Странный остров. Эпоха Эльфоволка. Глава 56

Глорфиндель с обезумевшим лицом пробежал по коридору эльфийского дворца. Вбежав в тронный зал, в котором в объятиях сумрака виднелась чья-то фигура, он резко остановился, застыв на месте. Перед ним стояла Рангхильда - Мэрриэль в том же платье, что на портрете. Её карие глаза пристально смотрели на него. На картине, висевшей на стене, никого не было.
- Ты? - сдавленно прохрипел Глорфиндель.
- Я, - ледяным голосом произнесла Мэрриэль, приближаясь.
- Но ты же умерла?! - эльф попятился назад, чувствуя, как дрожь ужаса охватывает его с новой силой, что начали стучать зубы.
- Да, умерла семь лет назад. Ты меня убил, вонзив в сердце тонкую шпильку, острую, как шило, так жаждал быть Повелителем эльфов. Никто даже не понял, что меня убили, думали, умерла от тоски о пропавшем Самадриэле. Но ты знал, Глорфиндель, что я дождусь его возвращения, как предсказывал Тиарэн!
Её глаза сияли гневом, приобретая янтарный цвет.
- Я терпеть тебя не мог с первого дня, когда тебя привёл мой брат. Ты - волчица - оборотень, тебе не место рядом с эльфами. Я и твоих отпрысков уничтожу, особенно этого щенка Самадриэля. А ты, как назло, ещё родила Лилирэль, мешая мне занять трон. Надо было тебя убить, как только ты появилась во дворце. Я уничтожу каждого, кто встанет на моём пути! - стуча зубами, шумно дыша, твердил Глорфиндель. Испуганными глазами он озирался по сторонам. Его спина уперлась в стену. Женщина - волчица не сводила с него горящего взгляда, подходя ближе.
- Уйди прочь, Мэрриэль! Тебя нет! Я убил тебя!  - с трудом прохрипел эльф, оцепенев и зажмурив от страха глаза. - Я убил тебя!
- Дядя, ты убил мою маму? - неожиданно спросил детский голос. Глорфиндель вздрогнул. Призрак женщины - волчицы исчез. Брат Сильфанта едва переводил дыхание. В тронном зале царил всё тот же полумрак, горели свечи, и чуть потрескивал камин. На стене как обычно висел большой портрет жены Повелителя эльфов Рангхильды - Мэрриэль. Но на этот раз Глорфинделю показалось, что женщина на портрете, сверкнув глазами, хитро улыбнулась. Его снова передернуло.
Не получив ответа, голос переспросил.
- Дядя Глорфиндель, скажи, ты убил мою маму?
Он обернулся. Рядом стояла Лилирэль с сонным видом в одной длинной эльфийской рубашке и распущенными длинными волосами.
- Она всё слышала? - пробормотал он растерянно. Испуг сменился коварством. - Нет, конечно же, нет! Тебе показалось, Лилирэль, - сказал он, сощурив злобно глаза, воровски озираясь, затем нарочито ласково продолжил. - Пойдём, я отведу тебя в твою комнату. Сегодня полнолуние, затмение  рыже - красной луны, вот тебе и мерещится всякое.
Завел девочку в комнату, с опаской посмотрел по сторонам и прикрыл дверь. Лилирэль снова легла в кровать, укрылась одеялом. Глорфиндель едко ухмыльнулся, прошептал, склонившись к ее уху, при этом глаза его светились злобным безумием.
- Плохо, что ты услышала то, что никто не должен знать. Хотел сделать это позднее, но ты не оставила мне выбора, племянница.
Он схватил одну из подушек и накрыл ею лицо девочки. Маленькая эльфийка усердно сопротивлялась, извивалась, пытаясь, убрать подушку, мешающую дышать. Била руками по спине Глорфинделя, что-то кричала, но звуки получались тихие, сдавленные, похожие на мычание. Дрыгала ногами, била ими по кровати, но всё было тщетно. Эльф сильно навис, упираясь руками, сдавливал подушку, и она никак не могла с ним справиться. Спустя некоторое время звуки стихли, движения прекратились. Дядя, убрав медленно подушку, внимательно посмотрел на лицо девочки, не притворяется ли она, и не закричит ли, призывая на помощь. Лилирэль была мертва. Полная луна, заглядывая в окна, как молчаливый свидетель подлого убийства, освещала бездыханное тело дочери Повелителя.
- Отправляйся вслед за своей матерью, - ядовито прохрипел он, поправил одеяло, положив подушку под голову девочке. Бесшумно,  крадучись, вышел из комнаты. Быстро вернулся к себе. Он ликовал в своем безумстве, кривая ухмылка бродила на его губах. Налил вина в кубок и залпом выпил.
- Пора этот трон опрокинуть! Я давно жду этого момента. С девчонкой покончено! Про то, что я убил её мать Рангхильду - Мэрриэль никто не расскажет теперь. Самадриэля убьют амазонки, Азалмэль - глупец, с ним просто будет справиться. Остаётся мой старший братец Сильфант. Я в полушаге от трона Повелителя эльфов и всех владений Эль - Риша! - Глорфиндель в припадке безумия, вскинул самодовольно голову, откинув волосы назад, разразился громким смехом.

***
Оставшись один в темнице, Самадриэль огляделся. Крысы, мерзко пища, почуяв хищника, в страхе бросились врассыпную. Он потрогал решетку, подергал.
- Крепкая, хотя кое - где изъедена ржавчиной.
Переключил своё внимание на стену. Добротно уложенные камни были покрыты мхом и влагой. Пахло сыростью, плесенью, мокрой грязью, соломой, истлевшей тканью и гниющей плотью. Получше приглядевшись и принюхавшись, парень при тусклом освещении факелов заметил на каменном полу полуистлевший человеческий труп. Самадриэль тщательно разглядывал лежащий скелет.
- Похоже, мужчина. Интересно, и за что Вас? - спросил он человеческие останки, словно ожидал ответа.
- Господин!
Раздался приглушенный голос, затем послышалось какое-то шуршание и скрежет камней.
- Господин Ким Ён Шик, Вы здесь? - поинтересовался снова тот же голос.
- Да, здесь, - тихо ответил он, обернувшись и чутко прислушиваясь к звукам. Это был голос жрицы богини Витасаниты.
- Ваше Высочество, принц Самадриэль, это Вы? - снова переспросила она.
- Да, госпожа Альтаара.
Камни медленно раздвинулись, рассыпая песок и пыль. В стене появился проём. Женщина, зайдя в камеру к пленному принцу, ужаснулась, заметив в свете своей свечи лежащий на полу труп.
- О, Боги! Вы в этой темнице? Я так и думала. Принцесса совсем разум потеряла.
- Как Вы меня нашли, госпожа Альтаара?
Всёзнающая мать поклонилась молодому человеку. Он учтиво кивнул.
- Разглядела в своих видениях. И, зная потайной ход, пришла сюда. Хотела увести Леонику, но ее отпустила принцесса. Поспешите, Ваше Высочество. Охранницы могут очнуться, чары действуют не очень долго.
- Но там, у входа, мой меч Долгилер, и нужны мне лук и стрелы.
Жрица прикрыла глаза, хлопнула в ладони, подняв руки вверх, произнесла заклинания, и через мгновение клинок и лук с колчаном стрел, паря по воздуху, прилетели послушно к хозяину в руки. Самадриэль закинул за плечо лук и стрелы, взял в руку меч.
- Ваша одежда испачкана, Ваше Высочество. Вам нужно переодеться.
Женщина снова проговорила заклинание, и одежда и прическа принца изменилась. Волосы были забраны в высокий хвост сзади, длинные черные пряди по бокам. Плотная, плетеная черная кожаная удлиненная броня, под ней лиловая эльфийская рубашка. Голову украшал золоченый королевский венец.
- Нужно поторопиться! Следуйте за мной, Ваше Высочество.
Вещунья, повернувшись, нырнула снова в проём в стене. Сын Сильфанта, чуть наклонившись, чтобы не задеть головой невысокий каменный свод, направился вслед за ней. Как только он покинул свою темницу, камни сами собой соединились, и, где был проход, снова образовалась плотная стена.
Женщина, тихо ступая, шла уверено вперёд. Самадриэль понял, что она не первый раз идёт по этому тайному коридору. В конце была дверь. Альтаара сказала заклинание, и, замок, щёлкнув, открылся. Войдя в помещение, молодой человек узнал комнату, куда его и Саньку привели амазонки в первый раз. Дверь, через которую они вошли, таинственно исчезла.
Поставив на стол свою свечу, жрица культа богини Витасаниты, обернулась к молодому человеку.
- Ваше Высочество, принц Самадриэль, прошу Вас, пощадите, не убивайте принцессу Элирену, не отдавайте ее в жертву богам! - упав перед парнем на колени, она сложила вместе ладони, устремив на него умоляющий взгляд.
- Госпожа Альтаара, почему Вы думаете, что я отдам её в жертву Богам? - изумился молодой человек просьбе Всёзнающей матери.
- Так гласит пророчество жреца Церусса, что убивший принцессу, отдавший в жертву Богам, будет несметно богат, и удача его никогда не покинет,  - глаза женщины наполнились слезами. Самадриэль вздохнул, слегка улыбнувшись уголками губ.
- А с чего Вы решили, что это именно я должен отдать её в жертву богам? Я никогда не думал даже об этом. Богатства меня не интересуют. Мои желания другие. Хотел бы вернуться домой, в Москву. Я хочу, чтобы была мирная жизнь, взаимопонимание, доброта и любовь, чтобы люди не воевали, а любили друг друга. Если мне приходится брать меч в руку, то только для того, чтобы защитить тех, кого люблю и восстановить справедливость, наказывая зло.
- Значит, не Вы тот мужчина, который отдаст в жертву? Не убьёте её? - Альтаара немного повеселев, вытерла слезы со щеки.
- Обещаю, что нет, - приложив руку к груди, заверил Самадриэль. - Госпожа Альтаара, встаньте.
 Женщина медленно поднялась с колен и, задумавшись, тихо добавила, с опаской глядя на молодого человека.
- А Вы не забудете это, если в Вас зверь проснётся?
Он пристально посмотрел ей в глаза.
- Можете быть уверены, я ее не трону.
 Жрица закивала, доверяя его словам, хотя хищные искры в его глазах её пугали. В следующее мгновение она подумала:
 "Если не Самадриэль, тогда кто?"
 Вдалеке послышались голоса амазонок.
- Эльфы! Отряды эльфов наступают! Сам Повелитель там!
Альтаара бросила быстрый взволнованный взгляд на сына Сильфанта. Он, улыбнувшись, поглядел на нее.
- Я должен идти. Благодарю Вас, госпожа Альтаара.
 Женщина почтительно ему поклонилась, он уважительно кивнул в ответ, и, сжимая Долгилер в руке, вышел из ритуального помещения.
- О, Боги! Жизнь принцессы Элирены в его руках. Пока он эльф обещание не забудет, но будет ли помнить о нём оборотень?
 Жрица долго печально смотрела вслед, провожая глазами принца.

***
 Приёмная дочь Повелителя лежала на высокой кровати, рядом стоял Тиарэн, осматривая ее израненные ноги.
- Ничего страшного не вижу. Госпожа, Леониль, Вы что - нибудь о своей матери помните? Кем она была? - холодный взгляд чародея пронзительно смотрел на рыжую эльфийку.
- Плохо помню. Всё как - то смутно.
- Понимаю, - закивал он, посмотрев куда-то в сторону.
- Она была из клана эльфов - чародеев. Имя её было Хвестахиль. Владела лунным жезлом. Он имел власть над течением вод, как луна влияет на приливы и отливы. Сила жезла велика и губительна в неумелых руках. Если неправильно распределить или направить на человека или эльфа, или на животное, то потоки крови у него замедляются, застывают, или разорвут сосуды. И Вы сами тоже можете пострадать - сойти с ума и поседеть. И тот, кто Вам не безразличен, или кому небезразличны Вы, тоже подвергнется влиянию жезла - поседеет вмиг. Вашу мать убили, пытаясь завладеть этим жезлом, но он переходит по наследству - только Вы можете им управлять.
Леониль с изумлением слушала Тиарэна, поражаясь, насколько плохо она знала свою мать, надо сказать, не знала совсем.
- А если поседею я и тот, кто небезразличен, ничего сделать нельзя, чтобы вернуть цвет волос обратно? - тихо поинтересовалась девушка, поглядывая на свои рыжие длинные локоны.
- Ничего! - отрезал чародей, бросая в жертвенник какие-то сухие цветы,  лапки и крылья неизвестных насекомых. Заклубился серо - жёлтый дым. Он был до того противный, что у Леонили перехватило дыхание, и она закашляла. Внезапно дым заискрил, засветился, и в воздухе появился жезл с шарообразным лунным камнем на конце.
- Это он? - прошептала девушка, не отрывая глаз от зависшего в воздухе маминого наследства.
- Да, он, могущественный жезл Вашей матери. Подчиняет водную стихию и любую жидкость, превращая ее в разное состояние - лед, вода, или испаряет. Он теперь Ваш. Но сейчас взять его не сможете. Он сам решает, когда появиться, или придёт на помощь, если позовёте. Он привыкнет к Вам, тогда всегда будет с Вами. Сияние от ваших рук, способность залечивать раны,  остановить кровь - это передалось Вам от матери. Леониль посмотрела на свои ладони, - они светились желтовато-лунным светом. Это было у нее с детства. Она провела рукой над своими сбитыми в кровь ногами, - раны мгновенно пропали. Она натянула на ноги высокие кожаные сапоги.
- Я должна спешить, господин Тиарэн!
- Желаете помочь Самадриэлю? - хитрая улыбка тонула губы эльфийского жреца.
Она согласно кивнула, устремив на чародея взор, понимая, что сейчас он что-то посоветует.
- Помните, оборотни непредсказуемы и опасны. Смотрите ему в глаза,- это поможет. Не показывайте страх, говорите с ним спокойно, - медленно произнес он, сверля колючим непроницаемым взглядом.
- Я поняла, господин Тиарэн. Благодарю Вас, - улыбнулась Леониль. - Я буду защищать того, кто мне дорог больше жизни, даже если он станет зверем.
Эльфийка поклонилась и, схватив два меча, убрав их в ножны за плечами,  выбежала из сумрачного помещения. Лихо вскочив на коня, пустила его в галоп. Тиарэн кивнул в ответ, подумав:"Луна устремилась вслед за Солнцем".


10.10.2022