Мир губит Вина!

Мир веселый
и счастливый,
Мир земной и настоящий,
Мир нелепый и красивый,
Теплый,
милый
и блестящий
МИР
ГУБИТ
ВИНА!
МИР ГУБИТ ВИНА!

(гр. Инструкция По Выживанию)

Определенно, мои дорогие, мир губит вина.
Не планету конечно. А ту самую совокупность наших желаний и достижений, потребностей и возможностей, смысла и способа жизни. Совокупность всех нас живущих.  Этот мир.
Что главное в жизни?
Как доказали «британские ученные» ;
- Главное – прожить её, жизнь, так, что б не было мучительно больно…  т.е. долго и счастливо!
Так что же мешает нам это сделать?
Что мешает нам наслаждаться каждой секундой проживаемого времени?
Все просто! Мешает привитое чувство вины!
Вы конечно скажите, - «Да что ты! Столько всего мешает!». И Вы будете правы. Действительно мешает очень много. Но большинство из того что вы назовёте, в своей первообразной, будет замешано именно на чувстве «Вины». Попробуйте сами! Вспомните, что мешает Вам прямо сейчас, вскочить и закричать, - «Господи! Как же я счастлив!»
Вспомнили?
Исключим чувство неудобства и стеснения (так же привитые и совершенно, кстати, лишние), которые будут вызваны недоумением окружающих (это тоже только кажется) от Вашего поступка. И  возьмём из того что осталось 2 причины. Гарантирую, что минимум одна, будет пропитана «Виной», из-за того, что Вы причините кому-то неудобство или даже вред.

Что это за странное чувство – чувство «Вины»?
Мы не рождаемся с ним. Изначально мы чисты и не виновны.
«Вина» приходит чуть позже, когда мы начинаем что-то понимать, осознавать. 
Когда маленький ребенок делает что-то плохое, ему говорят об этом, иногда  при этом  его постукивая…
И ребенок запоминает, что так делать плохо. Не по тому, что просто плохо, он еще не понимает, «что такое хорошо, а что такое плохо». А «плохо» потому что потом сделают больно, физически или постараются вызвать… о! Вот интересный момент, что можно вызвать у ребенка в первый раз, когда он еще не понимает последствий содеянного, как можно вызвать у него это, «пресловутое чувство Вины».

Мы с Вами сейчас его хорошо понимаем… Вернее думаем, что хорошо понимаем. Вот сформулируйте для себя - что такое чувство вины?
Ну как убедительно звучит?
Думаете, Вас поймет папуас, поживший на маленьком острове во Французской Полинезии, в своем маленьком племени? Есть ли у него чувство вины? Есть, будьте спокойны. Правда оно значительно упрошено, в силу неприхотливости быта и образа жизни. Но оно непременно есть. А как быть с ребенком, выращенным в дикой природе обезьянами и волками, будет ли у него чувство вины? Уверен, что нет. Да, он не будет бить палкой своих товарищей по стае, но не потому, что ему знакомо чувство вины, а потому что его просто покусают в ответ, а вот чувство боли ему знакомо.

Так что же у нас с ребенком, как он понимает свое первое чувство вины?
Только через привязывание к физическому ощущению боли, и только так.
- «Помнишь, ты упал, и тебе было больно? Вот и мальчику так больно, потому что ты его ударил» - примерно так… или что то подобное. Но только через конкретную фиксацию к полученной ранее боли. Не ударив ни разу ребенка, который сам ни разу не упал и не ударился, невозможно объяснить, что такое вина! Интересно получается, да?
А дальше еще интереснее, это «определенное» и привязанное к физической боли чувство вины, трансформируется! Ребенок взрослеет и ему уже не нужно напоминать про перенесенную боль. Он уже знает, что такое это такое. Внутри него уже, кое-что живет. Он чувствует, что-то безличностное, темное, «на лицо ужасное»  и неприятное внутри,  «плохо» - которое в последствии окружающими выражается в различных порицаниях и взывании к чувству вины. «Ты должен чувствовать себя виноватым, потому что, ТО, что ты сделал - это Плохо».  И он может не вполне понимать,  что именно такое плохое сделал, но он помнит само чувство.
 Есть! Я только что придумал новое чувство! Чувство - «Плохо»!
Это то самое «Плохо» сформированное в раннем детстве, привязыванием ответственности за наш поступок, к конкретной физической, пережитой нами ранее, боли.

И Вы наверняка встречали людей, у которых это «плохо» не очень плохое. Наглых и нахальных, самоуверенных мажоров, которым все всё должны, и на всё у них имеется право. Вот это как раз те дети. Такие, счастливчики, которых на руках носили, берегли… Да конечно их родители упустили и момент воспитания, когда нашкодивший ребенок не получал во время положенной привязки к конкретной физической пережитой им ранее боли. А что если он просто напросто боль эту, не перенес… как ему объяснить «что такое плохо» если не к чему приравнивать содеянное им, нет физического ощущения боли.
Или если боль была небольшая, то и «плохо» получается небольшое.


Ну и определившись, наконец, с формированием у нас чувства «Вины», подытожим. Что же собственно делает «вина» и как она губит мир?

А тут опять все просто. Социум, пронизывающий с ног до головы, уже к нашему юному возрасту окончательно и бесповоротно, ограничивает нас в наших желаниях, правилами, нормами, моралью, законами, табу. И все это держится на угрозе получения прямого  вреда/ущерба  и косвенного вреда/ущерба - «вине». Сегодня прямой ущерб нас не интересует. А вот косвенный напротив. Понятно, что в контексте этого повествования мы рассмотрим вред и ущерб не в разрезе лишения свободы системой исправительных учреждений или лишения, каких либо, прочих благ, дарованных цивилизацией, и даже не страдания от сеансов принудительных работ. С этим все понятно, тут «вина» ярко выражена, сформулирована, рафинирована, озаглавлена и пронумерована. И называть её «виной» в истинном понимании сложно. Хотя в системе уголовного преследования есть такая интересная вещица как осознание своей виновности. И люди, которые, в силу своей невменяемость, не могут её осознавать, не привлекаются к уголовной ответственности. Понимаете?
Общество заставляет нас принять и «вторую таблетку». Обществу мало выдачи нам отмерянной порции косвенного вреда/ущерба в виде наказания. Общество хочет, что бы мы чувствовали, это безличностное, темное, внутри нас. Мучительно и долго переживали «его». Что бы мы чувствовали «Плохо». Все сделано для того, что б в следующий раз нам не хотелось для себя, никакого из видов вреда/ущерба. Ведь с непосредственно «понесением наказания» за совершенное деяние, все понятно как с пропуском хода в игре или штрафным кругом в биатлоне. Если не угнетать человека «виной», психика будет воспринимать лишение свободы как некую временную меру, примененную к нему как разновидность правил игры. Играл, играл, теперь посидеть подождать, потом снова играть буду. Да, несомненно, будут присутствовать сожаления о пропущенном времени, за которое можно было много чего сделать, но в совокупности с чувством «вины», лишение свободы становится по настоящему тягостным.

Именно такая «вина» губит наш мир. И рассмотренная ситуация с уголовным наказанием ярко демонстрирует нам процесс и его последствия.
Любые наши желания и проявления собственной воли жестко модерируются. Прежде всего, нами самими, если мы достаточно выросли что б это понять, а в последствии окружающими. И так происходит всю жизни. И чем взрослее мы становимся, тем все меньше и меньше совершаем глупостей или необдуманных поступков. Нам кажется, что мы становимся умнее, наши желания становятся проще, и легче входят в «список» одобренных обществом и маралью. Мы становимся спокойнее и степеннее. А все это время то самое «безличностное темное» подавляет нас, обволакивает наши любые начинания, своим липким «плохо».
Мы не заглядываем девчонкам под юбки, а если и делаем, то украдкой, жутко стесняемся и оправдываемся, когда нас на этом «ловят».  Мы не целуем чужих жен, даже если нам этого очень хочется. Мы боимся признаться, что любим выпить или покурить чего-то запрещенного. Мы отворачиваемся от откровенных взглядов, совсем уж молоденьких и от того чертовски привлекательных, девушек.  Мы стесняемся ярко одеваться и выделяться из «толпы».
  Мы не кричим во все горло, когда нам радостно, не поем песни и не читаем стихов. Мы не говорим хороших слов незнакомым людям, ни женщинам, ни мужчинам.
Мы не делаем огромного количества вещей, которые советуем делать другим. 

  Мы жестко ограничиваем себя, любые проявления своей натуры в угоду обществу и её морали.
А людей ведущих образ жизни, идущий в разрез с принятым в нашем обществе, называем аморальными. Не стоит говорить о том, что временами мы очень им завидуем им. Да именно так! Завидуем, конечно же, не именно им, не их образу жизни, ни социальному статусу или прочим атрибутам их личности в современном обществе. Мы завидуем их сиюминутному принятому решению, их внутренней свободе, которая позволила принять именно это аморальное решение. Решение, которое мы не примем, потому что потом, может быть, мы окажемся «виноватыми».

Вот так она мир и губит, забирает у нас возможности. Возможности совершать поступки, сначала откровенно антиобщественные и аморальные, а с возрастом даже те, которые в молодости нам казались вполне естественными, а потому не безобразными.
Вина забирает у нас наши главные вещи – истинные проявления жизни – делать то, что хочется, с удовольствием и желанием!

Нет, я не оправдываюсь, и никого не агитирую. Я такой же, как и Вы, испуганный и вечно виноватый ребенок.