Кныш

а вот про других учеников экспериментальной,школы...


Леночка замерла на краю площадки. Под ногами — прочная решётка, похожая на салинг старинного корабля: сетчатая, надёжная, хоть и высоко. Отсюда, с этой смотровой площадки, казалось, будто видишь сам Марс — далёкий, красноватый, манящий. Да и остальные планеты впрочем которые выстростроили словно на парад тоже были видны.

Ещё один шаг, крошечный, совсем незаметный — и ты канешь в бездну… Только нет, в полёт, конечно же! Потому что лыжнику или парашютисту ещё проще — не надо идти по туго натянутому проводу, балансируя на высоте.

Но представить себя лыжницей не получалось. Да и парашютистом, впрочем, тоже.

Зато быть балериной — ей привычно. Леночка чуть согнула колени и тихонько коснулась пуантами медного провода свисавшего параболой между вышками, — пробовала так, словно выходила на сцену в первый раз…
Леночка боялась ступить и потому, что провод был ржавый и качался и жалко было белоснежных пуант и... Наконец она решилась. Взмахивая веерами как крылышками подпрыгнула понимая, что разбежаться негде и полет скольжение как над сценой или той большой лужей в парке невозможен и до того берега не допрыгнуть как ни старайся.

Впереди нее уже шёл Славик — чуть старше её, повыше, на класс старше в той же школе откуда Славку едва не отправили за хулиганство в спец школу.  Хулиган, слишком беспечный. В руках у него был шест канатоходца, но он ему, похоже, не нужен: Славик шагал враскачку, в такт раскачиванию провода, словно стоял не на высоте над лесным озером, а на палубе корабля в штормовом море. Расклёшенные ковбойские штаны с бахромой по бокам. Рыжие как и он сам. Волосы не каштановые, а словно солнце  решило перекрасить его из блондина в  шатена, но

Он оглянулся, нелепо замахнул руками и рассмеялся, отбросив шест в сторону:
— Не боись, Ленка! — крикнул он. — Иди, не бойся! Я обратно, ну… С другой стороны озера — обратно потом с тобой на руках, хочешь?

Леночка беспомощно оглянулась на невозмутимо стоявшего Дроздова. Он был в синем спортивном костюме с золотой кометой на груди — словно капитан этого воздушного корабля.
— Иди, Лена, иди, — спокойно сказал он. — Не стой. Потому что страх парализует.

«Ну же, — шепнула она себе. — Надо всего;то ничего: просто решиться. Это ведь проще, чем лыжнику, да?»

Шаг. Ещё шаг. Провод под ногами чуть покачивался его раскачивал глупый Африк, он сновал туда сюда толкал то с одного бока то с другого, . Она шла вдоль него, легко касаясь воздуха над ним, словно паря, словно скользя по паркету. Ветер чуть покачивал провод, но она улавливала ритм, дышала ровно и шла — уверенно, грациозно, будто на репетиции перед премьерой.

Вдобавок, на полпути вниз стояла какая-то глупая большая белая птица. Она вертела головой, но с места не двигалась.

Африк посвистывая умчался вперёд.- Кыш, глупая, - прикрикнул на нее Леночка, - мне ведь тебя не перепрыгнуть.-

- Кра? - Переспросила птица, - кра. Хвыщь... Кра?



- Сейчас я упаду и будет тебе хвыщь... -Леночка оглянулась и балансируя отошла назад.

- Африк, Африк, - позвала она, где же ты Африк. Вот когда ты очень нужен, тебя никак не дозовешься.

Леночка тихонько прошла вперед и обхватила белую птицу за шею.



Птица щёлкнула клювом и опять произнесла: кра. Кра.



Так они стояли удерживая друг друга, Леночка взмахивала веерами как крыльями, птица щелкала клювом поглядывая на нее оранжевым глазом.

- Как же мне теперь быть, - произнесла Леночка. - Ты можешь упасть, я могу упасть и тоже, знаешь ли у меня ноги устали стоять вытянувшись на носочки. А по другому я не умею ходить. Я ведь балерина. Я умею выполнить арабеск на тонкой проволоке, это сложно, безумно. Но я сумею это повторить. . .

Птица взмахнула крыльями и упала в туман. Леночка не удержавшись соскользнула и чувствуя спиной что-то невесомое нежное как облака легла на подоспевшего Африка.Он вынырнул откуда-то снизу посвистывая. Леночка понимала, что для него она слишком тяжелая ноша. Он мог поднимать листики и переносить на какие угодно расстояния, но здесь он сумел лишь немного замедлить падение, у него просто не хватало на это  сил. Вот если бы рядом был штормовой ветер, он бы обязательно помог. Но где он...-Африк позвал не особо надеясь. Громко засвистел слыша в ответ как откликнулся северный ветер. Затем западный. Они спешили на помощь.

Леночка должно быть растерялась. Она вспомнила, что нужно взмахнуть руками как та птица и полететь. Нужно представить что ты легче воздуха, легче облаков и тогда все должно получиться...



Голубая поверхность воды быстро приближалась. Внизу стоял запрокинув голову парень в темно синем спортивном костюме. Он подхватил Леночку на руки и как маленькую осторожно поставил на поверхность воды.  Погладил замурчавшего от удовольствия Африка, прикрикнул на северного и западного ветра чтобы те опять не набедокурили.

- Лена Кныш, - мягко сказал он, - трояк на сегодня тебе обеспечен, фантазия у тебя, скажем так, не очень. Но на воде же ты научилась стоять, это тебе не трудно, так в чем же дело?

-- Я не знаю, - произнесла Леночка, - ой, я правда очень старалась. Но что-то мешает.-Она прикрыла лицо руками готовясь заплакать.

- Ну и ну, - сказал он, просто и не знаю что подумать. Это же так просто: взять и полететь.-Он прижал руки к бёдрам и легко поднялся на высоту провисшего кабеля высоковольтной линии. Сверху чаша озера казалась вогнутой, со всех сторон вплотную подходил хвойный лес. Прозрачный купол школы чуть поодаль, под ним синие корпуса, жёлтые песчаные дорожки зеленоватая полоска бассейна.



-Белая птица стояла на проводе на одной ноге, поджав другую и  строго смотрела на Дроздова. Она прищёлкнула клювом: кра?



-  Учитель. Тоже мне. - Дроздов хлопнул себя по лбу и камнем устремился вниз.



Леночка смотрела как ветры сломали берёзу их надо было чем то занять. Иначе они повыдирают с корнями деревья и ещё чего нибудь натворят. Всё-таки это стихия.Она сотворила большой разноцветный мяч и подкинула его ввысь. Вот, держите! Африк, ну хватай же!

Более ловкий западный ветер по имени Зефир выхватил мяч у нерасторопного Борея, и кинул Африку.

Они умчались под облака и носились там посвистывая и сталкиваясь с неспешным облаками.



Дроздов встал с ней рядом, посмотрел на летающий под облаками мяч.

- На диете опять?

Лена была худенькой, светловолосой девушкой. В балетной пачке с заткнутыми за широкий пояс перьевыми веерами.Лена вздохнула. Глянула виновато на учителя и кивнула.- Ну и ну, - проговорил Дроздов, шагая с ней к берегу, - ты пойми, дело не в твоём  весе которого, итак, всего ничего, дело в тебе самой. Научишься себя воспринимать такой какая ты есть, дальше пойдет веселее. Смотри, нужно всего лишь представить, что ты легче воздуха. Как вот тот мяч.

Мяч Леночке было представить гораздо легче. А перебороть себя сложно.

Каждая же девушка мечтает похудеть. Это понятно. Это основа красоты, как сказать об этом Дроздову, он наверное не поймет... Она взглянула на озадаченного Дроздова. - Ну не знаю...

- Вот Лопатина, к примеру, - сказал Дроздов, она ведь тяжелее тебя гораздо, а у нее немного, но получается. Немного, но притом она совершенно не стесняется своего веса. Вот, давай мы лучше сломанную ветрами деревце полечим. Дотянись до верхушки и поставь ее прямо. - Дроздов указал Леночке на упавшую меж двух ёлок тоненькую березку. До вершины было не достать. Леночка подпрыгивала стараясь дотянуться. Потом подумала, достала из-за пояса веера, положила их на песок и закрыла глаза.

- Ну вот, так лучше, - одобрительно сказал Дроздов, наблюдая как Леночка легко и невесомо, как пёрышко поднялась вверх и поставила березку прямо.

Учитель провел руками по слому ствола, чувствуя как срастаются капилляры, как по ним вновь устремляется сок, и как ожившее деревце поблагодарило шелестом листвы. - Спа-сибо.



Сверху спикировал Африк, улёгся возле их ног обиженно посвистывая.

- Что, отобрали?

Леночка сотворила новый мяч, на этот раз не очень большой, чтобы Африку было удобней.

Сверху грохнуло, это две мрачные дождевые тучи наконец столкнулись лбами и начал накрапывать дождь.--


Да, Предыстория Леночки: время действия : 1983 год, Весна. Крупный город где то в Сибири . Ей сейчас 14 лет, жила с бабушкой с 4 лет после гибели родителей в автокатастрофе. Бабушка была когда то примой балета. Во внучке души не чаяла. Леночка с 4 лет также все свободное время после занималась балетом.Этой весной случайно увидела объявление напечатанное Вид у него был несерьезный: висело оно, косо прилепленное к фонарному столбу, хотя и напечатано было в типографии, красными и синими буквами, прилепленное к телеграфному столбу на кусочек пластилина. Объявляется прием учащихся шестых-восьмых классов в спецшколу-интернат для одаренных переростков. Живописные места, санаторный режим, бесплатное питание, общеобразовательная подготовка в рамках десятилетки, уклон по выбору учащихся, обучение ведется под наблюдением психологов. Обращаться по телефону…Леночке было скучно, балет балет и ничего кроме балета.



Теперь Славка. Славик как зовет его Леночка там в школе.

Леночке все надоело. Быть может весна, быть может возраст такой, что хочется перемен. Сменить обстановку было бы лучшим, но как бросить бабушку? А выступления? Нет, она не может, говорила она вслух сама себе, нет нет, нельзя. И где эта самая школа? Вдруг в другом районе? Хотя… Подруг у нее и здесь почти никого. Ну, разве что Иринка, но она так, скорее приятельница. Просто вместе в балетную школу ну, и завидует, Леночка это чувствовала, что Иринке хочется быть первой примой, а она все же вторая. Завидует, потому и всегда рядом там, в школе, ждет когда Леночка споткнется… Ну и пусть, хочет быть первой, ну так что же.- Алло, -сказал приветливый молодой голос в трубке телефона автомата и словно бы ждал: Приезжайте, набор еще идет - Садовая 12, знаете где?Да. - Леночка кивнула и представила того кто с ней разговаривает. Словно летчик из кинофильма который смотрела недавно. Ну, такой такой… Отважный…а Садовая это совсем рядом. Через улицу, потом через два дома и вот она там. Шла неспешно, но вот отчего то запыхалась. Никакой школы правда там нет, просто покосившаяся вывеска над дверью “прием” и все.Э, малая, - тронул ее за плечо неопрятного вида парень в кепке, штанах клешах и клетчатой рубашке завязанной, на груди морским узлом, с сумкой авоськой полной пустых пивных и водочных бутылок , - здесь прием стеклотары?Леночка пожала плечами: она не знала. Может, ошибка?Даерь неожиданно открылась. На пороге стоял тот самый летчик из кинофильма. Ну или очень похожий. Проходи, Лена. Я сейчас. Он посторонился пропуская Лену в помещение и повернулся, к парню, пристально взглянул. Тому стало неуютно.Я думал, здесь пункт приема., у матери трубы горят, - начал было тот. но внезапно осекся под взглядом летчика.Ни слова не говоря парень с авоськой словно завороженный пошел к мусорным ящикам и с размаху зашвырнул всю свою поклажу внутрь. Стекло зазвенело разбиваясь. На опохмелку, да?! Вот вам. Вот! Он стоял и смотрел вслед закрывшему за собой дверь летчику.Ну и пусть горят, я то при чем, сказал он непонятно к кому обращаясь. Да пошли они все.Лена стояла в полутемной комнатке, должно быть и вправду прием стеклотары. Перед ней шаткий письменный стол, над головой голая лампочка. Тусклая. Ящики со стеклотарой. Ну вот и все. - сказал летчик, - Лена, вы, пришли правильно. Это тот адрес. Просто все пришло ь делать в спешке, прошу прощения. Помещение взяли первое попавшее. Не передумали еще в школу поступать? - И не давая ответить, достал откуда то из выдвижного ящика белый лист. Вот, подпишите, на имя директора. это я, кстати, меня ЗОВУТ Дроздов. Дроздов был в синем строгом костюме, с черным галстуком заколотым к голубой рубашке серебряной кометой, ну и ну. спутала с формой летчикой. Неожиданно. Леночка наклонилась рассматривая лист. Наверху в уголке опять же типографским шрифтом было напечатано: Директор Чулпанской школы интерната Дроздов. Иинициалы ищете? - спросил директор. Их нет. Я просто Дроздов.А на высоких шпильках ходите почему? У нас в школе не принято… А, понял, балет, ахиллесова болезнь. Прошу прощения. В высоту хорошо прыгаете?Леночка пожала плечами. Она да, умеет, но не в спорте. В балете это называется по другому.Заявление и бланк за подписью родителей возьмете с собой.У меня их нет, - вздохнула Леночка. - Это было привычно. Она… Их не помнила. Была маленькая. Слишком. Леночка снова взглянула на на бланк.Подумала, что не знает где Чулпан. Это в двух днях пути, - сказал ровно Дроздов., небольшой такой научный городок.Научный? - Спросила Леночка, а что же вы…Изучаем то? - спросил Дроздов., - а людей. Всякие бывают. Есть особенные. Есть как все. НАС интересуют особенные. Вот и все. Согласны лететь? Заявление кстати может подписать бабушка. И не спорьте, все уже решено. Ее мы возьмем на себя, не переживайте. Присмотрим е ли надо. Не переживайте. А за метрикой сходите в школу с этим заявлением. Если можно то сегодня же. А то у нас все строго. Документы на перевод надо оформить сегодня. Надо спешить непонятно сказал он. Времени вечно не хватает. Его у нас в обрез. Ну, идите. А с вашим наставником в балетной, я поговорю. Не волнуйтесь также все уладим.На выходе Лена столкнулась с тем пыльным неопрятным парнем, - я чего хотел то…Секундочку, Слава. Вячеслав, верно, - спросил Дроздов. Идите сюда. К вам особый, разговор будет.

Слава, ну что же вы? - Спросил расхлябанного парня Дроздов, когда дверь за Леночкой, закрылась. Вы, ведь не пьете, зачем вам сдавать бутылки? Матери помогаете?Славка замер. Вы вы… вы, же не знаете, хотелось сказать ему.Или быть может… этот проницательный парень в темно синем строгом костюме знает? Откуда? Из милиции. Или районо? Славка уже был готов к переводу в спецшколу, интернат для трудновоспитуемых, документы уже готовы. Слишком много он натворил дел.Вчера он в разговоре с директором своей школы… Ему просто все тогда надоело. Хотелось садануть в большое окно чем ни будь тяжелым и… выйти через окно.Что он и сделал. Нет, окно не стал разбивать. Зачем? Платить еще заставят. Мать одна, отца нет. Пьет, денег вечно нет. Все пропивает. Где ей заплатить. На еду бы хоть наскребла…Славка слушал вполуха, какой он негодяй, что, опять отобрал несколько двадцадчиков мелочь, у младшеклассников, не стыдно, Клевретов, п? Вы же бандит. Разбойник.Славка кивал, двадцадчики, мелочь, хлеб, он купил на эти деньги булку и почти всю ее умял вчера когда шел домой. Вы… Вы не знаете, хотелось сказать ему. Но он молчал, делал морду кирпичом, как заметила директриса, подлец, не прошибешь вас, экий непроницаемый вид, ну вот и допрыгались готовьтесь в спецшколу, Клевретов, потому что…Потому что Клевретов просто подошел к окну и открыв шпингалет с треском распахнул его. Выглянул с удовольствием вдохнул свежий, весенний воздух. Ветер был теплый, словно прилетел он за Славкой с каких то Африк.Он встал на подоконник и не оглядываясь шагнул с третьего этажа.Что вы делаете, - крикнула вслед директорша, что вы…Потом конечно вызвали скорую и ей делали укол, - сказал Дроздов, вы поступили опрометчиво, Слава. У нее очевидно больное сердце, вы довели ее до приняпркного состояния.Славка стоял понурившись. Там, за окном, двумя метрами ниже был узкий портик. Славка спрыгнул на него и стоял прижавшись спиной к шершавой стене школы. Потом пошел влево до края, здания, а после шагнул в пустоту

Славка не просто шагнул в пустоту, он словно просто пошел вперед, плавно спускаясь. Перешагнул через сугроб сохранившийся в тени школы ( а зачем в сугроб то ) плавно встал на твердый асфальт. Огляделся. Заметил двух учеников из младших классов, а ну, подь сюды. Идите, кому сказал. Отвесил щелбана одному потом другому, монеты гони.Деловито вывернул у обоих карманы . удивленно присвистнул: улов был что надо. Можно купить еще и бутылку молока. Молоко он пил пожалуй только в школе, ну, когда дают. В основном чай. Молоко редко. А, еще в деревне у бабки. Он помнит вкус молока. Парного, когда бабка доит корову и зовет его, Славку, иди Славик, чего встал, коровка для тебя припасла, Славик отчаянно хотел купить молока, брысь, - сказал он расстроенным младшеклассникам, идите домой сосунки, мамочкам жалуйтесь на Славку. И он неспешно, загребая расклешенными брюками вихляющей походкой враскачку, ( так ходят моряки что ли) пошел в сторону магазина молоко. Отчаянно хотелось молока. Парного. Отчаянно хотелось ему уехать далеко далеко, потому что осточертело все

Славку конечно не отправили в спецшколу. - нечего там делать, - Сказал Дроздов. - вы нам нужнее здесь. Ну, в нашей школе. Она в, Чулпане. Немного далековато. Зато вы, почувствуете себя как дома. Представляете, у каждого ученика своя комната. Одежды полный шкаф. Любая. Даже ковбойские штаны о которых вы мечтали.
- Что и револьвер дадите пострелять, - иронично сказал Славка, ,- пиф паф. И дымок… Представлять он любил. Мечтал часто. А толку то…И бассейн прибавил Дроздов, с вышками. Вы же любите летать, Слава? А револьверов у нас там нет. Не держим. Но если хотите, есть футбольные мячи, ракетки, настольный теннис и что там еще…Славка не удивился. Если школа экспериментальная, то чего уж там. Всякое бывает. Раскошелилось облроно. Чтобы не стыдно было. Но почему он, Славка? Чем выдающийся? Отпетый хулиган, так таких в каждой школе.Не по этому, Слава, сказал Дроздов, - другая причина. Она в вас. Вы уникальная личность.


Дроздову нравился независимый вид Славкин, а еще вам нужны ковбойские сапоги и лошадь, сказал он вслух, читаете Фенимора Купера?Славка не удивился. Что читает… Майн Рида в основном, там интересней. Было бы что читать, - сказал он, - в библиотеке их не достанешь, а так, если попросить у кого.
Ах, да, - сказал Дроздов, понимаю. Дефицит, да?
А то не знаете, - Славка глянул из под светло рыжей ( не то блондин не то шатен) челки, - ну вы, как с другой планеты прилетели. Ясно понятно, что в школьной библиотеке такие книги не найдешь. Все на руках, а так если захочешь сто взять приходи и бери какого нибудь вшивого Достоевского или Гоголя. Фу.
Почему вы, подумали что с другой планеты? - строго спросил Дроздов, не так выгляжу?
Комета ваша, - кивнул Славка на галстук с серебряной заколкой, -

Комета как комета, - сказал Дроздов. Впрочем, вот. Возьмите. - Он отцепил ее от галстука и протянул ее, серебряную, с  разноцветными искорками. И Славка разглядел  что там есть надпись. Не то Чулпан, не то какие то индейские письмена. Похоже просто.
Прицепите в своей клетчатой рубашке, - сказал Дроздов. Это вроде связи.
Когда окажетесь в беде, просто нажмите на выпуклость.
И все? - Иронично спросил Славка. Думаете поможет?
- Поможет обязательно, ответил Дроздов. - Не нужно сомневаться. Да и вот еще что...
Матери скажите чтобы зашла. Завтра меня здесь не будет, но поговорить с ней считаю необходимым. И еще, вот возьмите пятерку. По дороге будет магазин, купи нормальной еды. Это приказ. Не обсуждается. Иди.




---

...Славка стоял и смотрел вслед Лене. Она уже отошла на несколько шагов, когда он вдруг осознал: идти;то ей через парк, а там чёрт знает как может получиться. Вечер же. А она одна.

— Э, малая! — крикнул он вслед. — Погоди, погоди! Я с тобой, провожу. А то мало ли что…

Лена остановилась, обернулась. В сумерках её глаза казались ещё больше, чем раньше. Она чуть улыбнулась — не насмешливо, а скорее облегчённо.

— Спасибо, — тихо сказала она. — Если честно, я немного боялась идти одна.

Славка подошёл ближе, неловко поправил рукав куртки.

— Ну, пошли тогда. Только… ты не думай, я не из;за того, что… В общем, просто так. Безопаснее.

— Я понимаю, — кивнула Лена. — Спасибо.

Они зашагали рядом. Славка учился в восьмом классе, Лена — в седьмом, но виделись они редко: она почти всё время проводила в балетной школе, а он… ну, он был занят другими делами.

— Ты давно в балетной? — наконец спросил Славка, чтобы нарушить тишину.

— С семи лет, — ответила Лена. — Меня взяли после отбора: проверяли гибкость, выворотность, пропорции. Сказали, у меня данные. Но это тяжело, знаешь… Каждый день — занятия, репетиции, растяжка. Иногда кажется, что я ничего не умею.

— А по;моему, умеешь, — Славка вспомнил, как Дроздов говорил о её лёгкости. — Дроздов сказал, ты почти летишь.

Лена слегка покраснела.

— Он так сказал?

— Ага. И ещё… — Славка запнулся. — Он и про меня что;то такое говорил. Что я не падаю.

— Значит, мы оба… необычные? — осторожно спросила она.

— Похоже на то, — он усмехнулся. — Хотя я до
:

---

...Славка стоял и смотрел вслед Лене. Она уже отошла на несколько шагов, когда он вдруг осознал: идти;то ей через парк, а там чёрт знает как может получиться. Вечер же. А она одна.

— Э, малая! — крикнул он вслед. — Погоди, погоди! Я с тобой, провожу. А то мало ли что…

Лена остановилась, обернулась. В сумерках её глаза казались ещё больше, чем раньше. Она чуть улыбнулась — не насмешливо, а скорее облегчённо.

— Спасибо, — тихо сказала она. — Если честно, я немного боялась идти одна.

Славка подошёл ближе, неловко поправил рукав куртки.

— Ну, пошли тогда. Только… ты не думай, я не из;за того, что… В общем, просто так. Безопаснее.

— Я понимаю, — кивнула Лена. — Спасибо.

Они зашагали рядом. Славка учился в восьмом классе, Лена — в седьмом, но виделись они редко: она почти всё время проводила в балетной школе, а он… ну, он был занят другими делами.

— Ты давно в балетной? — наконец спросил Славка, чтобы нарушить тишину.

— С семи лет, — ответила Лена. — Меня взяли после отбора: проверяли гибкость, выворотность, пропорции. Сказали, у меня данные. Но это тяжело, знаешь… Каждый день — занятия, репетиции, растяжка. Иногда кажется, что я ничего не умею.

— А по;моему, умеешь, — Славка вспомнил, как Дроздов говорил о её лёгкости. — Дроздов сказал, ты почти летишь.

Лена слегка покраснела.

— Он так сказал?

— Ага. И ещё… — Славка запнулся. — Он и про меня что;то такое говорил. Что я не падаю.

— Значит, мы оба… необычные? — осторожно спросила она.

— Похоже на то, — он усмехнулся. — Хотя я до сих пор не верю.

Они вышли на дорожку парка. Ветви деревьев смыкались над головой, образуя тёмный свод. Фонари горели через один, и в тени кустов что;то шевелилось — то ли кошка, то ли просто ветер играл сухими листьями.

Славка невольно шагнул ближе к Лене.

— Ты не бойся, — сказал он громче, чем хотел. — Я тебя в обиду не дам.

Она посмотрела на него и вдруг улыбнулась по;настоящему — широко и светло.

— Я и не боюсь. С тобой — не боюсь.

В этот момент из;за поворота выскочила рыжая собака — та самая, что сидела у приёмки. Она радостно залаяла, забегала вокруг них, виляя хвостом.

— О, и ты тут? — Славка наклонился, потрепал пса по загривку. — Тоже решил нас проводить?

Собака ткнулась носом в его ладонь, потом забежала вперёд и потрусила по дорожке, будто показывая путь.

— Видишь? — Славка подмигнул Лене. — У нас теперь и охрана есть.

— И правда, — она рассмеялась. — Получается, мы уже команда?

— Получается, да, — Славка вдруг почувствовал, как в груди разливается какое;то новое, непривычное тепло. Не злость, не стыд, а что;то другое. Что;то, похожее на надежду.

Они прошли ещё немного, и тут на дорожке, прямо перед ними, оказалась широкая лужа. Весенняя, тёмная, подёрнутая тонким ледком — видимо, снег начал таять, а потом ударил лёгкий морозец.

— Чёрт, широкая какая, не перепрыгнуть, — сказал Славка и выразительно посмотрел на Лену. — Давай?

Лена кивнула. В голове пронеслось: «Это просто. Ну, там, в балете… Прыжок — ноги в продольной растяжке, и словно летишь над сценой». Но здесь всё было иначе. Тротуар скользкий, под снегом лёд, а лужа такая, что если подскользнёшься — точно окажешься в ледяной воде.

— Если подскользнёмся, то… — начала она неуверенно.

— Это как будто по ступенькам, — перебил её Славка. — Не дрейфь, малая, надо лишь разбежаться как следует.

Он, стесняясь, должно быть, сунул ей ладонь в руку — коротко, будто случайно, но крепко сжал.

— Разбежимся вместе, — добавил он уже тише. — На счёт «три».

Лена почувствовала, как от его прикосновения по спине пробежала тёплая волна. Она кивнула, сглотнула и вцепилась в его руку.

— Хорошо. Раз…

— Два… — Славка чуть потянул её назад, чтобы взять разбег.

— Три!

Они рванулись вперёд. Лена машинально выпрямила ногу в классическом прыжке, вытянула носок, как на репетиции. Славка, хоть и не знал балетных правил, прыгнул широко, чуть ли не в шпагате, и в последний момент потянул Лену за собой, страхуя.

На мгновение они зависли над лужей — два силуэта на фоне тусклого фонаря, снег под ногами взлетел облачком пыли, а внизу, в чёрной воде, отразились их тени.

И вот они уже на той стороне — стоят, чуть задыхаясь, и смотрят друг на друга.

— Получилось! — выдохнула Лена, и глаза её засияли. — Мы сделали это!

— Ну, я же говорил — как по ступенькам, — Славка отпустил её руку, но не сразу: задержал на секунду дольше, чем нужно. Потом усмехнулся. — Хотя, признаю, чуть сердце в пятки не ушло.

Лена рассмеялась — звонко, свободно, так, как не смеялась давно.

— Я думала, упадём. А вышло… красиво.

— Красиво, — согласился Славка, глядя на неё. И вдруг добавил: — Ты и правда летишь. Как на сцене.

Она покраснела, но на этот раз не опустила глаза.

— Спасибо, — сказала тихо. — Что не дал упасть.

— Да я сам чуть не упал, — он потёр затылок. — Но главное, что ты — нет.

Собака, которая всё это время бежала чуть впереди, обернулась, гавкнула и вильнула хвостом, будто аплодировала.

— Видишь? — Славка кивнул на пса. — Даже рыжая одобряет.

— Значит, мы и правда команда, — улыбнулась Лена.

— Команда, — подтвердил он. — Идём дальше?

— Идём.

Они пошли дальше по парковой дорожке. Снег всё падал — крупный, мокрый, весенний. Где;то впереди уже виднелись огни улицы, знакомый двор Лены, её подъезд.

А собака бежала рядом, и Славка вдруг поймал себя на мысли, что впервые за долгое время ему не хочется, чтобы этот вечер не заканчивался, а

---




















От края озера которое отражалось в полупрозрачном куполе, до другого края было минут десять. Это если идти по прямой. А если ты балансируешь на туго натянутой верёвке, тогда идти  конечно же дольше. И страшнее. И если поднять все это почти до облаков, тогда наверное и шагу не сможешь ступить.

Хотя можно представить, что просто напросто стоишь на земле, на широком бревне и тогда никакого страха нет. Только и всего.



- Африк отойди, ты мешаешь, - произнесла Леночка. Я иду, а ты мешаешь.

Африк сновал туда-сюда, толкался теплым ветром то справа, то слева. Он то принимался раскачивать толстые медные провода серебристые от утренней росы, то будил недовольных ворон сидящих там же.
Впрочем, Леночка ступала осторожно, едва касаясь белоснежными пуантами хрустальных капель воды, легко перепрыгивая через спящих птиц. Было весело и немного страшно. В раскинутых для равновесия руках она держала белые веера. Под ногами, над туманной долиной, в проводах кряхтя и потрескивая бежал невидимый ток силой в миллионы вольт. Земля была ужасно далеко, поэтому Леночка шла опираясь на доброго Африка.

Было весело и немного страшно, потому что туман постепенно рассеивался и следующая опора линии передач была на том берегу, нужно было идти наверное целый час, ноги начали предательски дрожать.

Вдобавок, на полпути стояла какая-то глупая большая белая птица. Она вертела головой, но с места не двигалась.

Африк посвистывая умчался вперёд.- Кыш, глупая, - прикрикнул на нее Леночка, - мне ведь тебя не перепрыгнуть.-

- Кра? - Переспросила птица, - кра. Хвыщь... Кра?



- Сейчас я упаду и будет тебе хвыщь... -Леночка оглянулась и балансируя отошла назад.

- Африк, Африк, - позвала она, где же ты Африк. Вот когда ты очень нужен, тебя никак не дозовешься.

Леночка тихонько прошла вперед и обхватила белую птицу за шею.



Птица щёлкнула клювом и опять произнесла: кра. Кра.



Так они стояли удерживая друг друга, Леночка взмахивала веерами как крыльями, птица щелкала клювом поглядывая на нее оранжевым глазом.

- Как же мне теперь быть, - произнесла Леночка. - Ты можешь упасть, я могу упасть и тоже, знаешь ли у меня ноги устали стоять вытянувшись на носочки. А по другому я не умею ходить. Я ведь балерина. Я умею выполнить арабеск на тонкой проволоке, это сложно, безумно. Но я сумею это повторить. . .

Птица взмахнула крыльями и упала в туман. Леночка не удержавшись соскользнула и чувствуя спиной что-то невесомое нежное как облака легла на подоспевшего Африка.Он вынырнул откуда-то снизу посвистывая. Леночка понимала, что для него она слишком тяжелая ноша. Он мог поднимать листики и переносить на какие угодно расстояния, но здесь он сумел лишь немного замедлить падение, у него просто не хватало на это  сил. Вот если бы рядом был штормовой ветер, он бы обязательно помог. Но где он...-Африк позвал не особо надеясь. Громко засвистел слыша в ответ как откликнулся северный ветер. Затем западный. Они спешили на помощь.

Леночка должно быть растерялась. Она вспомнила, что нужно взмахнуть руками как та птица и полететь. Нужно представить что ты легче воздуха, легче облаков и тогда все должно получиться..







Голубая поверхность воды быстро приближалась. Внизу стоял запрокинув голову парень в темно синем спортивном костюме. Он подхватил Леночку на руки и как маленькую осторожно поставил на поверхность воды.  Погладил замурчавшего от удовольствия Африка, прикрикнул на северного и западного ветра чтобы те опять не набедокурили.

- Лена Кныш, - мягко сказал он, - трояк на сегодня тебе обеспечен, фантазия у тебя, скажем так, не очень. Но на воде же ты научилась стоять, это тебе не трудно, так в чем же дело?

-- Я не знаю, - произнесла Леночка, - ой, я правда очень старалась. Но что-то мешает.-Она прикрыла лицо руками готовясь заплакать.

- Ну и ну, - сказал он, просто и не знаю что подумать. Это же так просто: взять и полететь.-Он прижал руки к бёдрам и легко поднялся на высоту провисшего кабеля высоковольтной линии. Сверху чаша озера казалась вогнутой, со всех сторон вплотную подходил хвойный лес. Прозрачный купол школы чуть поодаль, под ним синие корпуса, жёлтые песчаные дорожки зеленоватая полоска бассейна.



-Белая птица стояла на проводе на одной ноге, поджав другую и  строго смотрела на Дроздова. Она прищёлкнула клювом: кра?



-  Учитель. Тоже мне. - Дроздов хлопнул себя по лбу и камнем устремился вниз.



Леночка смотрела как ветры сломали берёзу их надо было чем то занять. Иначе они повыдирают с корнями деревья и ещё чего нибудь натворят. Всё-таки это стихия.Она сотворила большой разноцветный мяч и подкинула его ввысь. Вот, держите! Африк, ну хватай же!

Более ловкий западный ветер по имени Зефир выхватил мяч у нерасторопного Борея, и кинул Африку.

Они умчались под облака и носились там посвистывая и сталкиваясь с неспешным облаками.



Дроздов встал с ней рядом, посмотрел на летающий под облаками мяч.

- На диете опять?

Лена была худенькой, светловолосой девушкой. В балетной пачке с заткнутыми за широкий пояс перьевыми веерами.Лена вздохнула. Глянула виновато на учителя и кивнула.- Ну и ну, - проговорил Дроздов, шагая с ней к берегу, - ты пойми, дело не в твоём  весе которого, итак, всего ничего, дело в тебе самой. Научишься себя воспринимать такой какая ты есть, дальше пойдет веселее. Смотри, нужно всего лишь представить, что ты легче воздуха. Как вот тот мяч.

Мяч Леночке было представить гораздо легче. А перебороть себя сложно.

Каждая же девушка мечтает похудеть. Это понятно. Это основа красоты, как сказать об этом Дроздову, он наверное не поймет... Она взглянула на озадаченного Дроздова. - Ну не знаю...

- Вот Лопатина, к примеру, - сказал Дроздов, она ведь тяжелее тебя гораздо, а у нее немного, но получается. Немного, но притом она совершенно не стесняется своего веса. Вот, давай мы лучше сломанную ветрами деревце полечим. Дотянись до верхушки и поставь ее прямо. - Дроздов указал Леночке на упавшую меж двух ёлок тоненькую березку. До вершины было не достать. Леночка подпрыгивала стараясь дотянуться. Потом подумала, достала из-за пояса веера, положила их на песок и закрыла глаза.

- Ну вот, так лучше, - одобрительно сказал Дроздов, наблюдая как Леночка легко и невесомо, как пёрышко поднялась вверх и поставила березку прямо.

Учитель провел руками по слому ствола, чувствуя как срастаются капилляры, как по ним вновь устремляется сок, и как ожившее деревце поблагодарило шелестом листвы. - Спа-сибо.



Сверху спикировал Африк, улёгся возле их ног обиженно посвистывая.

- Что, отобрали?

Леночка сотворила новый мяч, на этот раз не очень большой, чтобы Африку было удобней.

Сверху грохнуло, это две мрачные дождевые тучи наконец столкнулись лбами и начал накрапывать дождь.--