Наваждение

Денис Сквалыгин, он же Дэн, жил в областном городе.
Вечером после учебного дня в медицинском Сквалыгин отправился в гости к своей подруге. Ехать пришлось на другой конец города, сначала в автобусе, а затем в грохочущем старом трамвае. На втором виде транспорта он сумел не заплатить кондуктору. Это подняло и так уже замечательное настроение.

В магазине он не поскупился на бутылку хорошего вина из бюджетного сегмента и чего-то там еще. Сердце его колотилось, когда он подходил к ее дому, ноги его, можно сказать, подкашивались от вожделенного предчувствия многообещающей встречи.

Она должна была быть одна, совсем одна…

Взявшись за ручку ее подъезда, Дэн обнаружил, что его руки дрожат.

Она открыла ему дверь квартиры, а за ее спиной… оказался ее младший брат. Ну как, младший. Годков пятнадцати-шестнадцати от роду.

Расплывшись в радостной улыбке (которая после уже не сходила с его лица), брат весь этот вечер не давал молодым покоя и не отходил от них. Успев приложиться к принесенной Дэном бутылке, он был весел. Пришлось идти за второй. Уже ночью, чувствуя призывные взгляды, Сквалыгин решил избавляться от родственника.

Они сидели на кухне, соединенной с комнатой, в крошечной квартире на одиннадцатом этаже. Шанс остаться вдвоем был только один– отправить брата спать в комнату.

-Иди спать. В комнату, – шепотом, согласно своему плану, уговаривал его Дэн.

-Я хочу пить… Чай,- радостно обнаружил у себя потребность в жидкости родственник.

-Хорошо. — Дэн поставил чайник,- И ты уйдешь?

-Да. Но чай должен быть горячим и сладким,- родственник приложился к бутылке и вылил из нее в себя все, до последней капли. Сделав вид, что он отжимает руками стеклянную посуду, он беззлобно улыбнулся, в который раз обнаружив у себя нехватку передних зубов.

Дон Жуан, вернее, Дэн Жуан, дождался, когда в чайнике закипела вода, и заварил пакетик в кружку. Добавил сахар. Потом еще.

— На. Пей. И уходи,- добавил Дэн самое важное. Он беспокоился, что родственник забудет уйти,- Спать.

-Я пью только с медом… Там есть, в холодильнике… Две ложечки, и размешать обязательно!

Сквалыгин отыскал в холодильнике засахаренный до невозможности мед, наскрёб из банки две ложки и с остервенением размешал его в кружке. Мед предательски прилип к ложке и не желал растворяться в чае. Все это начинало раздражать Дэна.

Наконец он поставил кружку перед ненавистным ему родственником.

— Пей!

— Горячо… Прошамкал брат, пригубив край кружки,- Перелей в стакан, чтоб не был горячим…

— Ладно, мля… — процедил Сквалыгин, который уже не мог остановиться в достижении поставленной цели. Движения его стали торопливыми и резкими.

Чистого стакана, как на зло, не оказалось.

Дэн начал рыться в стенном шкафу.

Стакан нашелся, но в нем, по ходу, когда-то разводили краску. Сунув его под струю воды, Дэн начал старательно оттирать стенки стакана ершиком. Наконец, краска на стенках начала сдаваться. Он вытряхнул остатки в раковину.

Бережно перелив пойло в стакан, Дэн поставил напиток перед родственником, который уже полулежал за столом, картинно уронив голову на руки.

— На, пей!

— Чего пей? – спросил, поднимая голову от стола и озираясь по сторонам мутным взглядом, брат подруги.

— Чай! Пей чай! — процедил Дэн, проговаривая каждый слог. — С медом!

— Я не хочу чай,- ответил брат и снова уронил голову на руки,- Тем более, с медом…

Вечер, обещающий столь прекрасное продолжение, зашел в тупик.

Дэн никак не мог из него выбраться.