Глава 32. Катастрофа

Жизнь продолжалась. НаташаМ уехала в Москву с Анатолием Михайловичем, отцом мон.Софии. У НаташиМ была проблема с ногтём на ноге, и она не могла ходить. Нужно было делать операцию. А нас ожидал огород. Планировалось вскопать обширную территорию, целину вокруг дома, чтобы посадить капусту и морковь. Отец Михаил переживал, что нечем будет нас кормить зимой. Огромные земли готовились под картошку в деревне Горны. В картошке отец Михаил видел наше спасение.

 
В воскресение Антипасхи (следующее воскресение после Пасхи) мы собрались в храме в ожидании отца Михаила, чтобы ехать на службу в поселок Хвойная. Но он за что-то обиделся на нас и не приехал, оставив нас дома, а с собой взяв своих жену с дочерью. Когда мы пришли из храма домой, ин.Варвара одела клобук своей мамы, мон.Марии задом наперёд. Она знала, что так хоронят монахов, и ей было интересно примерить клобук таким образом. Мы её как всегда останавливали в её опытах над монашеской одеждой. Потому как в силу возраста она была пытливой и любила пошутить.


А вечером был организован чай с песнями. Сёстры решили спеть песню «Ты не пой соловей». Уголовник Валера слушал насупленно до конца. А потом в сердцах сказал нам: «Вы не имеете права петь эту песню. Нужно много поскорбеть, чтобы она зазвучала у вас!» Я смутилась от его замечания, а мать Татьяна спокойно согласилась: «Он прав!» Мы были рафинированные маменькины дочки против этого Валеры.


Когда наступил тот трагический памятный четверг, разделивший нашу жизнь на «до» и «после», мы находились на огороде возле дома. Мать Ольга на меня наорала за что-то касательно посадки семян, и я, обидевшись, решила уйти с послушания. Я залезла на чердак, где меня никто не смог бы найти и погрузилась там в горестные размышления и себяжаление.

 
Вдруг слышу голос ин.Варвары. Она поднялась на чердак и звала меня по имени, но я не хотела откликаться. Она сказала: «Надь, если ты здесь, то откликнись, батюшка с мамкой разбились на машине!» Я выскочила из укрытия и прокричала без голоса: «Неправда, не может быть! Они же живы? В больнице?» И удивилась, что голоса почти не было. «Не знаю, Надь, сейчас Колька звонил, может ещё это не они». Мы спустились ни живые, ни мёртвые вниз. Там был у всех настоящий шок. Мать Татьяна впала в театральную истерику и кричала: «Господи! Это жестоко! Забери меня! Почему Ты меня не забрал? Это вы все помешали поехать мне с батюшкой и умереть!» У Аннушки тоже была истерика. Она вопила низким голосом что-то бессмысленное и несвязное.

 
Мать Наталья неожиданно сообщила нам, что у батюшки был тайный постриг в мантию с именем Михаил, о котором никто из сестёр не знал, кроме неё. Мы даже не задумались, за что ей такая честь. Но теперь вместо знакомого и дорогого батюшки отца В отталкивающе звучало его новое имя иеромонах Михаил. Всех оглушало и придавливало огромное невыносимое горе. Позвонил отец Михаил Ложков по местному телефону и сказал, что это они, и Наталья Маркова ещё жива в реанимации. И что он сейчас придёт. Последняя надежда погибла. Многие плакали. Другие не могли есть за ужином. Все успокоительные лекарства из аптечки были разобраны. Отец Михаил нас подбадривал.

 
Ночное дежурство в храме было отменено, вместо этого отправились читать Евангелие и Псалтирь по двое. Ночью пришло известие, что Наталья Маркова скончалась в больнице. До кого-то из сестёр дошло: вот что произошло после Пасхи! Вот о чём предупреждал отец Андрей!

 
Удивительно стойко переносила двойную потерю ин.Варвара. То ли из-за молодого возраста она не совсем понимала, что случилось, то ли стресс так выражался, но она даже подбадривала некоторых. К утру я свалилась, не в состоянии понимать ничего. Сон о смерти отца Андрея оказался вещим дважды. Смерть батюшки тоже сбылась. И я пожелала, чтобы батюшка, явился во сне опять и что-нибудь сказал. Многие желали этого. Но он не явился. Более того, когда я проснулась, мне стало гораздо хуже, чем было до того. Проблема не исчезла.


Как с этим жить! Весь смысл жизни казался исчерпанным. Словно солнце для нас зашло навсегда.


 http://proza.ru/2022/11/26/1166
 


.  Фото из личного архива, место аварии на Минском шоссе, 272 км