, как кто-то из говорящих шикает, и все замолкают. Снова расслабляюсь. На смену голосам снова приходят мысли. Не мои. Наблюдаю, как они разворачиваются, словно из-за прозрачной ширмы. Для меня они пусты.
Аромат табака перетягивает внимание на себя.
- Ты же знаешь, почему «Мара»? Вовсе не из-за уважения к богине смерти. Нет. Слишком много чести для такой мелочи. Не тот уровень, - говорящий втянул воздух через мундштук трубки и выпустил едкий серый дым, с удовольствием наблюдая за завихрениями. – А вот в честь злого одноимённого духа – да. Есть такое существо. Мара. Является ночью в виде прекрасной девушки, соблазняет мужчину, а потом ложится ему на грудь и считает зубы. Если досчитает до утра, то заберёт жизнь. М? Как тебе такое, Мара?
- Есть над чем задуматься, - усмехнулась я и обернулась. Тёмная комната. Камин. Перед камином кресло с высокой спинкой. Я знаю, кто там. Не рискну взглянуть на его лицо и в этот раз. Страшно. Страшно рядом находиться. В одном помещении, в одном доме, в одном городе. Страшно, что такое создание вообще существует во Вселенной. Многие поколения моего города росли рядом с этим соседом и под его влиянием. Все приучили себя не замечать Его. От греха подальше. Во всех смыслах. Стою, замерла. Боюсь подходить. Он не кусается, но лучше держаться подальше. В свете огня вижу его руку с изогнутой трубкой. Слегка помахивает в такт ему одному слышной мелодии.
Я стою, молчу. Я озадачена и напряжена. В уме крутится вопрос: что одно из самых древних и могущественных существ делает в моём сне? Он правильно сказал: я мелочь. Несущественна и незначительна пред его персоной. Однако… Однако… Мы встретились. Даже говорим.
- Всё дело во времени, - отвечает Он на мои мысли. – Ты там, где нет никого из твоих «друзей», кто мог бы прийти с предупреждением. Время твоих друзей ещё не настало. А я, как ты помнишь, и вне и без. Я есть раньше и есть позже вашего вида… Так уж получилось, что надо предупредить. Это традиция. Это регламент. И…Предупреждаю: это неизбежно.
- Что?
- Падение. Рано или поздно такое случается со всеми. Вопрос лишь в том, как глубоко ты готова упасть… Слышала же про «снежную слепоту»?
- Это обратимый процесс.
- Да, но он имеет место быть. Порой даже от света нужна защита.
- А она у меня есть?
- Преимущество свободной души. Есть из чего выбирать…
Аудиенция окончена. Как и сон. Чувствуешь себя отдохнувшей, Маша? Нет! Ни на минуту. Что-то зачастили высшие силы к покорной мне. Четвёртая ночь так себе. Решили пытать депривацией сна? Переворот на спину отозвался болью в ноге. Поморщилась. Села кое-как. Хм, а викинга-то нет. Уже утро? Нет, дымное окно тёмное. И конь его беспокойно ржет. Мне не нравится. Наступать на ногу больно, но терпимо. Дохромала до двери и выглянула на улицу. Картина маслом: викинг с импровизированным факелом стоит у ограды, а с той стороны расхаживает из стороны в сторону огромный чёрный волк. В отблесках огня видно гладкую шерсть, красные глаза и огромные клыки. Увидел меня, остановился и с гортанным рыком пригнул морду. Хальвард обернулся
- Вернись в дом! – рявкнул на меня викинг и махнул рукой. Пожала плечами. Ладно, что орать-то. А сама ехидно хихикнула. Время экспериментов. Нашла записи про руны, начертила три, обратилась к Фрейе и Локи за милостью и благосклонностью к задуманному, наговорила став. А теперь надо это дело вкормить в зверюгу. Как бы это сделать? Заметила пояс Хальварда на лавке, а там и нож есть. Порезала палец, смочила листик кровью Это должно его привлечь. Да чего уж там, руны тоже красными сделала. Свернула листик трубочкой, чтоб не размотался кольцом серебряным закрепила, а для тяжести тот же кусочек угля внутрь впихнула. И так сойдёт. Я же только учусь.
Вышла обратно на улицу. Хальвард как раз отошёл в сторону, переводя коня подальше от забора.
- Что ты делаешь? Я же сказал, дома быть! – сердито крикнул он. Коня всё равно не отпустил. Ага! Коня жалко, а меня нет? Я запомнила.
Я подошла к прогалу в заборе и принялась приманивать зверушку.
- Утиути, красаааавец. Я тебе вкусняшку принесла, богатырь ты наш, - засюсюкала я, помахивая экспериментальным заклятьем, чтоб он почуял запах крови. – Кто тут большой мальчик? Кто тут босс?
Зверюга грозно рыча щёлкнул пастью перед преградой.
- Ой да, грозный оборотень! Сильный оборотень! Лови нямушку! – Я подбросила свёрток. Волчара клацнул клыками, поймав подарок. Прожевал, проглотил, облизнулся. Мало? Шумно втянул носом воздух. Глянул на меня.
- Уйди оттуда! – заорал Хальвард. – Уходи!
Я послушно развернулась и потопала обратно. За спиной раздался удар. Это огромная туша врезалась в защиту. Разъярённый центнер мышц и голода упорно долбится в преграду. Не понимаю, почему не сработало. Или не растворилось в желудке… Или что там надо для активации?.. Хальвард, справившись с напуганным конём, подбежал ко мне и, схватив за локоть, скоренько потащил к дверям. Ещё и ругает на ходу за бестолковость и желание влезть в самый цент приключений. Да! Со мной такое случается.
После очередного мощного удара над поляной разнёсся эхом тонкий высокий «треньк». Как будто струна лопнула. Мы обернулись. Забор лежит на земле. Оборотень медленно переступает преграду и, оттолкнувшись, прыгает на нас. Приземлился на лапы и грузно упал к нашим ногам.
- И того три минуты, - выдала я и потыкала волка в нос пальцем. Спит. Громко сопит, прихрапывает.
- Что ты…? Что с ним? – Хальвард больно сжал мою руку и факелом осветил чёрную тушу.
- Ау, - я ударила его по животу, тот тут же отпустил и забормотал извинения. А я же направилась в дом за ножом. Не понятно, сколько продержится заклятье, так что стоит поторопиться. На ходу объяснила. – Спит. Готовься, Хальвард. Сейчас будем с него шкуру снимать.
- Что? Какую шкуру? С кого? С него?! – викинг подскочил ко мне и развернул к себе лицом, громко крикнув, - Маша, это Моди!
Молча смотрю на него. Насупилась, губы поджала. Вот что сейчас выдать? «Друг дороже жены», «ты мне не доверяешь» или «а что ты молчал»? Медленно выдохнула.
- Мне просто нужна его шерсть, - тихо и спокойно сказала я и показала сложенный из ладоней ковш, - вот столько. Он гладкошёрстый и холка не пушистая. Так что обрезать придётся со спины и хвоста. И раз уж это твой лучший друг, то ты этим и займёшься. А я посвечу.
Есть ещё вариант «за кого ты меня принимаешь». Оставлю на сладкое. Хальвард под моим чутким руководством остриг нужное количество шерсти, иногда поглядывая на меня подозрительно. Не выдержала и предъявила всё сразу. Как так можно-то? Выбрал от балды первую попавшуюся женщину, обозвал женой при всех, а теперь недовольством сыпет. Непослушная, проблемная, позорит. Сам виноват! Я заранее предупредила – ведьма. Всё остальное не на моей совести. Ха! Это я ещё не дома. Там уже никакой личной жизни. Не квартира, а проходной двор для потусторонней силы. Разница в том, что там гости деликатно и уважительно относятся ко мне спящей. А тут прям расшастались! Не знают ещё поговорку «не буди лихо, пока оно тихо».
Когда шерсти оборотня оказалось достаточно, я забрала плошку и вернулась в дом. Настало время прялки. Смешала черную и чищенную шерсть на лопате и принялась вить толстенькую нить, наговаривая запирающее суть заклинание. Пришлось повозиться, но через полчаса работу выполнила. Сплела из четырёх нитей длинный колосок и передала Хальварду.
- На шею ему повязать надо.
Викинг кивнул и вышел. Я даже смотреть не пошла. Вернулась в горизонтальное положение. Даже внимания не обратила, что викинг пронёсся мимо, утащив одно из одеял. А уж когда занёс храпящего товарища и скинул на свободное спальное место, то вовсе улыбнулась в стену, довольная собой. Хальвард устало сел рядом, погладил моё плечо.
- Это он тебя укусил? – я вспомнила про следы зубов на его ноге.
- Да, - Хальвард лёг рядом, обнял меня и поцеловал в висок.
- А ты почему не стал оборотнем?
- Я… Направил эту силу в другое умение, - ответил он. Я заинтересованно повернула голову. Он усмехнулся. – Стал воином Одина.
А, мишка. Вспомнила детский стишок, но вслух зачитывать не стала. Интересный способ. Явно пришлось потратить много времени, чтоб разложить процесс обращения до мельчайших подробностей и «перепрограммировать» в новом формате. А я недавно внесла коррективы… Интересно, как аукнется в будущем? Что-то много таких «ауканий» в моём визите. К добру ли? Хотя, как сказал Велес: всё к добру.
На том и успокоилась…
Глава 5.
Утро началось. С синхронного запевного храпа двух мужиков, страдающих хроническим ринитом. Послушала, как они и в унисон рулады выводят, и кто кого перехрапит. Кажется, уловила мотив про кузнечика. Своего викинга вывела из соревнований, закинув ноги ему на живот. Он сонно укнул, перевернулся на бок и, потихоньку просыпаясь, принялся наглаживать мою коленку. Прелестно. Утренние мимимишности. Приятное и удачное начало дня. Отвлеченно кончиками пальцев глажу его скулы, нос, губы, убрала прядки волос со лба. Его глаза закрыты, слегка улыбается, довольный.
Вдруг серенада, игравшая фоном, сменилась тихим жалобным всхлипом, и наш уютным мир оказался жестоко расстрелян. Хальвард открыл глаза, внимательно поглядел на меня.
- Что? Это не я, - возмутилась я и отодвинулась.
- Что это? – тихо и настороженно спросил викинг.
- Хвалебная песнь во славу Локи за избавление от звериной шкуры, - хихикнула я. В подтверждение со стороны второго лежака раздалось растерянное «ой!», и мимо нас пронёсся торопливым лосем голый Моди, прикрывающий тылы. Всё. День удался. Я лежу и лью слёзы от смеха. Хальвард, смеясь, покачал головой.
Переползла через викинга и добралась до стола. Надо записать эксперимент и результат. По памяти набросала заговор, как делала…
- Ой, - а вон оно что. Уголь. Хлопнула себя по лбу, подумала и махнула рукой, - а, это на пользу… ооой, а вот это нет…
- Что? – услышал моё бормотание викинг и зацепился. Подошёл, сел рядом и заглянул в записи.
- Ты знаешь про полезные свойства угля для человека? - издали начала я. Мужчина кивнул. – Вот, дозы для оборотня и человека очень разные. То, что оборотню горошинка, человеку… ну… многовато… Надо будет проработать этот момент с каким-нибудь полезным материалом… Может, что-то на подобие таблеток сделать.. - Хальвард перестал улыбаться и хмуро поглядел сначала на дверь, потом на меня. А я продолжила, возвращаясь от размышлений к начальной теме. – И ему нельзя превращаться в волка раньше, чем кольцо не выйдет.
- Какое кольцо? – он совсем сильно нахмурился. На всякий случай отгородилась дневником.
- Моё кольцо. Из серебра. Оно у него в желудке… Или ниже…
- Как оно там оказалось?
- Съел.
- Маша, - Хальвард выдохнул и возвёл очи к потолку.
- А что Маша? Сработало же, - я выглянула из-за ежедневника и убедилась, что убивать за прос… попранную честь друга меня не собираются. – Предупреди, чтоли.
- А сама? – усмехнулся викинг. Дверь со скрипом отворилась, показался пошатывающийся Моди.
- Там… это… холодно, - доложил пострадавший. Я закрыла лицо ладонями и постаралась сдержать смех. «Ощущается, как минус двадцать». Радио в голове тут же включило знаменитое «Я слышу утренний колокол. Он славит праздник и сыпет медью и золотом…»
- Моди, друг мой, - вздохнул викинг, направляясь разруливать ситуацию. – Коня моего возьмёшь. Держи вот, укутаешься…
Они вышли. Судя по громкому негодованию, викинг всё разъяснил. Когда Моди успокоится, попробую донести до него остальные бонусы с моей кровью. Ничего интересного. Просто доступ к родовой памяти и возможность отследить меня и моё состояние. Будет пользоваться или нет – ему решать. Отложив «конспект», поставила воду греться, прибралась в комнате, заодно проверяя, что осталось из читерского набора. Кроме канцелярии, нашла свой атам, ритуальный нож с тонким, как у шпаги, лезвием и пластиковой белой ручкой в кожаных ножнах. Уже хорошо. Под мешочками с травами обнаружила потайной ящик, а внутри старый потрёпанный личный дневник моего предшественника. Чуть больше альбомного листа, обложка перетянута потёртым бархатом, страницы пожелтели по краям пошли волнами от сырости. Написано чёрными чернилами красивым каллиграфическим почерком. Язык русский, как в старых книгах. Но дореформенный! Вот это находка. На титульном листе имя владельца: Максим С. Пролистала первые страницы. Выругалась. Ученик Кайла. Тьфу. И тут хитрые глаза Тёмного Наставника. Коллега попал сюда через эксперименты с осознанными сновидениями. Специальность у него такая: практика в области подсознания. Психолог для магов, короче. Распаковка таланта, запаковка, проработка уровней просвещённости с последующей адаптацией и бла бла бла… Мы пересеклись один раз, в самом начале моей учёбы, но нас быстренько развели по разным углам. Не сошлись характерами, так сказать.
На мой взгляд, взял от Кайла всё самое поганенькое и преувеличил раз в дцать… Что там дальше?
Записаны обычаи, родословные, травы и составы, разработанные коллегой по попаданию. Руны тут же и красивые витьеватые ставы с подробным описанием символов. Почти половину дневника потратил, чтоб наработать опыт и уважение. Есть даже описание болезней местных жителей и процессы лечения. Имеются упоминания о торговых походах и короткие заметки про договоры ярлов. Самое вкусное начинается через тройку лет спокойной жизни и визита мудрой Фригг. Предвидя закат своего существования, боги затеяли создание своего собственного места в Тени. Так они продолжат существовать не только в памяти человечества среди мифов и легенд, но и как часть чего-то большего. И вроде бы боги. Что им стоит сделать такое одной лишь волей. Но нет, в дело вмешивается понятия родословной системы и линейности времени. Так бессмертные получат доступ ко всему временному потоку, смогут влиять на него, извлекая выгоду, пополнять знания через потомков, оставаясь и в реальности и за её гранью. Вот замутили-то. Обычно, такие трюки проворачивает Локи, но он побратим, а не чистокровный. Но есть загвоздка: в нужном роду только мальчики. Выбрать женщину из другого рода и передать её жрецу нельзя, потому что она перейдёт под покровительство его родословной. И кто бы мог подумать… У жреца есть сестра! А что бы и нет? И притащили сестру. Её я тоже вспомнила. Ученица Кайла. Провидица с длинным языком. Понятно, почему земля тут злом пропитана. Потому что они Тёмные! Мораль, нравственность, эмпатия, сострадание не их конёк. А вот любовный треугольник, стяг судьбы, мороки, подлоги, подклады, внушения… Эт сколько влезет. Так и стала наша сестра женой ярла, отправив Марту на окраину подальше с глаз. Окей, в родовую ветку вплелась, дали ей пять имён, родных по крови и… заклятье плёл Кьявраль. В сути, разумеется, жертва. Все шестеро, включая сестру, должны быть преданы во власть богов без телесных оболочек, а там уже дело за асами. Сестра к тому моменту забеременела, а жрец пошёл на попятную, ибо не готов обрекать сестру на подобное испытание. Совесть заела. Да ещё жалость к юному первенцу ярла в лице Хальварда. Прикипел, видите ли… А в конце извинения, извинения, извинения… Почерк поменялся с каллиграфического на рваный и размашистый… Хм…
С громкой руганью бросила дневник жреца в очаг.
- Ну почему?! – возведя руки к потолку простонала я. – Ну почему опять я?!
Сложила лапки за спиной и стала расхаживать из угла в угол, сердито сопя и фыркая. Кьявраль в селении. Грейс в селении. Я тут. Заклятье набрало за прошедшие годы значительную силу. Грозно сдёрнула со стены все записи и отправила в огонь в след за книгой. И какой у меня выбор? Выполнить ритуал, выполнить ритуал как можно позднее и не выполнить ритуал, чтоб застрять тут и сойти с ума. Тот непонятный «я – смерть»… Это же Макс, да? Он тоже пришёл сюда через сон, потому и выглядит молодо. Так на долго застрял здесь… Сколько получилось? Лет тридцать. Шесть раз пробуждался, чтобы заново погрузиться в сон… Да тут кто угодно разум потеряет. Сон стал реальностью. Но. Если Моди сумел прорваться через защиту, то… Макс умер в своём времени.
Остановилась, глядя на пламя. Задумчиво поглядела на сидящего за столом викинга. Сидит у стола, слегка улыбается, щёку кулаком подпирает. Наблюдает.
- Я выгляжу забавно? Да? – хмурюсь. Он согласно моргнул. – И?..
- Что? Да, за тобой интересно следить, - усмехнулся Хальвард. – Ты похожа на лисицу, почуявшую под снегом мышь. О чём твои размышления? Вижу, они тебя не радуют.
- О выборе. Всегда приходится выбирать, - вздохнула я, массируя виски. – И чем дальше, тем сложнее. Выбор… Выбор… Хальвард, ты же ученик дротта. Он, если можно так выразиться, тебя растил и воспитывал. Говорил ли он про… то, для чего ему нужны знания, за которыми он отправился?
- Да, - ещё одна усмешка и пристальный насмешливый взгляд.
- То есть, когда ты первый раз меня увидел, то уже знал, для чего я прибыла?
- Да.
- И ты сейчас понимаешь, из чего мне приходится выбирать?
- Да, - он меня бесит своим спокойствием! И решил добить, наверное, – Я знаю его символы. Твои сложнее, но есть что-то общее. Большинство написанного не разобрал. Что означают знаки в верхнем углу страницы? Ты так обозначаешь дни?
- Ах ты ж любопытный диверсант! – поморщилась я. Это подстава подстав. Как мне это расслышать теперь? Пережевывай, Мария, аккуратнее. Не подавись, девочка. А я еще на Моди грешила, что он шпион. А оно вон где опасность притаилась. – Остальные знают?
- Нет, - хоть одно нет из его уст! Радость-то какая.
- И что, на твой взгляд, я должна выбрать, Хальвард … Нордлэндсон? - сын северных земель. Само как-то на ум пришло. Я приблизилась к мужчине. Викинг оглядел меня с ног до головы, расстегнул фибулы на лямках сарафана, потянул за тесьму на воротнике сорочки. Остановила его ладонь. – Ответь же.
- Ты будешь хозяйкой в моём доме. Ты будешь матерью моих детей. Ты будешь ждать меня из походов, управлять слугами, следить за достатком и покоем нашей семьи, - мужчина поднялся, нежно коснулся моих скул, шеи, оголил плечи. Наклонился для поцелуя. Я отстранилась и нахмурилась.
- Интересное предложение. Тогда где мой выкуп, жадный глава семьи? Я же знаю, что за такую жену, как я, и плата должна быть золотом по весу, - он уже всё решил. Он решил, что я поступлю так же, как Грейс. Ой, как всё прозрачно в его намерениях. И переоценено. Мог бы придумать что-нибудь изящное, коварное. Мог бы учиться у Локи. Придумал же самое простое из возможного: успеть оформить «чЮвства» раньше, чем иноземка узнает детали. А когда узнает, будет поздно поворачивать назад. Я хитро усмехнулась и повторила трюк с тесёмкой на его рубашке. Хальвард скинул одежду, прижал меня к своей груди, поцеловал… Аж голова закружилась. Как у него получается опьянять меня близостью? Мой персональный «нартортик».
- Все сокровища мира к ногам твоим положу, - страстно шепнул он. – Только скажи.
- А как же веление Фрейи? Бок о бок в бой? – и это под шумок прояснить. Но я догадываюсь, что он скажет.
- Нет, - покачал головой и глянул сверху вниз строго. Я округлила глаза и надула губы, пытаясь вызвать жалость. Он ухмыльнулся, подхватил на руки. – Ты хоть представляешь, что с тобой сделают, попади ты в руки врага?
- Покажешь? Мне интерено…
Для взросщенной под влиянием свободолюбия, толерантности в отношении чужих тараканов и целого списка политических идеологий меня открытий не последовало. Враг врагу не товарищ. Зато привнести некоторый опыт и развлечься перед неизбежным падением в службу Кукловода получилось отлично. Вымотанный викинг пробормотал что-то про «жалко врага», выпуская меня из объятий.
Пока он занят сном, я думаю и привожу себя в порядок. Не люблю, когда решают за меня. Боги, конечно, исключение. На то они и боги, чтоб видеть жизнь со своей высоты. Выбор очевиден. Придётся завершить начатое. Придётся отдать новоявленного мужа и его компанию производителям. Это неизбежно. Быть двурушницей означает балансировать на острие атама. Всегда руководствоваться «светлыми» принципами не получится. Сейчас тот самый момент. Выбор даже не в том, смогу ли завершить чёрный ритуал или нет. Выбор в другом: сон или реальность. Хочу ли я проснуться? Разумеется. Как быстро? Здесь и сейчас. Не устраивает меня перспектива с ожиданием сокровищ у ног. Тогда вопрос в другом. Чью пропасть выбрать? Кукловод прав. Есть из чего выбрать. И есть принцип: выбирать самое сложное. Прости, Локи. Это не ты. И к огромному сожалению викинга, и не он. В этот раз я выбираю себя. И удача на моей стороне. Прямо таки под левой стороной. Осталось решить простой вопрос. Как провернуть такое дело?
- Вопрос, - философски вздохнула я и почесала затылок. Придётся ловить Грейс. Она эти дни на глаза мне не попадалась. Скрывается? Найду и под землёй.
Я закуталась в накидку и вышла на улицу. После протопленной и душной избушки вокруг очень ярко и свежо. Солнце перевалило зенит, снег под ногами подтаивает. Воздух пока наполнен зимой, а душа просит тёплого лета, пляжа и бронзового загара. А дома меня ждёт отпуск и путёвка на дачу к клубнике и пионам. Даня уже подписал заявление.
Даня. Если тот старый волк – любитель историй и этот юный мальчишка один и тот же Дан, то… Остальные тоже где-то крутятся. Видела ли кого-то ещё из них? Кажется, я видела…
К поваленному забору приблизились три коня и один всадник. Моди вернулся. Уж не за добавкой ли? Оборотень спешился и в развалочку приблизился.
- Ведьма, - поприветствовал он меня, надменно сморщившись. Жилистый, угловатый. Сутулится. Волосы тёмные, волнистые, в хвост собраны. Лёгкая щетина. Одет просто и на первый взгляд не по погоде. Куртка и штаны выглядят тонкими. Взгляд колючий, хитрый, с прищуром. Ухмылка липкая. Есть в нём что-то отталкивающее и холодное. Шпион как есть. На такого взгляд не падает, спина не чувствует. От такого отвернуться бы и не замечать.
- Волчара, - в тон ему отозвалась я.
- А сама-то, - недовольно заворчал он, оскалив передние зубы.
- Не тебе сравнивать. У меня только душа волчья, а ты весь шерстяной на луну воешь, - фыркнула я. – Ограду ставить явился?
- Хальвард где? Ярл на тинг зовёт, - грубо заявил Моди. Какой же он высокомерный.
- Вам лишь бы собраться… Иди буди, - я закатила глаза и пожала плечами. Указала на дверь за спиной, а сама направилась к лошадям.
Возвращаясь вместе с сонным другом, Моди окинул меня осуждающим взглядом. Я спрятала ехидную ухмылку в меховом воротнике и забралась в седло. Всю дорогу до селения шпион пытался разговорить товарища. Тот нехотя отзывался короткими фразами. На развилке тропинок я незаметно свернула в сторону кузницы. Потянулась на аромат магии. Что-то там творится интересное. Надо бы взглянуть.
Приблизившись, увидела Агне. Молодой колдун сидит на улице перед пеньком, аккуратно выстукивает молотком по заготовке, нанося узор. От его рук исходит тепло, вливается в работу. Я, сдерживая восторг, выдохнула. Отпустила лошадь и поспешила сунуть нос в его дела. Юноша сосредоточился. Меня он заметил, но проигнорировал. Правильно. Сначала работа. Зашла со спины колдуна и заглянула через плечо. На пеньке лежит бронзовая круглая медалька, а Агне старательно пробивает рисунок. Красивая рунная вязь. И сложная. Нахмурилась, разбирая рунный состав и вспоминая значение каждой по отдельности. Ахнула. Любовный приворот печатает.
- А ты шалун, - тихо рассмеялась. Взяла инструмент, похожий на шило, и указала на рисунок. – Если тут дорисовать тейваз в паре с турсом, то сопротивляться не будет.
Он замер, задумчиво прикусил губу и прикинул, впишется ли идея. Впишется. Глянул на меня снизу вверх. Мысль промелькнула в его глазах, что надо заново материал готовить. В ответ отрицательно покачала головой, потёрла ладони, собирая на кончиках пальцев энергию прошедшей страсти, и перехватила его кисть. Просто надо дополнить рисунок и вести элемент по кругу. Минут тридцать провозились. Агне тихим шёпотом нанёс оговор, закрепил работу и устало вздохнул.
- Это было… необычно, - смущённо проговорил он, бросая на меня косые стыдливые взгляды. Я вопросительно вскинула брови. Колдун нервно отряхнул рубашку, колени, кашлянул и проговорил, - будто за родителями подсматривал. Так… не… прилично.
- Это ведь магия. Она есть во всём. Даже в любви между мужчиной и женщиной. Так можно. Теперь ты знаешь, - я пожала плечами, распрямилась и расправила подол сарафана.
- Твои слова… означают, что ты его любишь? – добродушно улыбнулся молодой колдун. В его глазах заплясали лукавые искорки. Мы оба глянули в сторону ограды, где стоит напряженный викинг и прожигает нас пристальным взглядом. Моди расслабленно облокотился на жердь и что-то ему втолковывает.
- Это же не для меня? – настороженно уточнила я, указав на подвеску. Агне рассмеялся и покачал головой. Нет. Уф. Пронесло. – Есть ещё, на что взглянуть?
Молодой колдун кивнул и пригласил идти за ним в дом. Шагнула в мастерскую как в музей. По обеим сторонам от двери высятся деревянные стеллажи, застеленные тканью, на которой выложены украшения. Ожерелья, фибулы, серьги, гребни, ободки. С камнями и без. С гравировкой, стеклянными бусами, выпуклыми рисунками деревьев и животных. Я не верю своим глазам. Целая ювелирная мастерская!
Восторженно замираю над каждым изделием, любуюсь, цокаю, головой качаю. Агне шагает рядом, посмеиваясь.
- Ты не видела раньше украшений?
- Видела, конечно, - я поставила к стеллажу табуретку и полезла на верхние полки. – Не такие. Любое произведение искусства носит в себе отпечаток времени и моды. Оно хранит часть души создателя, потому и тепло имеет живое, человеческое. Это притягивает… Оно говорит мелкими деталями и уникально во всём. Нет второго такого же… Всегда только одно.
Я села, поджав ноги, облокотилась о полку с гребнями и замерла, рассматривая чёткую художественную работу. Изгибы линий складывались в картинки из сюжетов и легенд. Хальвард незаметно приблизился, остановился позади меня. Он выбрал заколку с заострёнными лепестками омелы и россыпью красного стекла, осторожно прикрепил к косе. Молчаливый диалог между нами. Как символично. По прихоти хитрого и коварного Локи веточка омелы сгубила самое прекрасное создание асов. Я твоя погибель, Хальвард. Но сможешь ли ты вернуться из страны Хель? Бальдр остался там. А ты?
Я отвела взгляд. Заметила, как из-за полога вышел один из кузнецов, а за его спиной…
- Госпожа вёльва, - приветливо улыбнулся мужчина, вытирая руки серой тканью, но я проскочила мимо под его локтем и оказалась в святая святых. Оружейная! Мечи, топоры, ножи разной длины. Одна деревянная кадка доверху набита наконечниками для стрел, другая подковами. Заготовки для щитов. Восторженно высказалась. С чего начать? Всё полапать надо! Начала с мелких бытовых ножей. Самый маленький сантиметров десять, типичный кухонный для чистки овощей. Видела подобный у бабули Греты. Есть тут и с длинными, почти в метр, клинками. На парочке от перекладины по долу идёт витиеватый узор. Мечи можно только трогать. Поднять полноценный двуручник силёнок маловато. Максимум попрыгала возле него и похлопала в ладоши. А вот брони не нашла. Высунула нос из-за полога в поисках мастеров. А мужчины с кружок собрались и что-то между собой обсуждают. Присвистнула, привлекая внимание хоть кого-нибудь. Обернулись все.
- А где кольчуга? – мастера переглянулись и вопросительно на меня уставились. – Вы же не голые воевать ходите. Чем тело прикрываете от меча и стрел? Какая у вас кольчуга? Плетёная? Чешуйчатая? Пластинчатая?
- В основном плотный кожаный жилет, - быстрее всех сообразил Агне и приблизился на пару шагов, косо поглядывая на викинга. – Или несколько слоёв одежды. Посмотри на меховую куртку брата. Её не так-то легко проткнуть. Можно металлические пластины прикрепить. А что значит «плетёная»?
- А. Это из маленьких металлических колечек. Они сплетаются между собой в рубаху. Для ближнего боя. Но делать это… - я покачала головой. Работа на усидчивость и выносливость. Я вернулась в оружейную. Продолжая осмотр, наткнулась на лонгсакс в кожаных ножнах с плетёным тонким ремешком на пояс. Как же не расчехлить-то. Обух прямой, плавно переходит в кончик. Никаких острых углов и выступов. Без гарды, ручка деревянная гладкая, без узоров. Лезвие не заточено. На вес лёгкий, меньше килограмма. Зажала рукоятку в ладони и опустила клинок к земле. До пола не достаёт. Уложила на указательный палец. Баланс примерно на семнадцати сантиметрах. Довольно хмыкнула. Перехватила за клинок, чуть выше рукояти, указала остриём вверх, позволила обуху упасть назад, сделала прокрут запястьем. Повернула запястье к себе сжатыми пальцами, прокрутила сакс вперёд. Побаловалась «восьмёрками», добавила шаги и повороты телом. Вкусно.
- Хальвард, подари мне такую штуку! – крикнула я, убирая сакс обратно в ножны. Прижала находку к груди, подошла к викингу и жалобно заскулила, - ну подариии. Мне очень-очень надо.
Он мягко улыбнулся, глянул поверх моей головы на мастеров. Они молча договорились, и я получила одобрение. Радостная, обняла Хальварда, глянула снизу вверх влюблёнными глазками. Тот в ответ обнял меня за плечи.
- Тинг, - коротко сказал он, напоминая про основную цель поездки. Да, мы вроде как опаздываем. Так и отправились в обнимочку. Агне и Моди поспешили нас обогнать. От кузни к дому ярла тропинку протоптали по огородам. Зашли через заднюю дверь и коридорами, минуя отдельное помещение для кухни, выбрались в приёмную залу. За одним из столов сидели ярл с Кьявралем и ещё человек шесть.
- Я тут точно нужна? Вон же старейшина сидит, - шёпотом спросила я у Хальварда. Тот кивнул и подтолкнул меня к столу. Хм, блеск. Перед ярлом лежит переданная Хальварду карта из ежедневника. Вот оно что.
- Все здесь, - осмотрел присутствующих ярл и подвинул карту на середину стола, чтоб все смогли разглядеть. – Маша, прошу.
- О чем? – затупила я.
- Расскажи, что это, - объяснил Хальвард.
- Карта мира. Материки, острова, океаны. Сильно уменьшенный вид. Мы где-то на этом полуострове. По этой стороне горы. Если учитывать холодную зиму и поправку на время, то… сужаю до вот такого участка. Тут вы конкретнее разбираетесь. Вопрос-то в чём? Куда плыть? Вот по этой территории, - припоминая уроки истории, рассказала я. Прикинула в уме расстояние. – вот от этой точки до этой примерно… С чем сравнить-то?... Ммм… средняя дальность двести пятьдесят… В одном кэмэ четыре стрелы… четыре на девятьсот… Примерно три тысячи шестьсот стрел… То есть выстрелил, дошёл куда стрела упала, снова выстрелил и так далее. Чтобы отсюда попасть сюда, - указала на острый угол британии, - примерно шесть дней и ночей при хорошей погоде на драккаре. При плохой дольше.
- Раз боги даровали нам карту, то и удачей наградят, - задумчиво произнёс ярл, потирая подбородок. Хальвард прикрыл глаза ладонью и тихо рассмеялся. Я недовольно нахмурилась и толкнула его локтем в бок. Не смешно. Синяк не болит, но осадочек остался.
- Нужно испросить милости богов, - старейшина сложил руки на груди и склонился над столом. – Принести жертву.
- Маша, - ярл снова глянул на меня. А я должна понять, чего он хочет. Опять я?
- Кьявраль, - а я перевела стрелки на старейшину и невинно похлопала ресницами. Старик вопросительно взглянул на меня. – К моим просьбам боги относятся неоднозначно. Могут и наградить и наказать одновременно… Не, я-то попрошу, не вопрос. Вот только потом молиться придётся, чтоб пронесло от такой награды.
- А! Это так было? – напомнил о себе недовольный Моди, вынырнув из-за спин незнакомых мне парней. Хальвард расхохотался, прикрываясь уже двумя ладонями.
- Ой, посмотрите, какой ранимый! - возмущенно запричитала я. - Вот так стараешься, душу вкладываешь, а в ответ ни капли благодарности!
- Так уж и ни капли? Всю дорогу тебя, красавица, благодарил. Всю дорогу. Самое дорогое за твои молитвы чуть не отдал, - цокнул Моди и покачал головой. Я не выдержала и рассмеялась на пару с викингом.
- Кольцо-то на месте? – вытирая слёзы, спросила я.
- Да где ж ему быть… - философски вздохнул шпион и выругался, глядя на нашу веселящуюся парочку.
- Не тот бог мои просьбы услышит, Кьявраль, - отсмеявшись, сказала я старейшине. Старик понимающе хмыкнул. Вопрос с милостью закрыт. Этим будет заниматься профи. Ярл задал ещё несколько вопросов про товары и богатства на указанном мной участке. Я рассказала, что смогла вспомнить из школьного курса истории. Один из парней указал на мою родную территорию. Я не сдержалась и хлопнула его по ладони.
- Только для торговли, - строго заявила я. - С мечом туда пойдёшь - на тот же меч и посадят… Эх, знать бы точную дату сейчас… Это ж целая история под боком. Вот бы своими глазами увидеть… - Я мечтательно вздохнула, обхватила руку Хальварда. Вздохнула мечтательно погромче и пристально поглядела на мужчину. Тот покачал головой. Обиженно насупилась. – Злой Пух.
- Скажи мне, какое сокровище тебе нужно и где его искать. Я привезу, - он поцеловал меня в макушку и пододвинул карту ближе.
- Да какое сокровище? Золото и драгоценности во все времена в цене. А вот знания… Это же самое лучшее время для магии и чудес. Боги среди людей живут. Разные обычаи и традиции, другие атрибуты и ритуалы. Сейчас куда не плюнь везде магия, - указала на карту, обводя все материки, - она везде, понимаешь? И, как морозный воздух, свежа и чиста. То, что дома мне давалось сложно, сейчас получается как… Как дыхание. Многое к моему времени утеряно. Очень многое, - я не усидела, подскочила и принялась расхаживать из стороны в сторону, - столько знаний и практик кострами выжжено. Запрещалось, уничтожалось, подвергалось гонениям… Айай, как много… Я Тотем обличить могла раз в десятилетие с огромной растратой сил, а тут… Как по щелчку пальцев… Карты прямо-таки поют… Пели, пока не забрали. И ладно эти, - махнула рукой в полоток, - ограничения ставят, но ты… Тоже решил под замок посадить. За что? Тебе-то я чем не угодила? За что так не ценишь?
- Угодила. Ценю, - улыбаясь, сказал Хальвард. Представление и давление на жалость не прокатило. – Поэтому ты, любовь моя, моя женщина, моя супруга ненаглядная и будешь сидеть дома, дожидаясь моего возвращения, - он так нежно произнёс эти слова, что я невольно расплылась в довольной улыбке. Чуть ли не замурлыкала. «Сиди, дорогая, в пещере, а я принесу тебе мамонта». Волосы поправила, глазками заблестевшими в него стрельнула, даже жалеть начала, что мы не одни. Вторая попытка.
- А Фрейя сказала…
- Нет.
- Да.
- Нет. Я упрошу Фрейю о милости и избавлении от путешествий с тобой, - иронично усмехнулся викинг.
- Ха! Давай, попроси. Прямо сейчас и проси. Она как раз сидит и ждёт, когда ты взмолишься, – ехидно хихикнула я. Викинг наигранно вздохнул и обратил очи к потолку.
- О, прекраснейшая из богинь, услышь меня. Будь милостива, Фрейя, дозволь любимице наших богов, дарованной мне с твоего благословения, оставаться дома, пока путь мой пролегает сквозь опасности и трудности, и сделай так, чтоб дорога моя всегда к её ногам вела, - стоило ему замолчать, как пламя в очагах вспыхнуло, взметнулось вверх и выровнялось. Молитва услышана и принята. Викинг, довольно улыбаясь, указал на огонь. – Видишь? Не только тебя боги слышат. Это добрый знак. Так что ты останешься дома.
Ой, балбес. И придраться не к чему. Мы с Кьявралем переглянулись, понимая, что другого шанса не будет. Все карты в наши руки легли. Так просто, словно звёзды сошлись. Конечно, я воспользуюсь поводом! Однозначно. Этот наивный дуралей сам открыл все пути-дороги к моему возвращению домой. Так чётко и поизнёс: «оставаться дома». А дом мой там, где я сейчас сплю под действием заклинания. Улыбнулась. Развернулась и потопала из трапезной.
- Куда? – подозрительно спросил викинг.
- Я так распереживалась из-за твоих слов, что захотела кушать, - обернувшись, объяснила я. – Иду на поиски чего-нибудь вкусного.
- Госпожа Грейс сейчас должна быть на кухне. Она следит за приготовлением трапезы, - подсказал ярл. Кивнула ему в знак благодарности. Промчалась по коридорам, отстукивая шаги, ворвалась в помещение, где служанки суетились над чанами. Девушки испуганно поглядели на меня. Заметила у дальнего стола коллегу-провидицу. Та посмотрела на меня, вздохнула и велела всем покинуть помещение.
- Ты меня сразу узнала, да? – я, заняв место рядом с ней, повязала на голову протянутую косынку и осмотрела стол, изучая ассортимент продуктов. Женщина кивнула.. И поняла, для чего я тут. Ей не нравится, но завершение заклятья неизбежно. И о шансе она тоже уже знает. Провидица же. Так, что бы приготовить? Я заняла руки готовкой и начала тихо беседовать с ней. – А ярл знает?
- Конечно, - подтвердила он. Рассыпала перед собой бобы и принялась их перебирать, заодно заглядывать в будущее, рассматривая варианты. Какие все осведомлённые, однако.
- Фрейя должна была передать видение со списком даров. Передала?
- Давно уже, - грустно произнесла женщина. Она сидит рядом и пустым взглядом следит за каждым движением. – Велено, как ты поняла, завершить заклятье. Они мои дети, Мара. Я… понимаю, что они выживут, что получат долгую жизнь… Но так трудно принять.
- Кстати, Макс… - я хотела сказать как-нибудь мягко. Подбирая слова, помахала ножом из стороны в сторону, - всё.
- Он замёрз на чердаке нашего старого особняка, - провидица натянуто улыбнулась. – Я скоро тоже… присоединюсь к нему. Нам там делать нечего. Тот мир, что мы знали, рухнул. Прекрасная страна исчезла. А мы… Мы из благородных дворян превратились во врагов народа. У нас отняли всё, что копилось поколениями. Титул стал проклятьем и…
- Царя уже убили? – предположила я, подбирая временной период. Она кивнула. И я тоже машинально. Не самое лучшее время, но… Для меня это история.
- Ещё пять минуточек поживёшь, - усмехнулась я. План уже зрел в голове. Сырой, но в общих чертах понятный и осуществимый за пару ночей максимум. Отворот, мороки, стяг судьбы. Опыт есть. Силу дадут. Вот последствия как отрабатывать? Это же грязь на репутации. Выплыла из размышлений и глянула на «коллегу», - Не, я в хорошее время живу. Да, как и вы, на пограничье времён и событий, но в целом… Там здорово. Так мой Дан и твой маленький Дан это одна персона?
Она, на мгновенье зависнув в прострации, кивнула. Значит, с её материнским инстинктом проблем не будет. Её дитя будет жить долго. Он переживёт нас всех. Старый волчара переродится тут и с моей помощью. Вытащила из волос подаренный викингом гребень и передала провидице. Она уже знает, что делать. Минут за двадцать превратит украшение в подклад, стянет на него мои пять лет и заберёт себе вместе с защитой. А может и не себе. Ей решать. Отличный способ отрезать пути отступления. Без защиты моё тело, взятое взаймы для удержания души, начнёт отмирать. Прищурилась, глядя на провидицу. С её сыновьями проблем точно не возникнет. Они послушаются мать. Остальные трое? Протяжно выдохнула и почесала затылок. Нахмурилась, бросила вопросительный взгляд на Грейс. Мда, без помощников никак.
Еле уловимый аромат табака донёсся откуда-то из-за спины. Затылком почувствовала отголосок его движения. Мурашки толпой пронеслись с ног до головы, плечи невольно дёрнулись. Кукловод. Даже мысленно страшно вспоминать о нём. Он-то есть всегда и везде, где человеческие помыслы темны и низменны. Его здесь не знают в лицо. Время ещё не наступило, но оно приближается. То есть и разрушить чары, нанесённые с его подачи, здесь и сейчас не смогут. Не зря ярл беспокоился. Мои отказы от угощений таки навлекли беду на его земли. Указала Грейс на гребень и махнула рукой в сторону выхода. Иди, провидица, делай своё дело. Не мешай мне.
Женщина, слегка побледнев, кивнула и оставила меня одну. Я же закрыла глаза, настраиваясь и собирая по углам сознания крохи решительности. Всегда старалась держаться принципов, баланса и морали. Справедливость – удел богов. Я не бог, чтобы вершить судьбы. Но сейчас… перешагиваю черту, за которой я могу всё. Внутренняя темнота встрепенулась, потревоженная, ринулась изгонять светлое. Сначала тонким ручейком перетекла через барьер баланса. Когда шёпот заклятья лёг на лезвие ножа и через металл проник в мясо, преграда рухнула.
«Видно, Дьявол тебя целовал в красный рот, тихо плавясь от зноя…», - насмешливо напел тихий мурлыкающий голос. Он лениво отложил трубку на кофейный столик и, опираясь на трость с серебряным навершием, поднялся из глубокого кресла. Пара шагов. Он оказался за моей спиной, положил ладонь на плечо и легонько сжал. Незначительное касание заморозило чувства, сомнения, угрызения совести. Да будет так, как я хочу. Все, кто против, станут пылью.
Красиво разложила итог кулинарии на плоской тарелке, захватила кувшин с вином и вернулась в трапезную. Мужчины замолчали, наблюдая за мной. Весело напевая что-то под нос, грациозно села за стол рядом с Хальвардом, поставила блюдо перед собой и, довольная результатом, потёрла ладони.
- Вот! Вот это угощение для верховной вёльвы. Всё красиво, аккуратно, ароматно и … изысканно. Ах, какая я, - улыбаясь, отрезала кусочек мяса подала его мужу. – Пробуй.
- Я сыт, - недовольно буркнул викинг, разглядывая моё лицо.
- Попробуй же, - я поджала губы, наигранно обидевшись, - я хорошо готовлю, ты же знаешь, - убедилась, что он съел, и продолжила болтать, - кухня тоже отличное место для творчества и создания прекрасных шедевров. Как кузница. Только кузнецы работают с металлом, а здесь… Я пропустила что-то важное?
- Нет. Мы обсуждали снаряжение, - ярл вальяжно развалился на своём стуле-троне и погладил бороду. Он с интересом разглядывает нашу парочку. Забавное зрелище, да? Я покивала, не отрываясь от трапезы и подкармливая супруга. Вопросы снаряжения не по моей части. Сами мы не местные, путешествовать тоже не берут. Слушала мужские разговоры, стараясь не вникать в их мореплавательский язык. Отвлеклась от пищи, когда рядом нарисовалась служанка. Она протянула на раскрытых ладонях мой гребень.
- Госпожа, вы забыли…
Мельком глянула на неё. Густые черные волосы с красными расшитыми лентами в косах, глаза большие зеленющие. Мы одного роста. Она плотнее по фигуре. Есть в девушке что-то… простое и неприятное лично мне. Словно, детальки не хватает до полного образа. Почему она мне кажется знакомой? Нахмурилась, забрала подарок мужа и вернула ей косынку. Служанка чуть присела, склонив голову, а, выпрямившись, бросила быстрый тоскливый взгляд поверх моей головы и ретировалась. Копошась в памяти, поправила косу, взяла кубок с вином и… Вспомнила. Родинки над губой не хватает и цвет глаз другой. Но очень похожи. Сестра покойной первой жены. Медленно повернулась к Хальварду, разглядывая его лицо. Он отвернулся от удаляющейся служанки и глянул на меня, улыбаясь. Заботливо убрал прядку с моей щеки и продолжил разговор с напарниками. Так вот ты какой. Ой, не верю. Не может быть, чтоб ничего не дрогнуло внутри этой горы мышц. А вот во мне разбушевались смятение, негодование и ревность, перетекающая в ярость. Как смеет она появляться тут?!
Держа дыхание ровным, бросила хмурый взгляд на Моди. Тот пристально следит за мной. Растянула губы в подобие дружелюбной улыбки. Чуешь бурю внутри меня, серый? Тот качнул головой из стороны в сторону. «Держи себя в руках, ведьма». Показательно разжала кулаки и положила ладони на стол, чтоб шпиону было видно. Я умею терпеть. И знаю, что сделать дальше…
Глава 6.
В дом викинга мы вернулись вдвоём. Я и Ларс. Хальвард решил задержаться у ярла, чтоб обсудить какие-то моменты про поход. Ну да. Я не сомневаюсь, что это так. Сама же плела отворотное заклятье. И то, что гребень принесла именно эта девушка, тоже не случайно. Грейс сделала её жертвой стяга. Бедная. Она будет привязана к Хальварду ближайшие пять лет. А он, одурманенный, потеряет ясность восприятия. Потом уже, когда заклятье слетит, разберётся. Может быть. Надеюсь, нет.
Проводив Ларса спать, осталась бодрствовать и ждать возвращения супруга. Блуждая взглядом в огне очага его комнаты, я плету ширму из чувств для Моди. Тот явно ощущает передаваемые мной тоску, обиду, желание плакать. Интересно, наябедничает другу? Параллельно веду мысленную беседу с Кукловодом. Его рукой окно в комнате, где сейчас я-реальная сплю, распахнулось, и порыв ветра затушил одну из пяти свечей. Заклинание рушится. У меня нет больше защиты. Здесь в прошлом это отразилось усталостью. Прибавить бессонницу. Это подавит влияние моего разума, позволит Кукловоду владеть телом. От меня останется только решимость. Остальное Он сделает.
Хальвард вернулся ближе к утру. В хлам. Наобсуждался, дорогой. Да, есть у отворота побочные действия. Как был, так и рухнул на постель, проваливаясь в пьянительный сон. Как же легко переступить через твою жизнь. Так мало времени, чтоб привязаться друг к другу. Так точно и чётко сложились события, чтоб быстро разойтись. И ведь твоё желание исполнится, Винни: дороги приведут тебя к моим ногам. Не хотелось бы. Вдруг ты будешь зол? Между нами так много времени. Ты увидишь каждое мгновение, милый. Расскажешь ли, каким долгим стал путь?
Ближе к рассвету, до пробуждения обитателей, выскользнула из дома и отправилась на берег реки. Никса откликнулась на зов. Вручила ей украшения.
- Надо заманить Ларса и Моди к дубам с рунами. Сможешь? – ундина в ответ мило улыбнулась и повела плечиком. Сможет. Сделает.
До темноты ещё ждать и ждать. Побрела к дому ярла, внутренне подвывая тоской на поступок нерадивого супруга. Пусть шпион послушает. Къявраль, оказывается, ждал меня. Сидит один в полумраке за столом и наблюдает, как я, пошатываясь, иду в его сторону.
- А что не на троне? – с усмешкой спросила я, указывая в сторону подиума. Села напротив старика, лапки перед собой сложила и внимательно смотрю на старейшину. Тот передал мне первый атам. На деревянной рукоятке руническая вязь. Ок. Спрятала игрушку за пояс. Ещё рано.
Мы разговаривали обо всём. О времени, истории, философии. Удивительно и приятно было понять, что взгляды и познания старика не ограниченны одним пантеоном. Не зря же самый главный из жрецов. Я делилась своими знаниями, вспоминая уроки истории и прочитанные книги, рассказывала о Тени. Не свет. Не тьма. Пограничье. Баланс. Скрытое и видимое одновременно.
Не заметила, как рядом оказался любопытный Дан. Мальчишка с интересом слушал наши диалоги и истории о иных странах, о чудесах, о технологиях. Конечно же, его впечатлило, что люди летают.
Иногда вмешивался и сам Кукловод, вставляя в мои речи ироничные высказывания. Его проявления настораживали старика, но не пугали. Всему своё время. Даже Рагнарёк не конец света, а всего лишь неизбежная часть жизни. В конце концов, это люди придумали вешать ярлыки, давать имена и обличья тому, что их окружает, чтобы понять и запомнить. Так почему бы и внутренней человеческой темноте, сотканной из низменных желаний и энергий, не обзавестись лицом? Прекрасным, обворожительным, соблазнительным личиком, перед которым трудно устоять.
С другой стороны, по мифологическим антигероям можно отслеживать культурные особенности народа. Тот же Локи бог обмана, хитрости и коварства, погубивший самое прекрасное создание Вальгаллы и породивший причины Рагнарёка. Викинги отвергают обман и коварство. Но к услугам Локи боги всё же обращались, то есть как бы не были плохи эти черты, они нужны… Интересно… Интересно…
Старик говорил о Богах, о традициях, об истории, которую знал. О рунах. Учил, как лучше составлять вязь, чем проще откупаться, когда какой способ написания применять. А ещё я вдруг открыла для себя странную мысль: тот мир, что знаком мне, создан руками детей. Здесь и сейчас возраст от четырнадцати до двадцати вполне себе взрослость. После двадцати уже бывалый. После сорока – дед. Дожил до семидесяти – почтенный всезнающий и мудрый старейшина, но таких мало. Большинство отсеивалось ещё в пубертатном периоде. Мне, рождённой спустя века от сего дня, тридцать. И я ни… черта не взрослая! И уж тем более не взрослая, которая двигает историю. Этим-то как раз в районе семидесяти. А вот интересно: я сейчас в возрасте родителей не чувствую себя взрослой, но есть установка, что мама с папой в этом возрасте такими и были. А как они себя ощущали? Были ли они взрослыми в свои тридцать? Или это отголоски детского восприятия? Что-то типа подсознательного осознания безопасности и стабильности и прочее психологическое бла-бла-бла…
Мы проговорили большую часть дня. Выйдя до отдельного помещения, я обратила внимание, что солнышко клонится к закату. На обратном пути – ах, какое совпадение! – мне встретилась она. Та самая служанка, что так похожа на предшественницу. Девушка испуганно охнула и склонила голову.
- Что в руках? – холодно спросила я её.
- Вино, госпожа, - тихо ответила она. Я забрала у неё кувшин и отпила, сколько смогла. Кислое. Не любитель я подобных напитков, но дело того требует. Девушка растерянно глянула на меня, чем подстегнула раздражение и гнев. «Какая ты сдержанная, однако» - хмыкнул в голове Кукловод. Поддавшись его влиянию, влепила девчонке звонкую пощёчину. Та вскрикнула, отшатнулась, но… Я же отключила тормоза.
- Ещё раз увижу тебя возле моего мужа, придушу! Ты поняла меня?!
Свидетели есть. Он обязательно узнает. Прости, девочка, ты стала наживкой. Оттолкнула жертву, убирая её с дороги, и, прихватив кувшин, направилась на первую позицию. Грозно пронеслась через главную залу, ругая всё вокруг. Боковым зрением заметила Грейс. Провидицу не провести. Она поняла, что началось финальное действие. Как просто, когда в общении нет слов.
Оказалась на улице и повернула в сторону дуба. Как же эмоции выжигают... Простой выход – позволить себе стать наблюдателем. Я просто сплю и вижу красочный сон. Живой, динамичный, выматывающий. Я отстранилась, дав волю Кукловоду играть очередной игрушкой. Куклой, которую дёргают за ниточки, чтоб задать ритм движений. И он выбрал нечто сумасбродное. Закрутил в теле истерику, приближая сумасшествие. В обычный день, я б такое отсекла, но сейчас нужен раж.
Конечно же, Моди откликнулся. Возник из ниоткуда на пути передо мной. Молчит и смотрит хмуро, прищурился. Шпион должен разобраться и доложить о случившемся. Попал под полёт пустого кувшина, шерстяной товарищ. Не стал приближаться. Поспешил выяснять детали. Ему хватит часа. Чтож.
Пройдя верхней тропой к дубу, я – Кукловод расчистил пространство вокруг, обновил руну на стволе дерева атамом и усадил тело ждать. Даже в лёгкую дремоту погрузил. Как и ожидалось, на разборки ушло чуть больше часа. Хальвард, под влиянием заклятья, впал в ярость. Я посмела открыто враждовать с выбранной им… наложницей. Фу, как непристойно с моей стороны. Позор! Я же главная жена, а остальные это так… но я посмела подпортить вид его новой игрушке. И должна быть наказана.
Подлетел, яростный, вздёрнул меня вверх, попытался ударить. Наивный, меня тут нет. Тут злобный древний дух, провоцирующий тебя на бой. Ибо в Вальхаллу попадают только умершие в бою. Минут пять Он забавлялся, ускользая от ударов и покрывая викинга оскорблениями. Подгадал мгновение, когда солнце скроется за горизонтом, и нанёс один колющий удар. Больше не потребовалось.
Следующий.
С берега послышалось красивое, завораживающее пение. Поспешила на звуки её голоса. Морская дива уже повисла на шее Ларса, нежно поглаживая плечи мужчины и покрывая лицо поцелуями. Плотник стоит, очарованный, с туманом в глазах, среброгривого коня за повод держит. Я забралась в седло и кивнула никсе.
- Отвези её, любимый мой, к дубу волшебному, - страстно шепнула прекрасная рыба и передала мне второй атам. Ларс послушно кивнул, сел позади меня и направил коня к следующей точке заклятья.
Жалость дрогнула внутри. Вот уж кто случайно оказался под раздачей. Но выбор сделан. Обратно не повернуть. Поднялись к первому дубу, чтоб мужчина увидел произошедшее. По окружности добрались к нужному месту, спешились. Так же подготовила площадку, обновила руну.
- Это я сделала, Ларс, - я обратилась к его сознанию, провоцируя чувства горя, злости. – Дерись со мной, отомсти за брата.
Под действием русалочьей магии он выполнит любой приказ. Кукловод не выразил интереса к бою. Слишком просто для него. Позволил для приличия показать опыт. Не больше.
Следующий.
Так же по окружности добралась до третьей точки. Озадаченная страстными вскриками и стонами, отпустила коня, а сама медленно пошла вперёд, пряча шаги в звуках. Приблизилась как раз к финалу. Ундина увлеклась. Таки соблазнила и оседлала серого волка. Вот же щука. Рассмеялась, наблюдая за парочкой, похлопала им.
- Я бы запечатлела данную сцену для потомков, да нет пока таких устройств, - смеясь, проговорила я, подходя к любовникам. – Добрая ночь, Моди. Не правда ли?
- Что ты тут делаешь, ведьма? – раздраженно вскрикнул шпион, прикрывая голое тело русалкой. Рыбка моя ласково поцеловала волка, выскользнула из его рук и отошла ближе ко мне.
- Думаю, - ответила я, протягивая никсе свою мантию. – Что будет, если скрестить русалку и оборотня? В полнолуние рыба будет обращаться волком, или волк рыбой? Как оно вообще…?
- Глупая, - улыбнулась русалочка. Она завернулась в накидку и, проходя мимо меня, чмокнула в щеку на прощание, - от мёртвого живое не рождается. Тебе ли не знать.
- Мне знать, - согласилась я. Кому, как не мне. Были… попытки. Знаешь, Моди, твоя родословная, начиная от рыжего прародителя, в принципе, располагает женскую половину человечества к размножению. Вы такие тёплые, пушистые… С обманчивым впечатлением заботливой стабильности, - болтая, я расчистила место под дубом от снега и мокрой листвы, обновила руну. Шпион оделся, прикидываясь отстранённым и безразличным. Но это же информация. Его уши открыты. – Со вторым мужем мы были знакомы задолго до первого мужа. Гарм ещё не обрёл силу и был человеком. Но кровь есть кровь. Он Гарм по рождению. А я молодая и глупая ученица, только ступившая на путь вёльвы. Влюбилась, повелась на красивые слова и горячие руки. Забеременела. А он исчез, представляешь? А когда появился, то не было уже ни глупой ученицы, ни беременности. В подробности вдаваться не буду. Меня спас Дан. А потом организовал мой отъезд, работу и смерть человека-Гарма. Он не рассказывал, но я знаю. Я могу узнать всё, что нужно, если захочу. Главное наитии болтунов и молчать. Да, иногда я умею помалкивать. Потом первый брак, развод, возвращение домой. Мы встретились с Гармом, вспыхнули чувства, страсть, все дела… Поженились. Переехали в дачный посёлок за городом. И года через полтора, холодной зимней ночью, когда вокруг никого, а я на четвёртом месяце беременности, мой Гарм сошёл с ума. Сложно жить человеческой жизнью, когда ты сам мёртв, да ещё и хранитель врат в мир себеподобных. Он избил меня, разгромил наш дом, развёл погребальный костёр в детской комнате. И… Я вспомнила, кто меня в тот раз спас. Ты. Внес из полыхающего дома, оставил на другом конце участка, откуда я могла бы безопасно наблюдать, как моя жизнь превращается в руины… Только волосы были короткие и разноцветные. И рисунков на шее много. Ты будто решил побыть подростком! Но это забавно. Одобряю. И ещё момент, друг мой. Запомни. Дверь не заперта. Нужно погасить последнюю свечу, до того как я проснусь. Тогда я буду помнить всё, что случилось за это время. Запомни обязательно. А теперь к делу, - я помахала атамом, размяла плечи, рассмеялась. - Я вдова. Хель разлучила нас с твоим другом. Да, я его к Одину послала. И чтоб он там не скучал, ты отправишься следом. К бою!
Он не ожидал от ведьмы ловкости и пронырливости. А я не ожидала от Кукловода интереса к стычке с оборотнем. Видимо, засиделся в своём убежище, решил размять косточки с сильным противником. Какие-то повороты, удары, блоки, обманки. И всё в пределах поля. Почуяла сожаление, что времени не хватает. Кукловод прекратил играться с оборотнем так же резко, как и вступил в бой. У Моди всё равно не было шансов.
Следующий.
Агне ожидал меня в компании матери.
- Маша, я понимаю, - сказал молодой колдун. – Мама всё объяснила. Я даю тебе моё прощение.
- Как мило, - проговорил Кукловод, забирая у провидицы кинжал. – Но это ничего не меняет. Жизнь оплачивается жизнью. Твои слова ничто. А раз ты такой понятливый и всепрощающий, то… Я предоставлю шансы на искупление. Каждый из вас примет от неё дар жизни.
Сильный, молодой и малоопытный. Так определил его Кукловод. Запомнил. Колдун же. Есть шанс переманить на свою сторону и пристроить в обширные ряды слуг. Осталось немного. К очередной точке Грейс отправилась со мной.
Следующий.
Молодой Дан ожидал нас в компании охранников старейшины. Сам Кьявраль дожидается меня в центральной точке получившейся пентаграммы у жертвенного алтаря. Скоро буду.
Мальчишка упражнялся в стрельбе из лука. Завидев нас, бросил занятие и, радостный, подбежал к коню. Грейс грациозно соскользнула на землю и ласково поцеловала младшего сына в макушку.
- Ты меткий, - похвалила я парнишку, спрыгнула с седла и подошла к одному из жрецов. Забрала приготовленный атам, подготовила место для боя и поманила Дана в круг. – Покажи, как владеешь клинком.
Ему подали лонгсакс. Юный викинг продемонстрировал несколько элементов фланкировки, сделал пару выпадов. Кукловод принял очередной мах на лезвие атама и тяжелыми ударами по клинку сакса заставил мальчика отступить спиной к дубу. Даже не дал шанса сопротивляться.
Я взглянула на провидицу. Бледная и встревоженная, она тешит себя надеждой, что всё завершится гладко. Наша часть работы почти закончена. Осталась малая часть. Грейс решила быть с сыном и ждать утра.
Моя очередь.
Кьявраль сложил алтарь из сухих поленьев, прикрыл белой льняной тканью и запалил факел от костра. Подготовленной ранее красной жижей в плошке нарисовал моих руках, ногах и лице руны, начитал заклинание и, подав последний атам, указал на ложе. Кукловод отступил. Без его влияния решительности поубавилось. Медленно выдохнула. Если сейчас отступлю, то всё станет напрасным. Оно мне надо?
Улеглась на жестких и колких поленьях и, слушая напевную речь старейшины, сделала подарок давнему «недругу». Порадуйся, губитель «светочей». Твоя взяла…
…Высокие резные врата в скале закрыты. Тёмное тяжелое небо разрывается всполохами сухой грозы. Я попала в хоррор? От огромных дверей в потусторонний мир отделился сгусток темноты и, принимая очертания огромного чёрного пса, приблизился ко мне. Встретились. Мой личный алабай. Навис над моей головой, морду склонил, на плечо аккуратно положил, чтоб случайно не придавить.
- Скучал? – улыбнулась ему, провела ладонью по тёплой гладкой шерсти. – Я сожалею, милый. Я очень сильно сожалею, что так сложилось. Прости.
Он всхрапнул и слегка шевельнул мордой, сдвинув меня в сторону. Я виноват не меньше, любимая. Что было, то прошло, Мара. Отпусти. В итоге каждый занял предназначенное судьбой место. В итоге это наша прожитая жизнь. Разве она плоха? Мы были друг у друга. Учились и любили.
- Проводишь меня?
Конечно, он проводит. Разлёгся у моих ног, терпеливо дождался, когда я усядусь на его спину и крепко обниму за шею. Мощно оттолкнулся от серой земли, прыгнул вверх, взбираясь на вершину скалы одному ему известной тропой.
Хельхейм, вечная его обитель, остался позади. Обходя земли Мидгарда, Гарм пересёк страну туманов и холода, поднялся выше, к равнине, наполненной чистым лунным сиянием. Холодный блеск ночного светила красиво отсвечивает на серебряных крышах высокого каменного дворца. Хранитель врат загробного мира остановился у входа в чертог богов, дождался, когда я слезу. Черты пса заклубились темнотой, меняя форму. Теперь он человек. Черные волосы, глубокие омуты карих глаз, алые губы и такая родная ироничная усмешка. Он выше меня, не худой, сильные мускулистые руки, широк в плечах. Привычным движением поправила пуговицу черной рубашки на уровне моих глаз.
- Сколько же страданий ты мне принёс, псина скандинавская, - задумчиво произнесла я. Много. И слёз много. И боли много. Мы чертовски разные с ним. Не видела так долго. Казалось, что отболела. Но нет. Всё равно. Умом-то я понимаю, что не любовь меня потревожила. А память о нашем времени, о прекрасных мгновениях, о вложенных силах и надеждах. Боль о потерянном и не сбывшемся тоже растревожилась. Он усмехнулся и накрыл мою ладонь своей, аккуратно сжал холодные пальцы.
- Всё проходит, Мара. Помнишь? – в его голосе мелькнула нотка усталой мудрости. Опять пафосно превознёс себя над моей низменной эмоциональностью. Он старше и мудрее. Ему лучше знать.
- Вот… Вот зачем ты так? – раздраженно выдохнула я и отдёрнула руку. – Может, у меня ностальгия взыграла, а ты тут со своими заморочками! Без тебя знаю! Хорошо, что мы развелись.
- Да. Согласен, - кивнул Гарм, сдерживая ехидную ухмылку, и указал на вход. – Идём.
Он стряхнул невидимые пылинки с моих плеч, взял за руку и направился во дворец асов. За первыми дверьми открылся огромный просторный холл с высокими потолками и широкой золотой лестницей. Мы поднялись по ступеням к арке, ведущей в огромную светлую залу, где весело шумят и пируют воины. Пройдя до середины, Гарм свернул в сторону плотных портьерных штор и вытянул меня на небольшую лоджию.
- А! Наконец-то! – воскликнул обернувшийся к нам Локи. Бог коварства обнял сына, похлопал его по спине и, отстранившись, пригласил жестом к круглому столу. Шесть стульев и одно кресло с высокой спинкой. Пять принесённых в дар Одину воинов уже заняли свои места и хмуро взирают на меня. Ой, что-то как-то некомфортно вдруг стало. И мне место оставили. Рядом с Хальвардом. Мой провожатый заботливо выдвинул стул, помог сесть за стол и замер позади, оставив ладони на моих плечах. Я сделала вид, что заинтересована столешницей, а происходящее вокруг вообще не интересно. Локи плюхнулся в кресло и взялся за кубок с красным напитком. – Так, основное про Волков Одина я уже объяснил, пока вы добирались. Что так долго? Мы уже начали беспокоиться, волноваться и думать о плохом. Вдруг вы задумали побег от своих обязанностей.
- Ну нет, - фыркнула я и недовольно поморщилась. – Третий раз я на такую историю не поведусь. Не надо, спасибо.
- А как же ностальгия? – хмыкнул Гарм и легко помассировал мои плечи.
- Всё проходит, Марат. Помнишь? – отозвалась я его же словами и слегка наклонилась вперёд, чтоб ещё и у позвоночника помял. – чуть-чуть пониже… Да-да… Класс.
- Как ты смеешь?! – грозно рыкнул викинг. Он резко поднялся и откинул Гарма в сторону. Остальные мужчины, глядя на сцепившихся соперников, поднялись со своих мест, готовые вклиниться. Один лишь Локи продолжил сидеть и расслабленно попивать напиток из кубка.
- Видишь ли, Мара, чтобы стая смогла жить долго и иметь бессмертие, им нужен якорь в далёком будущем. Как путеводная ниточка сквозь время. И год за годом, век за веком они будут жить, пока не сравняются с днём изначального заклятья, - рассказал бог коварства, лениво поглядывая на дерущихся за моей спиной мужчин. Я, конечно, догадывалась, что бывших лучше не знакомить, но кто ж знал, что они в одном дворце встретятся. Не буду оборачиваться. Нет. Не мои проблемы. А Локи продолжил. – А потом будет создано новое заклятье, которое даст им ещё длительный срок. И так далее, так далее… А чтобы нить оставалась прочной, души якоря и одного из воинов мы… обвенчали.
Меня передёрнуло. На лбу пот проступил. Кажется, даже взбледнула. Он серьёзно? То есть… Я… Сколько вопросов сразу… Всё таки обернулась. Эти двое схлестнулись в рукопашном. Викинг хоть и мощнее по габаритам, но Марат дитя Локи. И получается, что Винни мне не третий, а первый муж, а остальные два это… «взбледнула» через Я надо произносить? Катастрофа! Ой, мамочка! Что же делать? Надо ж было так всё запутать! Тут только один выход. Выдохнула. Поднялась из-за стола.
- Что ж, была рада с вами познакомиться и провести время. Мне пора, - улыбнулась мужчинам и, подойдя к краю лоджии, забралась на перила.
- А ты куда? – заинтересованно спросил Локи.
- В Ад! – я послала ему воздушный поцелуй и шагнула в темноту за перилами.
- Маша! – раздался крик за спиной….
***
- Маша!… МАША!… МАШ!
Темнота проясняется, сознание формирует реальность. Меня громко, упорно кто-то зовёт. Сон постепенно отпускает. Голова только слегка побаливает. Разлепила глаза, уставилась в белый потолок.
- Что?! – рявкнула в ответ.
- Ты дома?
Выругалась, подтверждая факт своего присутствия. С трудом оторвала спину от пола и села. Глянула на часы. Вместо пяти минут сна заклятье отняло почти полчаса. Или я в процессе так задремала? Свечи растаяли. Задумалась, пытаясь вспомнить, что снилось. Всё как-то смутно, обрывочно. С кем-то встретилась, о чем-то разговаривала. Яркий сон-то был. Живой такой, насыщенный. Только вот всё помнила. А глаза открыла и… Терпеть не могу, когда будят! Вытащили из самого интересного.
Поднялась, поправила сарафан и хвост на голове, вышла в прихожую и хмуро уставилась на Дана. Высокий, плотного телосложения, темноволосый, сероглазый древний оборотень стоит за дверью, плечом о косяк опёрся. Зайти не может. Над входом защитный амулет на гвоздике висит.
- Что тебе надо, старый?! Я в отпуске! – наехала на начальника раньше, чем он заговорил. – Я тебе лучший год моей жизни отдала, а ты, собака, даже поспать мне не дал. Бессовестный! – за его спиной послышалась возня. Входная дверь чуть отворилась. Я разглядела за спиной незваного гостя ещё одного товарища, который ковыряется с дверной ручкой. Ткнула в «сюрприз» - Это что за хрень?
- Это? – Дан поглядел за спину и отступил в сторону, открывая обзор. – Это мой брат. Старший. Вал. Ты не сказала, что у тебя замок сломан. И защита…
- А надо было? – абсурдность ситуации раздражает. Пришли незваные, претензии предъявляют. Протёрла сонные глаза и сурово поглядела на начальника. Дан соизволил явиться в гости. Когда такое было? Мы ж только на работе пересекаемся. И то на пять минут, чтоб в бумагах свериться. А тут явление. Да ещё и брата-слесаря притащил. – Что ты вообще тут делаешь?
Дверь распахнулась настежь. Слесарь поднялся во весь рост. Выше брата. Тоже темноволосый с серыми глазами. Накачанный, как бодибилдер. Чёрная футболка к рельефу прилипла. Я аж злиться перестала, засмотрелась. Вспомнила. Это же директор кафе-бара на окружной, где одна моя подруга-коллега-таролог работает. Как же его… Фамилия такая забавная… Валерий Нордов. Точно. Он брат Дана? То есть тоже…
Пока рассматривала и обдумывала, мужчина провёл ладонью по дверному косяку и кулаком ударил в стену над дверью. На моих удивлённых глазах гвоздик вылетел, а амулет звякнул о кафель и укатился под обувницу. Бежать? В окно? Третий этаж. Переговоры? С древними?
Слесарь - бодибилдер перешагнул порог и медленно направился ко мне. А я попятилась спиной в кухню, храбро глядя ему в глаза.
- Знаешь что! Убивай сейчас. Второго шанса уже не будет! – заявила я, скрестила руки на груди и поджала губы. Мужчина закатил глаза и медленно выдохнул, цокнув, протянул на раскрытой ладони связку ключей.
- Замок новый, - сказал он, подвинув меня в сторону, по-хозяйски прошёлся по кухне, сунул нос в комнаты, осматриваясь, и сел за стол. – хорошо живёшь, Мара.
Беззвучно передразнила этого Винни-Пуха. Расселся тут. Прям злит меня.
Дан нырнул следом и закрыл дверь. Проходя мимо, впихнул мне в руки пластиковый стаканчик. О, злости поубавилось. Начальник, в отличие от брата, направился сразу к холодильнику. Открыл, огорчённо вздохнул и грустно спросил.
- А что, покушать совсем ничего нет?
- Морозилку открой, - посоветовала ему, держась ближе к выходу. Тот послушно открыл дверцу и вопросительно глянул на меня. – Свиное рагу для супа. Можешь погрызть… Какая еда, Дан? Я на дачу собираюсь. Ты мне сам отпуск подписал. Ничего не знаю. Никакой работы. Меня нет.
- Я ж тебе кофе принёс, злыдня, - поморщился начальник и расстроенный сел рядом с братом.
- Ой, не прибедняйся. Мог бы печенек к кофе прихватить. Или брата вместо сладкого решил подсунуть? Хе-хе, - язык мне в узел завязать бы. Удержалась от взгляда в сторону Валеры. - Что два… он, ведь, тоже, да?... древних чудища хотят от маленькой и скромной меня? – я сняла крышку со стаканчика и с удовольствием отпила ароматный бодрящий американо. То, что надо. Так и быть. Почти простила бесцеремонное пробуждение. Братцы переглянулись. Старший устало протёр лицо ладонями. Вздохнул как-то разочарованно. Дан глянул в потолок и постучал пальцами по столу.
- Я вчера с Лилечкой расписался, знаешь, да? Мы решили своим кругом посидеть. Ну там мяска пожарить, поболтать о былом. Нас пятеро древних чудовищ… Ты же знаешь, что моя Лилечка очень переживает из-за подобного… объёма… древности. Вот и решил тебя позвать. Как моральную поддержку и опытную в вопросах старины, - мягко улыбаясь, выложил информацию начальник.
- Смешно. Дверь там, - я указала в сторону выхода. – Замок тоже можете забрать. Кофе как плата за беспокойство изымается.
Валера поднялся, недовольно бурча что-то про шестой раз одно и то же, под мои возмущённые вопли зашёл в спальню и распахнул шкаф. Выудил пару сарафанов, кинул протестующей мне в руки, достал с верхней полки рюкзак, сложил туда ещё какие-то вещи.
- Даня! Что происходит? Даня, это произвол! Пятачок, неси ружьё! – жалобно запричитала я, призывая на помощь начальника. Старший брат ловко поймал меня под локоть и осторожно усадил на кровать, сам присел передо мной и тихим строгим голосом проговорил, пока я ошалело моргала.
- Маленькая моя, я понимаю, что ты взволнована, растерянна и в лёгком шоке. Надо было затушить последнюю свечу, чтоб ты помнила про… наши предыдущие встречи. Но мы не успели, маленькая. Свеча прогорела, и ты забыла. Может, хорошо, что ты забыла. Но я-то нет. Я всё помню. И я очень долго ждал этого дня. Я безумно соскучился и хочу, чтоб ты, наконец-то вся и целая, всегда была рядом со мной. А теперь возьми, пожалуйста, свою сумочку. И поедем уже, - мужчина нежно поцеловал мои запястья, погладил щеку и, ласково улыбаясь, протянул рюкзак. Я медленно кивнула. Осторожно поднялась, указывая на кабинет, шепнула, что возьму пару книг, зашла и захлопнула дверь.
- КАЙЛ! – заорала со всей силы, подбежала к столу и принялась копаться в ящиках, ища подходящий амулет. Или сразу кинжал? Или хоть что-нибудь! Как убить древнего оборотня? Так, Маша, в книгах что-то было полезного. Тёмный Наставник проявился сидящим на диване возле окна. Он со скучающим видом спрятался за старой газетой. Я плюхнулась рядом и гневно уставилась на Учителя. – Пять минут? Пять минут?!.. Кайл, там… псих!
- Угу, - отозвался Тёмный. – К тебе нормальных не подпускают.
Он закрыл газету и протянул мне тыльной стороной. Ткнул в раздел некрологов. Там на четверть страницы разместилась дореволюционная фотография пары: мужчина в парадном костюме с лицом Валеры и женщина в длинном платье с рюшами и жемчугом. С моим лицом. Ниже с Ъ текст:
- «19го мая 1815 года на тридцатом году жизни скончалась Мария Норлэндсон, супруга уважаемого предпринимателя и мецената Хальварда Норлендсона. Благодарю тебя, душа моя, что разделяла со мной жизнь столь короткие десять лет. Тешу себя надеждой на скорую встречу», - зачитала я. Франция. Увидела Париж, чтоли? Вопросительно поглядела на Наставника. Тот отрицательно покачал головой. Подробностей не будет. Жалобно округлила глазки.
- Нет, - рубанул Тёмный. – Сама виновата.
- Опять я? – возмущённо возопила я.
- А кто? – передразнил меня Наставник. – Твоя жизнь, твой выбор, твои последствия. Так что… Принимай. Или не принимай. Тебе решать.
Дверь кабинета тихо отворилась. Муж из прошлой жизни пригнув голову с лёгкой ленцой вплыл в святая святых. Я недовольно поджала губы и скрестила на груди руки. Верх бесцеремонности! Это мои заклинания! А он нагло их блокирует! Пройдя мимо Наставника, Валера пожал Тёмному руку и сел рядом со мной.
- Мы были женаты шесть раз, - сообщил он радостную новость, - я твоё колдовство от и до знаю. Все повадки, ухитрения и пристрастия к побегам. Сбежать не получится.
- Почему? – наивно спросила я. А он улыбнулся и закинул руку мне на плечи в попытке обнять.
- Потому что нас боги связали, маленькая, - проворковал он и наклонился для поцелуя. Я соскользнула с дивана на пол и отпрыгнула в сторону.
- Палехче, ковбой! Я тебя не… помню… для таких страстей. Так что руки при себе держи, э! Сперва ромашки, потом обнимашки, - поправила подол сарафана, упёрлась кулаками в бока и, хмуро уставилась на Пуха. Тот усмехнулся, выудил из заднего кармана джинс помятую пачку аптечной ромашки и, повертев, кинул на стол.
- Как знал! – горделиво заявил он. Кайл хохотнул и покачал головой. Валера поднялся и, раскинув руки, ринулся ко мне. Отскочила, ругаясь на выдохе, оглядела книжную полку. Прошлые жизни, говорите? Боги связали… Реинкарнация в тему? Вот понавяжут узлов, а мне сидеть распутывать! Вытащила пару потрёпанных томов, нашарила на верхней полке старый пыльный гримуар. Сгодится для начала. Обернувшись, наткнулась на прищуренный взгляд серых глаз. Смотрит с довольной улыбочкой, как будто кот, урвавший со стола кусок колбасы.
- Что? – нахмурилась я, готовая запустить в него книгами.
- Люблю тебя, душа моя, - произнёс он с теплотой и нежностью, игриво дёрнул левой бровью и оглядел с ног до головы влюблёнными глазами.
- Ой… Не беси меня! – меня передёрнуло. Впихнула ему книги, развернулась и поспешила к выходу, захватив рюкзак, - Даня, ять! Где мой шашлык?! Чего сидишь? Вставай, ископаемое! Поехали!
Я обязательно разберусь в этой странной истории. Раньше разбиралась же. И теперь разберусь. Всенепременно.
Mysterium. Тьма
© Copyright: Ольга Искендерова, 2022
Свидетельство о публикации №222072101063
Свидетельство о публикации №222072101063
Рецензии