975. Хуторская чертовщина. Суровый разговор

                Назар пристально уставился в Викентия, дырявя его своими чёрными с антрацитовым отблеском глазами, а Викентий с Павлом смотрели на него, ожидая от него дельного совета.
                Наступившую молчаливую паузу прервал Савич, говоря:
- Не знаю, чего там ты задумал и чью волю исполняешь, но у меня имеется своё личное мнение.
- Никому я ни половинного и четвертного сбора отдавать не собираюсь, не для того свой пупок надрываю.
- Да по трезвому рассудить, на кой чёрт Анне Владимировне далось это сено или зерно.
- По себе знаю, город любит деньги и всякие полезные продукты.
-Так что по осени соберусь и съезжу к ней на приём, отвезу гостинцев, да заплачу аренду деньгами.
- Им она больше будет рада, чем тому же сену или зерну.
- А вы уж сами решайте, как вам быть.
- Без восстановления усадьбы и хозяйственного двора, всё что вы мне предлагаете самая настоящая собачья чушь.
- Кому хотите дурите головы только не мне.
- Вы мою сторону услышали и я вас выслушал, так что будем квиты.
- Это Назар Александрович как – то не по людски получается,
                вдруг обозвался Павел Григоренко, а чтоб лучший иметь контакт, слегка прогнулся вперёд, выглядывая из за седевшего сбоку Викентия. 
-Вроде как в стороне от общественности хочешь оказаться, ну тогда выходи своим хутором и живи себе бирюком в степи.
- Да и свои порядки не тебе устанавливать.
-Пал Александрович, я тебя что – то не пойму, ты у нас кто будешь – то?
                с наигранным удивлением спросил Назар,
-уж не хуторским старостой возомнил себя?
- Так ещё общего схода не было, а там ещё не известно кого хуторяне пожелают избрать.
- Возьмут опять по свое дурости, да и изберут, вон Ляксея или Николашку, пьянь извечную, вот они -  то и установят по своим меркам, чего и как делать.
-Назар Александрович ну не надо впадать в крайности,
                вступился за Павла Викентий,
- один раз сморозили чушь, во второй раз такого не допустят.
- Да и власть прежняя вернулась, управляться будем по дедовским наставлениям.
- Да дедовские наставления давно отжили своё, землица требует к себе иного отношения, давно пора прогрессивные методы внедрять, а не ходить с лукошком по полю и зерно разбрасывать, на прокорм птицам небесным.
-Ну у немцев хотя бы поучились хозяйствовать, знают ведь, как заведомо урожаи повышать, а мы всё по старинке, собираем колосок к колоску, когда у них с такой же площади целые снопы выходят.
- А сам – то Назар, присматриваешься как в этих экономиях хозяйствуют и чем занимаются?
                прищурив глаз и с неким подлым подвохом, спросил Викентий,
- или только для того, чтобы языком почесать.
                А вот уже и не приязнь заискрилась, да и плетень разногласий встал перед ними, обозначая заведомые границы дозволенного.
-А за меня не нужно переживать, я своё дело крепко знаю и в отличие от тебя Викентий, своё поле буду засевать сеялкой, прикупил специально для этих целей.
-Будет желание, обращайся, всегда рад помощи.
-Спасибо большое до самой земли тебе Назар, но мы как ни будь сами, обойдёмся без чужого участия. 
-Моё дело предложить, а там, как хотите, упрашивать не стану.
- А ты Назарушка высоко не возносись, лето всё скажет, кому какие кренделя печь, по осени и посчитаемся, кто и чего стоит.
-Посчитаемся, непременно посчитаемся, было бы куда урожай ссыпать, думаю, что для этого мне и в амбаре места мало будет,
                чтоб по крепче подцепить за живое Викентия, Савич напомнил ему про амбар, который по случаю умыкнул из усадьбы.
-Хорошо, что напомнил мне про амбар, придётся его тебе вернуть, как собственность Анны Владимировны,
                с заметной ноткой угрозы произнёс Викентий.
- А вот щас прям спотыкаясь побегу и на твоё подворье его перенесу,
                с сарказмом произнёс Савич,
- прям рядом к тачанке и всякой барской утвари пристрою.
- Как только ты всё взятое и проданное из поместья выставишь в усадьбе, так я сразу же и возверну амбар.
-Или у тебя иное мнение на этот счёт, хочешь и мой амбар к себе подтянуть?
-Так ли я тебя понял а, Викентий?
- Это с какого перепугу вдруг амбар твоим стал а, Назар?
- Да любого в хуторе спроси, и он скажет, что амбар всегда принадлежал поместью, так что зря ты на него свой глаз положил.
-Возвратить всё равно придётся.
-Обождите выяснять, да спорить, если мне память не изменяет,
                вклинился в спор Павел Григоренко,
-то по бумагам моего отца, этот амбар являлся общественным достоянием, для общей сыпки и хранения зерна.
- Ты Павел не приплетай сюда своего отца, что было при твоём отце уже давно отменено.
-Ты думаешь, что Назар прибежал и ухватил себе первый попавшийся под руку амбар?
- Да как бы не так, у меня ещё мозги соображают, что к чему.
- Прежде чем что – то брать, я трижды подумаю, пять раз по советуюсь и только после этого приступаю к действиям.
                Что верно, то верно, на счёт этого Назар дотошная натура, лишнюю копейку зря не истратит, всё просчитает, двадцать раз засомневается, снова пересчитает, не одну ночь обдумает, чтоб решиться на подобные действия.
- И даже так допускаю  Павлик, что где – то там прописано в бумагах, так предоставь её мне при свидетелях, тогда и поговорим откровенно, а вот гадать да предполагать бабское дело, про которое и не хочу даже говорить.
-Чего переливать из пустого в порожнее, как я сказал, так и сделаю, а вы знаете моё слово, оно крепкое и никакие уступки не способное.
-А новой властью меня можете не пужать, я сам кого захочу напугаю так, что до скончания века икать будет.
- Вы там где – то прохолаживались, а я в это время едва не погорел, можно сказать завис на одном волоске.
- Советы едва за шкирку не схватили, да всё обошлось, а всё почему?
- Да потому что тяжкий грех пришлось взять на себя, да и кто помогал изгонять их из хутора?
-Ты Павлик или может ты Викентий?
-Только вот я вас что – то тогда не видел, а как всё успокоилось, вот они и вы, представители новой власти, стоят над душой, делом мешают заниматься.
-А ты нас Назар не понукай, коли не знаешь ничего и не чего свой язык распускать понапрасну.
- Мы может куда более важные дела вершили, да особо об этом не распространяемся,
                уже со злобой в голосе произнёс Григоренко.
-Ну так там бы и оставались, чего сюда нагрянули или вас оттуда попёрли под зад?
-Так вы сюда решили податься наводить свои порядки?
- Хороши же однако молодцы, ни чего не скажешь поперёк, сразу в штыки воспринимается.
-Могу поверить, что Викентия барыня утвердила управляющим, но ты то Павло куда?
- Общим собранием и порешаем, кому в старостах ходить.
- А то какое – то кумовство получается, вроде как тебя Викентий выдвигает на эту должность.
-А с чего это ты Назар так завёлся, уж не сам ли решил в старосты податься?
- Я лично сам ничего не решаю, а вот если общество пожелает избрать меня, то я против ничего иметь не буду.
- Ах вон оно что, а мы тут всё догадки разгадываем, ну так сразу бы и сказал, что имеешь желание по выше на насест забраться.
-Ну что сказать, кандидатура вполне подходящая, спору нет, вот только ли захотят этого люди.
-Они в глаза говорят одно, а за спиной шушукаются о другом, смотри Назар, как бы тебе по шапке не дали.
- А мне нечего смотреть, общий сход и решит, кому на должность претендовать.
- Видишь Павло, оказывается перед нами власть стоит, а мы с тобой никакого уважения к нему не проявляем, сидим себе сиднями невежественными, картузов не снимаем, да с высоты поглядываем.
-А ты Викентий не ломал бы передо мной дурака, да ехал бы себе отсюда без всяких оскорблений, мне с тобой ругаться не с руки.
- Сам знаешь, глаз у меня дурной, если на кого обижусь, могу и со света сжить.
-Это как понимать а, Назар, угрожаешь мне или как?
- Я только предупреждаю, если мозги имеются в голове, то поймёшь, а если их нет, то это твои заботы.
-Ехали бы вы себе по добру по здорову, да не цеплялись бы ко мне, как репей прошлогодний.
- А к тебе никто и не цепляется, просто подъехали для интереса узнать, как она землица пашется.
-Хорошо пашется, не оставляет крыг.
- Ну вот и всё чего мы хотели от тебя узнать Назар.
-Поехали Павло, свою артель готовить к выезду.
                Григоренко прикрикнул на свою лошадёнку, и они вместе с Охрименко, покатили с выездом на дорогу, а уже по ней прямиком в сторону гребня. 

                Глядя им в след, Назар облегчённо вздохнул, словно свалил со своих плеч не подъёмную ношу.
                Но вот душевное состояние желало полного успокоения, попили как говориться кровушки два этих шельмеца, чтоб им заяц дорогу перебежал.
                Если к Григоренко больших претензий не имелось, да и что с него взять, так, одним словом, подвывало, то к Викентию так и пылала огнём ненависть, это ж как меняется человек облачённый властью.
                Да и какая он там власть, так распорядитель чужих указаний, а вон с каким гонором уже указания раздаёт.
                Да только он Назару не указчик, чтоб указывать, что и как ему делать.
              Считай всю жизнь в кучерах проходил, а лезет со своими наставлениями туда, где он полнейший баран и бестолочь.
               Вести правильное хозяйствование это тебе не в телегу лошадь запрягать, тут многолетний опыт требуется и то не всегда предугадаешь, каков выпадет год и что от него ожидать.
                Ишь какая сволочь выискалась, половину ему подавай, а кукиш с маслом он не видел.
                Ты значит гни спину и проливай пот, жарся под солнцем с утра до вечера, гоняя своих лошадей с краю на край, заготавливая сено, так ещё в копны сложи и ожидай, когда эта шельма соизволит приехать.
                Вот уж действительно праведный сон видел, как говорят в руку и действительно придушить бы эту падаль, чтоб глаза не мозолила.
                Ведь не даст же гнида покою, всё будет норовить встать поперёк, а всё от того, что амбиции слишком большие.
                Ничего придёт время, укоротим ему всякое желание перечить по всякому поводу.
                Жизнь она кривизну подправит, только маленько для этого помочь следует.
                Оно бы народ кликнуть, да разъяснить, что к чему, но с этим быдлом разве можно иметь дело, да ни в крем разе.
                Тут же тебе поддакивать будут и уверять, что горой встанут если что, а стоит только отвернуться, как тут же перебегут на другую сторону.
                Ведь это Назарова идея организовать совместную артель по обработке земли и ведь это сучье племя воспользовавшись его замыслом переметнулась к Викентию, надеясь на поблажки с его стороны.
                Только дуракам не понять, что ради своих корыстных целей, он без всякого сожаления и сочувствия переступить через каждого и пойдёт дальше.
                Назар продолжал презренно смотреть в спины удаляющимся конкурентам и только когда повозка преодолела водораздельный гребень и вскоре скрылась, спускаясь под уклон, Савич зло сплюнул и с оскорбительным пожеланием высказался:
-Чтоб вы подлюки сгинули с концами.
- Испортили такой замечательный день.
-И какого гада вам не сиделось дома, приехали, нахамили и укатили обратно.
                Савич было полез в карман за куревом, да вспомнил, что имеется запас крепчайшей махорки, оправдываясь перед самим собой, пробормотал:
- Тут обычным табачком нервы не поправишь, надо чего – то по крепше.
-Вон как руки, словно лихоманка потряхивает.
- А всё из – за этих тварей, чтоб им черти пятки по прижигали в аду.
-И выбрали же момент, когда работа в самом разгаре. 
-Здесь каждая минута на вес золота, а они, мухи навозные, более получаса прожужжали в уши и спрашивается ради чего?
- Да ради того, чтоб настроение подпортить, натура у них такая подлая, если гадость не сотворят, то плохо спать будут.
                Назар нервно скрутил цигарку, долго чиркал, ни как не мог запалить трут, а всё по причине испорченного настроения, наконец ему это удалось, он подкурил, затянулся до неприятного першения в горле, закашлялся до выступивших слёз на глазах, одобрительно покачал головой, оценив крепость самосада, да и повернувшись глянул в поле.
                А в поле Алексей с Николаем круг за кругом увеличивали вспаханное поле, хоть что – то полезное делалось без его участия.
                Беспокойная натура Савича не давала ему спокойно стоять на одном месте, покуривая цигарку на ходу он торопливо направился к новому заделу, проверить на сколько добросовестно исполняют работу. 
                Не привыкший изводить продукт за зря, даже такой как махорка, уже стоя в ожидании, когда его работники вернуться с того края на этот, до обжигания пальцев докурил цигарку и бросив едва заметный окурок наземь притоптал ногой, давняя привычка, но очень полезная во всех отношениях.
                С хитростью старого лиса, умеющего поставить дело так, чтоб в его отсутствие работники с ещё большим энтузиазмом принялись выполнять работу, осознавая свою предстоящую выгоду.
                Уже на подходе пахарей к концу загона, Назар на сколько было возможно сохранить спокойствие, выкрикнул им:
-Ещё маленько поднапряглись и будет вам малая передышка!
- Одно могу сказать, кто хорошо работает, тот хорошо и ест.
-Ляксей придержи коней, пусть передохнуть слегка.
- А я вам кое – чего сказать хочу.
- Видели этих благодетелей, чтоб им черти ночью снились, присоседиться к нам желают, а то видите ли степи им мало.
- Так вот, вы этот надел пока оставьте, а перебирайтесь ещё далее, пока эти супостаты соберутся выехать в поле, а у нас уже новый задел будет.
- А я в это время сбегаю в хутор, насчёт обеда распоряжусь.
- Сами знаете этих баб, вовремя не подгонишь, так и с обедом могут затянуть.
- Да и внучат вам в помощь пришлю, коней водить большого ума не надо, а вам передышка будет.
- Один пашет, другой отдыхает, как вам такое, одобряете?
- Понятное дело что одобряете, пустословить не будем, а примемся за дело.
-Я в хутор побегу, а вы новый задел начните.
-Лександрыч, а если косиной выйдет, как тогда быть?
                спросил у Назара Николай.
- Ну уж вы постарайтесь, бурьянца надёргайте, да и сложите в копёшку, вот её и будет придерживаться.
-А если и скривите, то это дело поправимо.
- Нам главное, свой жирный кусок урвать, да Викешку по дальше от себя отгородить межой.
- Ну я побег, а вы не забывайте за бричкой приглядывать, народец нынче ушлый пошёл, чуть зазевался и без штанов остался.
                Назар уверенной поступью хозяина направился в сторону стоявшей на краю брички, а ему глядя в след, Николай с ухмылкой произнёс:
-Интересно было бы узнать, с чего вдруг такая перемена с Назаркой?
-Прямо шёлковый стал, да с лаской к нам.
- Я уж подумал, сейчас как разинет свою пасть и на всю степь хай подымет, проявляя своё недовольство.
- А оно вон как вышло, даже любопытно стало.
-А чему здесь удивляться, видно ему Викешка здорово накрутил хвоста, вот и подобрел он, почувствовав свою слабину.
-Не, Алёша, тут чуток не так, наступил этой змеюке Викешка на хвост, да видно крепко, а вот коли вывернется, тогда только держись, всем мало места покажется. 
-Уж это верно ты подметил, счас был добрый, а через час злее собаки станет. 
-Натура у него такая, не может спокойно жить, всё ему чего – то не хватает.
-Ладно калякать, давай перебираться на новое место, сделаем запашку, а там и передохнём.
- Не будем злить быка красной тряпкой, пока он не скроется за гребнем. 
                Нанятые пахари двинулись глубже в степь, а Назар дойдя до брички, сделал вид, что ему там чего – то понадобилось, да и стал наблюдать, когда его работники сделают очередную запашку, после чего он уже со спокойной душой отправиться в хутор.
09 - 10  октябрь 2022г.